Как демократия и равноправие спасают от восстаний (1/2)

От веры к бунту — легкий миг один.
Омар Хайям

В январе 2026 года на улицы иранских городов вышли десятки тысяч протестующих. В результате жестокого подавления акций погибли тысячи человек, еще больше было арестовано, сотням из них грозят суровые наказания вплоть до смертной казни. На другом конце Ближнего Востока, в ходе операции армии переходного сирийского правительства против Сирийских демократических сил, ликвидирована курдская автономия Рожава, долгое время боровшаяся с войсками Асада, Турции и террористическими организациями.

Протесты в Иране – явление не последних дней. На протяжении многих лет они регулярно разгораются по разным поводам, имеют разнообразные причины и социальную основу. В этом году они начались как локальные акции торговцев тегеранского базара и других малых предпринимателей. В прошлом страну охватывали студенческие и молодежные, социальные и экономические протесты, в том числе против обязательного ношения хиджаба.

Межэтнические и межконфессиональные конфликты, сопровождавшие гражданскую войну в Сирии, не утихли после ее окончания. Новые власти перекладывают ответственность за столкновения в алавитских районах на представителей правительства Асада, но помимо алавитов вспышки насилия возникали в отношении христиан и друзов.

Неужели будущее этих двух стран обречено на дальнейшие конфликты? Почему в Иране, несмотря жесткие ограничения общественной жизни, на митингах звучат самые радикальные политические лозунги против основ исламской революции? Не вернется ли Сирия в состояние гражданской войны?

Дать ответы поможет макроисследование российских политологов Вадима Устюжанина и Андрея Коротаева «Революции и демократия. Могут ли демократии остановить вооруженное революционное насилие?», результаты которого были опубликованы в журнале «Comparative Sociology» международного научного издательства Brill.

Аналитик «Яблока» Владимир Перевалов пересказывает ключевые выводы исследования.

🟢 Коротаев и Устюжанин проанализировали 622 случая насильственных и ненасильственных кампаний с 1900 по 2019 год, главной целью которых были фундаментальные изменения политического порядка, будь то смена режима, национальное освобождение или иные важные социальные изменения.

🟢 Авторы выяснили, что происходившие в полноценных демократиях попытки смены режима принимали ненасильственный характер в 90% описанных случаев, а сепаратистские выступления – в 67% случаев. Объяснение этому можно найти в многочисленных работах о функционировании демократических государств – в демократиях по определению больше инструментов для участия несогласных с политикой властей, меньше дискриминация социальных и этнических групп и больше возможностей для мирных протестов.

Как демократия и равноправие спасают от восстаний (2/2)

🟢 Растворилось в легальных политических процедурах и прекратила всяческое вооруженное противостояние Ирландская Республиканская Армия. Не возобновило насильственную борьбу движение за независимость Каталонии, объявившее о суверенитете региона в октябре 2017 года. Многочисленные акции неповиновения, неоднократно проходившие за последние десять лет, несмотря на столкновения сторонников независимости с полицией, приводившие к большому числу пострадавших по обе стороны, не превратились в вооруженное противостояние (в том числе и благодаря лидерам сепаратистов, призывавшим не применять насильственные методы борьбы). Движение, которое несомненно еще не раз себя проявит в Каталонии, предпочитает легальный путь достижения своих целей, включая выборы.

🟢 В полноценных же автократиях только 16% политических кампаний и 11% сепаратистских сохраняли мирный характер. Из этого можно сделать вывод, что если государственное устройство не позволяет протесту выливаться в электоральные процедуры и мирные акции протеста, то вероятность перетекания недовольства в насильственные выступления намного выше. Широко используемые властями в авторитарных государствах репрессии толкают на восстание общество, у которого нет иных результативных инструментов.

🟢 Сохраняются тенденции и в странах, которые нельзя назвать полными демократиями или диктатурами. Ученые отмечают, что уровень демократии напрямую влияет на возможность перехода протестов в вооруженные конфликты. В несовершенных демократиях 85% кампаний сохраняет мирный характер, тогда как не перешли в вооруженную стадию в частичных автократиях только 34% протестов. В несовершенных демократиях мирными остались 39% случаев, в частичных автократиях – только 19%. Авторы приводят в пример Армению, где митинги привели к отставке премьера Сержа Саргсяна, пришедшего к власти вполне законным путем, но сам революционный процесс прошел без жертв и применения оружия. Также в мирных рамках остались протесты в Южной Корее, приведшие не только к импичменту президента Пак Кын Хе, но и возвращению страны в ряды полных демократий. Силовой разгон протестов в Венесуэле, напротив, привел и к резкому падению уровня демократии, и международной изоляции страны.

🟢 Работа российских политологов отчетливо позывает необходимость существования демократических институтов для мирного и конструктивного функционирования государства. Протесты сами по себе не несут угрозы государству и обществу, пока сохраняется их мирный характер, и только в демократиях существуют институты для сохранения их в рамках законности. Перерастание их в силовое противостояние может оказаться губительным для режима и государства, но даже подавление мятежей не гарантирует решения их причин, а значит, несет угрозу их повторного появления.