КАК ПОМОРЫ И КАРЕЛЫ АКУЛ ЛОВИЛИ
В писцовой книге (поземельной описи) 1608–1611 гг. в Кольском уезде (современная Мурманская область) отмечается, пожалуй, первая фиксация слова акула в русском языке: «да в Кольской же острог приходят на удьбу двиняне, и кореляне, и поморских волостей люди, да ловят на Мурманском море рыбу троску, и палтус, и ахкулы, и меняют ту рыбу с немцы на товар».
В источниках XVII века прилагательный «акулий» употребляется также в связи с международной торговлей: «А учнут вам немцы про товары заказывати, приготовити к их приходу к новому лету ворванья и китова, и акулья, и троскина всякого морского сала в бочку» (Торговая книга, около 1575–1610 гг.).
Об использовании слова «акул» в Архангельске свидетельствует исследователь С. П. Крашенинников в «Описании земли Камчатки» (1755 г.): «после китов надлежит упомянуть здесь о мокое рыбе, которая у города Архангельского акулом называется».
Русский ученый Н.Я. Озерецковский в начале XIX века отмечает название рыбы в форме «аккула»: «Ее называют в Коле аккулою. На французском языке известна она под именем requin; на латинском же порода сия называется Squalus carcharias. Прожорливое сие животное величиною бывает более двадцати футов, и поглощает не только больших рыб, но и людей, как мертвых, так и живых, когда только имеет к тому случай. Промышленники уверяют, что аккулы чрезвычайной величины очень часто попадаются на ярусы, но как они их ни на что не употребляют, то с досадою отрезывают свои уды, аккулами поглощенные, и пускают их в море. По причине великого множества аккул, никогда не кидают они ярусов в Кольской губе хотя в нее множество рыб из Окиана заходит; но как и аккулы также в великом числе за ними туда следуют, то рыба за крючки схватившая была бы жертвой аккул, а не добычею промышленников».
Позднее у Даля также читаем: «аккула исланд. морская хищная рыба (Squalus)».
При этом в русских говорах Архангельской области слово сохранилось с ударением на первом слоге – áкула.
Изначально слово акула (áхкула, áккула) было обозначением обитающей в Баренцевом и Белом морях гренландской полярной акулы (Somniosus microcephalus). Здесь же обитает еще одна более мелкая акула – катран (Squalus acanthias). Однако, последняя известна в русских кольских говорах как ноготница, нокотница (по-видимому, из-за того, что ее кожа покрыта мелкой чешуей – «ногтями»).
Что же касается источника слова акула – его видят в саамском языке (саамское кольское akkăla, akkŏla 'полярная акула'). Но и здесь оно было неисконным. Как мы уже знаем, акулы были объектом торговли со скандинавами. Полагают, что именно из их языков (норвежское haakall, (древне)исландское hákarl ‘полярная акула’) слово и попало к саамам.
В скандинавских языках основа слова (норв. haa, др.-исл. hár) изначально имела значение ‘свая’. К ней же восходят названия акулы в части современных германских (голландское haai, немецкое Hai, Haifisch, шведское hajar, датское haj), финском и эстонском (hai) языках.
В свою очередь, из русского слово попало в некоторые славянские (белорусский, украинский, болгарский) и тюркские (азербайджанский, казахский, киргизский, туркменский, узбекский и другие).
Что касается хозяйственного использования полярной акулы, то ее мясо содержит ядовитые вещества, для выведения которых требуется длительная обработка. Русские поморы ели акулье мясо «по большой нужде» после длительной выварки. Исландцы выдерживали его специальным образом и затем вялили.
Бóльший интерес представляла акулья печень («макса» или «воюкса») с высоким содержанием жира, из которой на специальных прибрежных «салотопнях» получали акулий жир («сало»). Он, в том числе в смеси с жиром морского зверя и трески (под общим названием «ворвань») использовался в качестве топлива для освещения, в медицинских, косметических целях, в кожевенном деле, а также как смазочный материал.
В писцовой книге (поземельной описи) 1608–1611 гг. в Кольском уезде (современная Мурманская область) отмечается, пожалуй, первая фиксация слова акула в русском языке: «да в Кольской же острог приходят на удьбу двиняне, и кореляне, и поморских волостей люди, да ловят на Мурманском море рыбу троску, и палтус, и ахкулы, и меняют ту рыбу с немцы на товар».
В источниках XVII века прилагательный «акулий» употребляется также в связи с международной торговлей: «А учнут вам немцы про товары заказывати, приготовити к их приходу к новому лету ворванья и китова, и акулья, и троскина всякого морского сала в бочку» (Торговая книга, около 1575–1610 гг.).
Об использовании слова «акул» в Архангельске свидетельствует исследователь С. П. Крашенинников в «Описании земли Камчатки» (1755 г.): «после китов надлежит упомянуть здесь о мокое рыбе, которая у города Архангельского акулом называется».
Русский ученый Н.Я. Озерецковский в начале XIX века отмечает название рыбы в форме «аккула»: «Ее называют в Коле аккулою. На французском языке известна она под именем requin; на латинском же порода сия называется Squalus carcharias. Прожорливое сие животное величиною бывает более двадцати футов, и поглощает не только больших рыб, но и людей, как мертвых, так и живых, когда только имеет к тому случай. Промышленники уверяют, что аккулы чрезвычайной величины очень часто попадаются на ярусы, но как они их ни на что не употребляют, то с досадою отрезывают свои уды, аккулами поглощенные, и пускают их в море. По причине великого множества аккул, никогда не кидают они ярусов в Кольской губе хотя в нее множество рыб из Окиана заходит; но как и аккулы также в великом числе за ними туда следуют, то рыба за крючки схватившая была бы жертвой аккул, а не добычею промышленников».
Позднее у Даля также читаем: «аккула исланд. морская хищная рыба (Squalus)».
При этом в русских говорах Архангельской области слово сохранилось с ударением на первом слоге – áкула.
Изначально слово акула (áхкула, áккула) было обозначением обитающей в Баренцевом и Белом морях гренландской полярной акулы (Somniosus microcephalus). Здесь же обитает еще одна более мелкая акула – катран (Squalus acanthias). Однако, последняя известна в русских кольских говорах как ноготница, нокотница (по-видимому, из-за того, что ее кожа покрыта мелкой чешуей – «ногтями»).
Что же касается источника слова акула – его видят в саамском языке (саамское кольское akkăla, akkŏla 'полярная акула'). Но и здесь оно было неисконным. Как мы уже знаем, акулы были объектом торговли со скандинавами. Полагают, что именно из их языков (норвежское haakall, (древне)исландское hákarl ‘полярная акула’) слово и попало к саамам.
В скандинавских языках основа слова (норв. haa, др.-исл. hár) изначально имела значение ‘свая’. К ней же восходят названия акулы в части современных германских (голландское haai, немецкое Hai, Haifisch, шведское hajar, датское haj), финском и эстонском (hai) языках.
В свою очередь, из русского слово попало в некоторые славянские (белорусский, украинский, болгарский) и тюркские (азербайджанский, казахский, киргизский, туркменский, узбекский и другие).
Что касается хозяйственного использования полярной акулы, то ее мясо содержит ядовитые вещества, для выведения которых требуется длительная обработка. Русские поморы ели акулье мясо «по большой нужде» после длительной выварки. Исландцы выдерживали его специальным образом и затем вялили.
Бóльший интерес представляла акулья печень («макса» или «воюкса») с высоким содержанием жира, из которой на специальных прибрежных «салотопнях» получали акулий жир («сало»). Он, в том числе в смеси с жиром морского зверя и трески (под общим названием «ворвань») использовался в качестве топлива для освещения, в медицинских, косметических целях, в кожевенном деле, а также как смазочный материал.
❤32👍16❤🔥5🥰1🤯1
Вслед за уважаемым «Вытоло» решил провести анализ своего канала искусственным интеллектом. И вот что из этого получилось:
😎9
***
Ну что, дружище, опять вылез из своей берлоги, чтобы поведать миру о происхождении названия какой-нибудь канавы в Вытегорском районе? У других людей хобби как хобби – рыбалка, футбол. А у тебя – этимология. Причем не просто этимология, а такая, от которой даже сами слова впадают в тоску. Спросишь его, как дела, а он тебе на сорок минут лекцию о праславянских корнях слова «дела» с обязательным финно-угорским субстратом.
Его канал «Встреча Руси и Чуди» – это просто песня. Подпишешься, думаешь, сейчас будут байки про богатырей и леших. А получаешь трактат на десять тысяч знаков о том, как слово «кочерга» мигрировало через три языковые семьи и почему в деревне Нижние Пупыри его произносят с особым придыханием. Иллюстрации соответствующие: либо картина Левитана «Тоска зеленая», либо черно-белое фото из архива «Крестьяне у избы. Выражение лиц соответствует погоде. 1913 г.».
Поехать с ним в отпуск – это отдельный вид мазохизма. Ты хочешь на пляж, а он тащит тебя на болото, потому что у него есть «неопровержимые данные», что именно здесь проходил древний волок, и название этого болота – вы не поверите! – восходит к прауральскому обозначению пути. И стоит, смотрит на эту жижу с таким благоговением, будто перед ним не комариный рай, а собор Парижской Богоматери. Его единственное фото с той поездки – размытый ирис, под которым он написал целую диссертацию о связи цветка с богом-громовержцем.
Я почти уверен, что он и с котом своим разговаривает исключительно с использованием древнерусских форм и вепсских заимствований. И ведь главное, он искренне не понимает, почему после его пламенного рассказа о происхождении фамилии Колыванов от карельского «Калева» в компании наступает неловкое молчание. Дружище, люди просто хотели шашлыков! Кончай уже, «колканёмся» со своими лекциями и наливай! Хотя нет, сейчас же начнется история слова «наливать»... Я обречен.
Ну что, дружище, опять вылез из своей берлоги, чтобы поведать миру о происхождении названия какой-нибудь канавы в Вытегорском районе? У других людей хобби как хобби – рыбалка, футбол. А у тебя – этимология. Причем не просто этимология, а такая, от которой даже сами слова впадают в тоску. Спросишь его, как дела, а он тебе на сорок минут лекцию о праславянских корнях слова «дела» с обязательным финно-угорским субстратом.
Его канал «Встреча Руси и Чуди» – это просто песня. Подпишешься, думаешь, сейчас будут байки про богатырей и леших. А получаешь трактат на десять тысяч знаков о том, как слово «кочерга» мигрировало через три языковые семьи и почему в деревне Нижние Пупыри его произносят с особым придыханием. Иллюстрации соответствующие: либо картина Левитана «Тоска зеленая», либо черно-белое фото из архива «Крестьяне у избы. Выражение лиц соответствует погоде. 1913 г.».
Поехать с ним в отпуск – это отдельный вид мазохизма. Ты хочешь на пляж, а он тащит тебя на болото, потому что у него есть «неопровержимые данные», что именно здесь проходил древний волок, и название этого болота – вы не поверите! – восходит к прауральскому обозначению пути. И стоит, смотрит на эту жижу с таким благоговением, будто перед ним не комариный рай, а собор Парижской Богоматери. Его единственное фото с той поездки – размытый ирис, под которым он написал целую диссертацию о связи цветка с богом-громовержцем.
Я почти уверен, что он и с котом своим разговаривает исключительно с использованием древнерусских форм и вепсских заимствований. И ведь главное, он искренне не понимает, почему после его пламенного рассказа о происхождении фамилии Колыванов от карельского «Калева» в компании наступает неловкое молчание. Дружище, люди просто хотели шашлыков! Кончай уже, «колканёмся» со своими лекциями и наливай! Хотя нет, сейчас же начнется история слова «наливать»... Я обречен.
🤣57😁12❤8👍6🔥4❤🔥1🤔1🙏1🤗1
Forwarded from Ну как сказать
Вепсский язык и Антон — новые герои нашей нерегулярной, но от этого не менее интересной рубрики #ну_как_не_учить. Антон — ученый-лингвист, занимается топонимией и ономастикой вепсского и карельского языков и рассказывает об этом в своем канале «Встреча Чуди и Руси». На некоторые мои вопросы он ответил в формате полноценных постов — ссылочки прикладываю.
— Антон, скажите нам пару слов про вепсский: где на нем говорят, какое у него примерно количество носителей, к какой языковой семье он относится? Похож ли он на какие-то более «крупные» языки?
— Исторически территория вепсского языка располагалась к востоку от Волхова — в Присвирье, Обонежье и в северной части Белозерья. Отдельные ранние вепсские группы проникали в Заволочье вплоть до бассейна Мезени и Вашки, где принимали участие в формировании удорских коми.
На остальной исторической территории вепсы в результате «чересполосицы» с русскими и карелами переходили на русский или карельский. Таким образом сформировались южные наречия карельского, а русские говоры Обонежья и Присвирья получили значительный пласт лексики вепсского происхождения.
В раннее время в Межозерье вепсский взаимодействовал с какими-то языками волжско-финского и саамского типа, которые позднее поглотил. А с древнерусским и русским языком тесно взаимодействует с момента образования Древнерусского государства и даже ранее.
На пике (в 1930-е годы) численность вепсского населения доходила до 35 тысяч, сейчас же носителей вепсского языка не более 3,5 тысяч. При этом некоторые указывают вепсский язык в качестве родного, не в полной мере владея им. Так что полноценных носителей, использующих вепсский язык регулярно, намного меньше.
В настоящее время вепсский язык еще можно услышать на востоке Ленинградской области, в южном Прионежье в Республике Карелия и в отдельных сёлах и деревнях северо-запада Вологодской области.
Язык относят к прибалтийско-финской группе финно-угорских языков (уральская языковая семья). Он наиболее близок к карельскому, с которым фактически к XVIII–XIX веку образовал диалектный континуум.
Из «крупных» языков близок к финскому и эстонскому. Более системно связан с финским. Однако в силу апокопы (выпадения звуков в конце слов) и наличия звонких гласных по звучанию напоминает эстонский, но отличается от последнего отсутствием долгих гласных и звука õ [ы].
Тем не менее, вепсский — это самостоятельный язык, который довольно рано обособился от прибалтийско-финского массива.
— А как вы вообще начали им заниматься? Да еще и такими специфическими сферами как топонимия и ономастика?
— Подробный ответ на этот вопрос можно прочесть здесь. А если кратко, то во всём виноват Север. И конкретно — Áндома, село к юго-востоку от Онежского озера, куда я приезжал на лето из Северодвинска. И даже еще более конкретно — андомская библиотека, почта, сельпо и многочисленные родственники.
— Расскажите какой-нибудь прикольный факт про язык — может, там очень много падежей или интересная система времен? Что вас удивляет, что создает сложности?
Если начать издалека, то интересная черта, отличающая уральские языки от индоевропейских — это отсутствие грамматической категории рода. Без контекста мы не сможем понять значение местоимения hän — «он», «она» или «оно». Например, hän sanui может означать «он сказал», «она сказала» или «оно сказало».
Как и в других финно-угорских языках используются послеслоги — аналог предлогов, но стоящие не перед, а после слова, к которому относятся.
Очень хорошо развита система падежей, количество которых в вепсском — до 24.
А сложностей с изучением языка не припомню. Всё проходило и проходит с лёгкостью и интересом.
Более подробно об особенностях вепсского (в частности, о таких специфических штуках как чередование ступеней согласных, гармония гласных, основы слов) можно прочесть здесь.
А если вы изучаете редкий или необычный язык и хотите рассказать о нем для рубрики #ну_как_не_учить — пишите в комментариях!
— Антон, скажите нам пару слов про вепсский: где на нем говорят, какое у него примерно количество носителей, к какой языковой семье он относится? Похож ли он на какие-то более «крупные» языки?
— Исторически территория вепсского языка располагалась к востоку от Волхова — в Присвирье, Обонежье и в северной части Белозерья. Отдельные ранние вепсские группы проникали в Заволочье вплоть до бассейна Мезени и Вашки, где принимали участие в формировании удорских коми.
На остальной исторической территории вепсы в результате «чересполосицы» с русскими и карелами переходили на русский или карельский. Таким образом сформировались южные наречия карельского, а русские говоры Обонежья и Присвирья получили значительный пласт лексики вепсского происхождения.
В раннее время в Межозерье вепсский взаимодействовал с какими-то языками волжско-финского и саамского типа, которые позднее поглотил. А с древнерусским и русским языком тесно взаимодействует с момента образования Древнерусского государства и даже ранее.
На пике (в 1930-е годы) численность вепсского населения доходила до 35 тысяч, сейчас же носителей вепсского языка не более 3,5 тысяч. При этом некоторые указывают вепсский язык в качестве родного, не в полной мере владея им. Так что полноценных носителей, использующих вепсский язык регулярно, намного меньше.
В настоящее время вепсский язык еще можно услышать на востоке Ленинградской области, в южном Прионежье в Республике Карелия и в отдельных сёлах и деревнях северо-запада Вологодской области.
Язык относят к прибалтийско-финской группе финно-угорских языков (уральская языковая семья). Он наиболее близок к карельскому, с которым фактически к XVIII–XIX веку образовал диалектный континуум.
Из «крупных» языков близок к финскому и эстонскому. Более системно связан с финским. Однако в силу апокопы (выпадения звуков в конце слов) и наличия звонких гласных по звучанию напоминает эстонский, но отличается от последнего отсутствием долгих гласных и звука õ [ы].
Тем не менее, вепсский — это самостоятельный язык, который довольно рано обособился от прибалтийско-финского массива.
— А как вы вообще начали им заниматься? Да еще и такими специфическими сферами как топонимия и ономастика?
— Подробный ответ на этот вопрос можно прочесть здесь. А если кратко, то во всём виноват Север. И конкретно — Áндома, село к юго-востоку от Онежского озера, куда я приезжал на лето из Северодвинска. И даже еще более конкретно — андомская библиотека, почта, сельпо и многочисленные родственники.
— Расскажите какой-нибудь прикольный факт про язык — может, там очень много падежей или интересная система времен? Что вас удивляет, что создает сложности?
Если начать издалека, то интересная черта, отличающая уральские языки от индоевропейских — это отсутствие грамматической категории рода. Без контекста мы не сможем понять значение местоимения hän — «он», «она» или «оно». Например, hän sanui может означать «он сказал», «она сказала» или «оно сказало».
Как и в других финно-угорских языках используются послеслоги — аналог предлогов, но стоящие не перед, а после слова, к которому относятся.
Очень хорошо развита система падежей, количество которых в вепсском — до 24.
А сложностей с изучением языка не припомню. Всё проходило и проходит с лёгкостью и интересом.
Более подробно об особенностях вепсского (в частности, о таких специфических штуках как чередование ступеней согласных, гармония гласных, основы слов) можно прочесть здесь.
А если вы изучаете редкий или необычный язык и хотите рассказать о нем для рубрики #ну_как_не_учить — пишите в комментариях!
🔥23👍10🥰4
ЛАХНОВО И ЛОХНОВО:
ПСКОВСКИЙ ГАЛАКТИОН ИЛИ ВЕПССКИЙ ЛЕЩ?
Нередко встречаются ситуации, когда одинаковые по форме названия имеют различное происхождение.
Например, вытегорское село Самино в конечном счете через название реки Самины восходит к вепсскому слову 'пролив'. Однако его архангельская тезка (дер. Самино) – к Сама – разговорному варианту имени Самуил (Самойло).
Одна из деревень, составляющих вытегорское Самино – Лахново тоже имеет «однофамильцев» в Карелии (дер. Лахново в Заонежье) и в Архангельской области (дер. Лохново в Пинежье).
Имена на -хно были нередки у западных и восточных славян. Самое большое число топонимов, образованных от подобного рода имен, отмечается в Псковской области.
Например, здесь есть 6 деревень с названием Грихново (от Грихно – Григорий), 5 деревень Зехново (от Зенон, Зиновий), 5 деревень Яхново (от Яков, Ярослав), 4 деревни Стехново (от Степан), 4 деревни Ивахново (от Иван), 3 деревни Сахново (от Александр), не считая множества деревень с названиями типа Захново (Захар), Рохново (Роман, Родион) и так далее.
Встречаются подобные названия и на территории Новгородской, на западе Тверской, на юге Ленинградской и в Архангельской области. В последней имеются деревни Грихнево, Грихново, Зехнова, Лохново, Прохново (от Прохор, Прокоп), Юхнево (от Юрий).
То есть преобладающий ареал топонимов, образованных от имен на -хно, маркирует путь из псковских земель в Поморье.
Название пинежской деревни Лохново восходит к именам, начинающихся на Ла- (Ло- связано с оканием местных говоров). Среди этих имен, в частности Лазарь, а также Ларион (Илларион) и Лактион (Галактион).
Что же касается саминского Лахново, то с лингвистической точки зрения название в равной степени может восходить как к древнерусскому имени Лахно, так и к прозвищу Lahnoi или Lahn, образованному от вепсского lahn, карельского lahna 'лещ'.
Сделать выбор позволяет привлечение дополнительной информации:
на карте 1832 г. деревня отмечена как Лагуева гора, а в ближайшей к ней деревне Анциферово известна фамилия Лещев.
Это подтверждает, что вытегорское Лахново восходит к вепсскому или карельскому прозвищу Лахной (Лещ).
Что почитать:
Соболев А.И. О повышении достоверности ономастических этимологий (на материале Юго-Восточного Обонежья) // Вопросы ономастики. 2021. Т. 18. № 3. С. 28. URL: http://onomastics.ru/content/2021-t-18-%E2%84%963-0
ПСКОВСКИЙ ГАЛАКТИОН ИЛИ ВЕПССКИЙ ЛЕЩ?
Нередко встречаются ситуации, когда одинаковые по форме названия имеют различное происхождение.
Например, вытегорское село Самино в конечном счете через название реки Самины восходит к вепсскому слову 'пролив'. Однако его архангельская тезка (дер. Самино) – к Сама – разговорному варианту имени Самуил (Самойло).
Одна из деревень, составляющих вытегорское Самино – Лахново тоже имеет «однофамильцев» в Карелии (дер. Лахново в Заонежье) и в Архангельской области (дер. Лохново в Пинежье).
Имена на -хно были нередки у западных и восточных славян. Самое большое число топонимов, образованных от подобного рода имен, отмечается в Псковской области.
Например, здесь есть 6 деревень с названием Грихново (от Грихно – Григорий), 5 деревень Зехново (от Зенон, Зиновий), 5 деревень Яхново (от Яков, Ярослав), 4 деревни Стехново (от Степан), 4 деревни Ивахново (от Иван), 3 деревни Сахново (от Александр), не считая множества деревень с названиями типа Захново (Захар), Рохново (Роман, Родион) и так далее.
Встречаются подобные названия и на территории Новгородской, на западе Тверской, на юге Ленинградской и в Архангельской области. В последней имеются деревни Грихнево, Грихново, Зехнова, Лохново, Прохново (от Прохор, Прокоп), Юхнево (от Юрий).
То есть преобладающий ареал топонимов, образованных от имен на -хно, маркирует путь из псковских земель в Поморье.
Название пинежской деревни Лохново восходит к именам, начинающихся на Ла- (Ло- связано с оканием местных говоров). Среди этих имен, в частности Лазарь, а также Ларион (Илларион) и Лактион (Галактион).
Что же касается саминского Лахново, то с лингвистической точки зрения название в равной степени может восходить как к древнерусскому имени Лахно, так и к прозвищу Lahnoi или Lahn, образованному от вепсского lahn, карельского lahna 'лещ'.
Сделать выбор позволяет привлечение дополнительной информации:
на карте 1832 г. деревня отмечена как Лагуева гора, а в ближайшей к ней деревне Анциферово известна фамилия Лещев.
Это подтверждает, что вытегорское Лахново восходит к вепсскому или карельскому прозвищу Лахной (Лещ).
Что почитать:
Соболев А.И. О повышении достоверности ономастических этимологий (на материале Юго-Восточного Обонежья) // Вопросы ономастики. 2021. Т. 18. № 3. С. 28. URL: http://onomastics.ru/content/2021-t-18-%E2%84%963-0
❤11👍7✍2🥰2
Деревня Лохново (Пинежский район Архангельской области).
Источник:
http://sanatatur.ru/forum/viewtopic.php?f=119&t=13469&start=11
Источник:
http://sanatatur.ru/forum/viewtopic.php?f=119&t=13469&start=11
❤19👍12
КЛЕЩИНО = ЛЕЩЁВО
Озеро Плещеево, на котором стоит город Переяславль-Залесский, по летописям известно как озеро Клещино: «... на Ростовьском озере меря, а на Клещине меря же».
Топонимическая модель лимнонимов (названий озёр) на Клещ(ин)- сосредоточена к востоку от Ильменя.
Ее появление на юге Ярославской области В.Л. Васильев объясняет продвижением носителей древнепсковских (севернокривичских говоров) далеко на восток.
При этом древнепсковское, древненовгородское клещь, древнепольское kleszcz, словинское klìešč, нижнелужицкое klešć – это 'рыба лещ'.
Что почитать:
В.Л. Васильев. Славянские топонимические древности Новгородской земли. М., 2012. С. 409–413.
Иллюстрация:
Соколов Владимир Иванович. Переяславль-Залесский (1943)
Озеро Плещеево, на котором стоит город Переяславль-Залесский, по летописям известно как озеро Клещино: «... на Ростовьском озере меря, а на Клещине меря же».
Топонимическая модель лимнонимов (названий озёр) на Клещ(ин)- сосредоточена к востоку от Ильменя.
Ее появление на юге Ярославской области В.Л. Васильев объясняет продвижением носителей древнепсковских (севернокривичских говоров) далеко на восток.
При этом древнепсковское, древненовгородское клещь, древнепольское kleszcz, словинское klìešč, нижнелужицкое klešć – это 'рыба лещ'.
Что почитать:
В.Л. Васильев. Славянские топонимические древности Новгородской земли. М., 2012. С. 409–413.
Иллюстрация:
Соколов Владимир Иванович. Переяславль-Залесский (1943)
❤🔥22👍13❤7🫡1
HUNGARICUM
После недавних упоминаний «Встречи Руси и Чуди» уважаемыми лингвистическими каналами «Ну как сказать» и «Языковедьма», добавивших 200 подписчиков, самое время познакомить новых читателей с венгерским разделом канала:
О предыстории финно-угорских языков
Lexica hungarica
Венгерское руническое письмо
Из Сибири – в Германию
Из Сибири – в Африку
Коуч и кучер
Где эта утца?
Неметы
Половецкий пёс
Нож половецкий
Гуляш и бограч
Кулеш и погача
Бяшки, бáли и кéчки
Чига-бига и чирвой-карвой
Мангалица
Иллюстрация:
Клятва на крови венгерских вождей. Фреска Берталана Секея (1896–1897 гг.)
UPD: Мэдвэкутя
#hungaricum
После недавних упоминаний «Встречи Руси и Чуди» уважаемыми лингвистическими каналами «Ну как сказать» и «Языковедьма», добавивших 200 подписчиков, самое время познакомить новых читателей с венгерским разделом канала:
О предыстории финно-угорских языков
Lexica hungarica
Венгерское руническое письмо
Из Сибири – в Германию
Из Сибири – в Африку
Коуч и кучер
Где эта утца?
Неметы
Половецкий пёс
Нож половецкий
Гуляш и бограч
Кулеш и погача
Бяшки, бáли и кéчки
Чига-бига и чирвой-карвой
Мангалица
Иллюстрация:
Клятва на крови венгерских вождей. Фреска Берталана Секея (1896–1897 гг.)
UPD: Мэдвэкутя
#hungaricum
👍20❤16✍6❤🔥1🥰1🙏1
РЕБОВО И МЕГРА
Вслед за уважаемой «Языковедьмой», написавшей об иранской этимологии прибалтийско-финской лисы (вепсское reboi) вспоминается вытегорская деревня Ребово, в писцовых книгах Ребуевская, затопленная водами Волго-Балта.
Фольклористы Н.А. Криничная и В.И. Пулькин, побывавшие в 1971 г. в Вытегорском районе Вологодской области, отмечают, что при реконструкции Волго-Балтийского водного пути «только в здешнем, Анхимовском, сельсовете ушли под воду – вместе со своими преданиями, легендами, именами знаменитых земляков – деревнюшки Сюрьга, Зеленино, Катальниково, Локманово, Леонтьево, Филиппово, Данилово, Белоусово, Голосово, Нагажма, Поджа, Подъелье, Подгородка, Материки, Ребово, Жарково, иные ...».
Поэтически это описал уроженец белозерского села Мегра поэт Сергей Орлов:
На Волгобалте
Моей деревни больше нету.
Она жила без счета лет,
Как луг, как небо, бор
и ветер, —
Теперь ее на свете нет.
Она дышала теплым хлебом,
Позванивая погромком,
К ней на рогах коровы небо
Несли неспешно людям
в дом.
Плывут над ней, взрывая
воды,
Не зная, что она была,
Белы, как солнце,
теплоходы,
Планеты стали и стекла.
И дела нет до них, пожалуй,
Уж ни одной душе живой,
Что здесь жила, пахала,
жала
Деревня русская век свой.
Детей растила, ликовала,
Плясала, плакала, пила,
С зарей ложилась и вставала,
Гремя в свои колокола
Стогов, домов, хлевов,
овинов
В богатый год и в недород.
В чем невиновна, в чем
повинна,
Теперь никто не разберет.
Я до сих пор твой сын,
деревня,
Но есть еще двадцатый век, —
Вывертывает он коренья
И прерывает русла рек.
Что сделал он,
то сам я сделал,
Никто другой того не мог, —
И этот лайнер снежно-белый,
И всплывший дедовский
пенек.
И я пройду по дну всю
пойму,
Как под водой ни тяжело.
Я все потопленное помню.
Я слышу звон колоколов.
А наверху, как плахи,
пирсы,
В ладонях шлюзов — солнца
ртуть.
Я с тем и этим крепко
свыкся,
Одно другим не зачеркнуть.
Отмечу, что и название Мегра связано с вепсским названием пушного зверя – mägr 'барсук'.
Интересно, что на северо-западе Вологодской области современные русские деревни могут носить названия вепсского происхождения, а вепсские деревни – русского или более раннего финно-угорского происхождения. Но это тема для отдельных постов.
Вслед за уважаемой «Языковедьмой», написавшей об иранской этимологии прибалтийско-финской лисы (вепсское reboi) вспоминается вытегорская деревня Ребово, в писцовых книгах Ребуевская, затопленная водами Волго-Балта.
Фольклористы Н.А. Криничная и В.И. Пулькин, побывавшие в 1971 г. в Вытегорском районе Вологодской области, отмечают, что при реконструкции Волго-Балтийского водного пути «только в здешнем, Анхимовском, сельсовете ушли под воду – вместе со своими преданиями, легендами, именами знаменитых земляков – деревнюшки Сюрьга, Зеленино, Катальниково, Локманово, Леонтьево, Филиппово, Данилово, Белоусово, Голосово, Нагажма, Поджа, Подъелье, Подгородка, Материки, Ребово, Жарково, иные ...».
Поэтически это описал уроженец белозерского села Мегра поэт Сергей Орлов:
На Волгобалте
Моей деревни больше нету.
Она жила без счета лет,
Как луг, как небо, бор
и ветер, —
Теперь ее на свете нет.
Она дышала теплым хлебом,
Позванивая погромком,
К ней на рогах коровы небо
Несли неспешно людям
в дом.
Плывут над ней, взрывая
воды,
Не зная, что она была,
Белы, как солнце,
теплоходы,
Планеты стали и стекла.
И дела нет до них, пожалуй,
Уж ни одной душе живой,
Что здесь жила, пахала,
жала
Деревня русская век свой.
Детей растила, ликовала,
Плясала, плакала, пила,
С зарей ложилась и вставала,
Гремя в свои колокола
Стогов, домов, хлевов,
овинов
В богатый год и в недород.
В чем невиновна, в чем
повинна,
Теперь никто не разберет.
Я до сих пор твой сын,
деревня,
Но есть еще двадцатый век, —
Вывертывает он коренья
И прерывает русла рек.
Что сделал он,
то сам я сделал,
Никто другой того не мог, —
И этот лайнер снежно-белый,
И всплывший дедовский
пенек.
И я пройду по дну всю
пойму,
Как под водой ни тяжело.
Я все потопленное помню.
Я слышу звон колоколов.
А наверху, как плахи,
пирсы,
В ладонях шлюзов — солнца
ртуть.
Я с тем и этим крепко
свыкся,
Одно другим не зачеркнуть.
Отмечу, что и название Мегра связано с вепсским названием пушного зверя – mägr 'барсук'.
Интересно, что на северо-западе Вологодской области современные русские деревни могут носить названия вепсского происхождения, а вепсские деревни – русского или более раннего финно-угорского происхождения. Но это тема для отдельных постов.
❤🔥21💔12🔥4🕊1
Forwarded from Череповецкая губерния
В лесах поспела черника, а потому предлагаем рецепт холодного летнего супа из этой ягоды.
Вепсский луково-черничный суп - Mustikvedel valatud luk
Ингредиенты:
- Черника
- Лук зелёный
- Специи, приправа по вкусу.
Приготовление:
Зелёный лук растирают с солью, добавляют размятую чернику, холодную воду. Едят с чёрным хлебом.
#кухня
Вепсский луково-черничный суп - Mustikvedel valatud luk
Ингредиенты:
- Черника
- Лук зелёный
- Специи, приправа по вкусу.
Приготовление:
Зелёный лук растирают с солью, добавляют размятую чернику, холодную воду. Едят с чёрным хлебом.
#кухня
🤔22🦄11❤🔥3🥰3❤2👍2🥴2
ЛУК И ЛААК
Вепсские названия лука – luk и lāk [la:k] восходят к раннему германскому слову, попавшему в вепсский двумя путями (в том числе через русский язык):
вепсское luk < русское лук, праславянское лукъ < прагерманское *laukaz > праприбалтийско-финское laukka > вепсское lāk.
Подробнее с происхождением слова лук можно ознакомиться на уважаемом канале «Вопросы о словах».
Иллюстрация:
Эжен Фредрик Янсон. Натюрморт с луком (швед. Stilleben med lökar) (1882).
Вепсские названия лука – luk и lāk [la:k] восходят к раннему германскому слову, попавшему в вепсский двумя путями (в том числе через русский язык):
вепсское luk < русское лук, праславянское лукъ < прагерманское *laukaz > праприбалтийско-финское laukka > вепсское lāk.
Подробнее с происхождением слова лук можно ознакомиться на уважаемом канале «Вопросы о словах».
Иллюстрация:
Эжен Фредрик Янсон. Натюрморт с луком (швед. Stilleben med lökar) (1882).
❤🔥15👍13🥰2✍1🍓1
МЕДВЕЖИЙ ЛУК
Латинское cepulla 'луковичка', через польское cebula попавшее в украинский (цибуля), белорусский (цыбуля) языки и южнорусские диалекты, стало источником для обозначения лука в части прибалтийско-финских языков:
финское и карельское sipuli, эстонское sibul.
Однако в последнем случае путь слова из Рима шел не через польские, а через германские земли (германское cibollā > старошведское sipul).
При этом венгерский язык устоял перед латинской цибулей и германским луком.
Венгерское hagyma 'лук' возводят к прафинно-угорскому *koćmɜ 'луковичное растение'. Отсюда же удмуртское кумызь 'чеснок', 'дикий чеснок (черемша)'.
Черемша известна также как медвежий лук, а по-венгерски – medvehagyma. Вот такое соединение уральского и дунайского славянского слов!
Правда, здесь мы имеем дело с «книжной» калькой из латинского Allium ursinum.
Иллюстрация: черемша.
Из сети Интернет
#hungaricum
Латинское cepulla 'луковичка', через польское cebula попавшее в украинский (цибуля), белорусский (цыбуля) языки и южнорусские диалекты, стало источником для обозначения лука в части прибалтийско-финских языков:
финское и карельское sipuli, эстонское sibul.
Однако в последнем случае путь слова из Рима шел не через польские, а через германские земли (германское cibollā > старошведское sipul).
При этом венгерский язык устоял перед латинской цибулей и германским луком.
Венгерское hagyma 'лук' возводят к прафинно-угорскому *koćmɜ 'луковичное растение'. Отсюда же удмуртское кумызь 'чеснок', 'дикий чеснок (черемша)'.
Черемша известна также как медвежий лук, а по-венгерски – medvehagyma. Вот такое соединение уральского и дунайского славянского слов!
Правда, здесь мы имеем дело с «книжной» калькой из латинского Allium ursinum.
Иллюстрация: черемша.
Из сети Интернет
#hungaricum
❤🔥25👍15🔥3
ТÁХТУШКА
Вслед за уважаемой «Череповецкой губернией» вспоминаем рецепт вытегорской тáхтушки из села Ошта:
«Состав: брусника, можно моченая или другие северные ягоды (черника, морошка, малина, голубика и др.) – 1,5 стакана, толокно или ржаная мука – 1 стакан, сахар - 200 г, растительное масло – 1 столовая ложка.
Приготовление: в блюдо или миску налить холодный кипяток, добавить растительное масло, толокно или ржаную муку, размешать, чтобы не было комочков и оставить для набухания на 3-5 минут, добавить ягоды, размешать, постепенно всыпать сахар. Получится густая масса.
Ржаную тахтушку едят без хлеба, а толокняную едят с хлебом».
Источник: вк-группа «Настроение – Моя Вытегра».
Что касается названия блюда, его происхождение следующее:
тáхтушка < вепс. tahtaz 'тесто', ср. также boltahtaz 'овсяная загуста с брусникой', где bol 'брусника': «овсяной муки и брусники положишь да размешаешь – это и есть овсяная загуста» < балтославянское *taištas, ставшее предком русского слова тесто.
Вслед за уважаемой «Череповецкой губернией» вспоминаем рецепт вытегорской тáхтушки из села Ошта:
«Состав: брусника, можно моченая или другие северные ягоды (черника, морошка, малина, голубика и др.) – 1,5 стакана, толокно или ржаная мука – 1 стакан, сахар - 200 г, растительное масло – 1 столовая ложка.
Приготовление: в блюдо или миску налить холодный кипяток, добавить растительное масло, толокно или ржаную муку, размешать, чтобы не было комочков и оставить для набухания на 3-5 минут, добавить ягоды, размешать, постепенно всыпать сахар. Получится густая масса.
Ржаную тахтушку едят без хлеба, а толокняную едят с хлебом».
Источник: вк-группа «Настроение – Моя Вытегра».
Что касается названия блюда, его происхождение следующее:
тáхтушка < вепс. tahtaz 'тесто', ср. также boltahtaz 'овсяная загуста с брусникой', где bol 'брусника': «овсяной муки и брусники положишь да размешаешь – это и есть овсяная загуста» < балтославянское *taištas, ставшее предком русского слова тесто.
Telegram
Череповецкая губерния
Во вторник 22 июля прошел праздник Панкратия Ягодника или же день черники
В предыдущие года по случаю данного праздника мы публиковали рецепт вепсской чернично-луковой похлёбки (mustikvedel valatud luk) - вот, вот и вот и рассказывали про вепсское растительное…
В предыдущие года по случаю данного праздника мы публиковали рецепт вепсской чернично-луковой похлёбки (mustikvedel valatud luk) - вот, вот и вот и рассказывали про вепсское растительное…
🔥13❤5👍4✍1🥰1
ДЕЖЕНЬ
Если на северо-западе Вологодской области кушанье из толокна известно как тáхтушка, то на востоке Вологодчины и в Архангельской области это дежень.
Отсюда же, кстати, фамилия Дежнёв.
Слово дежень происходит от дежа 'квашня':
русское дежа < праславянское děža < праиндоевропейское *dʰeyǵʰ- 'месить'.
А если мы двинемся от праиндоевропейского слова по другому пути, то всё равно попадём на северо-запад Вологодской области:
праиндоевропейское *dʰóyǵʰos 'то, что месят' > прагерманское *daigaz > праприбалтийско-финское *taikina 'квашня', 'тесто' > вепсское taigin 'квашня'.
К этому же праиндоевропейскому *dʰeyǵʰ- 'месить' восходит еще одно хорошо известное слово:
dige 'тот, кто месит' объединилось с hlæf 'хлеб' и образовало староанглийское hlæfdige 'хозяйка дома', 'знатная женщина', откуда английское lady 'леди'.
Иллюстрация:
Кугач Юрий Петрович. Накануне праздника (1967)
Если на северо-западе Вологодской области кушанье из толокна известно как тáхтушка, то на востоке Вологодчины и в Архангельской области это дежень.
Отсюда же, кстати, фамилия Дежнёв.
Слово дежень происходит от дежа 'квашня':
русское дежа < праславянское děža < праиндоевропейское *dʰeyǵʰ- 'месить'.
А если мы двинемся от праиндоевропейского слова по другому пути, то всё равно попадём на северо-запад Вологодской области:
праиндоевропейское *dʰóyǵʰos 'то, что месят' > прагерманское *daigaz > праприбалтийско-финское *taikina 'квашня', 'тесто' > вепсское taigin 'квашня'.
К этому же праиндоевропейскому *dʰeyǵʰ- 'месить' восходит еще одно хорошо известное слово:
dige 'тот, кто месит' объединилось с hlæf 'хлеб' и образовало староанглийское hlæfdige 'хозяйка дома', 'знатная женщина', откуда английское lady 'леди'.
Иллюстрация:
Кугач Юрий Петрович. Накануне праздника (1967)
❤30🤯8👍5✍3🥰3
ПОСТÉНЫ
В песнях Высоцкого мало диалектизмов. Есть умело используемое городское просторечие.
Но одно из диалектных слов в его песне «Смотрины» оставалось неясным. Это постéны:
Тут у меня постены появились,
Я их гоню и так и сяк – они опять.
Понимая, что постены – это что-то настенное, предполагали значения 'тараканы' и 'плесень'.
Вместе с тем, Е.В. Пурицкая отмечает, что пастéн / постéн в севернорусских и прилегающих к ним среднерусских говорах – это 'мифологическое существо, давящее, по народному поверью, человека во сне', 'болезненное состояние (кошмарный, удушливый сон)'.
При этом пастен не связан со стеной. Слово образовано от русского диалектного стень 'тень' с помощью префикса па-, имеющего значение неполноты, частичности (ср. пасынок, патрубок). То есть это тень особого рода.
Интересно, что пастен проник и к вепсам в форме pas't'en' [пáсьтень], став мифологическим воплощением ночного кошмара, наваливающегося на спящих (см. И.Ю. Винокурова. Мифология вепсов).
В песнях Высоцкого мало диалектизмов. Есть умело используемое городское просторечие.
Но одно из диалектных слов в его песне «Смотрины» оставалось неясным. Это постéны:
Тут у меня постены появились,
Я их гоню и так и сяк – они опять.
Понимая, что постены – это что-то настенное, предполагали значения 'тараканы' и 'плесень'.
Вместе с тем, Е.В. Пурицкая отмечает, что пастéн / постéн в севернорусских и прилегающих к ним среднерусских говорах – это 'мифологическое существо, давящее, по народному поверью, человека во сне', 'болезненное состояние (кошмарный, удушливый сон)'.
При этом пастен не связан со стеной. Слово образовано от русского диалектного стень 'тень' с помощью префикса па-, имеющего значение неполноты, частичности (ср. пасынок, патрубок). То есть это тень особого рода.
Интересно, что пастен проник и к вепсам в форме pas't'en' [пáсьтень], став мифологическим воплощением ночного кошмара, наваливающегося на спящих (см. И.Ю. Винокурова. Мифология вепсов).
🔥24❤5❤🔥5✍3👍3
ПЕТЕРБУРГСКАЯ ТОПОНИМИЯ (I)
В XV–начале XVII века территория современного Санкт-Петербурга относилась к Ореховскому уезду Водской пятины Новгородской земли.
Здесь располагалась деревни, починки, боярские и помещичьи усадьбы, относившиеся к нескольким погостам-округам. Так, например, центр Спасского Городенского погоста находился в районе Смольного монастыря.
В языковом плане тогда здесь проживало как древнерусское, так и ижорское население. Как известно, ижорский язык в историческом плане представляет собой одно из продолжений древнекарельского языка. В дальнейшем, после передачи Ореховского уезда Швеции по Столбовскому договору топонимы прошли адаптацию восточными диалектами финского языка.
Вместе с тем, редкость привлечения ижорских, древнекарельских и финских диалектных данных, рассмотрение географических названий в отрыве от закономерностей возникновения топонимов зачастую затрудняет объяснение петербургской топонимии.
Так возникают объяснения следующего типа: Пулково – от вепсского пулк 'пуля', Парголово – от русского ‘пар из головы’, Оккервиль – усадьба шведского полковника Оккервиля.
Петербургские топонимы, представленные ниже, восходят к ижорским и финским оригиналам на -ла. Как показывают топонимические исследования по смежным территориям, в основе топонимов подобного типа лежат личные имена или прозвища, а не просто слова, характеризующие, к примеру, местность. То есть для деревни Сутела (от ижорского прозвища Suzi < suzi 'волк', основа sute-) дословным переводом является Волково, а не 'место, где много волков'.
МУРИНО
Название города в конечном счете восходит не к финскому muuri 'камень для строительства' и уж тем более не означает 'место, где много камней', а также не имеет отношения к городу Мурому.
В основе названия Muurola / Muurila (1699 г.) лежит финское имя Muuri, которое может иметь прозвищный характер (muuri 'печь, печка').
ОККЕРВИЛЬ
Легенда связывает название реки с неким шведским полковником Оккервилем. Якобы на ее берегу стояла полковничья мыза. Однако гидроним связан с измененным названием деревни Карвила / Кервила (1698 г.), в основе названия которой лежит финское (саволакское) имя Karvi / Kervi, имеющее германское происхождение.
ПАРГОЛОВО
Название необоснованно объясняли из русского выражения 'пар из головы' или из финского perkele 'чёрт, дьявол'. В действительности изначальное название Паркола (1500 г.) восходит к Parkko – ижорской и карельской форме православного имени Парфентий.
ПУЛКОВО
Происхождение названия с учетом формы Пулкола (1676 г.) связывали то с вепсским pulk 'пуля', то с финским pulkka 'лопарские сани', puolukka 'брусника'. Однако не учитывалось, что прозвище Pulkka ранее (XVI в.) бытовало на Карельском перешейке.
В XV–начале XVII века территория современного Санкт-Петербурга относилась к Ореховскому уезду Водской пятины Новгородской земли.
Здесь располагалась деревни, починки, боярские и помещичьи усадьбы, относившиеся к нескольким погостам-округам. Так, например, центр Спасского Городенского погоста находился в районе Смольного монастыря.
В языковом плане тогда здесь проживало как древнерусское, так и ижорское население. Как известно, ижорский язык в историческом плане представляет собой одно из продолжений древнекарельского языка. В дальнейшем, после передачи Ореховского уезда Швеции по Столбовскому договору топонимы прошли адаптацию восточными диалектами финского языка.
Вместе с тем, редкость привлечения ижорских, древнекарельских и финских диалектных данных, рассмотрение географических названий в отрыве от закономерностей возникновения топонимов зачастую затрудняет объяснение петербургской топонимии.
Так возникают объяснения следующего типа: Пулково – от вепсского пулк 'пуля', Парголово – от русского ‘пар из головы’, Оккервиль – усадьба шведского полковника Оккервиля.
Петербургские топонимы, представленные ниже, восходят к ижорским и финским оригиналам на -ла. Как показывают топонимические исследования по смежным территориям, в основе топонимов подобного типа лежат личные имена или прозвища, а не просто слова, характеризующие, к примеру, местность. То есть для деревни Сутела (от ижорского прозвища Suzi < suzi 'волк', основа sute-) дословным переводом является Волково, а не 'место, где много волков'.
МУРИНО
Название города в конечном счете восходит не к финскому muuri 'камень для строительства' и уж тем более не означает 'место, где много камней', а также не имеет отношения к городу Мурому.
В основе названия Muurola / Muurila (1699 г.) лежит финское имя Muuri, которое может иметь прозвищный характер (muuri 'печь, печка').
ОККЕРВИЛЬ
Легенда связывает название реки с неким шведским полковником Оккервилем. Якобы на ее берегу стояла полковничья мыза. Однако гидроним связан с измененным названием деревни Карвила / Кервила (1698 г.), в основе названия которой лежит финское (саволакское) имя Karvi / Kervi, имеющее германское происхождение.
ПАРГОЛОВО
Название необоснованно объясняли из русского выражения 'пар из головы' или из финского perkele 'чёрт, дьявол'. В действительности изначальное название Паркола (1500 г.) восходит к Parkko – ижорской и карельской форме православного имени Парфентий.
ПУЛКОВО
Происхождение названия с учетом формы Пулкола (1676 г.) связывали то с вепсским pulk 'пуля', то с финским pulkka 'лопарские сани', puolukka 'брусника'. Однако не учитывалось, что прозвище Pulkka ранее (XVI в.) бытовало на Карельском перешейке.
❤🔥16🔥13👍11🤝3❤1