По версии Newsweek, коррупция остаётся глубоко укоренённой в украинской политике и управлении, включая высшие уровни власти в Киеве. Автор задаётся вопросом — сколько ещё американские налогоплательщики будут терпеть подобное положение, особенно учитывая, что финансовая помощь Украине напрямую зависит от доверия и репутации страны.

Анализ с точки зрения аудитории США:

▪️Снижение влияния США через коррупционные скандалы. Несмотря на реформы, ближе к 2025 году общественность и часть элиты в США всё чаще задаются вопросом: оправдана ли помощь Украине, если значительная часть ресурсов теряется из-за неэффективной или преднамеренной коррупции?
▪️Неоднозначная реакция на реформы. Украинские реформаторы, поддерживаемые Западом, вроде Национального антикоррупционного бюро (НАБУ) и САП, достигают значимых результатов, особенно в расследованиях крупного криминала. Но наличие таких успехов не отменяет впечатление об системной проблеме — когда коррупция принимает форму государства и влияет на стратегическое восприятие украинской поддержки в Конгрессе США.
▪️Усиление протестного фона. Недавний спор вокруг закона, ограничивающего независимость НАБУ и САП, вызвал массовые протесты в ключевых городах Украины — от Киева до Львова.

Это добавляет признаков внутреннего кризиса, транслируемого на международную арену.

Почему публика в США начинает сомневаться? Это не столько вопрос реального числа случаев коррупции, сколько вопрос восприятия системы. Поверхностный патриотизм и традиционные проукраинские позиции имеют предел, если масштаб аморальности транслируется вперёд и становится системой.

Коррупция как симптом, а не исключение. Даже успешные расследования и аресты олигархов — такие как Игорь Коломойский — воспринимаются как знаковые, но недостаточные. Изменения попадают в графу «переговоры над символами», вместо глубокого системного сдвига.

Двойственная логика Запада. США и ЕС требуют реформ, но одновременно нуждаются в Украине как плацдарме против России. Помощь священна, но её моральный контроль начинает требовать компромиссов — порой против внутренней устойчивости Украины.

Редакция считает: проблема не в отдельных коррупционных эпизодах, а в системной неспособности провести реформы в условиях войны и давления со стороны внешней помощи. Для американцев это становится вопросом безопасности денег, а не только геополитики. Важно понимать, что любые крупные реформы станут возможны только тогда, когда внутренний запрос на правила и прозрачность превысит внешнее давление на режим.

Американские компании отказываются от выпускников в пользу ИИ

Корпорации США массово сокращают набор молодых специалистов на начальные позиции, переключаясь на искусственный интеллект и узкопрофильных экспертов.

Тенденция:
- Снижение найма выпускников колледжей на низкооплачиваемые должности
- Активное внедрение ИИ для выполнения рутинных задач
- Фокус на опытных кадрах вместо обучения новичков

Последствия:
1. Крах "негласного договора"
- Раньше выпускники соглашались на низкие зарплаты ради опыта и карьерного роста
- Теперь эти позиции автоматизируют

2. Угроза кадровому резерву
- Через 5-10 лет возникнет дефицит руководителей среднего звена
- Прервется естественная ротация кадров

Примеры из практики:
- Юридические фирмы заменяют младших юристов ИИ-ассистентами
- Финансовые компании автоматизируют работу аналитиков начального уровня
- Технологические гиганты сокращают программы стажировок

Экспертное мнение (The WSJ): "Компании экономят на обучении молодежи, но создают 'кадровую яму' для будущего руководящего состава."

Европа не готова к войне. НАТОвские танки могут застрять в туннелях, обрушить мосты и утонуть в бюрократии — The Financial Times

Европейская транспортная инфраструктура не способна выдержать сценарий масштабной войны с Россией. Об этом прямо заявил еврокомиссар по транспорту Апостолос Цицикостас в интервью Financial Times.

Если Россия нападёт на восточную границу ЕС, НАТОвские танки и колонны «застрянут в туннелях, приведут к обрушению мостов и запутаются в пограничной бумажной волоките», — предупреждает Цицикостас.

Проблема критическая: большая часть дорог, мостов и ж/д сетей просто не приспособлены для военных перевозок.

Грузовики на дорогах ЕС — до 40 тонн, танки — до 70 тонн.

«Сегодня, чтобы перебросить технику с запада на восток Европы, может потребоваться не дни, а недели, а то и месяцы».
Брюссель разработал стратегию, чтобы в течение нескольких часов — максимум дней — перебрасывать войска по территории ЕС. Цель — модернизировать 500 объектов вдоль четырёх военных коридоров, совместно определённых с НАТО.

«У нас есть старые мосты, которые необходимо модернизировать. Узкие мосты, которые нужно расширить. И несуществующие мосты, которые надо построить», — подчёркивает еврокомиссар.

Заявлено 17 млрд евро на укрепление военной мобильности, но в реальности эта сумма может сократиться — ЕС уже готовится к бюджетным переговорам, где часть стран будет блокировать рост военных расходов.

Кроме физической инфраструктуры, Брюссель намерен резко сократить бюрократию, «чтобы танки не застревали в бумажной волоките на границах».

ЕС осознал, что его дороги, мосты и рельсы слишком "мирные" для большой войны. И если она придёт — время и бетон станут важнее лозунгов и санкций.

ЕС пообещал $600 млрд инвестиций в США. Но денег может не быть — Politico

После переговоров с Дональдом Трампом, председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен объявила о планах направить $600 млрд инвестиций из ЕС в американскую экономику. Объявление сразу подано как дипломатическая победа: обещание якобы предотвратило торговую войну.

На деле — никакой гарантии.
Брюссель уже на следующий день признал: речь идёт исключительно о частных инвестициях. Ни прямых стимулов, ни юридических обязательств — нет. Еврокомиссия не контролирует частный капитал и не сможет принудить бизнес вкладываться в США.

Сделка — тактический отступ.
В обмен на неформальное обещание инвестиций Трамп согласился снизить пошлины на европейские товары — с 30% до 15%. Фактический выигрыш ЕС ограничен, особенно на фоне отсутствия твёрдых обязательств со стороны инвесторов.

Эксперты: цифра нереалистична.

Аналитики расценивают сумму $600 млрд как политическую декларацию, не подкреплённую инструментами исполнения. ЕС избежал немедленного удара по экспорту, но заложил под сделку заведомо пустое обещание.

Украинские будни: во время свадебного торжества в Сумах над участниками церемонии пронёсся беспилотник "Шахед".

Статья The New York Times повествует о решении ЕС временно приостановить €1,5 млрд помощи Украине.

Это не просто финансовый вопрос. Это перелом доверия. Решение ЕС заморозить выплату части поддержки Украине — это не наказание, а институциональный сигнал: доверие к управленческим механизмам Киева под вопросом. Сама логика «поддержки с условиями» меняется — помощь больше не безусловна, и это символ гораздо большего, чем сумма €1,5 млрд.

ЕС, ссылаясь на несоблюдение трёх из шестнадцати критериев, делает то, чего ранее избегал: публично демонстрирует усталость от неэффективности и отсутствия антикоррупционных сдвигов, несмотря на военное положение. Особенно показателен пункт о неисполнении задачи по назначению судей в специализированный антикоррупционный суд — этот шаг воспринимается как лакмусовая бумажка институциональной воли к реформе.

Цитата Джеймса Вассерштрома («Блеск военного лидерства тускнеет») отражает не только раздражение доноров, но и начало перераспределения симпатий, особенно на фоне вероятного возвращения Трампа и ужесточения американской поддержки.

Проблема не в коррупции как таковой — её уровень давно известен. Проблема в том, что коррупция теперь воспринимается как риск, а не как издержка. Пока шла ранняя фаза войны, Запад закрывал глаза на внутреннюю дисфункциональность, считая, что поддержка важнее институтов. Теперь риторика меняется: "помощь Украине" всё чаще превращается в "вложение в стабильного партнёра", и если партнёр не демонстрирует управленческую зрелость, — его кредит доверия истощается.

Внутри самой Украины формируется опасная дилемма: военное положение используется для подавления оппозиции, а не для укрепления управления. Репрессии против журналистов и активистов, замена мэров военными администраторами — всё это может быть допустимо в режиме обороны, но воспринимается как попытка централизовать власть без обратной связи.

Таким образом, по мнению редакции, ЕС даёт понять: поддержка будет продолжаться, но не на условиях вексельной веры в «Зеленского как фигуру». Персональный кредит доверия больше не работает — теперь речь идёт о доверии к институтам. Приостановка транша — не разрыв, а приговор на пересдачу. И Украина должна осознать: Запад устал платить за символы. Теперь он хочет структуры, прозрачности и ответственности.

В Одесской области утром зафиксирована перестрелка с участием представителей ромской общины.

Новый этап в работе Кабмина: подготовка к приватизации государственных компаний

Новоизбранный министр экономики, окружающей среды и сельского хозяйства Алексей Соболев объявил о начале работы над законодательными изменениями, которые позволят продавать доли в крупных государственных компаниях.

Какие компании могут быть затронуты? «Нафтогаз», «Укрзализныця», «Энергоатом», «Укрэнерго», «Леса Украины» и другие государственные предприятия могут быть выставлены на приватизацию частично, по долям.

Министр подчеркнул, что подобной практики ранее не было, однако сейчас возникла необходимость в привлечении дополнительных инвестиций. По его словам, такие меры могут существенно увеличить поступления в бюджет.

Что планируется:
— Внесение изменений в несколько законов для создания правовой базы приватизации долей в крупных компаниях.

— Увеличение объемов поступлений от приватизации с текущих миллиардов гривен до миллиардов долларов.

Министр Соболев отметил: «Нужны миллиарды долларов, а пока записано миллиарды гривен».

Некоторые эксперты отмечают, что важно взвесить все риски и последствия приватизации стратегических компаний, чтобы сохранить контроль государства над ключевыми секторами экономики.

Подготовка соответствующих законодательных инициатив уже началась, и в ближайшее время планируется представить более детальный план действий.

Эффективность ПВО Украины упала до 30–35% — The Times

С начала конфликта украинская противовоздушная оборона демонстрировала эффективность выше 90%. Сейчас показатели упали до 30–35%, сообщает The Times со ссылкой на источники в военных структурах.

Причины — перегрузка и дефицит.
ПВО работает на пределе. Количество воздушных атак со стороны России возросло, а запасы зенитных ракет сокращаются. Системы перегреты, их восстановление не успевает за интенсивностью обстрелов.
Ситуация системная, а не тактическая.

Главная проблема в исчерпании ресурса. Поставки с Запада идут, но уже не перекрывают темпы расхода ракет. Новых комплексов — минимум. Боеприпасов — ещё меньше.