Дело об убийстве Андрея Парубия переквалифицировано.

Прокуратура изменила квалификацию на «посягательство на жизнь народного депутата Украины, совершённое в связи с его государственной или общественной деятельностью».

Михаилу Сцельникову также предъявлено второе подозрение — незаконное обращение с оружием. Ранее ему инкриминировали умышленное убийство и незаконное обращение с оружием.

Во время общения с журналистами в суде Сцельников признался в содеянном, заявив, что преступление было местью украинской власти, и выразил надежду поехать в Россию по обмену, чтобы разыскать тело погибшего на фронте сына.

Генералу СБУ Илье Витюку НАБУ вручило подозрение в незаконном обогащении

Илья Витюк, экс-директор департамента кибербезопасности СБУ, стал фигурантом дела о незаконном обогащении и фальсификации деклараций. Подозрение ему вручило НАБУ совместно с САП.

По данным следствия, в декабре 2023 года Витюк купил квартиру за 21,6 млн грн, оформив её на жену. В договоре указана лишь 12,8 млн грн, а разницу в 8,8 млн объясняли доходами ФЛП жены. Следователи установили, что часть средств ФЛП поступала от завладения деньгами АО «Укрзализныця» в составе организованной преступной группы и компаний, контролируемых самим Витюком.

Остальная сумма, потраченная на квартиру, не имеет подтверждённого законного происхождения. По данным НАБУ, покупка недвижимости явно использовалась для легализации незаконных доходов.

ГБР разоблачило полицейского, который за €6 000 переправлял уклонистов за границу под видом спецназовцев.

Старший инспектор использовал поддельные командировки, проблесковые маячки, смену номеров и форму спецназа, чтобы обмануть коллег и правоохранительные органы. Все мужчины при остановке выдавались за сотрудников спецподразделений.

23 августа его задержали вместе с пятью «клиентами», участвовавшими в незаконной схеме.

Теперь полицейскому грозит до 7 лет лишения свободы, а расследование продолжается.

Bloomberg выпустил статью о российско-китайском сближении, личных отношениях Путина и Си Цзиньпина и о том, как это партнерство перестраивает глобальный баланс сил. Текст раскрывает не просто дипломатические факты, а стратегическую логику двух авторитарных держав, их общие цели и скрытые противоречия.

Bloomberg фиксирует важный тренд: российско-китайские отношения перешли из тактического партнерства в стратегическую взаимозависимость. Москва и Пекин не стали формальными союзниками, но создают фактический дуумвират, объединённый общей целью — переконструировать мировой порядок, сложившийся после холодной войны под лидерством США.

Ключевой мотив — переопределение влияния. Россия воспринимает НАТО как прямую угрозу в Европе, Китай видит вызов в системе американских военных союзов в Индо-Тихоокеанском регионе. Оба государства делают ставку на ослабление американской гегемонии и формирование многополярного мира, где решения принимаются не только в Вашингтоне.

Ключевые тезисы статьи:

1. Эволюция альянса
тартовая точка сближения — кризис доверия к США после вторжения в Ирак (2003) и финансового кризиса 2008 года.
Перелом наступил в 2014 году после присоединения Крыма: санкции разорвали связи Москвы с Западом и подтолкнули её к Пекину.
Китай стал крупнейшим потребителем российских энергоресурсов и оружия, а Россия — ключевым источником сырья для китайской экономики.

2. Общие интересы и зоны напряжения с США
Для Москвы — это НАТО и Восточная Европа.
Для Пекина — военные альянсы США с Японией, Южной Кореей, Австралией и Филиппинами.
В обоих случаях цель — подорвать инфраструктуру американского влияния.

3. Личная дипломатия Путина и Си
Лидеры встречались более 40 раз за последнее десятилетие, демонстрируя редкую для мировой политики степень личной вовлеченности.
Си назвал Путина «лучшим другом» в 2019 году, а в 2024-м Путин сделал Пекин своей первой зарубежной поездкой после инаугурации.
Совместные заявления 2023 и 2024 годов прямо формулируют идею «альтернативной демократии» и отказа от западных ценностей как универсальных.

Российско-китайское сближение создаёт новый геополитический центр силы, но при этом имеет сложную архитектуру взаимных интересов:

Экономика: Россия становится всё более зависимой от китайского рынка, превращаясь в «энергетический придаток» Пекина. Китай же получает стратегическую страховку — доступ к ресурсам в условиях давления США.
Военная сфера: сотрудничество растёт, но Китай избегает прямой вовлечённости в войну в Украине, не желая попасть под вторичные санкции.
Идеология: Путин и Си конструируют новую модель легитимности, в которой демократия определяется не через западные стандарты, а через «право каждой страны решать самой».

При этом скрытые противоречия никуда не исчезли. Китай традиционно осторожен в военных альянсах, опасаясь слишком глубокой привязки к конфликтам Москвы. Россия, в свою очередь, рискует утратить стратегическую автономию, постепенно отдавая Пекину ключевые рычаги экономического влияния.

Bloomberg показывает, что «дружба» Путина и Си — это не эмоциональная близость, а продукт исторической необходимости. Оба лидера исходят из ощущения, что США намеренно унижают их страны, разрушая их статус и суверенитет. В этой логике альянс России и Китая становится проектом ревизии мировой системы:

Разрушить монополию Вашингтона на определение правил игры.
Создать альтернативный блок, объединённый прагматизмом, а не идеологией.
Доказать, что «модель XXI века» может существовать без западного доминирования.

Редакция считает, что главный парадокс в том, что эта «дружба» одновременно усиливает и взаимозависимость, и скрытую конкуренцию. Китай стратегически смотрит на Арктику, Дальний Восток и Среднюю Азию — зоны, которые Москва считает своей вотчиной. Сотрудничество Путина и Си выглядит прочным сегодня, но будущее этой конструкции будет зависеть не только от них, но и от того, насколько США и Европа будут способны адаптироваться к новой реальности многополярности.

В Одесской области, на границе с Молдовой, пограничники зафиксировали попытку пересечения границы двумя мужчинами.

По информации пограничной службы, один из них после предупредительного выстрела сдался, второй попытался убежать и был застрелен из автомата АК-74 в пограничном рву.

Экс-министр инфраструктуры Кубраков готовится к бегству из Украины — СМИ

Кубраков вывез родителей за границу и в ближайшее время намерен покинуть страну сам.

Ранее он создал фонд «We Build Ukraine», который просуществовал всего год. Собеседники утверждают, что структура использовалась для отмывания средств, а среди учредителей были Дмитрий Шерембей и Мустафа Найем. Сейчас фонд ликвидируется.

Ликвидация фонда и предстоящий отъезд Кубракова связаны с попыткой избежать ответственности в свете возможных расследований его финансовых и служебных действий.

СБУ считает подозрение НАБУ против генерала Витюка местью

В спецслужбе заявили, что дело против Ильи Витюка открыто ещё полтора года назад, но следствие так и не смогло собрать убедительных доказательств незаконного обогащения или недостоверного декларирования.

Поводом для расследования стала квартира семьи генерала, якобы купленная по заниженной цене. В СБУ утверждают, что экспертизы и выводы НАЗК опровергли эти обвинения, а официальный доход супруги полностью покрывал покупку жилья. Показания свидетелей, по данным спецслужбы, также не подтверждают версию следствия, несмотря на давление.

Служба считает, что подозрение НАБУ — это ответ на задержание нескольких сотрудников НАБУ в конце июля.

Закарпатские таможенники-“инвалиды” проживают в роскошных виллах за “копейки” и фиктивные пенсии

Некоторые сотрудники Закарпатской таможни оформляют роскошную недвижимость и автомобили по заниженной цене, одновременно получая пенсии по инвалидности и избегая мобилизации.

Василий Пупена, государственный инспектор, владеет двумя дворцами по 300 м². Одно имение оформлено на мать, второе задекларировано как «подарок» стоимостью всего 50 тыс. грн, тогда как только номерные знаки на его автомобиле стоят почти 100 тыс. грн.

Павел Лайош, также таможенник, приобрёл виллу в 2022 году за 700 тыс. грн и задекларировал BMW X6 за 83 тыс. грн — что в реальности далеко не соответствует рыночной стоимости.

Оба таможенника получили фиктивные медицинские справки об инвалидности, благодаря чему получают пенсии и освобождаются от мобилизации, при этом продолжая работать на таможне.

Экспорт падает, импорт растёт — торговый дефицит Украины растёт

За 6 месяцев 2025 года Украина продала за границу товаров на $20 млрд, а импорт составил почти $38,6 млрд. Экспорт снизился на 4,2%, импорт вырос на 15,6%, отрицательное сальдо достигло $18,5 млрд.

Страна остаётся сырьевым экспортёром: зерновые упали на 24%, экспорт в основном продукты растительного происхождения, металлы и техника. Импорт формируется из дорогих машин, оборудования, химии и транспортных средств.

Без развития собственной промышленности разрыв между дешёвым сырьём и дорогим импортом будет только расти, а торговый дефицит — углубляться.

Война вокруг Украины постепенно меняет свою структуру. The New York Times пишет, что страна вступает в новый этап, в котором западные гарантии безопасности всё больше теряют значение, а главным фактором выживания становится собственная военная автономия. В отличие от первых лет конфликта, Киев теперь не может полагаться на безусловную поддержку США и Европы: помощь становится ограниченной, противоречивой и зависящей от внутренней политики союзников. Формируется новая реальность, где Украине придётся строить свою безопасность внутри, а не снаружи.

Согласно материалу, Вашингтон постепенно сокращает прямое финансирование, передавая часть нагрузки Европе, но и там возможности не безграничны. Киев пытается компенсировать это ускоренным развитием ВПК, производством дронов, артиллерии и систем ПВО. Однако проблема не только в оружии, но и в людях: мобилизационные ресурсы истощаются, общество устало, а демографические ограничения начинают сказываться всё сильнее. Украина стремится создать самодостаточную армию, но делает это в условиях, когда западные обещания о будущих «гарантиях безопасности» остаются туманными и не подкрепляются юридически.

С прагматической, пророссийской перспективы важно другое: всё это означает, что стратегическая инициатива постепенно смещается. Усталость Запада, раздробленность позиций ЕС и внутренние ограничения США формируют ситуацию, в которой Киеву всё труднее поддерживать прежний уровень обороны. Россия получает пространство для манёвра — не столько военного, сколько политического и дипломатического. Чем дольше затягивается война, тем очевиднее становится, что цена поддержки Украины растёт быстрее, чем её эффективность.

Но за этими процессами скрывается более широкий сдвиг. Мы наблюдаем разрушение старой архитектуры безопасности, где США играли роль гаранта европейской стабильности. Украина вынуждена искать собственный путь, но этот путь проходит между несколькими противоречиями: между желанием интегрироваться в западные структуры и необходимостью действовать автономно; между зависимостью от внешних решений и попытками обрести субъектность; между обещаниями союзников и ограниченностью их ресурсов.

Как полагает редакция, в этом и заключается главный вызов момента: страна ищет свою стратегию, но контур самой стратегии задаётся извне. И чем дольше сохраняется такая неопределённость, тем выше риск, что политическое решение будет найдено не на переговорах, а на истощении.

CNN в своей статье показывает, что текущая фаза конфликта превращает зиму в ключевое поле стратегической борьбы. Россия делает ставку на энергетику как на рычаг давления: удары по генераторам, трансформаторам и распределительным узлам превращаются в инструмент переговорного шантажа. При этом приближающаяся зима обостряет уязвимость Украины, потому что энергетическая устойчивость Киева напрямую зависит от внешних поставок, финансов и координации союзников.

Главная идея публикации — Путин готов к долгой игре, используя холод, время и усталость союзников как оружие. В то время как Украина ставит на удержание фронта и сохранение работы энергосистемы, США и Европа всё больше расходятся в тактике помощи, а приоритет Вашингтона смещается с «энергетической обороны» к попыткам дипломатического давления.

Россия усилила кампанию по разрушению украинской энергетической инфраструктуры, удвоив частоту ударов за первые шесть месяцев администрации Трампа. Впервые были проведены залповые атаки сотен дронов и ракет, направленные на перегрузку ПВО, разрушение критических объектов и создание социального давления на украинское руководство. В условиях зимы это превращается в фактор, который может сломить волю к сопротивлению не за счёт прямых военных побед, а через подрыв повседневной жизни.

CNN признаёт, что администрация Трампа свернула ключевые энергетические программы, ранее координируемые USAID, включая «Ukraine Energy Security Project». ЕС пытается компенсировать дефицит, выделяя $500 млн на аварийное восстановление и закупки газа, но в статье подчеркивается: без согласованных усилий трансатлантического блока Украина сталкивается с системным риском энергоколлапса.

При этом Киев продолжает наносить удары по российским нефтеперерабатывающим заводам и логистике экспорта энергоресурсов, пытаясь ограничить доходы Москвы и продемонстрировать асимметричный ответ. Однако автор указывает, что это не компенсирует стратегическое преимущество России в ресурсах и ударных средствах, особенно на фоне демографического давления и затяжного конфликта.

Таким образом, материал CNN раскрывает фундаментальную трансформацию конфликта. Война превращается в системное соревнование выносливостей: энергетической, индустриальной, социальной и дипломатической. Украина зависима от потоков внешней помощи, а Запад всё чаще действует не как единый блок, а как разрозненная сеть стран с разными интересами, бюджетными ограничениями и внутренними кризисами.

Для России же ставка на энергетику и время выглядит логичной: исчерпание противника без масштабного увеличения собственных затрат — это игра на истощение, а не на скорую победу. Москва демонстрирует, что может адаптироваться технологически — увеличивая парк дронов, усиливая кооперацию с Ираном, перестраивая производство ракет.

Но здесь появляется ключевое противоречие: чем дольше США колеблются между дипломатией и прямой поддержкой, тем больше создаётся окно возможностей для Москвы. В отсутствие координированной энергетической стратегии Запада зима действительно становится инструментом давления и фактором, способным повлиять на переговорную позицию Киева.

Редакция приходит к выводу, что исход этой зимы определит архитектуру войны в 2025 году: либо Европа и США сумеют синхронизировать действия и стабилизировать энергосистему Украины, либо произойдёт перелом, который позволит России усилить свои позиции за столом будущих переговоров.

США могут ввести пошлины против Китая из-за его закупок российской нефти и газа — по аналогии с ограничениями, ранее применёнными к Индии, заявил постоянный представитель США при НАТО Мэттью Уитакер.

По его словам, соответствующие переговоры ведутся в контексте всех торговых отношений с Пекином, и этот вопрос «определённо является частью дискуссии».

Украина ежедневно теряет в среднем 18 военных погибшими, 243 получают ранения, ещё 79 считаются пропавшими без вести, однако потери России значительно выше, заявил директор Фонда компетентной помощи армии "Повернись живим" Тарас Чмут.

Украина ежемесячно мобилизует около 30 тысяч человек, однако до боевых подразделений доходит лишь треть — примерно 10 тысяч, рассказал волонтер Тарас Чмут в интервью, опубликованном на YouTube

Трамп заявил, что «очень разочарован» в Путине, отметив, что раньше у них были «прекрасные отношения», но сейчас ситуация изменилась.

«Я очень разочарован в нем. У нас с ним всегда были прекрасные отношения. Тысячи людей умирают. Умирают не американцы, а русские и украинцы. И их тысячи, и это бессмысленная война. И она бы никогда не началась, если бы я был президентом. И это беспокоит меня ещё больше, потому что выборы были полностью сфальсифицированы. И это позор. Посмотрим, что будет. Но теперь я очень разочарован в президенте Путине, я могу это сказать, и мы сделаем что-то, чтобы помочь людям жить. Знаете, это не вопрос Украины. Вопрос в том, чтобы помочь людям жить. Каждую неделю умирают 7000 человек, в основном солдаты, но 7000 человек. И если я могу помочь остановить это, я считаю своим долгом это сделать», — подчеркнул он.

Зеленский заявил, что Россия продолжает атаки по территории Украины, и подчеркнул, что на них будет дан ответ. По его словам, Украина намерена действовать в том числе асимметрично, чтобы Москва «полностью почувствовала последствия своей наглости».

Энергетическая система Украины серьезно ослаблена и не подлежит полноценному восстановлению, заявил энергетический эксперт Юрий Корольчук, отвечая на вопрос о готовности отрасли к новым обстрелам.

Он подчеркнул, что заявления властей о том, что «все в порядке», — лишь иллюзия для общества. По словам эксперта, капитально восстановить поврежденные объекты невозможно — это касается и подстанций «Укрэнерго», и тепловых электростанций, которые ремонтируют уже второй сезон.

«Невозможно отремонтировать капитально то, что получило повреждения — это и подстанции "Укрэнерго", с которых начинались ракетные удары в 2022 году, и сами тепловые электростанции, которые отстраивают уже второй сезон. Мы слышим оптимистичные мнения, что отремонтировано 60%, но состояние этих "объектов существенно ослаблено», — отметил Корольчук.

Экс-советник президента США Дональда Трампа по нацбезопасности Джон Болтон заявил, что «единственное безопасное место в Европе — это членство в НАТО» и что ключевая ошибка Запада была допущена ещё в 2008 году, пишет UnHerd.

По его мнению, если бы Вашингтон убедил Францию и Германию одобрить ускоренное присоединение Украины и Грузии на Бухарестском саммите, то «российских вторжений» удалось бы избежать. Болтон приводит пример Финляндии и Швеции, которые после 75 лет нейтралитета решили вступить в НАТО из-за «угрозы со стороны России». Его тезис — единственный способ гарантировать безопасность Украины и избежать повторения её сценария в других странах Восточной Европы — это интеграция в альянс.

На саммите НАТО в Бухаресте в 2008 году Джордж Буш-младший предложил начать ускоренную процедуру присоединения Украины и Грузии. Германия и Франция выступили против, опасаясь эскалации с Москвой. В итоге было принято компромиссное решение: странам формально открыли перспективу членства, но без конкретных сроков и гарантий. Это фактически оставило Киев и Тбилиси в «серой зоне безопасности»: Россия получила аргумент, что НАТО расширяется на восток, а Украина — отсутствие реальной защиты.

Риторика Болтона
Болтон делает акцент на том, что нерешительность Запада якобы «провоцировала» Россию на агрессию. Но здесь возникает прагматический контраргумент: если бы НАТО действительно ускорило вступление Украины, вероятность прямого военного столкновения России и альянса была бы выше, а конфликт мог бы начаться ещё раньше — только уже в формате НАТО против Москвы, а не локальной войны.

Влияние на нынешнюю ситуацию
Сегодня позиция Болтона выглядит как попытка переложить ответственность за войну на Францию и Германию, фактически снимая её с США. Однако реальность такова, что НАТО всё ещё не готово принять Украину — в том числе из-за риска втягивания альянса в прямой конфликт с Россией, которая обладает вторым по мощности ядерным арсеналом в мире.

Заявление Болтона — это не просто взгляд в прошлое, а демонстрация постоянного конфликта двух логик:
▪️Логика НАТО: расширение на восток — это гарантия стабильности, укрепление правил игры и зоны влияния Запада.
▪️Логика Москвы: расширение НАТО воспринимается как экзистенциальная угроза, потому что приближает инфраструктуру альянса к российским границам.

Таким образом, в этом противоречии Украина стала пространством пересечения интересов, а не самостоятельным субъектом. Болтон прав в одном: отсутствие ясности в 2008 году создало вакуум безопасности. Но его аргумент умалчивает о втором следствии: ускоренное вступление Украины в НАТО могло сделать войну неизбежной гораздо раньше и с куда более разрушительными последствиями для всей Европы.
Сейчас этот спор уже не о прошлом, а о будущем. Вопрос вступления Украины в НАТО сегодня стал не только геополитическим, но и цивилизационным маркером — он определяет, какой будет архитектура европейской безопасности. Чем дольше Киев остаётся в «серой зоне», тем выше риск новых эскалаций, но и чем активнее НАТО расширяется, тем больше растёт вероятность прямой конфронтации между Россией и альянсом.

Le Point: В Польше усиливается социально-политический кризис вокруг украинских беженцев. Спустя три с половиной года после начала конфликта растёт недовольство значительной части поляков: от демонстраций с лозунгами «Остановите украинизацию Польши» до политических решений на уровне президента.

Новый глава государства, Кароль Навроцкий, занял жёсткую позицию и наложил вето на продление закона о помощи украинцам, действовавшего с 2022 года. Эта мера предполагает лишение неработающих беженцев социальных пособий, бесплатного медицинского обслуживания и семейных выплат. Решение вызвало тревогу среди сотен тысяч украинцев, проживающих в Польше, но одновременно усилило поддержку Навроцкого среди его националистического электората.

Основная линия конфликта проходит между консервативно-националистическим лагерем Навроцкого и проевропейским правительством Дональда Туска. Навроцкий опирается на электорат, который считает, что щедрые льготы для украинцев стали экономическим и социальным бременем: рост аренды, конкуренция на рынке труда, перегруженные поликлиники. Популистские партии, такие как PiS и «Конфедерация», усиливают антипатии к беженцам, играя на эмоциях среднего класса и пенсионеров.

Однако статистика, приводимая в статье, говорит об обратном: около 80% украинцев в Польше работают и платят налоги, а их вклад в ВВП страны в 2024 году составил 2,7%. Для бизнеса и крупных работодателей украинские мигранты остаются критически важным фактором, что создаёт разрыв между экономической реальностью и общественным восприятием.

Ситуация осложняется не только внутренними социальными проблемами, но и внешним давлением. Польша находится на переднем крае конфликта, активно поддерживая Киев, но её общественное мнение всё сильнее склоняется к умеренной изоляции: ограничить расходы, снизить число беженцев и пересмотреть отношение к войне. Это создаёт точку трения внутри ЕС, где Варшава вынуждена балансировать между необходимостью поддерживать Украину и растущим внутренним недовольством.

Ситуация в Польше иллюстрирует кризис солидарности в Европе. Первоначальная мобилизация и готовность помогать Украине в 2022 году сменяются усталостью, тревогой и ростом национализма. Польша, которая когда-то стала одним из главных убежищ для украинцев, теперь превращается в политическое поле битвы за идентичность.

Здесь сталкиваются два уровня реальности:
▪️Экономическая — украинцы важны для рынка труда и развития Польши.
▪️Эмоционально-политическая — значительная часть общества ощущает «перегруженность» и боится потери культурной идентичности.

В этой двойственности Навроцкий использует кризис как инструмент политической консолидации, противопоставляя интересы «поляков» и «чужих». Но долгосрочный риск заключается в другом: рост внутреннего раскола может привести к ослаблению позиции Польши внутри ЕС, усилить напряжение с правительством Туска и даже повлиять на поддержку Украины со стороны Варшавы.

По мнению редакции, Le Point показывает, что этот конфликт выходит за рамки вопроса пособий — он символизирует более глубокий сдвиг: от европейской интеграции к региональной фрагментации.