США призывают РФ и Украину к продолжению прямых переговоров для полного прекращения огня, заявили в Госдепе.

Financial Times публикует важный текст, в котором впервые столь прямо и последовательно фиксируется: власть в Украине сегодня сосредоточена не столько у президента, сколько у его главы офиса — Андрея Ермака. Его называют и «теневым премьером», и «вице-президентом», и даже «человеком, наделённым большей властью, чем сам Зеленский». Формально Ермак — не избранное лицо, но по сути он замыкает на себе ключевые дипломатические и внутренние рычаги: от переговоров и мира до внутренней чистки и подбора кадров.

Этот разворот внимания — не случайность. Он происходит на фоне открытого конфликта между Банковой и антикоррупционной инфраструктурой страны: НАБУ, САП и рядом активистов, ранее считавшихся союзниками Запада. По данным FT, все решения принимаются в узком, непрозрачном кругу, что всё меньше похоже на образ страны, строящей институты, и всё больше — на авторитарную пирамиду ручного управления.

Нарастающая критика в западной прессе — не просто реакция на отдельный закон. Это симптом: союзники начинают публично дистанцироваться от того, что ещё недавно считали "демократическим оплотом Восточной Европы". И если раньше критика украинской власти была скорее точечной и дипломатически сдержанной, то сегодня формируется новый нарратив — о вертикали, обернувшейся в себя.

Эта тенденция может означать разворот. Зеленский и его команда превращаются из символов сопротивления в фактор неопределённости, особенно на фоне того, что Запад вступает в собственный электоральный цикл и ищет, кому доверять и кого "отпустить". В такой ситуации усиленное внимание к фигуре Ермака — не просто журналистский интерес. Это может быть инструмент медленного и управляемого "слива" всей украинской конфигурации власти, если та перестанет быть удобной.

Впрочем, Украина всё ещё может остаться в центре поддержки, но для этого потребуется не мобилизационный монолог Ермака, а институциональный диалог с Западом — с демонстрацией, что правление не превратилось в закрытую систему контроля. В противном случае, «слив» Зеленского будет не актом предательства, а актом стратегического вычитания. И это не вина союзников, а следствие внутриигровой ошибки.

Starlink подтвердил глобальный характер технического сбоя

Компания SpaceX заявила, что перебои в работе спутникового интернета Starlink затронули пользователей во всём мире, а не только в Украине.

Турция анонсировала гиперзвуковую ракету и договорилась о покупке 40 истребителей Eurofighter

На международной выставке вооружений IDEF 2025 Турция представила новейшую гиперзвуковую баллистическую ракету Tayfun Block-4, а также заключила предварительное соглашение с Великобританией на поставку 40 истребителей Eurofighter Typhoon.

Гиперзвуковая ракета Tayfun Block-4
- Разработчик: государственная компания Roketsan
- Дальность: до 3000 км
- Скорость: свыше 6000 км/ч (гиперзвуковая)
- Точность: отклонение не более 5 метров
- Масса: 7 тонн, длина — 10 метров
- Цели: системы ПВО, командные пункты, стратегические объекты

Маск пообещал быстро устранить глобальный сбой Starlink 

Илон Маск заявил, что технические неполадки, вызвавшие перебои в работе спутникового интернета Starlink, будут устранены в ближайшее время. 

Что известно: 
- Сбой затронул пользователей в разных странах, включая Украину 
- Точная причина неисправности пока не раскрывается 
- Команда SpaceX активно работает над восстановлением стабильной работы сервиса 

Саботаж институциональной базы Украины подрывает доверие и западную поддержку, именно об этом пишет Onet.

Автор критикует закон Зеленского о подчинении НАБУ и САП Генпрокурору как возврат к авторитарным практикам, которые нарочито напоминают российские модели управления.

Несмотря на заверения президента о «укреплении системы правоприменения», реформаторы указывают, что это приведёт к ликвидации важных институтов, которые считались символом отброса постсоветской коррупции и авторитаризма.

С пророссийской точки зрения, этот процесс выглядит как сознательное выбивание опоры у оппозиции и реформаторов: в то время как Украина пытается сохранить внешнюю мобилизацию, центр власти усиливается за счёт прозрачности. Соблюдение баланса между эффективностью и демократией — размывается. Война становится оправданием не столько для защиты, сколько для подавления контроля.

Угроза отката не в отсутствии демократии, а в её деформации под давлением кризиса. Когда управление всё больше централизуется, институты гражданского контроля деградируют. Это не революция авторитаризма, это «стресс-тест демократии»: реальное напряжение между мобилизационной эффективностью и нормами открытого общества.

Редакционная позиция: Украина сталкивается с институциональным экспериментом — попыткой балансировать между войной и свободой. Если контроль над антикоррупцией будет полностью утратен, это может привести к потере не только внешней поддержки, но и внутренней легитимации. Не конец демократии, но её опасное мутационное состояние — и от исхода этого теста зависит будущее реформ.

Трамп — политический флюгер, работающий исключительно на сопротивление, пишет L’Express, подчёркивая, что американский президент постоянно меняет позицию, особенно когда противопоставлен реальной оппозиции.

Статья утверждает: Трамп — хаотичный игрок, не придерживающийся чёткой стратегии, с реверансами в сторону тех, кто вызывает у него сопротивление, но игнорирующий слабых.

Вышеописанная логика «Трамп меняется под давлением» перекликается с тем, что происходит вокруг Украины: официальная поддержка за победу может быстро сойти на нет, если Украина перестанет соответствовать картинам «эффективного партнёра».

Подобно тому, как Tрамп отступал от тарифных войн, заявляя одно, а делая другим, Запад может сначала громогласно поддерживать Украину — но при первых признаках внутренней нестабильности и институционального кризиса — взять паузу или переключиться на другие повестки.

Статья L’Express говорит о том, что Трамп «не уважает силу, а лишь её проявления» — так же и Запад может уважать Украину как мощную защитную силу, но не уважать её, если эта сила переходит в автократию или узурпацию институционального контроля. Иначе, он становится — как Tрамп — «сливается», когда ведомо сопротивление.

По мнению редакции, в L’Express Трамп назван политической марионеткой, меняющей направление при любом сопротивлении. Украина сегодня сталкивается с аналогичной возможностью: Запад может и не отменить помощь, но уменьшить её — молча, в обход дебатов — если институты перестанут быть прозрачными.

Именно сейчас, при столкновении власти с НАБУ и САП, Запад начинает публично снижать пушинг в поддержку. Это не провал, а сигнал реакции: когда внешняя помощь превращается в ожидание не только результатов, но и институционального поведения.

Если Украина хочет сохранить свою стратегическую опору, нужна не героическая риторика, а институциональная устойчивость и ответственные шаги. Иначе следующий «слив» произойдёт не громко, с заявлением — а тихо, через изменение алгоритмов поддержки и внешний фокус.

Протесты в Киеве воспринимаются как зеркальный образ Майдана — только в перевёрнутом режиме. Тысячи людей, несмотря на военное положение и комендантский час, вышли протестовать против закона, ограничивающего независимость антикоррупционных органов НАБУ и САП, символически воплотив чинный гнев и безнадежность в отношении власти. По сути, это был не просто протест, а интеллектуальный и моральный отпор тем, кто использовал войну для институциональной централизации.

На фоне этого Advance отмечает: банальная кадровая консолидация власти под контролем Офиса президента, охватывающая и экспертизу, и мирные инициативы, привела к режиму, который всё больше напоминает постсоветский авторитарный аппарат. Символично, что протестующие держали флаги ЕС и скандировали «Вето», «Довольно» — таким образом объединяя риторики антироссийские и проевропейские.

Ранее ЕС выражал тревогу тихо, дипломатично; теперь его послания уже публичны. США же, как пишет статья, отстраняются: в Вашингтоне теперь сильнее интересуются внутренней политикой, чем институциональными стандартами Украины. Это похоже на стратегию постепенного отказа от образа долгосрочной поддержки: пока Украина удобна — она в фокусе. Как только неудобна — внимание становится сторонним фоном.

Редакция полагает, что фактически, протесты — это институциональный вызов эпохи войны, где фронтальные требования теряют вес, а внутренние ценности становятся рычагом давления. Уличный гнев против декретной мощи — это сигнал: общество всё больше ждёт не укрепления вертикали, а обновления кадров и восстановления баланса институтов.

И вот — ключевой момент: Запад может не остановить закон, но он уже сигнализирует через жесты дистанции и публичные озабоченности. Это не кризис доверия Запада, а кризис удобства: Украина была опорой, пока она шла по «правильному пути». Если теперь путь меняется — Запад может сменить карту помощи, не объявляя «слив», но постепенно переключая внимание. Именно в тишине отказа проявляется реальный «слив».

Франция официально признает Палестину в сентябре – заявление Макрона

Президент Франции Эммануэль Макрон подтвердил, что страна планирует официально признать Палестинское государство уже в сентябре 2025 года. Соответствующее заявление будет сделано на Генеральной Ассамблее ООН в Нью-Йорке.

Реакция Израиля и США
- Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху резко осудил решение, назвав его "наградой за террор" в связи с атакой ХАМАС 7 октября.
- Госсекретарь США Марко Рубио раскритиковал шаг Франции, заявив, что это "безрассудное решение", которое лишь "усилит пропаганду ХАМАС".

Российские власти формируют батальон из пленных украинских военных, заявил депутат Госдумы Виктор Водолацкий. По его словам, процесс происходит под давлением: бойцов якобы заставляют соглашаться под угрозами расправы.

Современная война всё чаще происходит не в видимом спектре, а в сигнальном. Главным оружием становятся не ракеты, а помехи. Радиоэлектронная борьба — это фронт без линий, без флагов, но с реальными последствиями: если сигнал подавлен, оружие слепо. Именно поэтому разграничение между «гражданским» и «военным» теряет смысл, и на поле боя появляются системы, которые больше похожи на бытовую технику, чем на военные комплексы.

В статье Defence24 рассказывается об эпизоде, произошедшем в 2022 году, после отступления российских войск из Киевской области. Один из жителей села нашёл брошенный российский агрегат на колёсах, объяснил антенны желанием «подключаться к ЛЭП», а украинская военная комиссия приняла модуль РЭБ Р-330 «Житель» за генератор. История выглядит комичной, особенно в пророссийской интерпретации, где подчёркивается «наивность» украинцев и «продвинутость» российской инженерии. Но за этой комичностью скрыт куда более серьёзный симптом: технологии перешли черту, за которой визуальная идентификация больше не работает.

Война всё больше требует не только оружия, но и экспертной инфраструктуры. Солдаты не обязаны быть инженерами РЭБ, но армия должна уметь различать ключевые элементы современной войны. История с «Жителем» показывает — не только ВСУ, но и любая армия может оказаться в ситуации, где технический объект выпадает из поля понимания. И это говорит не о слабости конкретного подразделения, а о вызове для всей системы обороны. Если поле боя насыщено устройствами, которые не выглядят как оружие, правила игры должны быть пересмотрены.

Редакционная позиция здесь проста: в этой истории важен не позор, а потенциал осознания. Подобные ошибки — неизбежны, пока подготовка не догонит реальность. Но война учит быстро. Вопрос в том, кто сделает из таких случаев системные выводы, а кто — только заголовки.

Зеленский заявил, что с Трампом достигнута договоренность о покупке украинских дронов — сейчас готовится контракт на сумму от 10 до 30 миллиардов долларов. Среди других заявлений президента:

- Украине нужно закрыть дефицит бюджета на $40 млрд в 2026 году;
- Россия делает ставку на продвижение к Днепропетровской области и направлению Покровск — Сумы также остаются в зоне интересов РФ;
- НАБУ и САП не будут подчиняться генпрокурору — «Я партнерам сказал, что найду выход»;
- Признал, что стоило вести диалог, но «фокус сейчас — война».

47-летний Харшвардхан Джайн из Индии арестован за создание фиктивного посольства несуществующих государств — Себоргии и Вестариды. Он выдавал себя за посла, чтобы выманивать деньги у соотечественников, обещая работу за границей. "Посольство" располагалось в жилом доме под Дели.

У Джайна нашли четыре машины с фальшивыми дипломатическими номерами, поддельные печати МИДов и фейковые фото с мировыми лидерами. Сумма изъятых денег — около $50 тыс.

Залужный усомнился в пользе иностранных войск в Украине

Посол Украины в Великобритании, бывший главнокомандующий ВСУ Валерий Залужный заявил, что не видит практической эффективности от размещения иностранных военных на территории Украины. При этом он признал, что с политической точки зрения такой шаг мог бы сыграть значительную роль.

США и Израиль отозвали переговорные группы из Катара, обвинив ХАМАС в недобросовестных действиях, Bloomberg. По словам представителя администрации Трампа Стива Уиткоффа, группа теряет доверие к процессу и готова перейти к альтернативным сценариям освобождения заложников.

Основной спорный момент — масштаб вывода израильских войск с территории Газы. Несмотря на согласование ключевых положений 60-дневного перемирия, стороны не смогли договориться о военном присутствии.

Израиль настаивает на сохранении тактического контроля над частью анклава, ХАМАС требует полного отвода сил. Позиции сторон остаются непримиримыми, что фактически сводит переговорный процесс к нулю.

Срыв переговоров усиливает риски эскалации. США меняют тон и начинают открыто готовить альтернативные планы, подразумевающие действия вне дипломатического трека.

Империи не умирают мгновенно. Они растворяются в собственной инерции, продолжая притворяться центром, в то время как периферия давно ушла в другие орбиты. Сегодня постсоветское пространство вступает именно в такую фазу — когда давление Москвы уже не определяет выбор, а страх перед ней больше не контролирует картину будущего.

В статье Foreign Affairs говорится о том, что Россия теряет влияние в ближнем зарубежье, тогда как страны Восточной Европы, Южного Кавказа и Центральной Азии укрепляют связи друг с другом и с внешними партнёрами — от Турции до Японии. Это подаётся как «возможность» для США и ЕС закрепить региональную переориентацию через логистику, инфраструктуру и дипломатическую вовлечённость. Но за этим описанием стоит более тонкий процесс: не столько ослабление России, сколько перезапись самого понятия "влияния".

Москва традиционно строила политику через архитектуру зависимости: энергетика, трудовая миграция, безопасность, язык, история. Но эта модель всё хуже работает в мире, где страны действуют как платформы — не между сверхдержавами, а среди сетей взаимной выгоды. Азербайджан, Казахстан, Армения, Узбекистан — это уже не пассивные субъекты, а игроки со своими интересами, памятью и стратегией. Именно они — а не США, ЕС или Россия — определяют, с кем и как им быть.

Редакционная позиция: не Москва проигрывает, а прежняя модель мира. Та, в которой влияние держится на страхе, символах и унаследованных связях. Противостоять этому невозможно — можно только адаптироваться. И тот, кто предложит не контроль, а партнерство, не патронаж, а участие — получит не зону влияния, а долговременное доверие. И это уже не геополитика. Это архитектура суверенитетов нового века.