За годы проведения Специальной военной операции на фронте совершено свыше 55 тысяч крещений.

Свыше тысячи священнослужителей несут окормление воинов на передовой.

Свыше тысячи сестричеств милосердия несут служение в госпиталях.

Приходы Русской Церкви оказали помощь около 300 тысяч нуждающимся в зоне боевых действий.

Специальную подготовку прошло около четырех тысяч церковных волонтеров.

Приходами Русской Церкви собраны тысячи тонн, миллиарды рублей для поддержки фронтовиков с 2022 года.

Эти данные на пленарном заседании XXVII Всемирного Русского Народного Собора озвучил первый заместитель руководителя Администрации Президента России Сергей Кириенко.

@prichodru ☺️

Многотысячные крестные ходы – ответ российского общества, консолидирующегося вокруг своих традиционных ценностей

Выступая 19 ноября 2025 года на пленарном заседании Всемирного русского народного собора в Москве, первый заместитель руководителя Администрации Президента Российской Федерации Сергей Кириенко особо остановился на помощи Русской Православной Церкви, а также других религиозных общин России бойцам специальной военной операции, беженцам и жителям территорий, затронутых боевыми действиями. Он упомянул, в частности, и пастырское служение военных и госпитальных священников, и волонтерскую работу, и сборы материальной помощи и гуманитарных грузов приходами.

«Это невозможно измерить только тоннами и рублями. Это гораздо важнее. Это чувство поддержки, укрепление веры и духа наших бойцов, это неразрывная связь между тылом и фронтом, без которой ребятам на передовой было бы гораздо сложнее. Огромное спасибо и низкий поклон всем, кто ведёт эту важную работу», – сказал он.

Сергей Кириенко напомнил слова Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла, отметившего, что помимо победы в «горячей» войне не менее важна победа в войне информационной. Ведь, подчеркнул заместитель главы Администрации Президента, «это война за то, во что будут верить следующие поколения россиян, это война за умы и сердца наших детей и внуков».

И сейчас можно увидеть, что в условиях вызовов, которые брошены России, не только на фронте, но и в тылу происходит консолидация, объединение народа, констатировал Сергей Кириенко, подчеркнувший, что очень важный вклад в этом сыграл указ Президента Российской Федерации «Об утверждении Основ государственной политики по сохранению и укреплению традиционных российских духовно-нравственных ценностей».

«Мы видим, что увеличивается количество тех, кто собирается на крестные ходы, по всем городам нашей страны выросло число молодых людей, которые находят истину в вере, потому что мы всё больше понимаем, что борьба идёт не только за территории, не только за землю – это борьба, в которой нас пытаются лишить статуса независимого суверенного государства, это борьба за право и выбор народов быть русскими, говорить на русском языке, – подчеркнул он. – Против нас сегодня воюют силы, которые хотят лишить людей их [духовных] ценностей, стереть их память, лишить человека права быть человеком, и это вызывает ответ у российского общества, все более консолидирующегося вокруг своих традиционных ценностей».

@prichodru ☺️

#крестныйходМосковскийсобор

Патриарх Кирилл: место военного священника – не в «обозе», а там, где солдаты готовятся идти в бой

Рудиментом атеистического прошлого назвал Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл отсутствие в России законодательного закрепления статуса военного духовенства. О необходимости внесения в соответствующие законы изменений и дополнений, определяющих правовой статус капелланов, зашла речь на пленарном заседании Всемирного русского народного собора, открывшегося 19 ноября 2025 года в зале церковных Соборов Храма Христа Спасителя.

«Действительно создаётся какая-то нелепая ситуация: все "за" и, вроде, никто не "против", а когда доходит дело до оформления этой темы законодательно, никакого прогресса не заметно, – сказал Его Святейшество. – Это свидетельствует о том, что кому-то, может быть, до сих пор не нравится участие духовенства в жизни Вооружённых сил. Разные могут быть взгляды, разные симпатии и антипатии, но речь сейчас идёт о самом важном – о том, чтобы обрели реальный статус те священники, которые находятся на передовой, рискуют своей жизнью и своим здоровьем».

Патриарх отметил, что при общении с военнослужащими становится понятно: очень многие из них высоко ценят присутствие священника, однако продвижения вопроса о закреплении статуса военного духовенства в законодательстве не заметно.

Возможно, это отчасти обусловлено сопротивлением со стороны определённой части военных структур, которые имеют отношение к воспитанию. Если имеется какая-то «конкуренция» со стороны политруков, это неправильно, присутствие одних не должно исключать присутствие других, уверен Святейший Патриарх Кирилл: «Когда военнослужащие находятся в том месте, где они могут либо здоровье, либо жизнь потерять, для одних работает политическая, идеологическая аргументация, которую приводят политруки, а для других важна апелляция к религиозным чувствам».

«Мы работаем для достижения одной и той же цели. А ваша позиция, ваши попытки исключить участие священников ослабляют возможности духовного и даже, хочу сказать, политического влияния на военнослужащих, которые нуждаются в таком влиянии, – подчеркнул Святейший Владыка. – Конечно, священники, которые обращаются к душе человека, используют иные аргументы, но в конечном счете они направлены на решение тех же задач и целей, на которые направлена и работа тех, кто занимается политическим воспитанием. Поэтому дай Бог нам преодолеть этот невероятный рудимент атеистического прошлого, иначе я не могу это никак назвать». При том было отмечено, что служение в войсках священников никоим образом не заставляет людей нерелигиозных обращаться к вере, если они сами не захотят этого.

Предстоятель Русской Православной Церкви также подчеркнул, что военные священники находятся именно в тех местах, где они более всего нужны бойцам. «Когда были обсуждения темы, где в войсках должен находиться священник, кто-то из военачальников сказал, мол, они должны находиться в "обозе" – там, где повара, парикмахеры и так далее. На что я ответил, что там священник не нужен – он нужен в месте, где собирается какое-то воинское подразделение с тем, чтобы идти вперёд, в атаку. Потому что в этот момент военнослужащий переживает невероятный стресс: ему нужно подняться, перелезть через бруствер и идти навстречу смерти. Вот здесь должен быть священник. А еще когда этот боец возвращается в тяжёлом состоянии, иногда и раненый, опять должен быть священник, чтобы встретить, чтобы поддержать. Вот это и есть пастырская работа с военнослужащими в условиях ведения боевых действий».

@prichodru ☺️