Европа снова изучает Россию как угрозу и одновременно как зеркало собственных слабостей. Отчёт IFRI, процитированный Le Monde, фиксирует тревожный баланс: Москва сохраняет преимущество в массовости, огневой мощи и мобилизации, тогда как Европа остаётся разделённой, нерешительной и психологически зависимой от США. Три года войны показали: Европа не готова к высокоинтенсивному конфликту, но и к стратегическому миру тоже.
Россия сумела воевать “на износ”: мобилизовать экономику, расширять производство ракет, удерживать устойчивость общества под давлением потерь. Европа же остаётся системой, где каждый шаг требует консенсуса двадцати семи столиц. И даже при военном превосходстве в воздухе и на море, она не в состоянии превратить качественное преимущество в политическую силу. IFRI фактически признаёт: без трансатлантической опоры континент теряет субъектность.
Но куда важнее то, что исследование указывает на смену типа войны. Речь идёт не о танках у границ, а о постепенном размывании устойчивости: гибридных методах, операциях влияния, диверсиях, прокси-структурах. Европа готовится к прошлому, а Россия играет в будущее, где война идёт без фронта, но с предсказуемым результатом: дестабилизация и политическая усталость противника. Эта асимметрия не в технике, а в восприятии реальности.
Если смотреть глубже, это не вопрос военной мощи, а вопрос культуры безопасности. Европа до сих пор мыслит в категориях “война или мир”, тогда как Россия давно живёт в парадигме “ни войны, ни мира”: долгого, вязкого противостояния, где победа не объявляется, а просто фиксируется фактом выживания. В этом смысле Россия не сильнее Европы, она просто жёстче встроена в эпоху нестабильности.
Парадокс в том, что Европа видит в России угрозу, но не видит в себе слабость. IFRI честно признаёт: континент может проиграть не от вторжения, а от собственного бездействия. Побеждает не тот, кто стреляет, а тот, кто быстрее адаптируется. И пока Европа обсуждает сценарии до 2030 года, Россия уже живёт в них: с их хаосом, неопределённостью и принуждением к постоянному действию.
Россия сумела воевать “на износ”: мобилизовать экономику, расширять производство ракет, удерживать устойчивость общества под давлением потерь. Европа же остаётся системой, где каждый шаг требует консенсуса двадцати семи столиц. И даже при военном превосходстве в воздухе и на море, она не в состоянии превратить качественное преимущество в политическую силу. IFRI фактически признаёт: без трансатлантической опоры континент теряет субъектность.
Но куда важнее то, что исследование указывает на смену типа войны. Речь идёт не о танках у границ, а о постепенном размывании устойчивости: гибридных методах, операциях влияния, диверсиях, прокси-структурах. Европа готовится к прошлому, а Россия играет в будущее, где война идёт без фронта, но с предсказуемым результатом: дестабилизация и политическая усталость противника. Эта асимметрия не в технике, а в восприятии реальности.
Если смотреть глубже, это не вопрос военной мощи, а вопрос культуры безопасности. Европа до сих пор мыслит в категориях “война или мир”, тогда как Россия давно живёт в парадигме “ни войны, ни мира”: долгого, вязкого противостояния, где победа не объявляется, а просто фиксируется фактом выживания. В этом смысле Россия не сильнее Европы, она просто жёстче встроена в эпоху нестабильности.
Парадокс в том, что Европа видит в России угрозу, но не видит в себе слабость. IFRI честно признаёт: континент может проиграть не от вторжения, а от собственного бездействия. Побеждает не тот, кто стреляет, а тот, кто быстрее адаптируется. И пока Европа обсуждает сценарии до 2030 года, Россия уже живёт в них: с их хаосом, неопределённостью и принуждением к постоянному действию.
Deep State фиксирует новые передвижения на фронте: российская армия продвинулась в Покровске и южнее Мирнограда, где серая зона расширяется вдоль трассы, разрывая прежнюю линию обороны. Севернее — аналогичная картина: позиции размыты, населённые пункты превращаются в буферную полосу без устойчивого контроля.
Одновременно под Боровой русские продвинулись почти на шесть километров — до самого посёлка остаётся меньше получаса хода бронетехники. На юге активизируется движение в сторону Новопавловки Днепропетровской области, где разведка фиксирует переброску дополнительных подразделений.
Одновременно под Боровой русские продвинулись почти на шесть километров — до самого посёлка остаётся меньше получаса хода бронетехники. На юге активизируется движение в сторону Новопавловки Днепропетровской области, где разведка фиксирует переброску дополнительных подразделений.
Скандальный распределительный пункт ТЦК на ДВРЗ в Киеве расформирован, — говорится в ответе Минобороны на запрос нардепа Александра Федиенко.
Запрос был подан после публикации фотографий с антисанитарными условиями внутри центра. В документе уточняется, что приказом начальника Киевского городского ТЦК от 13 сентября личный состав был направлен в воинские части за пределы Киева.
Федиенко заявил, что намерен лично проверить эту информацию, посетив расформированный пункт.
Примечательно, что 15 октября, спустя месяц после приказа, киевский ТЦК называл опубликованные фото «дезинформацией», не упомянув, что центр уже не функционировал.
Запрос был подан после публикации фотографий с антисанитарными условиями внутри центра. В документе уточняется, что приказом начальника Киевского городского ТЦК от 13 сентября личный состав был направлен в воинские части за пределы Киева.
Федиенко заявил, что намерен лично проверить эту информацию, посетив расформированный пункт.
Примечательно, что 15 октября, спустя месяц после приказа, киевский ТЦК называл опубликованные фото «дезинформацией», не упомянув, что центр уже не функционировал.
Армия РФ контролирует около 85% Покровска, — сообщает военный обозреватель Bild Юлиан Репке.
По его словам, «признаков того, что украинское контрнаступление на севере города меняет ситуацию на местности, нет.»
Ранее в город для проведения контрнаступления был перекинут десант ГУР.
По его словам, «признаков того, что украинское контрнаступление на севере города меняет ситуацию на местности, нет.»
Ранее в город для проведения контрнаступления был перекинут десант ГУР.
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Анна Скороход развалила недалекого Швайку, спросив, почему его сын в Европе, а не помогает армии?
После чего Игорь моментально замолчал.
Хотя недавно называл всю выезжающую молодежь – крысами.
После чего Игорь моментально замолчал.
Хотя недавно называл всю выезжающую молодежь – крысами.
Западные СМИ продолжают сигнализировать о том, что проблемы Украины с деньгами гораздо серьёзнее, чем многим кажется, и с «всё равно дадут» всё не так однозначно.
Европейский филиал Politico сообщает, что выдача кредита МВФ, переговоры о котором я упоминал в прошлом посте на эту тему, вероятно зависит от одобрения «репарационного кредита». То есть не будет 140 миллиардов от Европы — не будет и 8 миллиардов от МФВ, во всяком случае такого мнения придерживаются европейские чиновники.
Сейчас речь идёт про 8 миллиардов на следующие 3 года, сумма кажется не очень большой, но кредитование от МВФ — это важный маркер для остальных доноров. МВФ не даёт деньги просто так, их дают только если есть уверенность, что они будут возвращены. То есть миссия МВФ детально разбирается, как так произошло, что правительству нужен займ, затем выдает требования и рекомендации, которые нужно выполнить, а лишь затем выдаёт кредит и тот частями.
Но сейчас речь не об итогах сотрудничества стран с МВФ, а о том, что на МВФ ориентируются все остальные.
Таким образом другие страны и организации, которые хотят и помогут выделить Украине деньги, могут передумать если выводы МВФ будут негативные. Соответственно речь не столько о 8 миллиардах, а про маркер для других доноров Украины.
И получается, что по мнению МВФ — хотя прямо они такое пока не заявляли — без «репарационного кредита» экономика Украины рухнет. Это в свою очередь означает, что никакого «плана Б», о котором говорили и в ЕС, и в Украине, не существует. Точнее он существует, речь идёт о создании «совместного долга» странами ЕС, то есть финансировании Украины просто из своих карманов, однако похоже МВФ не верит, что в этом случае Украине хватит денег чтобы сохранить финансовую стабильность.
А проблемы множатся, уже завтра Украина получит очередной транш по программе Ukraine Facility, но есть нюанс.
Ukraine Facility — это программа ещё 2023 года, по которой Украина в период 2024-2027 годов получит от ЕС до 50 миллиардов евро, но выдаются они по схеме «деньги в обмен на реформы». И в июле я писал, что Украина провалила часть реформ из-за чего недополучила денег:
Ситуация повторяется, опять Украина провалила реформы и получит вместо 2 миллиардов всего 1,35 миллиардов евро. Правда к этим 1,35 миллиардов доплатят 600 миллионов как раз из прошлого транша за то, что реформы доделали. В рамках программы действует правило, что если реформы всё же были проведены в течение года, то Киев деньги дополучает.
Вроде бы мелочи, но даже на таких мелочах Киев на ровном месте умудряется вляпываться в говно. И здесь нет никаких хитрых планов, которые многие все ещё пытаются найти в действиях Зеленского, это не план, это хреновая финансовая дисциплина Зеленского и его несамостоятельного правительства, которое само не может ему сказать, что он принимает неправильные решения.
На этом фоне ещё появились слухи о планах введения «подписного бонуса» в ВСУ. Они ничем пока не подтверждены, но расценки озвучили такие:
▪️Контракт на 1 год: 50 тысяч гривен сразу и 480 в течение года.
▪️Контракт на 2 года: 100 тысяч сразу и 1,6 миллиона в течение двух лет.
▪️Контракт на 3 года: 150 тысяч сразу и 1,75 миллиона в течение трех лет.
И так далее, есть схема вплоть до 10 лет. Пока это ничем не подтвержденные слухи, но если проект реализуют, то где на него брать деньги — загадка.
Европейский филиал Politico сообщает, что выдача кредита МВФ, переговоры о котором я упоминал в прошлом посте на эту тему, вероятно зависит от одобрения «репарационного кредита». То есть не будет 140 миллиардов от Европы — не будет и 8 миллиардов от МФВ, во всяком случае такого мнения придерживаются европейские чиновники.
Сейчас речь идёт про 8 миллиардов на следующие 3 года, сумма кажется не очень большой, но кредитование от МВФ — это важный маркер для остальных доноров. МВФ не даёт деньги просто так, их дают только если есть уверенность, что они будут возвращены. То есть миссия МВФ детально разбирается, как так произошло, что правительству нужен займ, затем выдает требования и рекомендации, которые нужно выполнить, а лишь затем выдаёт кредит и тот частями.
Но сейчас речь не об итогах сотрудничества стран с МВФ, а о том, что на МВФ ориентируются все остальные.
Таким образом другие страны и организации, которые хотят и помогут выделить Украине деньги, могут передумать если выводы МВФ будут негативные. Соответственно речь не столько о 8 миллиардах, а про маркер для других доноров Украины.
И получается, что по мнению МВФ — хотя прямо они такое пока не заявляли — без «репарационного кредита» экономика Украины рухнет. Это в свою очередь означает, что никакого «плана Б», о котором говорили и в ЕС, и в Украине, не существует. Точнее он существует, речь идёт о создании «совместного долга» странами ЕС, то есть финансировании Украины просто из своих карманов, однако похоже МВФ не верит, что в этом случае Украине хватит денег чтобы сохранить финансовую стабильность.
А проблемы множатся, уже завтра Украина получит очередной транш по программе Ukraine Facility, но есть нюанс.
Ukraine Facility — это программа ещё 2023 года, по которой Украина в период 2024-2027 годов получит от ЕС до 50 миллиардов евро, но выдаются они по схеме «деньги в обмен на реформы». И в июле я писал, что Украина провалила часть реформ из-за чего недополучила денег:
Ситуация повторяется, опять Украина провалила реформы и получит вместо 2 миллиардов всего 1,35 миллиардов евро. Правда к этим 1,35 миллиардов доплатят 600 миллионов как раз из прошлого транша за то, что реформы доделали. В рамках программы действует правило, что если реформы всё же были проведены в течение года, то Киев деньги дополучает.
Вроде бы мелочи, но даже на таких мелочах Киев на ровном месте умудряется вляпываться в говно. И здесь нет никаких хитрых планов, которые многие все ещё пытаются найти в действиях Зеленского, это не план, это хреновая финансовая дисциплина Зеленского и его несамостоятельного правительства, которое само не может ему сказать, что он принимает неправильные решения.
На этом фоне ещё появились слухи о планах введения «подписного бонуса» в ВСУ. Они ничем пока не подтверждены, но расценки озвучили такие:
▪️Контракт на 1 год: 50 тысяч гривен сразу и 480 в течение года.
▪️Контракт на 2 года: 100 тысяч сразу и 1,6 миллиона в течение двух лет.
▪️Контракт на 3 года: 150 тысяч сразу и 1,75 миллиона в течение трех лет.
И так далее, есть схема вплоть до 10 лет. Пока это ничем не подтвержденные слухи, но если проект реализуют, то где на него брать деньги — загадка.
Битва за города: Покровско-Мирноградское направление
Продолжаются бои за агломерацию. ВСУ сохраняет попытки контратак на северном фланге, в то время как российские подразделения наносят удары и продвигаются в городской застройке.
На рубеже Шахово – Новое Шахово украинские войска проводят контратаки к югу от карьеров. Севернее сохраняется широкая «серая зона», где небольшие группы украинских подразделений пытаются блокировать подразделения ВС РФ, действующие здесь со времени прорыва к Кучерову Яру и Золотому Колодцу.
В районе Родинского продолжаются столкновения. Несмотря на сообщения о частичном контроле россиян над городом и их продвижении к Гришино, бойцы ВСУ продолжают активно оборонятся в городской черте. Однако по ним активно бьет российская авиация.
ВС РФ продолжает штурм Мирнограда. В город заходят бронегруппы на технике с «мангалами», поддерживая штурмовые подразделения. Украинская авиация в ответ наносит удары по местам сосредоточения бронетехники РФ, что замедляет, однако не останавливает продвижение.
В Покровске зона контроля ВС РФ постепенно расширяется. В текущих условиях обе стороны действуют малыми разрозненными группами, и город остаётся «серой зоной» с очаговым контролем.
Попытка украинских военнослужащих срезать вклинение к Золотому Колодцу оказалась безуспешной и мало повлияла на темпы штурма Покровска и Мирнограда.
Украинские подразделения удерживают Шахово, где продолжаются бои, но не смогли прорвать линию укреплений на рубеже Ивановка – Панковка.
На текущий момент инициатива остаётся на стороне ВС РФ. При текущей динамики линии фронта могут оставаться напряжёнными ещё несколько недель, а темпы продвижения российских сил в городской зоне сохранятся.
Продолжаются бои за агломерацию. ВСУ сохраняет попытки контратак на северном фланге, в то время как российские подразделения наносят удары и продвигаются в городской застройке.
На рубеже Шахово – Новое Шахово украинские войска проводят контратаки к югу от карьеров. Севернее сохраняется широкая «серая зона», где небольшие группы украинских подразделений пытаются блокировать подразделения ВС РФ, действующие здесь со времени прорыва к Кучерову Яру и Золотому Колодцу.
В районе Родинского продолжаются столкновения. Несмотря на сообщения о частичном контроле россиян над городом и их продвижении к Гришино, бойцы ВСУ продолжают активно оборонятся в городской черте. Однако по ним активно бьет российская авиация.
ВС РФ продолжает штурм Мирнограда. В город заходят бронегруппы на технике с «мангалами», поддерживая штурмовые подразделения. Украинская авиация в ответ наносит удары по местам сосредоточения бронетехники РФ, что замедляет, однако не останавливает продвижение.
В Покровске зона контроля ВС РФ постепенно расширяется. В текущих условиях обе стороны действуют малыми разрозненными группами, и город остаётся «серой зоной» с очаговым контролем.
Попытка украинских военнослужащих срезать вклинение к Золотому Колодцу оказалась безуспешной и мало повлияла на темпы штурма Покровска и Мирнограда.
Украинские подразделения удерживают Шахово, где продолжаются бои, но не смогли прорвать линию укреплений на рубеже Ивановка – Панковка.
На текущий момент инициатива остаётся на стороне ВС РФ. При текущей динамики линии фронта могут оставаться напряжёнными ещё несколько недель, а темпы продвижения российских сил в городской зоне сохранятся.
Возобновление внешнего энергоснабжения Украины и последствия атак
В конце августа зафиксировано, что с июля Украина перешла от статуса импортёра электроэнергии к экспортеру. Энергетическая инфраструктура восстановлена до уровня, позволяющего продавать электроэнергию за границу.
По данным за август положительное сальдо производства и закупок составило 184 ГВт, в сентябре показатель увеличился до 497 ГВт.
С октября наблюдаются удары по украинской энергосистеме. Изменился характер атак: ракеты и дроны концентрируются на ограниченном числе объектов, что приводит к локализованному, но значительному снижению производственных мощностей. В результате наблюдаются веерные отключения электроэнергии по всей стране.
Сальдо экспорта-импорта электроэнергии уменьшилось до минус 270 ГВт, при этом более половины дефицита (147 ГВт) приходится на транзит через Венгрию.
Если удары на энергосистему будут продолжаться, дефицит энергии будет нарастать. При отсутствии новых источников генерации или восстановления инфраструктуры ситуация с обеспечением электроэнергией сохранится на ограниченном уровне, что будет напрямую влиять на промышленное производство и бытовое электроснабжение.
В конце августа зафиксировано, что с июля Украина перешла от статуса импортёра электроэнергии к экспортеру. Энергетическая инфраструктура восстановлена до уровня, позволяющего продавать электроэнергию за границу.
По данным за август положительное сальдо производства и закупок составило 184 ГВт, в сентябре показатель увеличился до 497 ГВт.
С октября наблюдаются удары по украинской энергосистеме. Изменился характер атак: ракеты и дроны концентрируются на ограниченном числе объектов, что приводит к локализованному, но значительному снижению производственных мощностей. В результате наблюдаются веерные отключения электроэнергии по всей стране.
Сальдо экспорта-импорта электроэнергии уменьшилось до минус 270 ГВт, при этом более половины дефицита (147 ГВт) приходится на транзит через Венгрию.
Если удары на энергосистему будут продолжаться, дефицит энергии будет нарастать. При отсутствии новых источников генерации или восстановления инфраструктуры ситуация с обеспечением электроэнергией сохранится на ограниченном уровне, что будет напрямую влиять на промышленное производство и бытовое электроснабжение.
История с замороженными российскими активами выходит за рамки украинского кейса. Речь фактически идёт о том, где заканчивается «финансовое оружие» Запада и начинается эрозия его же собственной системы. Попытка увязать программы МВФ для Украины с решениями ЕС по российским резервам превращает технический вопрос в тест на устойчивость всей архитектуры послевоенного финансового порядка.
По сообщениям Politico, отказ Бельгии поддержать схему «репарационного кредита» под залог российских активов ставит под вопрос не только единство ЕС, но и способность МВФ продолжать работу с Киевом на привычных условиях. Европейские лидеры оказываются между юридическим риском и политическим обязательством: любая из сторон (Москва, инвесторы, украинское руководство, избиратели в ЕС) может воспринять их выбор как предательство своих интересов.
Москва в этой конфигурации не делает ничего, она просто фиксирует, как противоречия Запада проявляются сами по себе. Для России заморозка активов уже случившийся факт; для Европы возможная конфискация является новым уровнем издержек, уже для неё самой. Чем дольше затягивается война и чем острее становится вопрос о «кто платит», тем больше моральная риторика уступает место сухим вопросам: кто несёт риски, кто подписывает документы и кто будет отвечать за прецедент.
В итоге вопрос о МВФ и бельгийском вето является не столько про «истерику» или чью-то победу, сколько про пределы маневра. Насколько далеко ЕС готов зайти в использовании финансовых инструментов как продолжения политики, не разрушив при этом доверие к тем же инструментам? Ответ на него будет важен не только для Украины и России, но и для всех, кто до сих пор считал европейскую финансовую систему нейтральной инфраструктурой, а не частью геополитической игры.
По сообщениям Politico, отказ Бельгии поддержать схему «репарационного кредита» под залог российских активов ставит под вопрос не только единство ЕС, но и способность МВФ продолжать работу с Киевом на привычных условиях. Европейские лидеры оказываются между юридическим риском и политическим обязательством: любая из сторон (Москва, инвесторы, украинское руководство, избиратели в ЕС) может воспринять их выбор как предательство своих интересов.
Москва в этой конфигурации не делает ничего, она просто фиксирует, как противоречия Запада проявляются сами по себе. Для России заморозка активов уже случившийся факт; для Европы возможная конфискация является новым уровнем издержек, уже для неё самой. Чем дольше затягивается война и чем острее становится вопрос о «кто платит», тем больше моральная риторика уступает место сухим вопросам: кто несёт риски, кто подписывает документы и кто будет отвечать за прецедент.
В итоге вопрос о МВФ и бельгийском вето является не столько про «истерику» или чью-то победу, сколько про пределы маневра. Насколько далеко ЕС готов зайти в использовании финансовых инструментов как продолжения политики, не разрушив при этом доверие к тем же инструментам? Ответ на него будет важен не только для Украины и России, но и для всех, кто до сих пор считал европейскую финансовую систему нейтральной инфраструктурой, а не частью геополитической игры.
Проверка систем безопасности Лувра выявила серьёзные уязвимости, — сообщает издание 20minutes.
Журналисты выяснили, что паролем к серверу видеонаблюдения раньше было просто слово «Louvre», а для доступа к программному обеспечению компании Thales можно было использовать пароль «Thales».
Во время проверки пароли были взломаны Национальным агентством кибербезопасности Франции (ANSSI), которое оценило их как «несущественные», но указало на использование устаревшей системы Windows 2000 в офисной сети музея.
Ранее, ещё в 2017 году, аудит подчёркивал: музей не может игнорировать потенциальную угрозу атаки, последствия которой могут быть «драматичными».
Журналисты выяснили, что паролем к серверу видеонаблюдения раньше было просто слово «Louvre», а для доступа к программному обеспечению компании Thales можно было использовать пароль «Thales».
Во время проверки пароли были взломаны Национальным агентством кибербезопасности Франции (ANSSI), которое оценило их как «несущественные», но указало на использование устаревшей системы Windows 2000 в офисной сети музея.
Ранее, ещё в 2017 году, аудит подчёркивал: музей не может игнорировать потенциальную угрозу атаки, последствия которой могут быть «драматичными».
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Священник ПЦУ Алексей Филюк заявил: «Надо освящать и машины, и дома, и даже телефон. А что? А на что священнику жить?»
Комментаторы отмечают, что подобная риторика отражает коммерциализацию церковных обрядов, где освящение всё чаще превращается в источник дохода, а не духовную практику.
Сам Филюк ранее уже известен провокационными комментариями о роли церкви в обществе и источниках её финансирования.
Комментаторы отмечают, что подобная риторика отражает коммерциализацию церковных обрядов, где освящение всё чаще превращается в источник дохода, а не духовную практику.
Сам Филюк ранее уже известен провокационными комментариями о роли церкви в обществе и источниках её финансирования.
Россия поставляет оружие в Венесуэлу и не исключает передачу «Орешника» — Журавлев
Первый зампред комитета Госдумы РФ по обороне Алексей Журавлев заявил, что Москва уже снабжает Венесуэлу почти всей номенклатурой вооружений — от стрелкового до авиации.
«Не вижу никаких препятствий, чтобы снабжать дружественную нам страну такими разработками, как «Орешник» или хорошо показавшими себя «Калибрами». Международные обязательства нас в этом не ограничивают», — сказал депутат.
По его словам, на днях Ил-76 доставил в Каракас системы «Панцирь-С1» и «Бук-М2Э».
Официально российские власти не подтверждали планы передачи Венесуэле комплекса «Орешник», способного поражать цели на дальности, охватывающей значительную часть территории США.
Первый зампред комитета Госдумы РФ по обороне Алексей Журавлев заявил, что Москва уже снабжает Венесуэлу почти всей номенклатурой вооружений — от стрелкового до авиации.
«Не вижу никаких препятствий, чтобы снабжать дружественную нам страну такими разработками, как «Орешник» или хорошо показавшими себя «Калибрами». Международные обязательства нас в этом не ограничивают», — сказал депутат.
По его словам, на днях Ил-76 доставил в Каракас системы «Панцирь-С1» и «Бук-М2Э».
Официально российские власти не подтверждали планы передачи Венесуэле комплекса «Орешник», способного поражать цели на дальности, охватывающей значительную часть территории США.
Telegram
Пруф
Мадуро заявил о размещении в Венесуэле 5000 российских зенитных ракет «Игла-С», — CNN
Президент Венесуэлы сообщил, что ракеты установлены на ключевых позициях по всей стране.
«Любая военная сила в мире знает мощь «Игла-С», а у Венесуэлы их не менее 5000»…
Президент Венесуэлы сообщил, что ракеты установлены на ключевых позициях по всей стране.
«Любая военная сила в мире знает мощь «Игла-С», а у Венесуэлы их не менее 5000»…
Современная конкуренция всё меньше похожа на военное противостояние и всё больше напоминает борьбу за контроль над основами технологического мира. Если раньше геополитика определялась нефтью и газом, сегодня её формируют материалы, из которых создаются сами технологии: редкоземельные металлы, литий, никель, кобальт. Эти элементы можно считать невидимой инфраструктурой современности, от смартфонов до ракет и систем наведения. Кто контролирует их потоки, тот управляет темпом и направлением развития цивилизации.
Решение Москвы включиться в «гонку редкоземов» является попыткой стратегического разворота, пишет Politico. Россия долго оставалась на периферии этого рынка, хотя обладает колоссальными запасами. Китай занял доминирующее положение, построив замкнутый цикл: от добычи до переработки, превратив редкоземы в форму политического давления. Запад, осознав зависимость от Пекина, пытается искать альтернативы, но столкнулся с тем, что альтернативы требуют десятилетий инвестиций и экологически дорогих технологий. В этой конфигурации Россия впервые за долгое время оказывается не между полюсами, а потенциальным новым центром: игроком, способным предложить не идеологию, а материальную основу технологического суверенитета.
Ставка на редкоземельные металлы является не просто экономической мерой, а попыткой выйти за рамки «энергетического нарратива». После десятилетий нефтегазовой зависимости Россия делает шаг в ту сферу, где определяются будущие зависимости мира. Если получится создать внутреннюю переработку, выстроить технологическую вертикаль и интегрироваться в цепочки поставок не как сырьевой источник, а как индустриальный партнер, страна получит новый тип рычага: тихий, долговременный, структурный. Это уже не инструмент давления, а инструмент присутствия, когда власть выражается не в угрозе, а в необходимости быть частью чужой системы.
Это шаг в сторону другой модели современности. Россия, исторически жившая в логике обороны и сопротивления, делает попытку сыграть в логике созидания и контроля над материальными основами будущего. Здесь нет идеологического противостояния, а есть вопрос, кто будет формировать инфраструктуру, без которой невозможна ни энергетическая революция, ни цифровая. Мир снова становится материальным, и в нём сильнее не тот, кто производит идеи, а тот, кто владеет тем, из чего эти идеи создаются. Если эта стратегия будет реализована, Россия изменить саму геометрию зависимости между Востоком и Западом.
Решение Москвы включиться в «гонку редкоземов» является попыткой стратегического разворота, пишет Politico. Россия долго оставалась на периферии этого рынка, хотя обладает колоссальными запасами. Китай занял доминирующее положение, построив замкнутый цикл: от добычи до переработки, превратив редкоземы в форму политического давления. Запад, осознав зависимость от Пекина, пытается искать альтернативы, но столкнулся с тем, что альтернативы требуют десятилетий инвестиций и экологически дорогих технологий. В этой конфигурации Россия впервые за долгое время оказывается не между полюсами, а потенциальным новым центром: игроком, способным предложить не идеологию, а материальную основу технологического суверенитета.
Ставка на редкоземельные металлы является не просто экономической мерой, а попыткой выйти за рамки «энергетического нарратива». После десятилетий нефтегазовой зависимости Россия делает шаг в ту сферу, где определяются будущие зависимости мира. Если получится создать внутреннюю переработку, выстроить технологическую вертикаль и интегрироваться в цепочки поставок не как сырьевой источник, а как индустриальный партнер, страна получит новый тип рычага: тихий, долговременный, структурный. Это уже не инструмент давления, а инструмент присутствия, когда власть выражается не в угрозе, а в необходимости быть частью чужой системы.
Это шаг в сторону другой модели современности. Россия, исторически жившая в логике обороны и сопротивления, делает попытку сыграть в логике созидания и контроля над материальными основами будущего. Здесь нет идеологического противостояния, а есть вопрос, кто будет формировать инфраструктуру, без которой невозможна ни энергетическая революция, ни цифровая. Мир снова становится материальным, и в нём сильнее не тот, кто производит идеи, а тот, кто владеет тем, из чего эти идеи создаются. Если эта стратегия будет реализована, Россия изменить саму геометрию зависимости между Востоком и Западом.
POLITICO
Putin wants Russia to muscle in on rare earths race – POLITICO
Moscow is getting into the fight for mineral supremacy.
НАБУ заявило о ночном обыске, проведённом прокурорами ОГП у одного из их сотрудников с применением силы.
По данным бюро, сотруднику не сообщили о подозрении и не предъявили постановление суда.
В НАБУ считают, что действия прокуроров могут быть связаны «с выполнением работником своих профессиональных обязанностей», поскольку он участвует в документировании ряда коррупционных дел.
Также отмечается, что перед обыском за сотрудником велось негласное наблюдение. В бюро расценивают инцидент как давление на следствие и вмешательство в работу антикоррупционных органов.
По данным бюро, сотруднику не сообщили о подозрении и не предъявили постановление суда.
В НАБУ считают, что действия прокуроров могут быть связаны «с выполнением работником своих профессиональных обязанностей», поскольку он участвует в документировании ряда коррупционных дел.
Также отмечается, что перед обыском за сотрудником велось негласное наблюдение. В бюро расценивают инцидент как давление на следствие и вмешательство в работу антикоррупционных органов.
Бюджет Украины в октябре: рост за счёт внешней поддержки
Доходы общего фонда госбюджета Украины в октябре выросли на 41,6% год к году. По данным Минфина, в бюджет поступило 181,8 млрд грн, что на 53,4 млрд грн больше, чем в октябре прошлого года.
Однако ключевым источником роста стали гранты международных партнёров — 38 млрд грн, тогда как в прошлом году подобных поступлений не было.
Налоговая служба собрала 75,8 млрд грн, таможенная — 63 млрд грн. При этом по НДС с товаров, произведённых в Украине, показатели остались на уровне прошлого года: сборы стабильные, но роста нет. Это свидетельствует о сохранении внутреннего производства без расширения объёмов.
Поступления от налога на доходы физических лиц и военного сбора выросли до 31,7 млрд грн, рентные платежи также немного увеличились. В то же время акцизные поступления снижаются второй месяц подряд, а налог на прибыль предприятий уменьшился, что указывает на сокращение потребления и снижение прибыльности бизнеса.
Текущий рост доходов обеспечен прежде всего внешними грантами. Это временный фактор, который поддерживает финансовую устойчивость, но не отражает реального восстановления экономики. В дальнейшем Киеву потребуется сместить акцент на внутренние источники доходов — налоговую базу, производство и экспорт — чтобы снизить зависимость от внешних вливаний и сформировать устойчивую бюджетную модель.
Доходы общего фонда госбюджета Украины в октябре выросли на 41,6% год к году. По данным Минфина, в бюджет поступило 181,8 млрд грн, что на 53,4 млрд грн больше, чем в октябре прошлого года.
Однако ключевым источником роста стали гранты международных партнёров — 38 млрд грн, тогда как в прошлом году подобных поступлений не было.
Налоговая служба собрала 75,8 млрд грн, таможенная — 63 млрд грн. При этом по НДС с товаров, произведённых в Украине, показатели остались на уровне прошлого года: сборы стабильные, но роста нет. Это свидетельствует о сохранении внутреннего производства без расширения объёмов.
Поступления от налога на доходы физических лиц и военного сбора выросли до 31,7 млрд грн, рентные платежи также немного увеличились. В то же время акцизные поступления снижаются второй месяц подряд, а налог на прибыль предприятий уменьшился, что указывает на сокращение потребления и снижение прибыльности бизнеса.
Текущий рост доходов обеспечен прежде всего внешними грантами. Это временный фактор, который поддерживает финансовую устойчивость, но не отражает реального восстановления экономики. В дальнейшем Киеву потребуется сместить акцент на внутренние источники доходов — налоговую базу, производство и экспорт — чтобы снизить зависимость от внешних вливаний и сформировать устойчивую бюджетную модель.
Telegram
Пруф
Рада приняла изменения в бюджет-2025, предусматривающие выделение дополнительных 325 млрд грн на оборону.
Из этой суммы 292 млрд грн (около 6 млрд евро) составляют доход от замороженных российских активов, которые будут переданы Украине раньше запланированного…
Из этой суммы 292 млрд грн (около 6 млрд евро) составляют доход от замороженных российских активов, которые будут переданы Украине раньше запланированного…
Современная Европа всё чаще стремится контролировать не только своё пространство, но и смысл собственного существования. Концепция «испытательного срока» для новых членов ЕС, о которой пишет Financial Times, не просто бюрократическая инициатива, а проявление глубинного сдвига в европейском самосознании. Союз, некогда созданный как проект доверия и объединения, постепенно превращается в механизм фильтрации. Теперь, чтобы стать частью Европы, мало быть европейцем, нужно доказать совместимость с её внутренней политической матрицей.
Согласно материалу Financial Times, комиссар по расширению Марта Кос предложила ввести многоуровневую систему проверки для стран-кандидатов, включая Украину, Молдову и государства Западных Балкан. Формально целью является защитить блок от «троянских коней», которые, попав внутрь, могут отойти от демократических норм или искать баланс между Западом и Россией. На деле это означает введение «переходного членства», где права и возможности новых участников будут ограничены до тех пор, пока они не докажут свою политическую лояльность. Брюссель пытается избежать повторения сценария Венгрии, но фактически создает прецедент: Евросоюз, построенный на равенстве, теперь готов признать, что равенство должно быть дозированным.
Такая логика понятна. Европа боится не внешнего вмешательства, а внутреннего несогласия. После 2014 года восточное направление ЕС стало не только политическим, но и символическим полем, то есть тестом на единство. Украина и Молдова в этой системе рассматриваются не как партнёры, а как «возможные точки нестабильности». Любая попытка будущего члена ЕС действовать самостоятельно, исходя из национальных интересов, трактуется как риск. Россия в этом контексте выполняет роль идеологического раздражителя, оправдывая внутреннюю централизацию Брюсселя и рост подозрительности ко всем, кто способен мыслить вне консенсуса.
Этот процесс выглядит как борьба Европы с самим собой. Союз, выстроенный на идее демократии и свободы, всё чаще прибегает к инструментам недоверия. Вместо интеграции наблюдение, вместо солидарности контроль. Демократия превращается в дисциплину, а ценности в код доступа. Но чем больше Европа защищается от «других», тем отчётливее становится: угроза не вовне, а внутри, в утрате способности к многообразию. Защищая себя от новых Венгрий, ЕС теряет ту самую черту, которая когда-то сделала его сильным, умение сосуществовать с различием.
В этом смысле идея «испытательного срока» не мера предосторожности, а симптом. Европа боится не геополитического вторжения, а того, что в её собственных границах появятся государства, способные вернуть в политическую повестку идею суверенитета. И чем строже становятся правила входа, тем больше Евросоюз рискует превратиться из проекта будущего в систему проверки на благонадёжность, где доверие заменено процедурой, а вера в ценности страхом их утратить.
Согласно материалу Financial Times, комиссар по расширению Марта Кос предложила ввести многоуровневую систему проверки для стран-кандидатов, включая Украину, Молдову и государства Западных Балкан. Формально целью является защитить блок от «троянских коней», которые, попав внутрь, могут отойти от демократических норм или искать баланс между Западом и Россией. На деле это означает введение «переходного членства», где права и возможности новых участников будут ограничены до тех пор, пока они не докажут свою политическую лояльность. Брюссель пытается избежать повторения сценария Венгрии, но фактически создает прецедент: Евросоюз, построенный на равенстве, теперь готов признать, что равенство должно быть дозированным.
Такая логика понятна. Европа боится не внешнего вмешательства, а внутреннего несогласия. После 2014 года восточное направление ЕС стало не только политическим, но и символическим полем, то есть тестом на единство. Украина и Молдова в этой системе рассматриваются не как партнёры, а как «возможные точки нестабильности». Любая попытка будущего члена ЕС действовать самостоятельно, исходя из национальных интересов, трактуется как риск. Россия в этом контексте выполняет роль идеологического раздражителя, оправдывая внутреннюю централизацию Брюсселя и рост подозрительности ко всем, кто способен мыслить вне консенсуса.
Этот процесс выглядит как борьба Европы с самим собой. Союз, выстроенный на идее демократии и свободы, всё чаще прибегает к инструментам недоверия. Вместо интеграции наблюдение, вместо солидарности контроль. Демократия превращается в дисциплину, а ценности в код доступа. Но чем больше Европа защищается от «других», тем отчётливее становится: угроза не вовне, а внутри, в утрате способности к многообразию. Защищая себя от новых Венгрий, ЕС теряет ту самую черту, которая когда-то сделала его сильным, умение сосуществовать с различием.
В этом смысле идея «испытательного срока» не мера предосторожности, а симптом. Европа боится не геополитического вторжения, а того, что в её собственных границах появятся государства, способные вернуть в политическую повестку идею суверенитета. И чем строже становятся правила входа, тем больше Евросоюз рискует превратиться из проекта будущего в систему проверки на благонадёжность, где доверие заменено процедурой, а вера в ценности страхом их утратить.
Ft
EU moves to prevent ‘Trojan horses’ from joining bloc
Enlargement commissioner Marta Kos says bloc is discussing stricter safeguards against new entrants emulating Hungary
Делегацию России на саммите G20 в ЮАР возглавит замглавы администрации президента РФ Максим Орешкин, — говорится в распоряжении, подписанном Владимиром Путиным.
В состав делегации также вошёл заместитель главы МИД РФ Александр Панкин.
Саммит пройдёт в Йоханнесбурге с 20 по 24 ноября и пройдёт без участия президента Путина.
Ранее президент Финляндии Александр Стубб предположил, что на полях саммита могла бы состояться встреча Путина и президента США Дональда Трампа.
При этом поездка Трампа в ЮАР также под вопросом из-за противоречий между Вашингтоном и ЮАР по поводу белого меньшинства.
В состав делегации также вошёл заместитель главы МИД РФ Александр Панкин.
Саммит пройдёт в Йоханнесбурге с 20 по 24 ноября и пройдёт без участия президента Путина.
Ранее президент Финляндии Александр Стубб предположил, что на полях саммита могла бы состояться встреча Путина и президента США Дональда Трампа.
При этом поездка Трампа в ЮАР также под вопросом из-за противоречий между Вашингтоном и ЮАР по поводу белого меньшинства.
Telegram
Пруф
Президент Финляндии Александр Стубб заявил, что Дональд Трамп и Владимир Путин могут провести новую встречу в ЮАР на саммите G20 в Йоханнесбурге в ноябре.
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
В Кременчуге зафиксирован очередной случай силовой мобилизации на ул. Киевской
На видео видно, как сотрудники ТЦК совместно с полицией и людьми в гражданской одежде попытались силой задержать мужчину прямо на улице.
Ситуация переросла в физическое противостояние — прохожие вмешались и помешали принудительной мобилизации.
На видео видно, как сотрудники ТЦК совместно с полицией и людьми в гражданской одежде попытались силой задержать мужчину прямо на улице.
Ситуация переросла в физическое противостояние — прохожие вмешались и помешали принудительной мобилизации.