Пока читаю книжку про MLM, поняла, в чем основной нерв работы Роберта Сапольски «Все решено. Жизнь без свободы воли». По моим обширным наблюдениям, русскоязычные читатели обращают внимание на проблему свободы выбора – я ли решаю, что делать, или это просто иллюзия. Теперь мне кажется, что Сапольски писал, прежде всего, о том, что идея «ты можешь добиться всего, если будешь общительным, предприимчивым и работящим, а кто не добился, тот сам виноват» просто вредная иллюзия, делающая людей очень несчастными.

В Little Bosses Everywhere: How the Pyramid Scheme Shaped America есть развернутое описание эволюции этой мысли. New Thought – тезис о возможности повлиять на свое здоровье и жизненные обстоятельства силой мысли – появился в конце девятнадцатого века. Возможно, кто-то помнит, как героиня одного из романа Голсуорси каждый вечер занималась по методике Куэ, чтобы повлиять на пол своего будущего ребенка: «Каждый день, во всех отношениях, он становится все больше и больше мальчиком». Вот это оно, популярная была штука.

В трудные времена США Новое мышление мутировало в Позитивное мышление, которое все себе хорошо представляют - "If you can dream it, you can achieve it", вот это все. И как раз машина MLM подхватила Позитивное мышление, которое с его незамутненной верой в то, что все обязательно получится, если будешь по-настоящему мечтать и работать, оказалось оптимальной идеологией – одна и та же мысль и заманивает людей, и удерживает, когда у них ничего не получается. Соблазнительная и простая идея, умноженная на силу целой индустрии, становится почти непобедимой.

Мне кажется, что в наших широтах позитивное мышление, конечно, находит свою аудиторию, но забивается культурной экосистемой в свою небольшую нишу. В моем детстве добродетельной самоценностью считалось работать и не хныкать, а результатов никто не обещал. От стоических идеалов последнего советского поколения все быстро кувыркнулось к идеям личного комфорта и заботе о своем ментальном состоянии, для кого это приоритет, тот к позитивному мышлению тоже иммунен.

Еще в этой книжке здорово описывается, что карикатурная стилистика компании Mary Kay, которая хвалится своим розовым офисом, розовыми костюмчиками основательницы и розовыми кадиллаками для лучших распространительниц, это просто защитная окраска.

Там, внутри, совершенно классическая MLM, выстроенная одним из мужей основательницы по образцу праматери всех подобных компаний Nutrilite, где он успел поработать. БОльшая часть выручки генерируется не от продаж покупательницам косметики, а в сеть – ради удержания и повышения позиции в иерархии.

Поскольку регуляторы такое не одобряют, все завернули в обертку максимально безобидного занятия – домохозяйки помогают друг другу стать еще более хорошенькими, да еще пополняют семейный бюджет. Кто будет придираться к этим милым женщинам, во главе которых стоит бело-розовая зефирка Эш.

Нашла себе условное «продолжение» книжки про MLM - How to Be Well: Navigating Our Self-Care Epidemic, One Dubious Cure at a Time. Она только что вышла, обзор NYT хвалит и говорит, что это не серия гэгов про смешные методы улучшения здоровья типа кротовины и кристаллов, а более глубокий разбор - как оно вообще так.

Над кротовиной-то каждый посмеяться может, но, стоит задуматься, как становится понятным, что и в самых своих респектабельных частях индустрия здорового образа жизни не так уж прозрачна и понятна. Что мы вообще считаем здоровьем? Как мы определяем, «помогает» или нет? Нужно ли что-то делать «здоровым» людям, чтобы становиться еще «здоровее»? К сожалению, эти вопросы относятся больше антропологии и культуре, чем к биологии человеческих существ. Очень сложно!

Какое-то время назад я читала Anxious Eaters: Why We Fall for Fad Diets (Arts and Traditions of the Table: Perspectives on Culinary History) на смежную тему: про культурные корни разных представлений о том, как надо правильно питаться. Там автор много разбирает, что за проблема с различением хорошей, «чистой» еды и плохой, вредной и порицаемой. Почему бытовое, интуитивное представление о том, как немедленно сделать свое питание лучше, сводится к немедленному исключению целых категорий продуктов или даже нутриентов, в стиле «прощайте, мерзкие углеводы»? Как идеи ПП связаны с социальным неравенством?

Надеюсь, эта новая книга продолжит линию антропологии стремления к лучшему. Но Little Bosses Everywhere: How the Pyramid Scheme Shaped America я еще не дочитала, поэтому будет еще порция анекдаты про индустрию торговли мечтами.

Вчера у нас прошла первая гостевая лекция курса – литературный критик Наталья Ломыкина рассказала о том, как они вдвоем с Евгенией Кулиш за полтора года вырастили огромное книжное сообщество «Под обложкой», в котором состоит уже больше двух тысяч человек

На очные заседания клуба приходит до 95 (о да) участников, и эта встреча все еще остается общим разговором, а не лекцией в зал. Гости клуба – то Алексей Иванов, то Яна Вагнер, книги они обсуждают сразу после выхода или незадолго «до», потому что дружественные издательства готовы отгрузить пачки экземпляров для участников одновременно с отправкой в магазины или чуть раньше.

Кажется, что всё просто, если ты включён в книжную индустрию, но, главное - это конструкция проекта. Наталья справедливо сказала, что да, ей для договоренностей нужен один звонок, а другому человеку понадобится три. Но три звонка тоже нестрашно, если знать, что делаешь. А за пределами книжного мира эта магия вообще не действует. Сначала все рестораны не хотят бронировать зал под клуб, потому что подозревают, что читатели будут весь вечер есть две сосиски шестью вилками. Под обложкой клуба стоит довольно изощренный движок из открытых, закрытых, очных, заочных, фокусированных и асинхронных обсуждений, плюс много личной работы - и поэтому он такой.

Мы много говорили про эту технологическую часть, но главное, как мне кажется, тоже прозвучало – обсуждение в клубе делает книгу многомерной. С годами непосредственная радость чтения часто приглушается, кажется, что все видел и ничего особенного уже не встретишь. Но это иллюзия туннельного зрения, которое пропускает только привычное. Книжки по-прежнему прекрасны, это мы становимся черствее и ригидней. Хорошая встреча книжного клуба, когда действительно открывается видение текста через совершенно другой взгляд, от этого лечит.

Продолжаю слушать книжку о том, как Ренессанс сделали Ренессансом – Inventing the Renaissance: The Myth of a Golden Age. Идею запускали несколько раз, и, вообще, весь этот сияющий конструкт с художниками-титанами и победой над темными веками – очень искусственная штука. Начал Джорджо Вазари, но потом людям еще не раз потребовался образ «был ужасный период, проклятое время, а теперь все стало лучше благодаря возвращению к основам».

Но я что думаю – само название Возрождения, конечно, очень несправедливое. Потому что возрождение предполагает возвращение в прошлое, а главное в эпохе было стремление к будущему и развитие. Даже непонятно, что обидней, Темные века или Возрождение.

Что-то у меня бескорыстные рекомендации начинают входить в практику, главное, не втягиваться в это. Но сейчас – самое время писать хорошее про издательство Individuum, которое выпускает отечественный нонфикшн мирового класса. Кто еще мог поверить в исследование «Слово пацана», которое стало невероятным хитом?

Просто несколько хороших книг, которые стоит купить и прочитать за выходные:

- «Пес со мной. Как понять собаку и сделать ее счастливой» - книга, после которой я стала иначе относиться к собакам
- «Мясорубка. Как Россия полюбила кровавый спорт» - книга больше не про людей, готовых драться в октагоне или на песке, а про тех, кто хочет смотреть. Много городской антропологии, раскрытия движков популярности в соцсетях и человеческих историй (и подробней о ней)
- «Табия 32» - сатира под прикрытием антиутопии, роман про то, а что будет, если отделаться уже от всех художественных книжек, поскольку абсолютно в любой может оказаться какая-то крамола, а главным национальным времяпрепровождением сделать шахматы (чуть подробней про роман)

А я прочитаю давно уже отложенные "Купола, дворцы, ДК" - про современную архитектуру России.

На прошлой неделе провела клубное обсуждение «Хранителей» Алана Мура и Дэйва Гиббонса в подходящей для этого романа обстановке. Бункер времен холодной войны, переделали с совершенно комиксовым легкомыслием в экскурсионный объект и ресторан, и вот это сочетание неизбывной мрачности, которую создают реликты прошлого с китчем, как раз отвечает «Хранителям». Еще и телефоны глубоко под землей не работают – идеально.

Для меня «Хранители», конечно, в первую очередь роман, и во вторую очередь – графический. И мне кажется, что это отличный выбор для клубов, потому что там внутри есть все, включая нуарный детектив, экзистенциальную драму, деконструкцию супергеройского мифа, драму старения, вопросы отношений с государством. Для меня это еще и художественный спин-офф «Создания атомной бомбы» Роудза, которая, как мы выяснили на нашей прошлогодней читательской группе, создает свою супергеройскую вселенную.

Давно подстерегала подходящий книжный клуб, чтобы обсудить эту работу, очень рада, что получилось. И еще бы раз поговорила.

Дочитала книжку Little Bosses Everywhere: How the Pyramid Scheme Shaped America и, по наводке подписчика (спасибо) посмотрела фрагментарно сериал On Becoming a God in Central Florida. По многим мелким деталям ясно, что прототип вымышленной компании FAM из сериала – матерь всех подобных структур Amway. Это они придумали взять за базу не витамины и косметику, которые хотя бы как-то контролируются регуляторами, а моющие средства, и схему, в которой на продаже собственно мыла никто не зарабатывает, большие деньги генерирует поток аудиозаписей и книг, которые все распространители должны покупать пачками.

В книге отлично описан механизм завлечения и удержания людей в сети, который с точки зрения технологии устроен совершенно сектантски. Одна из его важных составляющих – отсечение адептов от нормальной человеческой жизни, включающей в себя честную работу, друзей, с которыми ты просто дружишь, не пытаясь им что-то продать, а также отдых без всякой «полезной нагрузки».

Работа по профессии – отдельный враг сект (и семейных абьюзеров) всех видов, потому что создает для человека точку устойчивости и независимости. Плюс цивилизованный найм предполагает вещи, которых нет в мире независимых подрядчиков – оплаченные больничные, отпуска, хотя бы какие-то, если не золотые, парашюты. Возможность оставить работу на работе и заняться своими делами на выходных! Корпоративный отчужденный труд бывает еще тем кровавым спортом, но по сравнению с тем, что предлагают люди, высмеивающие работу как занятие жалкое и безнадежное, офис – практически райские кущи.

Автор little Bosses описывает реальную практику многоуровневых сетевых компаний всячески манипулировать распространителями, чтобы они «наконец-то» ушли с работы, которую положено называть J.O.B с таким видом, будто job - это какое-то грязное слово и его приходится заменять эвфемизмом. Безумной частью этого процесса являются торжественные увольнения, в ходе которых человек наряжается в смокинг и выходит из офиса по красной дорожке к арендованному лимузину под овации «семьи» - таких же распространителей. Потом они устраивают вечеринку, где едят торт, стреляют в будильник как символ фиксированного рабочего дня, радуются выходу из системы. В сериале есть эта сцена, выглядит поразительно.

В книжке про изобретение Ренессанса много описывается относительная стоимость разных ценностей, которая сильно изменилась за столетия. Скажем, человеческий труд был дешевле. Но ткани и одежда намного дороже - она пересчитывает стоимость полного комплекта одежды зажиточного горожанина на наши деньги, получается, как автомобиль. Даже с теми размерами оплаты труда совокупная стоимость ручного производства тканей и пошива вылетала в стратосферу.

И отдельно интересно про драгоценности - жемчуг, говорит нам автор, намного практичней камней, потому что он вполне драгоценный, но, при этом, анонимный. Хороший камень при продаже легко будет узнан ювелиром, рынок получит нехороший сигнал, что какая-то семья продает драгоценности, а жемчужины не обладают такой яркой индивидуальностью, имя не меньшую ценность. Поэтому расшитое свадебное платье или нитки жемчуга - хорошее приданое.

Прочитала в Esquire про феномен книжных клубов знаменитостей — Опры, английской королевы, Дуа Липы и других. Это, конечно, не совсем книжные клубы: никто, кроме королевы Камиллы, реально не собирается обсуждать прочитанное.

От клубности остаётся базовый элемент: люди читают одну и ту же книгу примерно одновременно. Но при умножении на медийный охват даже такая условная синхронность работает. Люди любят книжные рекомендации и охотно следят за тем, что читает релевантная им знаменитость. Книга, попавшая в такой «клуб», может получить колоссальный буст продаж и контракт на экранизацию.

Поэтому, как пишет автор статьи, литературные агенты и редакторы уже думают, как «подкинуть» книгу звезде — и даже как изначально написать текст в нужном формате. Это не те критерии обсуждаемости, о которых мы говорим на курсе, но клубная книга всё равно имеет свою структуру — не любая подойдёт. Мне вообще кажется, что беллетристу полезно думать о своём тексте как о потенциально клубном.

И я бы даже не называла это профанацией. Если благодаря этому популяризируется сама идея чтения и обсуждения книг — ну и супер.

За вечер, в который уместились и лекция Егора Михайлова на нашем курсе, и созвон с 12WY-группой, успела прочитать роман Надежды Лидваль «День города», о котором узнала тоже вчера.

Если без спойлеров, это такой гибрид между «Табией 32» Алексея Конакова и «Черной избы» Анны Луневой и Наталии Колмаковой. От избы там разное, включая серверный город, населенный бестолковыми девушками и их малоприятной женской родней. От Конакова – большое рассуждение о парадоксах литературоцентричности, присущей российской культуре. Только в «Табии 32» ее заменили на шахматоцентричность, а в «Дне города», хотя и повернуты все на знаменитом писателе, но специфическим образом. И немного очень лайтовой версии Сорокина.

В русской прозе сейчас идет волна — зловещий гиперлокальный реализм с элементами мистики, написанный женщинами. Финальная фраза «А всё-таки, хороший у нас город» могла бы быть эпиграфом ко многим из этих книг.

Начала читать только что вышедшую How to Be Well: Navigating Our Self-Care Epidemic, One Dubious Cure at a Time. Это логическое продолжение Anxious Eaters — книги о философии и психологии расплывчатого явления, известного как «правильное питание» — и Little Bosses Everywhere, посвящённой миру MLM, где витамины и добавки — основной товар.

Автор — журналистка, десятилетиями писавшая о моде в крупных американских медиа. В какой-то момент wellness перестал быть медициной или спортом и стал модой. Эта книга — о том, как именно это произошло.

Я это давно замечала. Когда классический глянец ещё существовал как явление (то есть, двадцать лет назад), Vogue или Elle между формой бровей и обзором ресторанов легко вставляли статью о гидроколонотерапии — и делали это в самых изысканных выражениях. Без упаковки wellness никто бы добровольно не согласился на эту сомнительную и неприятную процедуру. Но в нужной рамке она превращалась в символ статуса и заботы о себе — что-то вроде пилатеса на реформере.

Книга — об этой логике. Как идея улучшить самочувствие становится дорогим и трудоёмким ритуалом с сомнительной эффективностью. Почему людям проще сдать двенадцать пробирок крови для нутрициолога, чем пройти банальный, но полезный чекап. Почему простые, скучные способы реально поправить здоровье кажутся незначительными, а предложение сделать капельницы с лазером (чтобы это не значило) — поводом записаться на курс из 12 процедур.

Пара постов про Anxious Eaters: Why We Fall for Fad Diets (Arts and Traditions of the Table: Perspectives on Culinary History) : 1, 2
И про Little Bosses Everywhere: How the Pyramid Scheme Shaped America: 1, 2

Так совпало, что в один день обсуждали с сыном возникшую у нас соблазнительную, но лживую фан-теорию про Властелина Колец и прочитала статью из NYT с вопросом – ну почему, почему радикальные правые технократы так любят Толкиена. В наших широтах аналогичным вопросом тоже задаются со всех сторон.

Я думаю, что дело, конечно, в массе – когда достаточно сложное и формирующее культурное явление набирает такое количество вложенных в него человеко-часов, оно начинает влиять на реальность. Прикинула с ChatGPT, сколько часов человечество потратило на чтение всех изданных текстов Толкиена и просмотр экранизаций, грубая оценка – 36,8 млрд. человеко-часов. Если бы людям платили минимальную американскую часовую ставку за это время, то бюджет восприятия Толкиена составил бы около 184 млрд. долларов, если немного добавить (скажем, посчитать еще труд авторов и читателей фанфиков), то на эти деньги можно McDonald's купить.

А гипотеза у нас с Костей была такая – в истории Кольца было два персонажа, на которых оно не действовало совсем никак: Том Бомбадил и Сэм. Основная версия устойчивости Сэма состоит в том, что он носил кольцо совсем недолго, а еще был чист душой и не стремился к власти – в его душе просто не было струн, на которых могло бы сыграть зло. Но это как-то слабо звучит, потому что кольцо должно было уже понимать, что дело плохо и могло бы постараться. Что касается власти, то нельзя забывать, что по возвращению в Шир Сэм стал кем-то вроде мэра, что с людьми, лишенными честолюбия, обычно не происходит.
Можно предположить, что настоящий садовник Фродо остался в волшебном доме Тома Бомбадила, а тот занял его место в Братстве, потому что был он существом могущественным, но неспособным непосредственно вмешиваться в дела Средиземья. Высшие духи типа Гэндальфа и Сарумана могли и платили за это уязвимостью. Бомбадил не пошел по этому пути, поэтому полностью присутствовать мог только в своих владениях. Хотя Средиземье он терять тоже не хотел, видимо, из-за любви к жене.

Но гипотеза эта занятна только как формальное упражнение, потому что перечеркивает смысл книги.

В эту среду, 28 мая, приглашаю тех, кто работает с людьми внутри компаний — в HR, PR, внутренних коммуникациях — собраться на профессиональную встречу, чтобы поговорить о книжных клубах как о деловом формате: что они дают командам, как усиливают экспертизу и культуру, зачем бизнесу инвестировать в чтение сотрудников и обсуждение книг.

В разговоре участвуют:
Наталья Ломыкина — критик, обозреватель Forbes и «Ведомостей», автор клуба «Под обложкой»
Юрий Сапрыкин — журналист, руководитель спецпроектов Кинопоиска, создатель «Полки»

Модерировать встречу будем мы с Анной Щепиловой — руководителем внешних и внутренних коммуникаций METRO Россия, соведущая клуба «За полкой».

📅 28 мая, 16:00, встречаемся в самом центре, очно без трансляции и записи, зато с угощением и просекко, как в классическом книжном клубе.

Участие бесплатное, регистрация по ссылке: https://brandplus.timepad.ru/event/3341749/ Обратите внимание: регистрация проходит модерацию. Подтверждение участия придёт на почту.

Событие организует команда Brand+

На нашем курсе идет целая серия гостевых лекций по отдельным темам, важным для модераторов книжных клубов. Одна из самых хитовых тем — корпоративные книжные клубы, о которых рассказывала Анна Щепилова, руководитель дивизиона внутренних и внешних коммуникаций METRO.

Среди участников потока довольно много людей, которые хотят быть профессиональными модераторами. Но я думаю, что посмотреть на этот вопрос полезно всем ведущим. В корпоративных проектах просто ярче проявляются механизмы, которые работают в любых клубах — книжных, беговых, для любителей вязания, мощных мотоциклов или настольных игр. Групповая динамика везде работает одинаково.

Формат внутренней лекции позволяет быть очень откровенными — и про то, что такое книжный клуб в компании, тоже. Один из ярких моментов обсуждения: для тех, кто включается в создание клуба и активно участвует (а это ресурсоемко), в этом есть прагматический смысл — так формируется личный бренд внутри компании. Это часть карьерных треков, и зачастую довольно жестких.

От себя добавлю: парадокс в том, что здесь нельзя быть слишком корыстным. Должна быть самоценность — разговор с коллегами ради самого разговора, без использования людей в своих целях. Конечно, корпоративный книжный клуб должен быть полезен компании — для онбординга, налаживания диалога между подразделениями, развития бренда работодателя и прочих задач. Но он не должен становиться манипуляцией, иначе сразу превратится в бесплодные пустоши.

Еще один парадокс: почти все, что мы делаем на работе, происходит под давлением — внешних задач, KPI, личных амбиций. Корпоративная жизнь — это контактный спорт. А живой, сложный разговор не возникает под давлением, ему нужна свобода. И все же во многих компаниях книжные клубы получаются. Сила формата.

И дообсудили книгу Андрея Ланькова «К северу от 38-й параллели: Как живут в КНДР» в книжном клубе Просветителя.

На вид - совсем простой текст: в серии глав автор рассказывает, как живётся в стране. Есть ли у людей холодильники и компьютеры, как устроена хитроумная система взаимного контроля соседей, как проходят «часы самокритики», перед которыми люди заранее договариваются, кого за что будут песочить, чтобы не подвести друг друга. Почему велосипед - основа семейной экономики для крестьянина. Почему женщины, в силу меньшего вовлечения в службу, часто становятся основными добытчиками в семье. Иногда это похоже на путеводитель Lonely Planet периода его расцвета, только без адресов отелей.

Отличная клубная книга, которую обсуждать интереснее, чем просто читать. В общем обсуждении из простых фактов жизни начинают складываться непредсказуемые вопросы.

Например, литература. В КНДР живёт 26 миллионов человек, уровень грамотности высокий. Но мы не знаем ни одного великого северокорейского романа. Так не бывает. Когда страшно писать открыто, люди уходят в метафору, исторический роман, псевдо-переводы несуществующей английской классики. Где-то эти книги есть, но наружу пробиваются только мемуары перебежчиков.

Или - вопрос закрытости. Очень закрытая страна, в которой построение внешнего образа - дело первой важности. И при этом - рассказ врача международной миссии, который объезжал деревни для массовой диагностики туберкулёза. Старосты собирали всех заранее, чтобы быстро провести флюорографию. Что-то здесь не сходится.

Как устроена авторская позиция в этой книге? Что хотел сказать автор? Какая история стоит за главками про рыболовецкие суда-коробочки и пятьдесят социальных статусов? Ровный тон, которым описываются пугающие черты северокорейского общества, - это уважение или нормализация?

Хороший был цикл клубных обсуждений - и впереди ещё встреча с автором, на которую мы накопили немало вопросов. Не только «над чем вы сейчас работаете?».

Прочитала половину нового романа Кинга Never Flinch.

Кинг немножечко, как волшебный помощник из сказки – анонимные алкоголики ему один раз добро сделали, помогли бросить пить и употреблять, и вот уже лет сорок как он вставляет АА чуть ли не в каждую новую книгу.

В этой новой истории один из бывших алкоголиков и верный посетитель АА стал серийным убийцей, зато не пьет.

How to Be Well: Navigating Our Self-Care Epidemic, One Dubious Cure at a Time всё-таки оказалась книжкой плоской и глупой. Идея отличная — рассказать о фундаменте современных представлений о «хорошей жизни». Но попытка с негодными средствами: у автора нет базы. Видно, что без теории даже описать ничего толком не получается.

Книга самим названием задает сразу два важных вопроса: что сегодня значит быть «в порядке» и какими способами к этому состоянию предполагается прийти. Кто он — человек, у которого всё хорошо? В англоязычном мире появился очередной интегральный показатель — glow. Говорить прямо, что надо быть худой, весёлой и конвенционально-красивой, небезопасно, поэтому выдумали неуловимое сияние. Надо буквально лучиться физическим и моральным благополучием. Как на возрожденческих картинах, где от хороших людей исходит мягкий свет.

Как обрести glow? Он появляется у тех, кто ведёт особенно правильный и добродетельный образ жизни. Значит, путь — через добродетельные поступки: «забота о себе», «обретение баланса», «защита личных границ». Но что такое «забота о себе»? Ну и так далее. Важный мог бы быть текст — жалко, что не получился.