#ДайджестНЦМУ
НЦМУ «Центр междисциплинарных исследований человеческого потенциала» опубликовал двадцать шестой выпуск научного дайджеста. В нем представлены поведенческие стратегии и отношение к России центральноазиатских трудовых мигрантов.

Приспосабливаясь к условиям жизни в России, мигранты вырабатывают смешанную идентичность. И если в случае старшего поколения утрата или ослабление связей со страной происхождения переживается как проблема, то в случае молодых когорт («второго» и «третьего» поколения, родившегося и выросшего в России) этот процесс проходит почти автоматически. Поскольку социализация детей мигрантов происходит в русскоязычной школе и – что не менее важно – в русскоязычном Интернете, они не воспроизводят культурную идентичность родителей.

Каковы планы мигрантов на будущее - решат ли они оставаться в России? Чего следует ожидать в обозримой перспективе с точки зрения их интеграции в российское общество? Ответы на эти и многие другие вопросы представлены в новом исследовании.

🔎 Подробнее читайте на нашем сайте: https://ncmu.hse.ru/news/862148119.html?_r=8241581695935827.76194&t=7590880&r=OK

Если Вам интересны вопросы многомерного благополучия и его измерения, или Вы интересуетесь благополучием и качеством жизни детей, то сегодня до 15:00 ещё есть возможность зарегистрироваться на семинар, который пройдёт в НИУ ВШЭ завтра. https://ncmu.hse.ru/announcements/861862478.html

А вот и отдельные, обсуждавшиеся на вчерашнем семинаре, материалы - статистический индекс детского благополучия - от коллег из МГУ: https://xn--r1a.website/kalabikhina/138

Дайджест мониторинга «Готовность к переменам»
Институт социальной политики НИУ ВШЭ на протяжении длительного периода времени ведет работу по исследованию отношения населения к изменениям. Мониторинг «Готовность к переменам» стартовал в 2016 году и к настоящему моменту насчитывает 5 волн, проведенных по общенациональной выборке, репрезентирующей экономически активное население РФ. В фокусе внимания опроса – темы, связанные с представлениями граждан о социальной политике, вопросах образования и здравоохранения, наиболее уязвимых группах населения, а также собственном благополучии и жизненных шансах.
В преддверии новой волны опроса мы начинаем публикацию серии Дайджестов по данным мониторинга под ред. Л.Н.Овчаровой и А.И.Пишняк. В настоящий момент доступны два выпуска: «Материальное положение населения» и «Здравоохранение и медицинская помощь».
Ознакомиться с Дайджестами можно здесь: https://csils.hse.ru//bulleten

На прошлой неделе я участвовала в закрытой сессии «Российская экономика: вопреки всему или благодаря встряске?» в рамках XX ежегодного заседания Международного дискуссионного клуба «Валдай». Поскольку сессия была закрытой, то о многом интересном прозвучавшем там не расскажешь, но ключевыми тезисами моего выступления поделиться можно: в его основу легли результаты нескольких проектов, которые мы ведем в настоящее время в НИУ ВШЭ.

Мы продолжаем говорить о потреблении. И я рада сообщить, что Лаборатория экономико-социологических исследований совместно с Институтом социальной политики проведут в этом году несколько совместных семинаров в рамках проекта "Экономическое поведение домохозяйств". Первый состоится уже ровно через неделю - во вторник 17.10.23 и будет посвящен обсуждению социологических исследований потребления. Приходите очно или подключайтесь онлайн!

На этой неделе Нобелевскую премию по экономике присудили экономисту Клаудии Голдин, придумавшей запоминающийся термин "тихая революция", чтобы обозначить, как изменилось положение женщин из развитых западных стран в системе образования, на рынке труда и в семье в последние десятилетия XX века. Сейчас, когда опубликованы уже тысячи эмпирических работ, исследующих величину и факторы гендерного разрыва в занятости и зарплате, оценивающих "штраф за материнство", выбор Нобелевского комитета кажется удивительным. Сейчас многим кажется, что, объясняя причины разрыва в зарплате мужчин и женщин, она открывает "секрет Полишинеля". Однако, когда Голдин начинала свои исследования в 1970-80-е гг. , и экономисты,и социологи изучали преимущественно мужчин - как они принимают решения о занятости, от чего зависит их зарплата, как образование отца влияет на человеческий капитал детей; социально-пррыессионалтный статус мужчины - главы семьи определял социальный статус семьи и т.п. И в том, что обсуждение положения женщин и взаимосвязи между женской занятостью, доходами и рождением детей стало обыденным не только в общественных науках, но и в кабинетах чиновников или выступлениях политиков - немалая заслуга Голдин. Безусловно, её можно (и достаточно легко) критиковать с позиции других дисциплин: как экономиста её не очень интересовали вопросы социальных или культурных различий в положении женщин на рынке труда и в семье, того, как на это положение могут влиять инструменты социальной политики. Однако её вклад не только в развитие экономики семьи, экономики труда, но и в расширение исследовательской повестки других общественных дисциплин бесспорен. Более того, лично мне кажется не менее ценным и заслуживающим признания то, что Клаудия Голдин привнесла в экономические исследования традицию работы с данными архивов и глазами экономиста взглянула на исторические докумементы. И это позволило ей рассматривать нынешние процессы в сфере женской занятости не по отношению к довольно короткому и уникальному периоду начала - середины XX века, а в контексте более длительного периода времени, с конца XVIII столетия.

В прошлом году у нас а Институте был довольно любопытный проект по интеграции 2 поколения мигрантов. Немного поговорили об этом, когда была в Бишкеке: https://ru.sputnik.kg/20231016/migranty-deti-kyrgyzstan-rossiya-1079514972.html

Александр Фридрихович Филиппов поднял очень интересную тему агонии социального государства. Соглашаясь с отдельными, очень живо описанными, характеристиками современной ситуации, я все-таки вижу перспективы иначе: мне кажется, что в мы свидетели не заката, а перехода одной модели социального государства в другую.
Вообще, дискутировать на эту тему очень сложно, поскольку сам термин "социальное государство", который мы заимствовали у немцев, или "государство всеобщего благосостояния", если переводить с английского, не имеет чёткого, общепризнанного определения, о чем справедливо писали многие его исследователи, начиная с Титмуса или Эспин-Андерсена. Отсюда - невозможность однозначно сказать, где и когда оно заканчивается.
Возникшие в конце XIX века программы социального страхования вплоть до середины XX века были адресованы преимущественно квалифицированным рабочим промышленности. Об относительно всеобъемлющем социальном государстве, защищающем "от колыбели до могилы", стало можно говорить лишь после второй мировой войны. Не случайно концепция социального гражданства Томаса Маршала появилась в 1950. И даже в ней речь идёт о социальных правах не всех людей, а именно граждан.
Универсальное социальное государство, обеспечивающее некий минимальный уровень доходов всем гражданам, а также создающее условия для защиты от разных рисков (старости, безработицы, болезней и пр), освобождающее граждан от власти рынка (то, что Эспин-Андерсен назвал декоммодификацией) - конструкция, приблизиться к которой смогли, и то на достаточно короткое (несколько десятилетий) время, лишь Скандинавские страны. В той же Германии или Франции социальные права разных групп всегда были неодинаковы, подчас существенно, и было множество исключений.
Попытки разрушить социальные государства начались сразу после нефтяного кризиса 1970-х. Несмотря на кажущуюся стабильность социальных расходов, многие социальные обязательства были сброшены, отданы на аутсорс рынку, и в значительной мере это результат ослабления социальной мобилизации рабочего класса и его солидарности со средними классами. Не уходя в обсуждение других причин этого, замечу, что увлечение поиском наиболее уязвимых групп, находящихся на пересечении разных осей неравенства / угнетения, конечно же, вносит свой вклад в разрушение солидарности.
Тем не менее, полностью разрушить социальные государства не удалось, и это стало понятно примерно к кризису 2008-9 гг. Хотя облик их конечно, меняется. Как и фокус на группах, которые получают поддержку. (Продолжение ниже)

Продолжая: Современное социальное государство - то, которое берет на себя некоторые функции, выполнявшиеся в доиндустриальную эпоху семьей и церковью или общиной, по обеспечению базовых потребностей определенной части подвластного ему населения. В отдельных программах - всех граждан; где-то - и включая мигрантов. Ответственность этого государства, как правило, включает поддержку бедных, ряд программ сверх этого минимума для защиты от колебаний дохода в разные периоды жизни - пенсии, пособия по беременности и родам, по безработице, инвалидности; обязательное общее образование, минимальные гарантии защиты здоровья, развивающийся сектор ухода. Конечно, уровень поддержки может быть смехотворным, но функции шире, чем были в эпоху, предшествующую модерну. И в последние годы некоторые из них даже были расширены.
От этих функций государство не отказывается в силу разных причин. Например, это позволяет поддерживать лояльность населения, социальную или экономическую стабильность, обеспечивать устойчивость развития. Или в сохранении таких программ заинтересован госаппарат, раздувшийся на их обслуживании; или собственники капитала, бизнес... Многие недавние социальные реформы были продиктованы стремлением максимально использовать квалифицированные трудовые ресурсы.
Солидарность низов и их социальная мобилизация в последние годы не была движущей силой развития социальных государств. И вот здесь, как раз, возможны изменения, противоположные тем, о которых пишет АФ. Войны в XX веке становились фактором роста, а не сокращения социальных обязательств. В том числе по причине появления групп, отличающихся достаточно высокой внутренней солидарностью, и требующих признания за те жертвы, которые они принесли в интересах государства.

⬆️⬆️⬆️
Важное высказывание @OxanaSinyavskaya, распределенное на два сообщения, я надеюсь более подробно рассмотреть в ближайшем будущем.
Пока только замечу, что в одном отношении могу поддержать его сразу. Действительно, никакого автоматизма в происходящем нет, то будущее, которое нас ждет, вовсе не ждет нас, а становится результатом борьбы, более или менее осознанной.
У социальных событий есть своя логика, и она ведет сейчас туда, куда ведет, но не все шансы еще исчерпаны навязать событиям другую логику.

Второй год наш институт активно участвует как в теоретико-методологическом изучении вопросов устойчивого развития и доказательной социальной политики, так и в формировании будущего банка кейсов мер социальной политики с эмпирически доказанной эффективностью в рамках стратегического проекта НИУ ВШЭ "Социальная политика устойчивого развития и инклюзивного экономического роста"

В Шанинке идёт интересная конференция, ещё можно зарегистрироваться и поучаствовать в работе, в том числе онлайн

Две недели назад у нас совместно с ЛЭСИ состоялся очень интересный семинар, посвящённый обсуждению теоретических подходов в социологии потребления. Почитать об этом коротко можно здесь: https://isp.hse.ru/news/868724552.html

А сегодня последует продолжение - совместный семинар ИСП и ЛЭСИ: "Социологические исследования потребления: научные центры базы данных" Докладчики: Валерия Александровна Кондратенко, Дарья Руслановна Лебедева
Присоединяйтесь!

#семинар
Санкции и контрсанкции активизировали на российском рынке труда процессы, которые начались несколько лет назад, в частности во время пандемии.

Нынешние тенденции могут привести к структурной трансформации отечественной занятости и изменению соотношения спроса и предложения в ряде важных отраслей и профессий. Это потребует новых подходов к формированию заработной платы, неформальной занятости и подготовке ряда специалистов.

Как рынок труда реагирует на нерыночные шаги? Какие трансформации ему предстоят? Чтобы ответить на эти и многие другие вопросы, научный центр мирового уровня «Центр междисциплинарных исследований человеческого потенциала» провел онлайн-семинар «Российский рынок труда в условиях санкционного давления».

Подробнее читайте на нашем сайте: https://ncmu.hse.ru/news/869008468.html

Конец календарного года - горячая пора с завершением многих исследований, которые мы вели в текущем году. Поэтому редко удается здесь о чем-то писать. Но вот в эту пятницу 24 ноября с 16:00 до 18:00 мы будем публично представлять результаты одного из очень любопытных исследований, которое мы провели совместно с коллегами из Центра культурно-социологических исследований. Оно посвящено технологиям укрепления человека - тому, как их воспринимает население - видит ли какие-то возможности, страшится ли каких-то негативных последствий. Теоретическая рамка работы была задана положениями социальных исследований науки и технологий, социологии культуры, социологии потребления и концепции возможностей А. Сена. Эмпирической основой исследования стали материалы проведенных летом 2023 года 12 фокус-групповых дискуссий с мужчинами и женщинами 20-49 лет, проживающих в Москве, крупных и средних городах и различающихся по уровню профессионального образования и дохода. О результатах расскажем на семинаре "Социальные и культурные аспекты восприятия технологий укрепления человека: от понимания механизмов к описанию рисков", который полностью пройдет в ОНЛАЙН формате. Поэтому – регистрируйтесь и подключайтесь!