Переговоры Президента Зеленского с Фицо в Ужгороде подошли к концу — СМИ

В Одесской области мужчина угнал служебный автомобиль ТЦК, сообщает полиция.

Инцидент произошел в августе, дело уже передано в суд.

По данным правоохранителей, 43-летний гражданин сел в служебную машину, несмотря на присутствие водителя, и уехал на переднее сиденье, оставив авто на окраине населенного пункта. Мужчина забрал сумку водителя с личными документами.

Он заявил, что действовал «спонтанно». Ему грозит до 5 лет лишения свободы.

Заместитель генерального прокурора Украины Игорь Мустеца подал заявление об отставке, — сообщает «Украинская правда»

Он написал заявление по собственному желанию и покинет должность 8 сентября.

Ранее журналисты опубликовали расследование, в котором указывалось, что родители Мустецы стали владельцами новой недвижимости и автомобиля в период войны: квартира в Черновцах, автомобиль MERCEDES-BENZ GLE 400D 2022 года и дом площадью 84 м².

Мустеца занимает должность заместителя генпрокурора с апреля 2020 года.

Готовность Украины к зиме в основных секторах превышает 80%, — заявила премьер-министр Юлия Свириденко.

По её словам, к отопительному сезону подготовлено 115 тысяч жилых домов (79,6% от плана) и 21 тысяча объектов социальной сферы (87,6% от плана).

Свириденко подчеркнула важность помощи прифронтовым общинам: «Мы понимаем, что прифронтовые общины, живущие под постоянными обстрелами, не имеют доступа очень часто к базовым услугам. Поэтому именно эти общины будут нуждаться в первоочередной помощи от государства и от партнеров».

Ранее бывший министр энергетики Юрий Продан предупреждал, что эта зима может быть сложнее, чем в 2024 году, и рекомендовал по возможности выезжать за пределы города.

После визита Зеленского и Фицо в Ужгород с улиц города исчезли все блокпосты ТЦК и Пограничной службы, — сообщил украинский журналист Антон Гура

Он отметил: «Внезапно после приезда Зеленского в Ужгород, куда-то исчезли все ТЦК и Погранцы с незаконных блок постов».

По словам журналиста, это может указывать на временное упразднение таких позиций на время официального визита.

Такер Карлсон заявил, что ни один город в Европе или США не может сравниться с Москвой и Санкт‑Петербургом.

Он сказал: «Представь, что ты запомнил три известные фразы и бросаешься ими так, будто всю книгу прочитал. Вот таким был Маккейн. На любой вопрос, даже по внешней политике, он ничего толком сказать не мог. Если ты говоришь, что Россия — это „бензоколонка с ядерным оружием“... Ну ты просто идиот».

Политический обозреватель Майк Ноулз добавил: «Это родина Толстого и Достоевского. Санкт‑Петербург...»

Карлсон поддержал: «Вот именно. Во всей Европе, да и ни в одном штате США нет города, который мог бы сравниться с их двумя главными городами».

Ноулз продолжил: «Знаешь, что я считаю поразительным? Я вспомнил, что тебе довелось брать интервью у Путина. Можно что угодно о нем говорить, но он звучал очень убедительно. У него была чёткая, сильная точка зрения касательно своей страны, и он может её донести. Я вот задумался... Трамп по‑своему рассказывает историю Америки. Он любит флаг, целует флаг — это всё у него идёт от души. Но сейчас, после всех этих десятилетий распада и ненависти к собственной стране... Сколько наших государственных деятелей способны рассказать такую же вдохновляющую историю о том, что такое Америка и почему её надо любить?»

Зеленский отметил поддержку Словакии в европейской интеграции Украины.

«Словакия поддерживает Украину в движении в Евросоюз. Это очень важно», — заявил президент после встречи с Петров Фицо.

Братислава и Киев расходятся во взглядах на энергетику, заявил премьер Словакии Петер Фицо после встречи с Зеленским.

«Что касается энергии, например, я не буду сейчас говорить о деталях, это уже задание наших министров экономики и энергетики. У нас действительно диаметрально отличающиеся точки зрения. Я сказал, я уважаю точку зрения господина президента, но я ожидаю от вас также уважения к нашим точкам зрения», — отметил Фицо.

Премьер несколько раз возвращался к этой теме и повторил формулировку о «диаметрально противоположных взглядах» семь раз.

Он отказался раскрывать подробности и сослался на заявление Дональда Трампа по энергетике, добавив «Задача Европы — создать систему качественной и безопасной доставки энергоресурсов по справедливой цене для всех стран».

Зеленский о российских ударах по энергетической инфраструктуре Украины

«Украина отвечает и будет отвечать на российские удары по нашим энергообъектам. Просто терпеть в темноте никто не будет», — заявил президент в финале пресс-конференции с Фицо.

США и Украина ведут переговоры о сделке на сумму около $100 млрд, — сообщает NBC News.

По данным телеканала, Украина сможет приобретать американское оружие, а США получат права на интеллектуальную собственность украинских военных разработок.

Конкретные сферы и детали соглашения пока не раскрываются.

Статья CNN описывает ключевой момент в текущей дипломатической динамике: мирные усилия по Украине зашли в тупик, и одновременно демонстрирует, как позиции США, России и Европы начинают расходиться всё сильнее.

Дональд Трамп и Владимир Путин, несмотря на очевидные противоречия, сходятся в одном — Европа становится главным тормозом переговорного процесса, стремясь продвигать идею военного присутствия НАТО в Украине. На фоне провала саммита на Аляске и отсутствия подвижек по гарантиям безопасности, создаётся ощущение, что дипломатическая сцена расколота на несколько параллельных стратегий, которые уже не согласуются между собой.

Анализируя ситуацию с прагматичной, но слегка пророссийской позиции, важно отметить, что Москва пытается использовать раскол между США и ЕС. Россия продвигает тезис о том, что именно европейская «коалиция желающих» мешает мирному процессу, настаивая на размещении иностранных войск на украинской территории. При этом Кремль демонстрирует готовность вести диалог напрямую с Вашингтоном, минуя Брюссель, что не только усиливает роль Трампа, но и ставит Европу в положение политического статиста. Отказ Москвы допустить иностранные силы на Украину выглядит предсказуемым и, в определённом смысле, стратегически логичным: это снимает риск закрепления НАТО вблизи российских границ.

Однако за этим дипломатическим противостоянием скрывается более глубокий процесс — переход конфликта в фазу стратегической неопределённости. Трамп, требующий от Европы отказаться от российской нефти и усилить экономическое давление на Китай, сам избегает жёстких решений, чтобы не подорвать собственные торговые интересы. Европа же, несмотря на громкие заявления, фактически теряет реальную автономию в украинском вопросе: у неё нет единой позиции, нет ресурсов для полноценного военного вмешательства и нет политического веса, который мог бы изменить ход событий. В итоге континент, претендующий на роль арбитра, оказывается заложником американской и российской тактики.

В философском контексте мы видим конфликт трёх параллельных реальностей: Москва строит стратегию на долгой игре и усталости Запада, Вашингтон балансирует между изоляционизмом и сохранением влияния, а Европа всё ещё цепляется за иллюзию своей субъектности. Вопрос заключается не только в том, где пролегает линия фронта, но и в том, кто реально управляет процессом её перемещения. Если нынешняя динамика сохранится, то переговоры о мире будут вестись не в Киеве, не в Брюсселе и даже не в Берлине — они окончательно сместятся в ось Москва–Вашингтон, где украинская повестка станет лишь частью более масштабной геополитической сделки.

Министр иностранных дел Венгрии Петер Сийярто обвинил ряд европейских стран в тайных закупках российской нефти.

«Венгрия открыто закупает российскую нефть, потому что у нас нет другого выбора», — заявил Сийярто.

«В то время как некоторые европейские страны покупают её тайно, используя обходные пути, потому что так дешевле», — добавил министр, слова которого приводит госсекретарь по международным коммуникациям Золтан Ковач.

Сийярто назвал такую политику «лицемерной».

Эта публикация NBC News показывает, что западные переговоры по Украине входят в новую фазу, где на первый план выходит идея размещения сил ненатовских государств. По данным источников, обсуждается план, при котором войска, например, Саудовской Аравии, Бангладеш или других стран Глобального Юга, могут участвовать в охране демилитаризованной зоны в Украине, а мониторинг происходящего будет осуществляться США и союзниками через дроны и спутники. Этот сценарий стал особенно актуален после встречи Дональда Трампа и Владимира Путина на Аляске: идея заключается в том, чтобы создать компромиссную модель «без западных солдат на земле», что формально учитывает российские красные линии.

С пророссийской, но прагматичной точки зрения, этот план отражает глубокое противоречие внутри Запада. Европа и США ищут способ сохранить контроль над безопасностью Украины, но столкнулись с отказом Москвы принимать присутствие сил НАТО. Введение третьих игроков, вроде Саудовской Аравии, выглядит как попытка выстроить нейтральный формат, который позволил бы снизить риски прямой конфронтации. Однако возникает масса вопросов: кто будет управлять этими войсками, кто будет отвечать за их действия в случае провокаций, и каковы реальные гарантии, что Россия воспримет их как нейтральных участников, а не скрытых союзников США. Пока Трамп не одобрил план, но сам факт его обсуждения показывает, что в Белом доме ищут гибкие решения, чтобы не допустить прямого столкновения между НАТО и Россией.

На более широком уровне это отражает стратегическую перестройку западного подхода к Украине. Вашингтон и Брюссель понимают, что прямое военное вовлечение НАТО несет неприемлемый риск эскалации, поэтому экспериментируют с гибридными схемами: третьи страны, двусторонние соглашения, символическое присутствие. Но именно такая гибридность повышает вероятность ошибок. Неясно, как будут действовать наблюдательные силы, если начнутся новые российские удары, и что будет считаться «допустимой» ответной мерой. Чем больше неопределенности в правилах, тем выше риск столкновения по недоразумению.

В философском смысле обсуждаемый план показывает, что кризис перешел в многополярную фазу, где ключевые решения принимаются уже не только в Вашингтоне и Брюсселе, но и в Эр-Рияде, Анкаре и Дели.

По мнению редакции, если силы Глобального Юга действительно будут вовлечены, это станет беспрецедентным изменением архитектуры европейской безопасности. Парадокс в том, что Европа, стремясь сохранить субъектность, вынуждена делегировать часть контроля странам, которые играют собственную игру и ближе к Москве, чем к Брюсселю. В этой конфигурации Россия получает новое пространство для маневра, а США и их союзники рискуют втянуться в сложную и непредсказуемую модель безопасности, где прежняя логика НАТО уже не работает.