ПИСТРИК
Этимологический словарь эстонского языка (2012) отмечает, что происхождение эстонского pistrik 'ястреб' неизвестно.
Вместе с тем, можно предположить, что источник слова – русское *пúстрик 'кто-либо или что-либо пёстрой окраски', ср. русское диалектное пécтрик 'домотканая пёстрая ткань', 'кличка теленка пегой, пёстрой окраски', пистрик 'болотный кулик', в конечном счете восходящие к древнерусскому пьстръ 'пёстрый'.
Иллюстрация:
ястреб-тетеревятник. Авторы – братья фон Вригт (von Wright).
Этимологический словарь эстонского языка (2012) отмечает, что происхождение эстонского pistrik 'ястреб' неизвестно.
Вместе с тем, можно предположить, что источник слова – русское *пúстрик 'кто-либо или что-либо пёстрой окраски', ср. русское диалектное пécтрик 'домотканая пёстрая ткань', 'кличка теленка пегой, пёстрой окраски', пистрик 'болотный кулик', в конечном счете восходящие к древнерусскому пьстръ 'пёстрый'.
Иллюстрация:
ястреб-тетеревятник. Авторы – братья фон Вригт (von Wright).
👍8❤🔥6🥰2✍1
РОПАК-КУРПАК ИЛИ КТО НА СВЕТЕ ВСЕХ РЯБЕЕ?
До массовой вакцинации оспа была нередким заболеванием, унесшим за всю историю миллионы жизней. У выживших она нередко оставляла рубцы на теле.
Такие особые приметы не могли остаться незамеченными окружающими, а их носителям давали прозвища Рябóй.
Саму оспу называли шадра, а следы от нее – рябина, щедра, щербой. От подобных прозвищ произошли довольно частые фамилии Рябов, Шадрин, Рябинин, Щедрин, Щербин.
В зоне современных или недавних вепсско-русских и карельско-русских языковых контактов – в Олонецкой губернии человека с оспинами называли ропáк.
Так, составитель «Областного словаря олонецкого наречия в его бытовом и этнографическом применении» Герман Илларионович Куликовский отмечал, что на Тудозере (ныне – Вытегорский район Вологодской области), дразня рябого, приговаривали:
Ропáк-курпáк – шита рожа, браный нос!
Слово ропáк восходит к вепсскому ropak 'оспеный рубец’, курпáк – к вепсскому kurp 'морщина'.
Происходящая от той же основы фамилия Ропакóв встречается на востоке Ленинградской области (в бывшем Винницком районе) и в населенных пунктах северо-запада Вологодской области.
В Карелии (в Горнем Шелтозере) И.И. Муллонен зафиксировала неофициальную вепсскую фамилию Ropakohne. Схожая по смыслу карельская фамилия Рýпиев (< карельское rupi 'oспа’) отмечается в Олонецком районе Карелии.
Фамилия Курпакóв известна на северо-западе Вологодской области (Ошта), а также в Карелии. В бывшем Оштинском районе (Ленинградской, затем – Вологодской области) была и деревня Курпаки.
Древнерусское и русское слово рябой имеет также значение ‘пестрый’. От данной основы образованы названия птиц с пёстрым оперением:
- рябчик;
- рябь (древнерусское) ‘куропатка’.
В свою очередь вепсское kurp, карельское kurppu 'морщина’, ижорское kurppa 'оспина на лице’ восходят к названию еще одной пёстрой птицы – кулика:
- финское kurppa 'вальдшнеп', 'бекас';
- водское kurppa, эстонское kurp 'вальдшнеп’, ‘кулик’.
Поэтому в русских олонецких говорах слово курпáк (кроме прозвища рябого человека) имело значение 'кулик'.
В данном случае первично название птицы ('птица с пёстрой окраской' > 'пестрина, рябина' > 'человек со следами оспы'), имеющее звукоизобразительный характер.
До массовой вакцинации оспа была нередким заболеванием, унесшим за всю историю миллионы жизней. У выживших она нередко оставляла рубцы на теле.
Такие особые приметы не могли остаться незамеченными окружающими, а их носителям давали прозвища Рябóй.
Саму оспу называли шадра, а следы от нее – рябина, щедра, щербой. От подобных прозвищ произошли довольно частые фамилии Рябов, Шадрин, Рябинин, Щедрин, Щербин.
В зоне современных или недавних вепсско-русских и карельско-русских языковых контактов – в Олонецкой губернии человека с оспинами называли ропáк.
Так, составитель «Областного словаря олонецкого наречия в его бытовом и этнографическом применении» Герман Илларионович Куликовский отмечал, что на Тудозере (ныне – Вытегорский район Вологодской области), дразня рябого, приговаривали:
Ропáк-курпáк – шита рожа, браный нос!
Слово ропáк восходит к вепсскому ropak 'оспеный рубец’, курпáк – к вепсскому kurp 'морщина'.
Происходящая от той же основы фамилия Ропакóв встречается на востоке Ленинградской области (в бывшем Винницком районе) и в населенных пунктах северо-запада Вологодской области.
В Карелии (в Горнем Шелтозере) И.И. Муллонен зафиксировала неофициальную вепсскую фамилию Ropakohne. Схожая по смыслу карельская фамилия Рýпиев (< карельское rupi 'oспа’) отмечается в Олонецком районе Карелии.
Фамилия Курпакóв известна на северо-западе Вологодской области (Ошта), а также в Карелии. В бывшем Оштинском районе (Ленинградской, затем – Вологодской области) была и деревня Курпаки.
Древнерусское и русское слово рябой имеет также значение ‘пестрый’. От данной основы образованы названия птиц с пёстрым оперением:
- рябчик;
- рябь (древнерусское) ‘куропатка’.
В свою очередь вепсское kurp, карельское kurppu 'морщина’, ижорское kurppa 'оспина на лице’ восходят к названию еще одной пёстрой птицы – кулика:
- финское kurppa 'вальдшнеп', 'бекас';
- водское kurppa, эстонское kurp 'вальдшнеп’, ‘кулик’.
Поэтому в русских олонецких говорах слово курпáк (кроме прозвища рябого человека) имело значение 'кулик'.
В данном случае первично название птицы ('птица с пёстрой окраской' > 'пестрина, рябина' > 'человек со следами оспы'), имеющее звукоизобразительный характер.
❤🔥8👍5❤2🥰1
РУДОМЕТР
На севере Вытегорского района Вологодской области в верховьях реки Андомы есть небольшое озеро под названием Рудометрово.
Но рудометр – это не прибор для измерения руды, а измененное рудомёт 'тот, кто лечит кровопусканием', от (древне)русского руда 'кровь' и метати 'кидать, бросать, вынимать'.
Как известно, кровопускание применялось с древности при многих болезнях. Рудометы состояли и при царях:
«Великому государю ... пущали рошковую руду; а у того дела был рудомет Мартынко Михайлов» (1663 г.).
Эффективность такого лечения была сомнительной, порой оно приводило к негативным последствиям:
«Был болен, незадолго де до того дни пущал руду и от того мало не умер» (1647 г.).
Бесполезность кровопускания в большинстве случаев и даже его вред (при отсутствии дезинфекции, а также в случае чрезмерного забора крови) стал ясен во второй половине XIX века. Однако самодеятельные рудометы еще долго действовали в сельской местности. Интересный пример употребления слова рудомёт содержит Словарь русских народных говоров:
«В старину у нас был старик один, рудомет. Он кровь выбирал плохую, старикам, бабкам кровь бросал. Стакана два набирал и наземь бросал».
Что касается озера Рудометрово, то его название не обязательно связано со знахарем-кровопускателем. Возможно, здесь мы имеем дело с неверным переводом с вепсского языка (здесь многие названия озер вепсского и карельского происхождения). Так, рудомёт по-вепсски – čakanotai, буквально 'берущий кровь'. Однако, это слово имеет и еще одно значение – 'пиявка'.
Вероятно, название озера было неверно переведено с вепсского на русский язык как Рудометрово вместо правильного варианта – Пиявочное.
На севере Вытегорского района Вологодской области в верховьях реки Андомы есть небольшое озеро под названием Рудометрово.
Но рудометр – это не прибор для измерения руды, а измененное рудомёт 'тот, кто лечит кровопусканием', от (древне)русского руда 'кровь' и метати 'кидать, бросать, вынимать'.
Как известно, кровопускание применялось с древности при многих болезнях. Рудометы состояли и при царях:
«Великому государю ... пущали рошковую руду; а у того дела был рудомет Мартынко Михайлов» (1663 г.).
Эффективность такого лечения была сомнительной, порой оно приводило к негативным последствиям:
«Был болен, незадолго де до того дни пущал руду и от того мало не умер» (1647 г.).
Бесполезность кровопускания в большинстве случаев и даже его вред (при отсутствии дезинфекции, а также в случае чрезмерного забора крови) стал ясен во второй половине XIX века. Однако самодеятельные рудометы еще долго действовали в сельской местности. Интересный пример употребления слова рудомёт содержит Словарь русских народных говоров:
«В старину у нас был старик один, рудомет. Он кровь выбирал плохую, старикам, бабкам кровь бросал. Стакана два набирал и наземь бросал».
Что касается озера Рудометрово, то его название не обязательно связано со знахарем-кровопускателем. Возможно, здесь мы имеем дело с неверным переводом с вепсского языка (здесь многие названия озер вепсского и карельского происхождения). Так, рудомёт по-вепсски – čakanotai, буквально 'берущий кровь'. Однако, это слово имеет и еще одно значение – 'пиявка'.
Вероятно, название озера было неверно переведено с вепсского на русский язык как Рудометрово вместо правильного варианта – Пиявочное.
👍11❤🔥3🥰2
ПОГОСТИМ НА ПОГОСТЕ
Часть 1
По южному и восточному прибрежью Онежского озера то и дело попадаются названия со словом погост. Это – Погосты: Саминский (Самино), Андомский (Андома), Тудозерский (Тудозеро), Кондушский (Кондуши) и Оштинский (Ошта).
Чуть в стороне остается Анхимово – Вытегорский Погост.
Лет сто назад в Вытегорье погостов здесь было еще больше. Например, Верхне-Пятницкий, Спасоматкозерский, Андоморецкий (Никола).
Многие думают, что за словом погостом скрывается кладбище. Отчасти (с точки зрения современного значения слова) они правы. Однако, в момент наименования ни один из этих погостов не был кладбищем.
Достаточно заглянуть в Большой академический словарь русского языка, чтобы понять происхождение слова погост и увидеть изменение его значения со временем.
Первое значение. 'В Древней Руси – место торга, куда съезжались купцы'. Здесь очень к месту цитируется курс российской истории Ключевского:
«Возникли сборные торговые пункты, куда звероловы и бортники сходились для торговли, для гостьбы, как говорили в старину. Такие сборные пункты получили названия погостов».
В таких торговых местах было удобно собирать дань. Поэтому согласно Повести временных лет, в 947 году княгиня Ольга установила погосты по Мсте, ставшие местом сбора дани.
Так стало формироваться второе значение погоста 'в Древней Руси – сельская община, селение'.
Так, вся Новгородская метрополия делилась на погосты – церковно-фискальные округа, совмещавшие церковный приход, а также территорию сбора, раскладки налогов и податей.
С присоединением в конце XV века Новгорода к Москве в Новгородской земле были образованы пятины (от пятина 'одна пятая часть земли') – огромные административно-территориальные округа (Водская, Шелонская, Деревская, Обонежская и Бежецкая). Они занимали территорию от Селигера до Белого моря и от Ивангорода до Устюжны.
Пятины делились на прежние погосты новгородского времени.
Так, например, на территории центральной части Санкт-Петербурга в XV–XVI веках располагались деревни Никольского Ижорского и Спасского Городенского погостов Ореховского уезда Водской пятины. А на территории вытегорской части Обонежья – Никольский Андомский, Покровский Вытегорский, Рождественский Мегрежский и Никольский Оштинский погосты Заонежской половины Обонежской пятины.
Часть 1
По южному и восточному прибрежью Онежского озера то и дело попадаются названия со словом погост. Это – Погосты: Саминский (Самино), Андомский (Андома), Тудозерский (Тудозеро), Кондушский (Кондуши) и Оштинский (Ошта).
Чуть в стороне остается Анхимово – Вытегорский Погост.
Лет сто назад в Вытегорье погостов здесь было еще больше. Например, Верхне-Пятницкий, Спасоматкозерский, Андоморецкий (Никола).
Многие думают, что за словом погостом скрывается кладбище. Отчасти (с точки зрения современного значения слова) они правы. Однако, в момент наименования ни один из этих погостов не был кладбищем.
Достаточно заглянуть в Большой академический словарь русского языка, чтобы понять происхождение слова погост и увидеть изменение его значения со временем.
Первое значение. 'В Древней Руси – место торга, куда съезжались купцы'. Здесь очень к месту цитируется курс российской истории Ключевского:
«Возникли сборные торговые пункты, куда звероловы и бортники сходились для торговли, для гостьбы, как говорили в старину. Такие сборные пункты получили названия погостов».
В таких торговых местах было удобно собирать дань. Поэтому согласно Повести временных лет, в 947 году княгиня Ольга установила погосты по Мсте, ставшие местом сбора дани.
Так стало формироваться второе значение погоста 'в Древней Руси – сельская община, селение'.
Так, вся Новгородская метрополия делилась на погосты – церковно-фискальные округа, совмещавшие церковный приход, а также территорию сбора, раскладки налогов и податей.
С присоединением в конце XV века Новгорода к Москве в Новгородской земле были образованы пятины (от пятина 'одна пятая часть земли') – огромные административно-территориальные округа (Водская, Шелонская, Деревская, Обонежская и Бежецкая). Они занимали территорию от Селигера до Белого моря и от Ивангорода до Устюжны.
Пятины делились на прежние погосты новгородского времени.
Так, например, на территории центральной части Санкт-Петербурга в XV–XVI веках располагались деревни Никольского Ижорского и Спасского Городенского погостов Ореховского уезда Водской пятины. А на территории вытегорской части Обонежья – Никольский Андомский, Покровский Вытегорский, Рождественский Мегрежский и Никольский Оштинский погосты Заонежской половины Обонежской пятины.
👍16❤🔥7🔥2
ПОГОСТИМ НА ПОГОСТЕ
Часть 2. Начало здесь
Новгородский погост одновременно включал два понятия (они не проговаривались в источниках, но были предложены историками во избежание путаницы) – «погост-округ» (для обозначения округа) и «погост-место» (для обозначения центрального селения этого округа).
На материале Заонежских погостов М.В. Витов так описывает погост-место:
«Погост-место было финансово-административным, культурным, религиозным центром округа. На погосте находилась главная, а иногда единственная церковь, куда сходилось население из самых отдаленных мест, отстоящих часто на многие десятки верст, если там еще не была воздвигнута часовня.
На погосте же находилась мирская изба и трапеза, где устраивались сходки для решения общественных дел: судов, обысков и пр.; там же устраивались празднества и пиршества всего населения».
Постепенно численность населения росла и внутри погостов формировались выставки – филиальные церкви со своим обособившимся приходом, подчинявшимся главной погостской церкви.
Например, в 1678 г. в погостах южного Обонежья насчитывается следующее количество выставок:
Андома – 5, Вытегра – 2, Мегра – 6, Ошта – 8.
Из таких выставок выросли:
в Андоме – Саминский и Тудозерский погосты;
в Мегре – Кондушский погост.
Таким образом, Саминский, Тудозерский и Кондушский – это более поздние погосты (их можно назвать погостами московского времени), возникшие из погостских выставок. В отличие от них «большие» или «материнские» погосты (Андомский, Вытегорский, Мегорский и Оштинский) были в этом статусе еще в новгородское время.
Часть 2. Начало здесь
Новгородский погост одновременно включал два понятия (они не проговаривались в источниках, но были предложены историками во избежание путаницы) – «погост-округ» (для обозначения округа) и «погост-место» (для обозначения центрального селения этого округа).
На материале Заонежских погостов М.В. Витов так описывает погост-место:
«Погост-место было финансово-административным, культурным, религиозным центром округа. На погосте находилась главная, а иногда единственная церковь, куда сходилось население из самых отдаленных мест, отстоящих часто на многие десятки верст, если там еще не была воздвигнута часовня.
На погосте же находилась мирская изба и трапеза, где устраивались сходки для решения общественных дел: судов, обысков и пр.; там же устраивались празднества и пиршества всего населения».
Постепенно численность населения росла и внутри погостов формировались выставки – филиальные церкви со своим обособившимся приходом, подчинявшимся главной погостской церкви.
Например, в 1678 г. в погостах южного Обонежья насчитывается следующее количество выставок:
Андома – 5, Вытегра – 2, Мегра – 6, Ошта – 8.
Из таких выставок выросли:
в Андоме – Саминский и Тудозерский погосты;
в Мегре – Кондушский погост.
Таким образом, Саминский, Тудозерский и Кондушский – это более поздние погосты (их можно назвать погостами московского времени), возникшие из погостских выставок. В отличие от них «большие» или «материнские» погосты (Андомский, Вытегорский, Мегорский и Оштинский) были в этом статусе еще в новгородское время.
❤🔥15🥰2👍1
ЛОКАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ
На канале порой дохожу до совсем локальных тем.
Оправдываю себя тем, что:
1) согласно А.К. Матвееву, успех в топонимических исследованиях зависит от сочетания микрорегионального и макрорегионального подходов;
2) по исследуемой территории – Юго-Восточному Обонежью (ЮВО) есть много материала, который не входит в научные статьи, но не хотелось бы его терять;
3) среди подписчиков есть те, чьи корни из этих мест (это понятно по комментариям);
4) читатели, которых не интересует ЮВО, могут найти аналогии и для «своих» территорий.
На канале порой дохожу до совсем локальных тем.
Оправдываю себя тем, что:
1) согласно А.К. Матвееву, успех в топонимических исследованиях зависит от сочетания микрорегионального и макрорегионального подходов;
2) по исследуемой территории – Юго-Восточному Обонежью (ЮВО) есть много материала, который не входит в научные статьи, но не хотелось бы его терять;
3) среди подписчиков есть те, чьи корни из этих мест (это понятно по комментариям);
4) читатели, которых не интересует ЮВО, могут найти аналогии и для «своих» территорий.
🤝12👍8🔥4❤🔥1👎1
КОСАЯ ОГОРОДА И ЖУРАВЬЕ КРЫЛО
Вслед за ув. «Fall Airlines» вспомним о изгородях.
Изгородь из жердей (огорóда, огорóд) могла быть прямой, а могла быть – косой (если жерди располагались наклонно).
К ареалу косой изгороди советский этнограф В.В. Пименов относил территорию от Восточной Прибалтики до Верхней Волги, Вычегды и Камы.
В России изгородь известна под названиями:
косая огорóда – Архангельская обл., Карелия, Вытегорский район Вологодской обл., Красноярский край;
косой огород – Тверская обл., Пермский край и Средний Урал;
кóсик – Вашкинский район Вологодской обл.;
косотын – Псковская обл.;
вепсское kurgesine aid «журавлиная изгородь», püštaid (от püštta 'ставить в вертикальное положение', 'втыкать', aid 'изгородь');
карельское kurenšiipińi aita, карельское тверское kurrenšiibihin’e aida, людиковское kuŕgšibine aid –
«журавлекрылая изгородь».
При этом в карельском ливвиковском «журавлиная» (kuŕŕeliine) – частая косая изгородь. А редкая косая изгородь – изгородь в «сорочье крыло» (aidu harakansiibeh).
Вслед за ув. «Fall Airlines» вспомним о изгородях.
Изгородь из жердей (огорóда, огорóд) могла быть прямой, а могла быть – косой (если жерди располагались наклонно).
К ареалу косой изгороди советский этнограф В.В. Пименов относил территорию от Восточной Прибалтики до Верхней Волги, Вычегды и Камы.
В России изгородь известна под названиями:
косая огорóда – Архангельская обл., Карелия, Вытегорский район Вологодской обл., Красноярский край;
косой огород – Тверская обл., Пермский край и Средний Урал;
кóсик – Вашкинский район Вологодской обл.;
косотын – Псковская обл.;
вепсское kurgesine aid «журавлиная изгородь», püštaid (от püštta 'ставить в вертикальное положение', 'втыкать', aid 'изгородь');
карельское kurenšiipińi aita, карельское тверское kurrenšiibihin’e aida, людиковское kuŕgšibine aid –
«журавлекрылая изгородь».
При этом в карельском ливвиковском «журавлиная» (kuŕŕeliine) – частая косая изгородь. А редкая косая изгородь – изгородь в «сорочье крыло» (aidu harakansiibeh).
❤🔥16👍6❤1😍1
КОСАЯ ИЗГОРОДЬ ЗА РУБЕЖОМ
Кроме Северо-Запада и частично Сибири, «косая огорода» известна в Северной Европе и Эстонии под следующими именами:
Норвегия:
skigard < древнескандинавское skíð 'палка' + garðr 'ограда';
Швеция:
gärdesgård, gärdsgård, gärsgård < шведское gärde 'огороженое или обработаное поле' + gård 'ограда';
Финляндия:
riukuaita < финское riuku 'шест' + aita 'ограда';
pistoaita < pisto 'нечто колющее, вколотое' + aita;
vinoaita < vino 'косой' + aita;
Эстония:
roigasaed < эстонское roigas 'шест' + aed 'ограда';
teivasaed < teivas 'кол', 'шест' + aed.
Иллюстрация:
Фердинанд фон Вригт. Лесной пейзаж в Хаминалахти (1880)
Кроме Северо-Запада и частично Сибири, «косая огорода» известна в Северной Европе и Эстонии под следующими именами:
Норвегия:
skigard < древнескандинавское skíð 'палка' + garðr 'ограда';
Швеция:
gärdesgård, gärdsgård, gärsgård < шведское gärde 'огороженое или обработаное поле' + gård 'ограда';
Финляндия:
riukuaita < финское riuku 'шест' + aita 'ограда';
pistoaita < pisto 'нечто колющее, вколотое' + aita;
vinoaita < vino 'косой' + aita;
Эстония:
roigasaed < эстонское roigas 'шест' + aed 'ограда';
teivasaed < teivas 'кол', 'шест' + aed.
Иллюстрация:
Фердинанд фон Вригт. Лесной пейзаж в Хаминалахти (1880)
❤🔥10👍7🥰3💔1
НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ БОГДАНОВ
Николай Иванович Богданов (1904–1954) родился в Петербурге в семье рабочего.
В 1912 г. его отец вернулся на родину – в дер. Сюрьга (вепс. Süŕg) (официальное название – Никитинская-Манадская) Шимозерской волости Лодейнопольского уезда Олонецкой губернии (ныне – Вытегорский район Вологодской области).
В 1930-е гг. Николай Иванович возглавил группу учителей при Институте языка и мышления АН СССР, которая занялась составлением школьных учебников на вепсском языке. Костяком группы были учителя северо-запада современной Вологодской области.
В дальнейшем работал в Карельском филиале Академии наук СССР.
В 1952 г. защитил кандидатскую диссертацию на тему «История происхождения лексики вепсского языка».
С началом войны Н.И. Богданов вступил в народное ополчение, затем во 2-й Петрозаводский истребительный батальон, с июля 1941 г. в Красной Армии.
Прошел войну от родного Оштинского района до Германии.
Награжден орденом Красной Звезды и медалью «За победу над Германией».
Николай Иванович Богданов (1904–1954) родился в Петербурге в семье рабочего.
В 1912 г. его отец вернулся на родину – в дер. Сюрьга (вепс. Süŕg) (официальное название – Никитинская-Манадская) Шимозерской волости Лодейнопольского уезда Олонецкой губернии (ныне – Вытегорский район Вологодской области).
В 1930-е гг. Николай Иванович возглавил группу учителей при Институте языка и мышления АН СССР, которая занялась составлением школьных учебников на вепсском языке. Костяком группы были учителя северо-запада современной Вологодской области.
В дальнейшем работал в Карельском филиале Академии наук СССР.
В 1952 г. защитил кандидатскую диссертацию на тему «История происхождения лексики вепсского языка».
С началом войны Н.И. Богданов вступил в народное ополчение, затем во 2-й Петрозаводский истребительный батальон, с июля 1941 г. в Красной Армии.
Прошел войну от родного Оштинского района до Германии.
Награжден орденом Красной Звезды и медалью «За победу над Германией».
👍23❤6🔥2💔1
УЧИТЕЛЯ ВЕПССКОГО ЯЗЫКА, НЕ ВЕРНУВШИЕСЯ С ВОЙНЫ
С фронтов Великой Отечественной войны не вернулись подготовленные при участии Николая Ивановича Богданова учителя вепсского языка – уроженцы современного Вытегорского района Вологодской области:
Демичев Ф. С. (1919 г.р.), родился в д. Шимозеро (вепс. Šimg'är' [Шимгьярь])
Фирсов Михаил Александрович (1918-1942), родился в селе Сяргозеро (Särgjärv), сержант
Исаков Александр Филиппович (1919-1941), родился в шимозерской дер. Никитинской (Sür'g), лейтенант
Мартьянов Иван Васильевич (1918-1941), родился в шимозерской д. Сюрьга (Sür'g), лейтенант, командир пулеметного взвода
Павшуков Федор Филиппович (1918-), родился в с. Шимозеро (Šimg'är'), лейтенант
Машичев Георгий Николаевич (1919-1941), родился в д. Шатозеро (Šatjärv), лейтенант, командир взвода разведки
На фото:
Фирсов Михаил Александрович
Исаков Александр Филиппович
Мартьянов Иван Васильевич
Павшуков Федор Филипович
С фронтов Великой Отечественной войны не вернулись подготовленные при участии Николая Ивановича Богданова учителя вепсского языка – уроженцы современного Вытегорского района Вологодской области:
Демичев Ф. С. (1919 г.р.), родился в д. Шимозеро (вепс. Šimg'är' [Шимгьярь])
Фирсов Михаил Александрович (1918-1942), родился в селе Сяргозеро (Särgjärv), сержант
Исаков Александр Филиппович (1919-1941), родился в шимозерской дер. Никитинской (Sür'g), лейтенант
Мартьянов Иван Васильевич (1918-1941), родился в шимозерской д. Сюрьга (Sür'g), лейтенант, командир пулеметного взвода
Павшуков Федор Филиппович (1918-), родился в с. Шимозеро (Šimg'är'), лейтенант
Машичев Георгий Николаевич (1919-1941), родился в д. Шатозеро (Šatjärv), лейтенант, командир взвода разведки
На фото:
Фирсов Михаил Александрович
Исаков Александр Филиппович
Мартьянов Иван Васильевич
Павшуков Федор Филипович
💔25🕊11😭3👍2
СЕВЕРНЫЙ ГОВОР
I. ПОСИДИМ-ПООКАЕМ
Поэт и писатель Василий Андреевич Соколов (1908–1991) – вытегор (земляк Николая Клюева), долгое время живший в Новгороде, в своей статье «Северный говор» (журнал «Север». 1973. № 9), отмечал живую силу русских народных говоров и необходимость уважительного отношения к ним писательского сообщества.
Вещи вроде бы очевидные. Однако, значимость диалектов для истории языка и народа не всегда осознавалась. При этом статья написана с большой любовью к материалу, а кроме того, ее текст в сети «Интернет» отсутствует.
Буду размещать отрывки из нее с небольшими комментариями этимологического характера. Для меня ценно еще и то, как автор бережно относится и к межъязыковым контактам, что большая редкость среди писателей.
Одна из самых заметных черт севернорусских говоров – окание (известно также в части среднерусских говоров). Это не новация, а архаизм – окание было свойственно всем диалектам древнерусского языка (акание возникло позже, не ранее XIII века).
Впрочем, дадим слово самому Василию Соколову:
«Северное новгородское с ясным и твердым «о» наречие распространено и по сей день в Новгородской, Вологодской, Псковской, Архангельской, Калининской, Ивановской, Костромской, Горьковской областях, отчасти в Ленинградской области, в Заонежье, в Прионежье, на Кольском полуострове. Правда, в последние десятилетия произошли, как в жизни, так и в речи, заметные изменения. Великая Отечественная война с массовой эвакуацией населения, народные стройки, освоение целины, создание новых экономических районов передвинули часть северян на юг, а южан на север. В нашем лексиконе появились новые слова, иной стала тональность речи.
В самом Новгороде уже не окают. В Пскове и вблизи него не прицокивают. Но, в основном, названные В. Далем, наречия остались в прежней жизненной силе и в прежних географических границах. Чтобы убедиться в этом, сравните выступления Северного и Воронежского народных хоров. Сравните произношения дикторов ленинградского, московского, владимирского радио.
Вспоминаю выступление Виктора Полторацкого в Архангельске, на выездном секретариате Правления Союза писателей РСФСР осенью 1970 года. Он вышел на сцену областного драматического театра и спокойно, уважительно округляя по-северному «о», начал читать стихотворение «Говорит Кострома»:
Утром, в четверть восьмого,
На длинной волне
Кострома заявляется
В гости ко мне.
Поначалу звучит
Музыкальный мотив,
А потом и слова:
Чухлома,
Кологрив,
Молоко, околот,
Умолот...
Хорошо!
Как горошина, катится
Круглое «о».
Продолжение следует
I. ПОСИДИМ-ПООКАЕМ
Поэт и писатель Василий Андреевич Соколов (1908–1991) – вытегор (земляк Николая Клюева), долгое время живший в Новгороде, в своей статье «Северный говор» (журнал «Север». 1973. № 9), отмечал живую силу русских народных говоров и необходимость уважительного отношения к ним писательского сообщества.
Вещи вроде бы очевидные. Однако, значимость диалектов для истории языка и народа не всегда осознавалась. При этом статья написана с большой любовью к материалу, а кроме того, ее текст в сети «Интернет» отсутствует.
Буду размещать отрывки из нее с небольшими комментариями этимологического характера. Для меня ценно еще и то, как автор бережно относится и к межъязыковым контактам, что большая редкость среди писателей.
Одна из самых заметных черт севернорусских говоров – окание (известно также в части среднерусских говоров). Это не новация, а архаизм – окание было свойственно всем диалектам древнерусского языка (акание возникло позже, не ранее XIII века).
Впрочем, дадим слово самому Василию Соколову:
«Северное новгородское с ясным и твердым «о» наречие распространено и по сей день в Новгородской, Вологодской, Псковской, Архангельской, Калининской, Ивановской, Костромской, Горьковской областях, отчасти в Ленинградской области, в Заонежье, в Прионежье, на Кольском полуострове. Правда, в последние десятилетия произошли, как в жизни, так и в речи, заметные изменения. Великая Отечественная война с массовой эвакуацией населения, народные стройки, освоение целины, создание новых экономических районов передвинули часть северян на юг, а южан на север. В нашем лексиконе появились новые слова, иной стала тональность речи.
В самом Новгороде уже не окают. В Пскове и вблизи него не прицокивают. Но, в основном, названные В. Далем, наречия остались в прежней жизненной силе и в прежних географических границах. Чтобы убедиться в этом, сравните выступления Северного и Воронежского народных хоров. Сравните произношения дикторов ленинградского, московского, владимирского радио.
Вспоминаю выступление Виктора Полторацкого в Архангельске, на выездном секретариате Правления Союза писателей РСФСР осенью 1970 года. Он вышел на сцену областного драматического театра и спокойно, уважительно округляя по-северному «о», начал читать стихотворение «Говорит Кострома»:
Утром, в четверть восьмого,
На длинной волне
Кострома заявляется
В гости ко мне.
Поначалу звучит
Музыкальный мотив,
А потом и слова:
Чухлома,
Кологрив,
Молоко, околот,
Умолот...
Хорошо!
Как горошина, катится
Круглое «о».
Продолжение следует
❤🔥19👍10