Revolution and Counterrevolution in China by Lin Chun /
Линь Чунь "Революция и контрреволюция в Китае" (2021)

Несколько лет назад Ван Хуэй рекомендовал эту книгу не только как дельное историческое исследование, но и как ценный вклад в политический дебат о траектории современного Китая. Под Новый год она без спросу выпрыгнула на меня из букинистических развалов в Чиангмае. Привожу несколько основных положений Линь Чунь, каждое из которых она сопровождает обильной аргументацией, социально-экономической статистикой и ссылками на множество источников в академическом стиле. По идеологическому заряду книга напоминает Новых левых, критикующих китайскую современность за неверность социалистическим идеалам.

- Азия, включая Китай, методически важна для Маркса как противоядие от детерминизма: её опыт показал, что капитализм не является единственной формой модерности и как стадия может быть пропущен

- Социалистические революции случаются не там, где капитализм успешен, а там, где он проваливается или, точнее, куда он экспортирует свои неизбежные провалы. Революция в Китае была результатом, а не причиной недостаточного развития.

- Можно обнаружить реальную связь между социализмом и ускоренной модернизацией + промышленным развитием; достаточно сравнить быструю трансформацию Китая как одной из крупнейших и беднейших стран мира с 1949 до начала рыночных реформ с обладающей схожей начальной точкой Индией (рост индустриального сектора Китая с 1950 по 1977 превосходил динамику любой другой крупной страны, чего удалось достигнуть без этапа первоначального накопления). В экономическом смысле революционная модернизация открыла Китаю "быстрый путь" по сравнению с классическим капиталистическим развитием через экспроприацию земель и колониализм

- Китай – пример социальных преимуществ революционных трансформаций для больших, бедных, аграрных, в значительной части неграмотных и патриархальных обществ. Достижения революции в Китае включают: 1) национальное освобождение от полуколониальности, сохранение независимости и целостности 2) конструирование нового коллективного субъекта через социальные организации (коммуны, районные сообщества и т.п.) 3) освобождение производственных сил; бесплатные или дешёвые публичные сервисы в областях жилья, образования, транспорта, здравоохранения 4) политическая культура коллективизма и эгалитаризма в социальном производстве, воспроизводстве и распределении 5) межэтнический мир 6) вклад в дело мирового социализма

- Конец 1970х в Китае был возможным моментом для политической регенерации, но окно для политических перемен захлопнулось, когда Дэн переопределил социализм в чисто экономических терминах (1978 – конец "длинной" революции 1949 года). В 1989 государственное насилие проложило путь для неолиберального поворота вместо того, что могло бы быть самокорректирующими социалистическими реформами (протестующие по большей части требовали верности обещаниям 1949 года, а не "западной демократии"). После "Южного тура" Дэна социализм был тихо заменен на новую деверопменталистскую доктрину роста любой ценой

- Желание Мао продолжать революцию внутри революции оказалось парадоксальным: революция вряд ли могла продолжаться, когда революционеры сами уже находились у власти. Одной из величайших трагедий интернационального коммунизма было вечное продление предполагаемо временного чрезвычайного положения подавления гражданских свобод ради безопасности.

- Культурная революция провалилась по ряду причин, среди которых: 1) Она во многом санкционировалась против воображаемых врагов: нависшей капиталистической реставрации (как будто Китай когда-либо был по-настоящему капиталистическим), бюрократизации, подавления массовых движений.

В итоге Культурной революции эти воображаемые враги в качестве реакции стали реальными 2) Разрабатываемые самим же Мао противоречия внутри народа были на практике перепутаны с противоречиями между народом и его врагами 3) Организационная дилемма: пока власть партии непоколебима, автономные от нее самоорганизующиеся массовые движения будут необходимо саморазрушительны 4) Революционные агенты масс были запутаны разрывом между объективными классовыми реалиями и субъективными классовыми идентичностями (определение классов без соответствующего материального базиса приводит к соскальзыванию классовых границ в "линии крови" и эссенциализирующие политики дискриминации) 5) Чрезмерная вера Мао в народное самообразование, приведшая в частности к 6) Варварским методам на местах (ставшим эмблемой Культурной революции в последующих репрезентациях)

- Реформаторы после Мао боялись возвращения массовых движений и всеми силами старались делегитимизировать Культурную революцию как хаос и ненормальность. Таким образом, в итоге Культурная революция привела как раз к тому, что стремилась предотвратить, – мести бюрократов в связке с капиталом.

- Трагедии Большого скачка и провал Культурной революции не отменяют резкий рост производительности без колониальных аутлетов в дореформенный период; успешную борьбу с региональным, секторальный, этническим и гендерным неравенством; приверженность политическому участию народа (а не только благосостоянию как благодати от государства, как сегодня). Дэн унаследовал экономику, свободную от долга другим странам, а также надежные трудовые резервы.

- Многие из достижений Китая, в том числе уже во время рыночных реформ, можно атрибутировать системе публичной собственности на землю (объясняющей, почему публичная инфраструктура Китая намного лучше, чем в Индии, России и многих развитых странах).

- Сегодняшний Китай представляет собой уникальную форму госуправления с корпоративным характером бюрократического неолиберализма, который, однако, всё ещё ограничивается постсоциализмом. Он существует в динамическом напряжении между дореформенными социалистическими экспериментами и постреформенной капиталистической интеграцией. Некоторые ценности китайского революционного века остаются значимыми не потому, что остаются неизменными в партийной риторике, а потому что служат легитимным орудием сопротивления; как язык протеста социализм значим для классовых и общественных движений.

- Чем дальше внутренняя модель Китая от социализма, тем более возможно, что он станет империалистом заграницей. Но развитие событий не предрешено.

#paxsinica #книжныйугол #социальныенауки #марксизм

I Deliver Parcels in Beijing by Hu Anyan /
Ху Аньянь "Я доставляю посылки в Пекине" (2023 / 2025)

Во время ковидного локдауна в китайском Интернете завирусился пост блоггера Ху Аньяня, подробно описывающий его опыт работы в ночные смены в логистическом центре в Фошани. С автором связались издатели, и в итоге получился бестселлер, который в прошлом году начали переводить на иностранные языки.

"Я доставляю посылки в Пекине" – хроники двадцати лет прекарности и девятнадцати разных работ по всему Китаю, в основном предполагающих ручной и низкооплачиваемый труд: помимо фошаньского сортировочного центра, Ху работал официантом в отеле, сотрудником издательства комиксов и заправщиком в Гуанчжоу, охранником в Дали (Юньнань), продавцом в минимаркете и в магазине премиальных велосипедов в Шанхае и наконец непосредственно перед ковидом – курьером в Пекине, чему посвящена самая длинная, подробная и хорошо написанная глава. В промежутках между трудом по найму он пробовал себя в предпринимательстве – открывал магазинчик одежды в Наньнине (Гуанси) и ларек с закусками в Юньнани; а также выделял год жесткой экономии без работы для чтения и письма.

Первая глава о фошаньских ночных сменах производит впечатление репортажа из ада, но ко второй тон автора меняется: пекинское курьерство описано не в жанре жалобы или общественной критики, но скорее как смесь упражнений в интерпретативной социологии и детализированных баек из жизни конкретного сообщества доставщиков из конкретного микрорайона. Ху Аньянь старается не упустить ничего: как устроено собеседование (и смежная индустрия специальных людей, сдающих за тебя анализы в случае проблем), из чего состоят рабочие будни, насколько важна доставшаяся тебе зона определенных жилых комплексов и какая борьба за них разворачивается, как работает экономика в конкурирующих компаниях по доставке и какие люди оказываются на тех или иных местах. И как перед шоппинг-фестивалями вроде 11.11 начальник курьерского депо выступает с высокопарными речами как генерал перед битвой.

Между сменами Ху Аньянь пьет водку и читает Тургенева и Музиля. В какие-то моменты как рассказчик он и сам притворяется "человеком без свойств", но ближе к финалу ударяется в сентиментальность, вспоминает неформальную юность и признается в социофобии. Заканчивается книга цитатой из Лессинга и рассуждением про работу и свободу (в случае Ху воплощенную в писательстве) как два несовместимых и чередующихся жизненных состояния. Парадоксом его конкретной биографии, однако, оказывается, что именно "мертвое" время работы оказалось необходимо в качестве материала для "свободного" авторства (Ху Аньянь пробовал писать раньше, но сталкивался с тем, что нечего сказать). Если у Сартра литературная машина функционировала на взаимодействии императивов "читать" и "писать", то у Ху Аньяня оказалось, что homo faber вырастает прямиком и исключительно из animal laborans.

#книжныйугол

Шестой грабитель (2025)

В мае 1990 года в вымышленном гуандунском городке пятеро не слишком организованных грабителей совершают нападение на машину инкассатора и ранят охранника. Через некоторое время полиция находит пять тел не поделивших добычу преступников и все украденные деньги. Кажется, дело закрыто, но опытный следователь подозревает, что имелся и шестой бандит. Через восемь лет желающий начать с чистого листа "шестой" открывает видеопрокат и делает предложение своей девушке, оказывающейся дочкой того самого охранника, раненного при ограблении.

"Шестой грабитель" Хо Суйцяна, или попросту "Ограбление инкассатора", как он называется на китайских стримингах, – кровавый и хмурый триллер категории Б с оглядкой на гонконгскую классику и из серии "не мы такие, жизнь такая". Однажды оказавшемуся не в том месте не в то время рабочему с фабрики фейерверков (а, значит, потенциальному бомбисту в глазах и преступного, и правоохранительного сообществ) суровая реальность не прекращает подсовывать лимоны: мутные криминальные схемы, бесчестных сообщников, враждебного тестя, мстительного и жестокого поставщика пиратского контента из Гонконга для видеопроката. Товарищ из родимой деревни не устает пояснять: без денег ты никто, а заработать их в этом мире можно только на чем-то нелегальном. Озверев от такого положения дел и зарядившись детским воспоминанием о столкновении с бешеным кабаном, "шестой грабитель" вооружается гвоздодером и самодельной взрывчаткой, чтобы крушить воспринимаемых врагов в мстительном гневе.

Хо Суйцян – отчасти по цензурным соображениям – пленных не берет. Тем, кто мог бы рассчитывать на сочувствие или покаяние, будет предложено вести себя хорошо в следующих жизнях. "Шестой грабитель" далает ставку на безжалостную маскулинность под небом серого цвета и изобретательность в оформлении боевых сценок, например, с подсовыванием в кадр пекинеса. Получается с переменным успехом и индустриальными ограничениями, но, по крайней мере, тут есть неплохая шутка про бацзы.

https://letterboxd.com/film/the-sixth-robber/

Kim Oki, Song Nam Hyun, Kyungsoo Seo – All (2026)

Гиперпродуктивный корейский саксофонист Ким Оки начал 2026 год без раскачки: вчера без всякого предупреждения он выложил хитовый джазовый альбом "All", сочиненный и записанный в составе трио с контрабасистом Сон Нам Хёном (у него в прошлом году был хороший сольник) и барабанщиком Со Кён Су. В нем десять разнообразных треков; идеи и мелодии продолжают литься из Ким Оки с завидными непринужденностью и частотой – иному артисту тут хватило бы на целую дискографию: на альбоме есть и сентиментальная баллада с радио Эрмитаж, как будто бы уже давно знакомая, и энергичный джаз-рок, и расслабленный блюз, и боевик "Жизнь – это развилка дорог", и нью-эйдж, и чего только нету. На обложке авторы идентифицируют себя как ангелов или святых (что уже не впервой; у Ким Оки в 2024 выходила пластинка "Святой Ким Оки"), но на деле не обходятся без ереси, вероотступничества и оскорбления чувств свидетелей джаза в виде вставок дурацкого диско и намеренно неуместного техно, а к концу и вовсе сворачивают в веселую дичь "Денег, заставляющих кобылу шевелиться". Но, несмотря на все эти проделки и постоянное становление чем-то другим, All гораздо лучше подходит для знакомства широкой публики с творчеством корейца, чем его прошлогодние релизы – экспериментальный шаманизм "Короля-экзорциста" и растекающийся по древу и жанрам бесконечный, хотя и отличный микстейп с дурацким названием "2025 Hip Hop Retreat". Выступление Ким Оки на фестивале в Гонконге оказалось для меня одним из двух лучших концертов прошлого года; а All стала бы одной из лучших записей, выйди она в 2025.

Как обычно, одновременно со стримингами, Ким Оки выложил весь альбом на Ютуб для свободного прослушивания:
https://www.youtube.com/watch?v=2WxpTB35pik&list=OLAK5uy_lbh7MQhN-hdmQcOsD1AfyI4AYiaZCM17A