Коллеги, мы, естественно, знаем, что при сносе судом с выборов административного кандидата к рассмотрению в апелляционной инстанции всегда готовы глобус, сова и политическая целесообразность.

И это никак не отменяет крутости авторов новочебоксаркского кейса.

Во-первых, они развеивают выученную беспомощность и стоны про «да всё это бесполезно».

А во-вторых, это хорошая встряска политических универсалов с их «да зачем нам эти юристы!»😉

Непоэтические строки

Выборы 2024 года отметились несколькими не слишком заметными – всё-таки муниципалка, – но значимыми судебными решениями, касающимися сбора подписей избирателей.

Связывает решения, о которых пойдёт речь, нечто большее, чем спор о соблюдении формы подписного листа, а именно подход к законодательному регулированию и методология правоприменения. Хотя последняя имеет больше различий.

Надуманный вопрос о необходимости собирать по пять подписей избирателей в каждом подписном листе был поставлен в 2022 г. в Иркутской области (может и раньше, но нам это неизвестно) и показался местечковой технологией пусть и на грани абсурда, но тем не менее дававший нужный результат: кандидат лишался участия в выборах.

Что технология местечковая стало очевидно с решением Верховного Суда РФ по делу кандидата Борискина, которым была установлена её незаконность. Закон об основных гарантиях не говорит об обязательности заполнения всех пяти строк в подписном листе! Нигде не говорит.

Однако эта дурь незаконная технология вылезла в судебной практике уже на питерских выборах:

Тем самым, при заполнении кандидатом одного подписного листа не в полном объеме (менее, чем на пять избирателей) данный кандидат в случае выявления нарушений, при наличии которых недействительными признаются все подписи избирателей в подписном листе, получает необоснованное преимущество в реализации права быть избранным перед другими кандидатами, заполнившими подписной лист на предусмотренное в нем количество избирателей, что недопустимо.
По настоящему делу допущено нарушение формы подписного листа…

Суд мог руководствоваться незнанием стороны практики Верховного Суда РФ, а, возможно, соображением «до Бога высоко, до царя далеко»: пока кандидат дойдёт до последней кассации выборы и кончатся. Упомянутый кандидат Борискин – живой тому пример; его правота была установлена уже после дня голосования.

Второе дело, отличившееся новизной, прилетело из подмосковного Королёва. Там судья устанавливал размеры строк в подписном листе.

Проблема в том, что Закон об основных гарантиях не является аналогом инструкции по делопроизводству и не содержит пропорций подписных листов. Равно как, кстати, и методические рекомендации ЦИК России. Однако тут, в отличие от дел «по пяти строкам», мы можем усмотреть здесь неуклюжую попытку суда исключить своеобразное и сложнодоказуемое злоупотребление кандидата правом на масштабирование подписного листа.

Как следует из решения, строки таблицы подписного листа были изображены таким образом, что по факту таблица из пятистрочной превращалась в двустрочную.

Избранная кандидатом форма подписного листа предусматривает такую возможность исключительно в отношении двух подписей избирателей при лишь внешне формальном соблюдении числа и нумерации строк в целом. Однако, по мнению суда, тем самым кандидатом фактически осознанно преодолеваются установленные требования к оформлению подписного листа и число возможных для использования строк с установленным законом пяти снижается всего до двух

Правореализационная практика показывает возможность изготовления заполнимого подписного листа с таблицей в пять строк. Так что сведение подписного листа к двум строчкам суд посчитал злоупотреблением правом кандидатом.

Тему с формой подписного листа начали отнюдь не суды, а законодатель, придумавший ряд новых формальных требований (это не наша идея, но мы с нейсогласны). Требований, которые далеки от содержания подписного листа. Хотя предшествующая практика без них вполне обходилась. А некоторые неудобства вроде прошивки строк или продолжения подписного листа на обратной стороне (теперь так нельзя) можно было исключить более изящным способом нежели законодательный запрет. При этом на фоне ультраформализма правоприменителя законодатель недорегулировал… А недорегулирование на фоне формализма порождает недосвободу на том же фоне.

Вот если бы закон содержал только перечень необходимых для подписного листа сведений, а избирательная комиссия утверждала рекомендуемую форму подписного листа. Интересная была бы практика!

Как наблюдателю проникнуть на режимный УИК

Периодически встречаем в регионах ситуации, когда наблюдатель, полномочия которого оформлены вполне себе правильно, не может попасть на УИК, находящийся в помещении с особым пропускным режимом.

— Это очень хорошо, что вы с направлением, – говорят такому наблюдателю, явившемуся в день голосования. — И закон о выборах мы очень уважаем. Но у нас ры-жым!

Что делать в таких ситуациях?

Хорошее разъяснение по этому вопросу подготовил Николай Иванович Булаев, заместитель председателя ЦИК России.

Для учёта в работе.
Разъяснение. 👈🏻

#разъяснения

Капибара-социолог рисует экзитполы #ЕДГ2024

Михаил Мишустин продолжает цифровую революцию в госуправлении.

https://www.kommersant.ru/doc/7065367

Электоральная казнь — изящно, внезапно, дорого.

Сегодня гужбанит днюху валькирия политической юриспруденции Светлана Косенкова.

«Снести» с выборов партийный список кандидатов, скреативить стратегическое плутовство или размозжить высокопоставленное самолюбие — список типичных развлечений Светланы Викторовны. Уникальное сочетание профессионализма, режуще тонкой иронии и хищного обаяния.

Желаем имениннице ярких проектов и неприлично высоких гонораров!

Стой, кто идёт!? Предъявите паспорт

Почти на каждых выборах на участок приходит избиратель, желающий получить избирательный бюллетень отнюдь не по паспорту гражданина Российской Федерации. Всплывают различные документы: от водительских прав до самодельных паспортов гражданина Руси.
В г. Киселёвске Кемеровской области избиратель, прибывший на избирательный участок № 420, в виду отсутствия у него паспорта гражданина Российской Федерации избирательного бюллетеня не получил. По словам избирателя,

его личность могла быть удостоверена действующим военным билетом, водительским удостоверением, ИНН, СНИЛС, служебным удостоверением адвоката, внештатного сотрудника СМИ города Киселевска, удостоверением шахматной Федерации. При этом, он пояснил избирательной комиссии, что паспорт у него похищен в г. Москве в аэропорту.
По данному факту он обратился в правоохранительные органы…, зарегистрировано заявление, ведётся доследственная проверка

(кассационное определение Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 08.09.2024 г. № 88а-20811/2024).
При таком широком перечне подтверждающих личность избирателя документах логично, что три судебные инстанции отказали ему в удовлетворении требований. Безусловно, получить бюллетень по удостоверению шахматной федерации практически невозможно:

Из системного толкования вышеуказанных положений федерального законодательства в их взаимосвязи не следует, что указанные в иске документы… являются документами, удостоверяющими личность для целей Федерального закона № 67-ФЗ…, учитывая также, что на избирательном участке последним предъявлялся именно военный билет

(кассационное определение Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 08.09.2024 г. № 88а-20811/2024).
Отдельно, спецом для других сомневающихся избирателей, по поводу военного билета кассационный суд указал:

нераспространение на других граждан, не являющихся военнослужащими, правила о возможности участвовать в голосовании по предъявлении военного билета само по себе не затрагивает и не нарушает избирательные права этих граждан.

В рассматриваемом случае избирательный бюллетень мог бы быть выдан по предъявлении временного удостоверения личности гражданина Российской Федерации.

Антон Тимченко, автор тг-канала Процедуры & Ритуалы, – об итогах ЕДГ-2024 в оптике Павловского.

В 2018 году Глеб Павловский опубликовал статью «Осадок политтехнологий». Суть её в том, что случайные импровизации и ситуативные ходы президентской кампании в дальнейшем застывающим бетоном становятся не только нормой электоральных практик, а реальной основой государственной архитектуры. Если через эту оптику посмотреть на итоги ЕДГ-2024 как «эхо» президентской кампании, можно зафиксировать четыре линии.

1. «СВО-консенсус» и департизация.

Отмеченный Александром Кыневым тренд на ослабление оппозиционных партий продолжается. В условиях, когда ключевой темой федеральной повестки является СВО, критика власти, главное топливо оппозиции, выносится за скобки. Как следствие — проблема партийной идентичности: транслируемые тезисы являются лишь парафразом позиции «партии власти». Единственным исключением в легальном поле остается «Яблоко», чье электоральное значение стремится к статистической погрешности. В итоге перспективными для системной оппозиции остаются лишь локальные кампании, где местные проблемы ещё оставляют пространство для критики.

2. Оцифровка политики.

С одной стороны, все более обыденно применение цифровых электоральных процедур (ДЭГ, сбор подписей избирателей через «Госуслуги», электронные списки избирателей и т.д.). О том же ДЭГ знают 87% граждан страны.

С другой стороны, инструменты избирательных штабов всё больше смещаются в «цифру». Даже «полевая» активность в чистом оффлайн-формате остаётся уделом уникальных «староверов», воплощаясь в инструментах гибридной агитации, затягивающей избирателя в соцсети, мессенджеры или на сайт. И этот тренд никуда не денется. По мнению Павла Склянчука, выборы в Госдуму в основном пройдут в онлайн-формате.

Однако при всей перспективности политической «цифры» в ней заложено естественное противоречие. Современные диджитал-процедуры во многом не вписываются в стандарты и нормы, разработанные под аналоговую эпоху (два типовых примера: пределы прозрачности для ДЭГ и оформление агитации в Telegram).

3. Мобилизация как ключевая технология.

Безусловно, механизмы мобилизации избирателей в отечественной практике применялись и раньше. Но масштабная эффективная махина мобилизации была выстроена в 2018 году, и с тех пор её результативность достигла пика. Это продемонстрировала как президентская кампания, так и ЕДГ-2024. Явка и результат на выборах глав регионов, обделённых электоральной интригой (a.k.a. выборы референдумного типа), —яркая иллюстрация результативности мобилизационной машинерии.

Отдельно стоит обратить внимание на «Информ УИК» — персональное адресное информирование избирателей о предстоящих выборах методом поквартирного обхода. Прошедший федеральную обкатку на президентской кампании проект становится частью локальных выборов. С одной стороны, это придание избирательному процессу сервисной функции (оповещение о выборах «с доставкой на дом»), с другой же — налицо ничто иное, как электоральная мобилизация в режиме light.

4. Общественный контроль как ритуальная привилегия.

На фоне последних инициатив по «совершенствованию механизма общественного контроля за избирательным процессом» (исключение доверенных лиц и членов комиссии с правом совещательного голоса из числа тех, кто может «ураганить» на участке, более строгие требования к аккредитации журналистов и оформлению наблюдателей) организация наблюдения на выборах в широком смысле становится прерогативой ограниченного круга субъектов. А в условиях многодневного голосования, требующего большего количества ресурсов, данное направление из источника резонансных скандалов становится преимущественно ритуалом легитимации выборов.

Выборы как ритуал

С выборов у меня осталось пара впечатлений и мыслей, которые хочу зафиксировать

Вообще я долго думал, как определить выборы этого года и пришел к выводу, что самое подходящее слово ритуал. Ритуал потому что в целом все участники голосования заранее понимали его ключевые итоги, но это не значит, что само действо было для них неважным.

Так, в Москве заранее все были уверены, что ЕР получит 38 из 45 мандатов и чего-то, что могло помешать этому видно не было.

Казалось бы, если система так отстроена, то зачем что-то делать? Однако под голосование действительно была создана практически идеальная витрина в лице штаба. Располагался он в большом бизнес-центре “Красная роза” неподалеку от метро “Парк культуры” и в нем все три дня кипела жизнь. Там, в отдельном помещении за сотнями мониторов сидели специальные наблюдатели, которые могли видеть, что происходит на каждом участке. Отдельно существовала группа разбора, которая была призвана реагировать на спорные ситуации.

А главными публичными лицами штаба были его председатель Вадим Ковалев и его заместитель Александр Асафов. Оба регулярно отчитывали журналистам о цифрах явки, а также встречали гостей штаба, среди которых были политики и известные публичные эксперты. Всем публичным персонам-женщинам, зашедшим в штаб, вручался букет цветов. Была предусмотрена и специальная зона для СМИ с шикарным балконом и вином. При этом существовал определенный нюанс. У штаба не было колл-центра. Сигналы на реагирование они могли получить только от собственных наблюдателей или как раз от тех гостей и аккредитованных журналистов, зашедших в него. То есть получалась такая вещь в себе.

Работал традиционно и информационный центр ЦИК с Эллой Памфиловой, которая отдельно радовалась явке в Курской области. Все аналогичные показатели по другим регионам журналисты могли получить онлайн, посмотрев на соответствующие специальные мониторы. Именно эти цифры и составляли ту самую основную массу пищи для медиалент в эти три дня.

Наконец проводилась и известная в экспертной среде “Ночь выборов”. Она проходила в лофте Digotal october. На широкой сцене различные политологи и представители партий старательно и несмотря ни на что делились своими ожиданиями от голосования. Зрители этого действа угощались закусками и алкоголем, ведя друг с другом политические беседы. Впрочем, экспертные темы этих разговоров были предсказуемыми и не сильно отличались ни до, ни после. Было понятно, что парламентской оппозиции достанутся выводы о ее кризисе, а “Единой России” и кандидатам в губернаторы слова об их уверенной победе, заработанной за счет слаженной технологической работы, патриотического консенсуса и стабильной экономической ситуации. Поэтому часто разговоры переходили на межличностные темы — как у кого дела и как поживают те соратники по политическому полю, которых в этот день не было видно.

Впрочем в кулуарах, уже не со сцены часто звучал и другой тезис, тезис о том, что такая электоральная стабильность не может продолжаться вечно. Звучал он во многом и всю неделю, когда выборам подводили итоги.

В общем выборы действительно превратились сейчас в такой витринный институт, от которого не ждешь изменений, но который все равно остается для участников процесса чем-то ценным, где все должны сыграть свои роли и сыграть как по-настоящему. Потому что в глубине души каждый все же чувствует, что несмотря на предсказуемость этого процесса есть в нем что-то сакральное, которое важно и которое, возможно, при недостаточном уважении к нему может проявить себя неожиданным образом. В конце концов сакральное — на то и сакральное, что истинное его значение мы не поймем. А значит, надо соблюдать ритуал.

Глоссарий незаметно пополнился "потасовкой"

Около 10 человек задержали после потасовки у офиса Wildberries в Москве, сообщили РИА Новости в правоохранительных органах

Кнут, пряник и Конституция: как новому мэру Усть-Илимска вручили «атрибуты власти»

На инаугурации нового мэра Усть-Илимска Эдуарда Симонова депутаты решили проявить креатив: подарили ему три символа — кнут, пряник и Конституцию. Как пояснили сами инициаторы, пряник предназначен для жителей города, кнут — для нерадивых подчиненных, а Конституция — это, конечно же, основной закон, без которого мэр не сможет обойтись.

Этот «креативный» ход вызвал бурную реакцию в соцсетях. Многих пользователей насторожила символика подарков, ведь кнут для российского общества несет скорее «рабовладельческий» оттенок, чем управленческий инструмент. Появилось много критики, направленной на то, что такие символы лишь укрепляют старые стереотипы власти и подчёркивают власть чиновников над народом.
Однако депутат Артем Лобков, один из дарителей, поспешил заверить, что воспринимать это нужно с долей юмора. По его словам, «народу — пряник, а для нерадивых чиновников и подрядчиков — кнут». Но вот в этом-то и вопрос: не слишком ли груба такая метафора в публичной политике, особенно на фоне 21% явки на последних выборах? Видимо, не каждый житель Усть-Илимска готов даже за пряник прийти на избирательные участки.

Дарить такие атрибуты власти на фоне падающего доверия к местным чиновникам — шаг неоднозначный. Возможно, он больше укрепляет в обществе образ чиновников как людей, которые управляют с помощью «кнута», чем создает картину современной, эффективной власти. Конституция в этом контексте становится скорее формальностью, чем основой демократии.

🤵‍♂️Губернаторы в сети @gubnet

У нас, конечно, за такой ролик сняли бы с выборов.

Так в 2005 году на выборах в Мосгордуму «снесли» список «Родины» за видео с подобной тональностью «Очистим Москву от мусора».

За ролик спасибо каналу Андрея Максимова Агитпроп РФ.

По поводу рассылаемого в тг- каналы видео «из депутатского кабинета» полностью согласны с Трезвым политологом.

Как-то в погоне за компроматом, граждане забыли, что согласно части первой статьи 23 Конституции России каждый, даже депутат, имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну. А достоинство личности ни фига не охраняется государством – это уже часть первая статьи 21 Основного закона.

Напомним, что парад громких записей скрытой камерой начался с позорного видео о «человек, похожий на генпрокурора», душок 90-х.

https://xn--r1a.website/Drunkenpolitolog/13716

Напоминание на случай, если юрист штаба считает свой гонорар слишком маленьким.

Мало кто помнит, что Джохар Дудаев не только поддержал разгон Верховного Совета РСФСР Борисом Ельциным, но даже направил тому письмо с подробными советами, как лучше принять новую Конституцию и предупредить протесты регионов…

Сегодня популярна точка зрения о том, что реквием по демократической мечте начал играть на президентских выборах 1996-го, когда штаб Ельцина предпочтёл правовой процедуре политическую целесообразность. На деле же, аккорды этой мелодии звучали значительно раньше.

Виктор Осипович Лучин, 13 лет бывший судьёй Конституционного Суда РФ, написал замечательную работу «”Указное право” в России». Этот небольшой труд, с одной стороны, обстоятельно развеивает миф о конституционном пуризме 90-х, а с другой, — позволяет разглядеть некоторые истоки современного президенциализма.

Книга быстро стала библиографической редкостью, что мы считаем неправильным.
Годовщина Указа 1400 — лучшее время для такого чтения.😉