Авторы выделяют три направления использования ИИ в избирательных кампаниях: операционная деятельность кампаний (генерация контента и коммуникация), работа с избирателями (таргетинг и персонализированные обращения), а также обман и его распространение (дипфейки, робозвонки, боты и астротурфинг*). В трёх опросах с участием более 7600 респондентов из США они проверяют, как избиратели реагируют на эти практики.
 
🎯 Опрос 1: Восприятие. Больше всего респонденты обеспокоены использованием ИИ с целью обмана: такие действия чаще рассматриваются как нарушение демократических норм. Напротив, операционные задачи и работа с избирателями вызывают меньшее беспокойство, хотя отношение к ним также остаётся настороженным.
 
🎯 Опрос 2: Реакция. Когда респондентам сообщали об использовании ИИ в кампаниях, наиболее сильную негативную реакцию вызывали примеры обмана. Но это почти не влияло на оценку честности выборов в целом и симпатию к партиям: моральное осуждение не приводило к электоральному наказанию.
 
🎯 Опрос 3: Санкции. Наконец, авторы проверили, склонны ли избиратели «наказывать» партии за обманное использование ИИ. Результаты контринтуитивны: ни демократы, ни республиканцы, ни независимые избиратели существенно не снижали симпатии к партии, которой приписывались такие практики. Вместе с тем у респондентов возрастал запрос на жёсткое регулирование использования ИИ — как в политических кампаниях, так и в целом.
 
*Астротурфинг – имитация массовой стихийной общественной инициативы.

Я не сторонница темы «женщины и мужчины в политике», разговоров о том, как у женщин, а как у мужчин. Более того, считаю, что эта тема уже в какой-то степени набила оскомину, стала неинтересной. Я глубоко убеждена: нормально делай — нормально будет, неважно, женщина ты или мужчина. Если говорить про особенности, с которыми сталкивалась я, то и в университете, и в думе это больше вопрос возраста, чем пола.

🎯 Отношение Ирана к альтернативным «коридорам». После Второй Карабахской войны Иран последовательно выступал с критикой проекта Зангезурского коридора, «коридора Трампа» и любых новых транспортных артерий, создаваемых с участием США и проходящих по территории Армении и Азербайджана вдоль границ Ирана. Иран полагал, что это создаст риски для него. Но критика подобных проектов всегда была лимитированной, так как отношения Ирана с южнокавказскими соседями (в первую очередь — Арменией и Азербайджаном) — довольно сложные и комплексные. Они увязаны с ближневосточной ситуацией в целом.
 
🎯 Азербайджанский фактор. Довольно близкие отношения Азербайджана сначала с Турцией, а теперь ещё и с Израилем превратили его в источник серьёзных опасений со стороны Ирана. Иран, с одной стороны, приветствовал восстановление территориальной целостности Азербайджана после Второй Карабахской войны, а с другой — выражал опасения, что его сотрудничество с Израилем и США превратит Азербайджан в плацдарм для разведывательных и диверсионных действий против Ирана. Важно также учитывать этническую близость населения Иранского Азербайджана и Республики Азербайджан, сложные и неоднозначные отношения между основными этническими группами внутри Ирана. Всё это оставляет возможности для Азербайджана по проведению собственной активной политики на территории Ирана в условиях региональной турбулентности и напряжённости. Милитаризация и рост военной мощи Азербайджана, его сотрудничество с США и НАТО беспокоили Иран с начала 2000-х годов. Оба государства время от времени идут на взаимные уступки ради снижения общего градуса напряжённости. Но Иран видит угрозу в амбициях Азербайджана в Каспийском, Кавказском регионах и шире — в его сотрудничестве с Турцией, Израилем и США.

🎯 Противоречивая роль Армении. С другой стороны — десятилетия наблюдений за политикой Армении не позволяют Ирану воспринимать её как реальную сдерживающую силу для Азербайджана. Если в 1990-е и начале 2000-х годов перевес сил после Первой Карабахской войны продолжал оставаться на стороне Армении, то дальнейшее её развитие показало ограниченность пути, который выбрало новое армянское руководство, в том числе с точки зрения интересов Ирана. Многие годы Армения оставалась своеобразной экономической «отдушиной», с помощью которой Иран обходил комплексное санкционное давление со стороны Запада. Армения, наряду с ОАЭ и Пакистаном, предоставляла возможности для товарно-денежных, банковских и прочих операций. Более того, она превратилась в одно из туристических направлений для иранского среднего класса.