Stone Yard Devotional by Charlotte Wood (2023)
#BookerLong2024
#BookerShort2024
Главная героиня, безымянный нарратор, всю жизнь занималась защитой окружающей среды и исчезающих видов. Она была замужем. Но в один момент, осознав, что все ее усилия бесполезны, что ее вклад – это песчинка на бесконечно пляже Вселенной, она решает сбежать ото всех. Последней каплей стало то, что муж попросил развода. Она снимает домик в обители (при этом вообще не будучи верующей), наблюдает за сестрами и их жизнью, и первые несколько дней не делает ничего: только страдает, бесцельно бродит, смотрит в потолок и отписывается от всех рассылок правозащитных организаций.
Когда побег от суеты дошел до той стадии, что безделье начало угнетать, она познакомилась с сестрами и втянулась в их жизнь, которая оказалась полнее, чем могло видеться со стороны. Вместе они истребляли нашествие мышей, выращивали и готовили еду, пели гимны, молились, а героиня предавалась воспоминаниям о своей прошлой жизни.
Может показаться, что такое начало может быть исключительно у энвайронменталистского романа (хотя, история с нашествием мышей, конечно, в тему, ведь всю жизнь занимавшаяся сохранением животных, героиня теперь должна их убивать, пусть это всего лишь вредители), но на деле Stone Yard Devotional – это роман о памяти, боли, прощении, о том, как проживать утрату близких, как учиться жить заново уже будучи далеко не молодым.
Шарлотта Вуд дарит читателю деликатную историю о любви родителей и их дочери. Вместо привычного травмирующего опыта героиня показывает свою непростую семью любящей, трепетной, заботливой. И в противовес этой истории – история Хелен Пэрри, одноклассницы героини, которую в школе все ненавидели, а мать избивала ее. Хелен, которую не принимали ни одноклассники, ни школьное руководство, ни ее собственная мать, ни на кого не держала зла, хотя робкой овечкой отнюдь не была. Она боролась в детстве и свою силу и умение сопротивляться перенесла в благородное русло во взрослой жизни. И как так получилось, что, выросшая в любви главная героиня, оказалась разбитой и вынужденной искать убежище в монастыре просто для того, чтобы что-то забыть, а что-то вспомнить, а Хелен, которая всегда принадлежала самой себе, взрастила в себе так много силы и добра, которое не вываливается наружу в демонстративных попытках показать себя в лучшем свете.
Это прекрасный, очень медленный, медитативный роман, сотканный из воспоминаний и лоскутков обыденной жизни, о том, как важно помнить и не менее важно прощать.
#анастасия
#английский
#BookerLong2024
#BookerShort2024
Главная героиня, безымянный нарратор, всю жизнь занималась защитой окружающей среды и исчезающих видов. Она была замужем. Но в один момент, осознав, что все ее усилия бесполезны, что ее вклад – это песчинка на бесконечно пляже Вселенной, она решает сбежать ото всех. Последней каплей стало то, что муж попросил развода. Она снимает домик в обители (при этом вообще не будучи верующей), наблюдает за сестрами и их жизнью, и первые несколько дней не делает ничего: только страдает, бесцельно бродит, смотрит в потолок и отписывается от всех рассылок правозащитных организаций.
Когда побег от суеты дошел до той стадии, что безделье начало угнетать, она познакомилась с сестрами и втянулась в их жизнь, которая оказалась полнее, чем могло видеться со стороны. Вместе они истребляли нашествие мышей, выращивали и готовили еду, пели гимны, молились, а героиня предавалась воспоминаниям о своей прошлой жизни.
Может показаться, что такое начало может быть исключительно у энвайронменталистского романа (хотя, история с нашествием мышей, конечно, в тему, ведь всю жизнь занимавшаяся сохранением животных, героиня теперь должна их убивать, пусть это всего лишь вредители), но на деле Stone Yard Devotional – это роман о памяти, боли, прощении, о том, как проживать утрату близких, как учиться жить заново уже будучи далеко не молодым.
Шарлотта Вуд дарит читателю деликатную историю о любви родителей и их дочери. Вместо привычного травмирующего опыта героиня показывает свою непростую семью любящей, трепетной, заботливой. И в противовес этой истории – история Хелен Пэрри, одноклассницы героини, которую в школе все ненавидели, а мать избивала ее. Хелен, которую не принимали ни одноклассники, ни школьное руководство, ни ее собственная мать, ни на кого не держала зла, хотя робкой овечкой отнюдь не была. Она боролась в детстве и свою силу и умение сопротивляться перенесла в благородное русло во взрослой жизни. И как так получилось, что, выросшая в любви главная героиня, оказалась разбитой и вынужденной искать убежище в монастыре просто для того, чтобы что-то забыть, а что-то вспомнить, а Хелен, которая всегда принадлежала самой себе, взрастила в себе так много силы и добра, которое не вываливается наружу в демонстративных попытках показать себя в лучшем свете.
Это прекрасный, очень медленный, медитативный роман, сотканный из воспоминаний и лоскутков обыденной жизни, о том, как важно помнить и не менее важно прощать.
#анастасия
#английский
🕊31🐳13
“My Friends” by Hisham Matar (2024)
#BookerLong2024
Еще одна книга из длинного списка посвящена Ливии, и здесь герой, который вырос в Бенгази и получил стипендию в Эдинбургском университете, принимает участие в демонстрации у посольства Ливии в Лондоне, во время которой демонстрантов обстреляли из посольства. Его жизнь меняется навсегда: он не просто выступил против режима своей страны, он еще и получил серьезное ранение. Теперь въезд в страну для него закрыт навсегда.
Почему же книга называется “Мои друзья”? Друзья – все, что осталось у главного героя романа. Халеда поддерживает его университетская подруга, которая помогает ему заново строить жизнь после того, как приходится порвать все связи с домом. Университетский преподаватель твердой рукой наставляет Халеда и не позволяет ему окончательно уйти в себя и махнуть рукой на образование. Мустафа, с которым они вместе пострадали на демонстрации, напротив, помогает поддерживать связь ливийской диаспорой и с его корнями. И, конечно, Хосам, совершенно легендарная фигура в жизни Халеда: ливийский писатель, который в итоге стал революционером и близким другом герою.
Роман начинается с финальных событий сюжета: Хосам с женой уезжают жить в США, и он приехал попрощаться с Халедом в Лондоне и напоследок посетить Париж, где провел несколько лет в молодости. Халед понимает, что прощание с другом – неотвратимое событие, и Хосам заслуживает шанса начать (еще одну) новую жизнь на новой неизведанной земле. Как герои оказались в этой точке? Весь роман построен как один большой флешбэк, в котором события расположены более или менее хронологически.
Есть два мотива, на которых держится роман: это любовь к дому и семье и литература.
Халед – сын директора школы, очень начитанного человека. В доме всегда было много книг, и даже влияние писателя Хосама и его рассказа, который однажды прозвучал на радио вместо новостей, органично встроилось в литературное увлечение Халеда. В минуты жестокого душевного кризиса он искал успокоение в библиотеке, и в итоге связал свою жизнь с литературой. Это очень лиричный текст, исполненный уважения к художественному слову, преклонению перед литературной традицией, в которой вырос герой, любовью к литературе страны, в которой ему довелось оказаться.
Семья, с которой Халед расстался так жестоко и окончательно, стала символом всего, что он потерял. Он привык жить в доме со своими родителями и сестрой, привык к шумным праздникам с родными, был очень близок с отцом. Когда пришлось лгать им и отдалиться от них, чтобы защитить, Халед просто не понимал, как жить дальше. Разлука с семьей и невозможность снова войти в родной дом – ужасная травма, которая ранила его сильнее пуль. Раны на теле зажили, но боль от того, что семья далеко, осталась с Халедом навсегда.
Мы встречаем героя в точке, где он, по сути, теряет все опоры, которые связывали его с прошлой жизнью: подруга, преподаватель, Мустафа и Хосам устроили свои жизни вдали от него. В конце романа, когда мы возвращаемся в ту же временную точку, с которой он начинался, нам предстоит узнать, смог ли Халед все же опереться на что-то в своей новой жизни, которую он живет уже несколько десятилетий, и может ли человек когда-нибудь исправить последствия одного необдуманного юношеского поступка.
#валентина
#английский
#BookerLong2024
Еще одна книга из длинного списка посвящена Ливии, и здесь герой, который вырос в Бенгази и получил стипендию в Эдинбургском университете, принимает участие в демонстрации у посольства Ливии в Лондоне, во время которой демонстрантов обстреляли из посольства. Его жизнь меняется навсегда: он не просто выступил против режима своей страны, он еще и получил серьезное ранение. Теперь въезд в страну для него закрыт навсегда.
Почему же книга называется “Мои друзья”? Друзья – все, что осталось у главного героя романа. Халеда поддерживает его университетская подруга, которая помогает ему заново строить жизнь после того, как приходится порвать все связи с домом. Университетский преподаватель твердой рукой наставляет Халеда и не позволяет ему окончательно уйти в себя и махнуть рукой на образование. Мустафа, с которым они вместе пострадали на демонстрации, напротив, помогает поддерживать связь ливийской диаспорой и с его корнями. И, конечно, Хосам, совершенно легендарная фигура в жизни Халеда: ливийский писатель, который в итоге стал революционером и близким другом герою.
Роман начинается с финальных событий сюжета: Хосам с женой уезжают жить в США, и он приехал попрощаться с Халедом в Лондоне и напоследок посетить Париж, где провел несколько лет в молодости. Халед понимает, что прощание с другом – неотвратимое событие, и Хосам заслуживает шанса начать (еще одну) новую жизнь на новой неизведанной земле. Как герои оказались в этой точке? Весь роман построен как один большой флешбэк, в котором события расположены более или менее хронологически.
Есть два мотива, на которых держится роман: это любовь к дому и семье и литература.
Халед – сын директора школы, очень начитанного человека. В доме всегда было много книг, и даже влияние писателя Хосама и его рассказа, который однажды прозвучал на радио вместо новостей, органично встроилось в литературное увлечение Халеда. В минуты жестокого душевного кризиса он искал успокоение в библиотеке, и в итоге связал свою жизнь с литературой. Это очень лиричный текст, исполненный уважения к художественному слову, преклонению перед литературной традицией, в которой вырос герой, любовью к литературе страны, в которой ему довелось оказаться.
Семья, с которой Халед расстался так жестоко и окончательно, стала символом всего, что он потерял. Он привык жить в доме со своими родителями и сестрой, привык к шумным праздникам с родными, был очень близок с отцом. Когда пришлось лгать им и отдалиться от них, чтобы защитить, Халед просто не понимал, как жить дальше. Разлука с семьей и невозможность снова войти в родной дом – ужасная травма, которая ранила его сильнее пуль. Раны на теле зажили, но боль от того, что семья далеко, осталась с Халедом навсегда.
Мы встречаем героя в точке, где он, по сути, теряет все опоры, которые связывали его с прошлой жизнью: подруга, преподаватель, Мустафа и Хосам устроили свои жизни вдали от него. В конце романа, когда мы возвращаемся в ту же временную точку, с которой он начинался, нам предстоит узнать, смог ли Халед все же опереться на что-то в своей новой жизни, которую он живет уже несколько десятилетий, и может ли человек когда-нибудь исправить последствия одного необдуманного юношеского поступка.
#валентина
#английский
🐳21🕊7
Headshot by Rita Bullwinkel (2024)
#BookerLong2024
Восемь девушек, возрастом от 14 до 17 лет, собираются на соревнованиях по боксу в богом забытом городке в штате Невада. У каждой из них свои причины быть здесь, каждая по-своему уверена, что именно она достойна кубка и звания чемпионки. Где-то за пределами ветхого склада, взрослые словно мотыльки слетаются на яркие огни баров и казино, но здесь царит напряжение и сосредоточенность. В романе тоже ощущается контроль, с которым Рита Буллвинкль управляет сложной хореографией на ринге.
Каждая глава посвящена отдельному бою — столкновению лицом к лицу пары героинь. Согласно турнирной таблице, читатель следит за их триумфами и поражениями. У каждой из девушек есть своя тактика: кто-то предпочитает изматывать соперницу, пока та не рухнет от усталости, кто-то намеренно сбивает с толку и пугает неожиданными выпадами, а кто-то просчитывает каждый удар. Пока участницы не отводят взгляда от глаз соперниц и наносят один удар за другим, читателю становится доступно не только их прошлое, которое привело их на этот ринг, но и будущее, где и соревнования, и сами занятия боксом станут лишь коротким эпизодом в их жизнях.
Девушки в романе находятся у всех на виду, на них смотрят и оценивают, но авторке удалось передать практически клаустрофобную интимность их отношений друг с другом и самоощущение в своих подтянутых и сильных телах. Безымянные взрослые, тренеры и судьи, оказываются далеко за пределами фокуса внимания. Буллвинкль отмечает, как снисходительно они относятся к этим девушкам, — победы присваивают себе, а поражения списывают на женскую природу. Но что они знают? Этим писательница только подчеркивает автономность и инаковость участниц, непостижимость для внешнего наблюдателя того роя мыслей, воспоминаний, надежд и тайных желаний, который сформировал этих отчаянных девчонок.
Роман хлёсткий, энергичный, напряжение в нем, как говорится, можно резать ножом. Несмотря на небольшой объем книги, Рите Буллвинкль удалось создать целых восемь полноценных, потрясающе разных и объемных образов. В то же время она нащупала что-то, что объединяет не только этих восьмерых, но и всех девочек, девушек и женщин далеко за пределами штата Невада: от детских игр, которые передаются от сестры к сестре и от подруги к подруге, до неустанной борьбы за свое место в мире. Бокс — лишь одна из ролей, которые девушки примеряют на себя в процессе самопознания, а жестокость этой борьбы находит отражение в спорте, построенном на насилии.
#таня
#английский
#BookerLong2024
Восемь девушек, возрастом от 14 до 17 лет, собираются на соревнованиях по боксу в богом забытом городке в штате Невада. У каждой из них свои причины быть здесь, каждая по-своему уверена, что именно она достойна кубка и звания чемпионки. Где-то за пределами ветхого склада, взрослые словно мотыльки слетаются на яркие огни баров и казино, но здесь царит напряжение и сосредоточенность. В романе тоже ощущается контроль, с которым Рита Буллвинкль управляет сложной хореографией на ринге.
Каждая глава посвящена отдельному бою — столкновению лицом к лицу пары героинь. Согласно турнирной таблице, читатель следит за их триумфами и поражениями. У каждой из девушек есть своя тактика: кто-то предпочитает изматывать соперницу, пока та не рухнет от усталости, кто-то намеренно сбивает с толку и пугает неожиданными выпадами, а кто-то просчитывает каждый удар. Пока участницы не отводят взгляда от глаз соперниц и наносят один удар за другим, читателю становится доступно не только их прошлое, которое привело их на этот ринг, но и будущее, где и соревнования, и сами занятия боксом станут лишь коротким эпизодом в их жизнях.
Девушки в романе находятся у всех на виду, на них смотрят и оценивают, но авторке удалось передать практически клаустрофобную интимность их отношений друг с другом и самоощущение в своих подтянутых и сильных телах. Безымянные взрослые, тренеры и судьи, оказываются далеко за пределами фокуса внимания. Буллвинкль отмечает, как снисходительно они относятся к этим девушкам, — победы присваивают себе, а поражения списывают на женскую природу. Но что они знают? Этим писательница только подчеркивает автономность и инаковость участниц, непостижимость для внешнего наблюдателя того роя мыслей, воспоминаний, надежд и тайных желаний, который сформировал этих отчаянных девчонок.
Роман хлёсткий, энергичный, напряжение в нем, как говорится, можно резать ножом. Несмотря на небольшой объем книги, Рите Буллвинкль удалось создать целых восемь полноценных, потрясающе разных и объемных образов. В то же время она нащупала что-то, что объединяет не только этих восьмерых, но и всех девочек, девушек и женщин далеко за пределами штата Невада: от детских игр, которые передаются от сестры к сестре и от подруги к подруге, до неустанной борьбы за свое место в мире. Бокс — лишь одна из ролей, которые девушки примеряют на себя в процессе самопознания, а жестокость этой борьбы находит отражение в спорте, построенном на насилии.
#таня
#английский
🐳22🕊10
Enlightenment by Sarah Perry (2024)
#BookerLong2024
После путешествия в Прагу в «Мельмоте» Сара Перри вновь возвращается в родной Эссекс. В вымышленном городке Олдли журналист Томас Харт получает задание от редакции и планисферу, чтобы следить за движением звёзд и прибытием кометы Хейла — Боппа. Поначалу далекий от астрономии, Харт находит особую прелесть в наблюдении за звёздным небом, а его проект растягивается на целые десятилетия, пока на Земле происходит реальная жизнь. Подобно движению небесных тел, судьбы героев книги расходятся и вновь сближаются на протяжении без малого 20 лет. Новый роман Сары Перри потрясающе красив и поэтичен, но медлителен и старомоден, что вызывает большой вопрос о том, как он вообще оказался в списке Букера 2024.
Одновременно с наблюдением за звёздами и оповещением жителей Олдли о прибытии небесных тел в местной газете, Томас ведёт и совсем иную жизнь. С самого рождения он был связан с местной баптистской церковью, которая больше походит на деструктивный культ, жёстко диктующий правила жизни всем своим последователям. Это одна из таких церквей, где отсутствие кого-то из членов на воскресной службе потом обсуждается неделями. Став взрослым, Томас отдалился от церкви, во многом из-за того, что его романтические интересы отличались от общепринятых. Словом, Томас вёл двойную жизнь, путешествуя в Лондон ради встреч с любовниками, которые могли бы заменить ему постоянные отношения и обреченную безответную влюбленность. Тщательно скрывая свою тайну, Томас сближается с юной дочерью пастора — Грейс. В начале повествования Грейс скрывает свой юношеский бунт под маской примерной дочери и прихожанки. Но шило в мешке не утаишь — она влюбляется в бунтаря по имени Нейтан, вся её дальнейшая жизнь освещается заревом этой любви.
Переплетаясь с историей отношений Томаса и Грейс, развивается и другая линия: рядом с церковью расположен старый особняк, в котором, по слухам, обитает призрак эксцентричной дамы, которая, возможно, совершила одно из крупнейших астрономических открытий, но её заслуга так и осталась непризнанной. История достижения справедливости для этой загадочной дамы и расследования обстоятельств её жизни становится силой, тянущей весь этот медлительный воз романа вперёд. И, пожалуй, для меня эта линия оказалась самой увлекательной: подобно «Мельмоту», в ней Сара Перри вводит в повествование мистическое вмешательство, направляющее героев в их обыденной земной жизни, в которой они пытаются разобраться со страстями и потаёнными желаниями.
#таня
#английский
#BookerLong2024
После путешествия в Прагу в «Мельмоте» Сара Перри вновь возвращается в родной Эссекс. В вымышленном городке Олдли журналист Томас Харт получает задание от редакции и планисферу, чтобы следить за движением звёзд и прибытием кометы Хейла — Боппа. Поначалу далекий от астрономии, Харт находит особую прелесть в наблюдении за звёздным небом, а его проект растягивается на целые десятилетия, пока на Земле происходит реальная жизнь. Подобно движению небесных тел, судьбы героев книги расходятся и вновь сближаются на протяжении без малого 20 лет. Новый роман Сары Перри потрясающе красив и поэтичен, но медлителен и старомоден, что вызывает большой вопрос о том, как он вообще оказался в списке Букера 2024.
Одновременно с наблюдением за звёздами и оповещением жителей Олдли о прибытии небесных тел в местной газете, Томас ведёт и совсем иную жизнь. С самого рождения он был связан с местной баптистской церковью, которая больше походит на деструктивный культ, жёстко диктующий правила жизни всем своим последователям. Это одна из таких церквей, где отсутствие кого-то из членов на воскресной службе потом обсуждается неделями. Став взрослым, Томас отдалился от церкви, во многом из-за того, что его романтические интересы отличались от общепринятых. Словом, Томас вёл двойную жизнь, путешествуя в Лондон ради встреч с любовниками, которые могли бы заменить ему постоянные отношения и обреченную безответную влюбленность. Тщательно скрывая свою тайну, Томас сближается с юной дочерью пастора — Грейс. В начале повествования Грейс скрывает свой юношеский бунт под маской примерной дочери и прихожанки. Но шило в мешке не утаишь — она влюбляется в бунтаря по имени Нейтан, вся её дальнейшая жизнь освещается заревом этой любви.
Переплетаясь с историей отношений Томаса и Грейс, развивается и другая линия: рядом с церковью расположен старый особняк, в котором, по слухам, обитает призрак эксцентричной дамы, которая, возможно, совершила одно из крупнейших астрономических открытий, но её заслуга так и осталась непризнанной. История достижения справедливости для этой загадочной дамы и расследования обстоятельств её жизни становится силой, тянущей весь этот медлительный воз романа вперёд. И, пожалуй, для меня эта линия оказалась самой увлекательной: подобно «Мельмоту», в ней Сара Перри вводит в повествование мистическое вмешательство, направляющее героев в их обыденной земной жизни, в которой они пытаются разобраться со страстями и потаёнными желаниями.
#таня
#английский
🐳13🕊8
Erasure by Percival Everett (2001)
Номинированная на Оскар экранизация под названием American Fiction дала книге новую популярность: роман вышел в аудио, его снова начали обсуждать, его обещают перевести на русский язык.
Темнокожий университетский преподаватель по прозвищу Монк происходит из семьи врачей, пишет высоколобую философскую прозу, страдает от непонимания со всех сторон. Его книги и доклады на конференциях воспринимают в штыки, потому что образ философа, который сыплет аллюзиями на древнегреческую мифологию, плохо сочетается с чернокожим. У него сложные отношения с братом и сестрой, потому что отец всегда выделял Монка как уникального, и теперь на плечи сестры легла забота о матери, состояние которой ухудшается день ото дня. Когда Монк с возмущением видит очередной бестселлер, спекулирующий на типично “черных” проблемах и стереотипах, его охватывает бешенство, и он пишет пародию на всё плохое и пошлое в типично афроамериканской литературе. Книжка оглушительно успешна, а Монк должен посмотреть в глаза себе, своему новоявленному литературному альтер эго, а заодно своей матери, памяти своего отца, а также обществу, в котором он обречен жить до конца своих дней, если, конечно, он сможет сохранить рассудок.
Феерия сарказма и злой иронии, Erasure в целом и вставной роман F**k в частности, очень живо смешивают в коктейль академию, литературный истеблишмент, бытовой и институциональный расизм, репрезентацию в медиа, семейные тайны, проблему абортов, войну во Вьетнаме, старческие болезни, отношения в семье и самопознание. Сюжет, хоть и богатый ответвлениями, не сбивается с курса и четко ведет нас к главному: в этом мире легче сойти с ума, чем попытаться найти какой-то смысл. Да и может быть, это не худший из возможных вариантов адаптации к безумному миру.
Роман довольно значительно отличается от экранизации не только акцентами, но и некоторыми частями сюжета и композиции. Хотя я и читала книгу после фильма, это не обеднило мой читательский опыт. Отдельной похвалы заслуживает аудиоверсия и потрясающая работа чтеца, обладающего к тому же удивительно прекрасным тембром.
Если понравился Yellowface, то и Erasure вызовет восторг.
#валентина
#английский
Номинированная на Оскар экранизация под названием American Fiction дала книге новую популярность: роман вышел в аудио, его снова начали обсуждать, его обещают перевести на русский язык.
Темнокожий университетский преподаватель по прозвищу Монк происходит из семьи врачей, пишет высоколобую философскую прозу, страдает от непонимания со всех сторон. Его книги и доклады на конференциях воспринимают в штыки, потому что образ философа, который сыплет аллюзиями на древнегреческую мифологию, плохо сочетается с чернокожим. У него сложные отношения с братом и сестрой, потому что отец всегда выделял Монка как уникального, и теперь на плечи сестры легла забота о матери, состояние которой ухудшается день ото дня. Когда Монк с возмущением видит очередной бестселлер, спекулирующий на типично “черных” проблемах и стереотипах, его охватывает бешенство, и он пишет пародию на всё плохое и пошлое в типично афроамериканской литературе. Книжка оглушительно успешна, а Монк должен посмотреть в глаза себе, своему новоявленному литературному альтер эго, а заодно своей матери, памяти своего отца, а также обществу, в котором он обречен жить до конца своих дней, если, конечно, он сможет сохранить рассудок.
Феерия сарказма и злой иронии, Erasure в целом и вставной роман F**k в частности, очень живо смешивают в коктейль академию, литературный истеблишмент, бытовой и институциональный расизм, репрезентацию в медиа, семейные тайны, проблему абортов, войну во Вьетнаме, старческие болезни, отношения в семье и самопознание. Сюжет, хоть и богатый ответвлениями, не сбивается с курса и четко ведет нас к главному: в этом мире легче сойти с ума, чем попытаться найти какой-то смысл. Да и может быть, это не худший из возможных вариантов адаптации к безумному миру.
Роман довольно значительно отличается от экранизации не только акцентами, но и некоторыми частями сюжета и композиции. Хотя я и читала книгу после фильма, это не обеднило мой читательский опыт. Отдельной похвалы заслуживает аудиоверсия и потрясающая работа чтеца, обладающего к тому же удивительно прекрасным тембром.
Если понравился Yellowface, то и Erasure вызовет восторг.
#валентина
#английский
Telegram
Не перевелись ещё
“Yellowface” by R.F. Kuang (2023)
Про Ребекку Куанг говорят давно и много, но у меня возникло желание почитать ее книги, лишь когда я прочитала про "Yellowface". Сюжет попахивает “Правдой о деле Гарри Квеберта”, “Шелкопрядом” и немножко “Исчезнувшей”: жили…
Про Ребекку Куанг говорят давно и много, но у меня возникло желание почитать ее книги, лишь когда я прочитала про "Yellowface". Сюжет попахивает “Правдой о деле Гарри Квеберта”, “Шелкопрядом” и немножко “Исчезнувшей”: жили…
🐳16🕊7
Yael van der Wouden “The Safekeep” (2024)
#BookerLong2024
#BookerShort2024
#WomensShort_2025
Вчера наконец появился короткий список «Букера», и я с удивлением обнаружила в нем этот роман.
Haters to lovers, много секса и последствия Холокоста.
1961 года, Амстердам. Один из героев книги, Луи, приводит на ужин с братом Хендриком и сестрой Исабель свою новую подружку Эву. Исабель слишком хорошо знает своего брата и, понимая, что Эва рядом с ним надолго не задержится, не видит необходимости даже в элементарной вежливости. Но что-то идет не так, и вот уже Луи просит сестру присмотреть за Эвой, пока сам он будет несколько недель отсутствовать по работе.
После смерти матери Исабель живет одна в доме, где они поселились во время войны и где выросли. Занятий у нее немного: с маниакальной настойчивостью следить за молоденькой служанкой, которая, очевидно же, собирается что-то украсть, а если пока этого не сделала, то только потому что у Исабель мышь не проскочит. Она ходит на редкие свидания с соседом Йоханом, который явно положил на нее глаз, но пока его вялые попытки разбудить в ней спящую женщину (простите, я не могу писать об этой книге без клише) не увенчались успехом.
Разумеется, Йохан – типичный мужлан, который только и может, что разговаривать о коллеге Вилли и о лодке, а ещё говорить женщине, которая впервые приготовила ему ужин, что её блюда почти хороши (просто че?). Нет, бывает разное, наверное, но изначально этот герой рисуется как человек из приличной семьи, что не вяжется у меня с таким мелким бытовым хамством.
Исабель – типичный старый чулок, старая дева без радости в жизни: черствая, застегнутая на все пуговицы, несколько карикатурная. Эва – ее антипод. Она живая, веселая, чувственная. Там где Исабель любит порядок, Эва царит над хаосом. Хаос она приносит и в разложенную по полочкам с фамильным серебром жизнь Исабель. Та появлению чужака на своей территории явно не рада и не скрывает этого. Она пока не знает, что совсем скоро ее жизнь перевернется с ног на голову, и ей придется открыть неизвестные страницы не только в себе, но и в семейной истории.
А дальше начинается то, что, как мне показалось, книгу сильно удешевляет. Когда я была подростком, тайком читала любовные романы издательства «Арлекин», и в “The Safekeep” постоянно ловила эти вайбы. Нет, «нефритовых жезлов» здесь нет, но «жаром чресел» можно отопить маленький квартал. Я понимаю желание писательницы рассказать о пробуждающейся чувственности, но исполнение оказалось неспособно остановить закат моих глаз.
Еще я очень не люблю, когда мной манипулируют, и особенно не люблю, когда ценность художественного произведения искусственно повышают из-за того, что затрагивают в нем темы, которые непременно вызовут отклик у читателя. Вот как, скажите, ругать книгу, в которой рассказывают о последствиях Холокоста? Получается, как будто писатель изначально ставит не вдохновившихся книгой читателей в проигрышную позицию: если пишешь, что тебе не понравилось, – покусился на святое; говоришь, что понравилось – лицемеришь.
У меня в итоге сложилось впечатление, что ван дер Вауден хотела подойти к сложной, многогранной теме со множеством неудобных вопросов, на которые пока никто так и не ответил, с неожиданного ракурса, но получилось, как будто она неловко соединила две разные книги в одной: историю, которая хорошо бы продавалась в конце 90-х в издательстве «Арлекин», и глубоко трагичный рассказ о семье, которая потеряла все, и другой семье, выросшей, сами того не ведая, на костях чужой трагедии. Главная интрига, к сожалению, становится понятна почти сразу, и дальше остается только ждать, когда это все уже закончится.
В послесловии писательница пишет, что ее вдохновила Марга Минко своим рассказом об эпизоде послевоенной жизни (“The Address” by Marga Minko). Вот он совершенно прекрасен.
#юля
#английский
#BookerLong2024
#BookerShort2024
#WomensShort_2025
Вчера наконец появился короткий список «Букера», и я с удивлением обнаружила в нем этот роман.
Haters to lovers, много секса и последствия Холокоста.
1961 года, Амстердам. Один из героев книги, Луи, приводит на ужин с братом Хендриком и сестрой Исабель свою новую подружку Эву. Исабель слишком хорошо знает своего брата и, понимая, что Эва рядом с ним надолго не задержится, не видит необходимости даже в элементарной вежливости. Но что-то идет не так, и вот уже Луи просит сестру присмотреть за Эвой, пока сам он будет несколько недель отсутствовать по работе.
После смерти матери Исабель живет одна в доме, где они поселились во время войны и где выросли. Занятий у нее немного: с маниакальной настойчивостью следить за молоденькой служанкой, которая, очевидно же, собирается что-то украсть, а если пока этого не сделала, то только потому что у Исабель мышь не проскочит. Она ходит на редкие свидания с соседом Йоханом, который явно положил на нее глаз, но пока его вялые попытки разбудить в ней спящую женщину (простите, я не могу писать об этой книге без клише) не увенчались успехом.
Разумеется, Йохан – типичный мужлан, который только и может, что разговаривать о коллеге Вилли и о лодке, а ещё говорить женщине, которая впервые приготовила ему ужин, что её блюда почти хороши (просто че?). Нет, бывает разное, наверное, но изначально этот герой рисуется как человек из приличной семьи, что не вяжется у меня с таким мелким бытовым хамством.
Исабель – типичный старый чулок, старая дева без радости в жизни: черствая, застегнутая на все пуговицы, несколько карикатурная. Эва – ее антипод. Она живая, веселая, чувственная. Там где Исабель любит порядок, Эва царит над хаосом. Хаос она приносит и в разложенную по полочкам с фамильным серебром жизнь Исабель. Та появлению чужака на своей территории явно не рада и не скрывает этого. Она пока не знает, что совсем скоро ее жизнь перевернется с ног на голову, и ей придется открыть неизвестные страницы не только в себе, но и в семейной истории.
А дальше начинается то, что, как мне показалось, книгу сильно удешевляет. Когда я была подростком, тайком читала любовные романы издательства «Арлекин», и в “The Safekeep” постоянно ловила эти вайбы. Нет, «нефритовых жезлов» здесь нет, но «жаром чресел» можно отопить маленький квартал. Я понимаю желание писательницы рассказать о пробуждающейся чувственности, но исполнение оказалось неспособно остановить закат моих глаз.
Еще я очень не люблю, когда мной манипулируют, и особенно не люблю, когда ценность художественного произведения искусственно повышают из-за того, что затрагивают в нем темы, которые непременно вызовут отклик у читателя. Вот как, скажите, ругать книгу, в которой рассказывают о последствиях Холокоста? Получается, как будто писатель изначально ставит не вдохновившихся книгой читателей в проигрышную позицию: если пишешь, что тебе не понравилось, – покусился на святое; говоришь, что понравилось – лицемеришь.
У меня в итоге сложилось впечатление, что ван дер Вауден хотела подойти к сложной, многогранной теме со множеством неудобных вопросов, на которые пока никто так и не ответил, с неожиданного ракурса, но получилось, как будто она неловко соединила две разные книги в одной: историю, которая хорошо бы продавалась в конце 90-х в издательстве «Арлекин», и глубоко трагичный рассказ о семье, которая потеряла все, и другой семье, выросшей, сами того не ведая, на костях чужой трагедии. Главная интрига, к сожалению, становится понятна почти сразу, и дальше остается только ждать, когда это все уже закончится.
В послесловии писательница пишет, что ее вдохновила Марга Минко своим рассказом об эпизоде послевоенной жизни (“The Address” by Marga Minko). Вот он совершенно прекрасен.
#юля
#английский
🐳23🕊2