Forwarded from Григорий Голосов
Григорий Голосов
Photo
На картинке – избирательный бюллетень, который будет использоваться на предстоящих в Венесуэле в воскресенье выборах. Усатая физиономия – это президент Мадуро, который фигурирует в бюллетене 13 раз, по числу выдвинувших его организаций. В отличие от предыдущих выборов, есть в бюллетене и кандидат от настоящей оппозиции, Эдмундо Гонсалес (на остальных фотографиях – выпущенные против него спойлеры). Мадуро, вопреки договоренностям с США, которые пообещали снять санкции за честные выборы, сначала не допустил участия популярной оппозиционерки Марии Мачадо, а потом и назначенной ею сменщицы. Но, видимо, кто-то ему указал, что бог не всегда любит троицу, так что не очень широко известный юрист Гонсалес все-таки оказался в бюллетене. Теперь, согласно почти всем опросам, он опережает Мадуро, по некоторым – весьма значительно. По правде сказать, у венесуэльцев не осталось причин особенно любить нынешний режим. Он довел страну до нищеты своей дурной экономической политикой и попаданием под санкции. Но даже у левых теперь нет причин его поддерживать, потому что в последние годы от «социализма 21 века» в Венесуэле ничего не осталось, кроме антиамериканской риторики. Она превратилась в обычную страну хищнического капитализма вроде Гондураса, с той только разницей, что капиталисты в Венесуэле – скорее силовики, чем бандиты. Впрочем, работающая на правительство поллстерская служба предсказывает уверенную победу Мадуро.
#григорийголосов #выборы #венесуэла
#григорийголосов #выборы #венесуэла
👍19❤5🔥5
Григорий Голосов
На картинке – избирательный бюллетень, который будет использоваться на предстоящих в Венесуэле в воскресенье выборах. Усатая физиономия – это президент Мадуро, который фигурирует в бюллетене 13 раз, по числу выдвинувших его организаций. В отличие от предыдущих…
Хорошая серия постов на канале kremlin in the boys room о текущих событиях в Венесуэле и параллелях с современной РФ и о том, как автократы используют понятие государственного суверенитета, параллельно ограничивая национальный.
У этих двух режимов действительно есть общие черты: 1) оба — персоналистские гегемонические электоральные автократии, согласно данным V-Dem и данных по типологии автократий Геддес, Райта и Франц; 2) и там, и там установился правопорядок, который можно охарактеризовать как недостойное правление: нет верховенства права, низкое качество госуправления, государство работает на извлечение ренты в пользу немногих. Однако, по сравнению с Венесуэлой, РФ — это просто образцовое эффективное государство:
World Governance Indicators Всемирного банка (см. картинку ниже) демонстрируют поразительную разницу между странами. При этом, держите в голове, что Россия по всем этим показателям находится ниже средних мировых значений. Просто представьте, насколько в Венесуэле огромные проблемы с дееспособностью государства.
И тут самое время перечитать мой старый пост о том, как вообще оценивают дееспособность государства и почему большое и сильное государство — это не совсем одно и то же.
У этих двух режимов действительно есть общие черты: 1) оба — персоналистские гегемонические электоральные автократии, согласно данным V-Dem и данных по типологии автократий Геддес, Райта и Франц; 2) и там, и там установился правопорядок, который можно охарактеризовать как недостойное правление: нет верховенства права, низкое качество госуправления, государство работает на извлечение ренты в пользу немногих. Однако, по сравнению с Венесуэлой, РФ — это просто образцовое эффективное государство:
За годы «правления» страной сумасшедший водитель автобуса нанес Венесуэле ущерб, несравнимый с иной вражеской оккупацией. Минус 75% ВВП, минус четверть населения страны, коллапс инфраструктуры, полномасштабное сотрудничество с ОПГ ради удержания власти — нет такого позора и такого бесстыдства, на которое не пошел Мадуро, талантливый в вопросе удержания власти и абсолютно бездарный во всем остальном.
World Governance Indicators Всемирного банка (см. картинку ниже) демонстрируют поразительную разницу между странами. При этом, держите в голове, что Россия по всем этим показателям находится ниже средних мировых значений. Просто представьте, насколько в Венесуэле огромные проблемы с дееспособностью государства.
И тут самое время перечитать мой старый пост о том, как вообще оценивают дееспособность государства и почему большое и сильное государство — это не совсем одно и то же.
Telegram
kremlin in the boys room
Правители против суверенитета
Сегодня в далеком Каракасе снова начались полноценные массовые беспорядки. Поводом послужили тотально сфальсифицированные выборы, на которых ненавидимый, кажется, уже всеми Николас Мадуро заработал издевательский 51% «голосов».…
Сегодня в далеком Каракасе снова начались полноценные массовые беспорядки. Поводом послужили тотально сфальсифицированные выборы, на которых ненавидимый, кажется, уже всеми Николас Мадуро заработал издевательский 51% «голосов».…
❤17👍5
Политфак на связи
Хорошая серия постов на канале kremlin in the boys room о текущих событиях в Венесуэле и параллелях с современной РФ и о том, как автократы используют понятие государственного суверенитета, параллельно ограничивая национальный. У этих двух режимов действительно…
Картинка к публикации выше — оцените разницу между Венесуэлой и РФ.
— Voice and Accountability: уровень политических прав и гражданских свобод.
— Political Stability and Absence of Violence/Terrorism: вероятность политической нестабильности или насильственных действий.
— Government Effectiveness: качество государственных услуг, профессионализм государственной службы, степень независимости госслужащих от политического давления, а также качество разработки и реализации правительственной политики.
— Regulatory Quality: способность правительства разрабатывать и реализовывать адекватные правила и законы, которые способствуют развитию частного сектора.
— Rule of Law: уровень доверия к правовой системе, соблюдение законов, а также качество защиты прав собственности и соблюдение контрактов.
— Control of Corruption: степень распространенности коррупции среди государственных служащих и политиков.
Мой старый пост по теме дееспособности государства👇
— Voice and Accountability: уровень политических прав и гражданских свобод.
— Political Stability and Absence of Violence/Terrorism: вероятность политической нестабильности или насильственных действий.
— Government Effectiveness: качество государственных услуг, профессионализм государственной службы, степень независимости госслужащих от политического давления, а также качество разработки и реализации правительственной политики.
— Regulatory Quality: способность правительства разрабатывать и реализовывать адекватные правила и законы, которые способствуют развитию частного сектора.
— Rule of Law: уровень доверия к правовой системе, соблюдение законов, а также качество защиты прав собственности и соблюдение контрактов.
— Control of Corruption: степень распространенности коррупции среди государственных служащих и политиков.
Мой старый пост по теме дееспособности государства👇
👍13❤2
Forwarded from Политфак на связи
Сильное и большое государство — это одно и то же?
Недавно на стриме Светова и Штефанова случилась дискуссия о том, можно ли считать КНДР сильным государством. Ожидаемо, Светов отвечает на этот вопрос утвердительно — ведь госаппарат в этой стране контролирует чуть ли не все сферы общественной жизни. Штефанов же ссылается на то, что в Северной Корее нет сильных институтов, сдерживающих власть диктатора, а значит и государство там слабое. Кто же прав?
Начнем с того, что ставить знак равно между сильным и большим государством действительно некорректно — бюрократический аппарат может формально обладать широчайшими полномочиями, но при этом быть не способным эффективно распоряжаться ими на практике. В реальной жизни политическая воля никогда полноценно не трансформируется в желаемый результат.
Понять эту разницу помогает концепт state capacity — способности государства реализовывать свои задачи, особенно в условиях сопротивления со стороны влиятельных групп или внешних обстоятельств. Собирать ресурсы, организовывать коллективное действие, поддерживать выполнение своих требований элитами, чиновниками и населением. Этот концепт отражает принципал-агентскую проблему — противоречие интересов владельца актива (принципала) и акторов (агентов), действующих по его поручению. В нашем случае речь идет о противоречии интересов политиков, которые хотят реализовывать свои цели с помощью административных инструментов, бюрократии, которая непосредственно должна выполнять поручения сверху, и всех остальных, которые должны действовать в соответствии с решениями власти.
Существуют разные подходы к оценке дееспособности государства. Можно как смотреть на результат, — насколько государство справляется со своими задачами, собирает налоги и проводит в жизнь свои политики, — так и на то, как именно оно функционирует — смотреть на процедуры и правила игры: контроль над силовым аппаратом, автономность бюрократии от интересов частных лиц, качество политических институтов. В первом случае наиболее общими показателями state capacity оказываются результаты кросс-национальных опросов, где респонденты из определенных социальных групп (бизнес, академия, представители гражданского общества) отзываются о качестве бюрократии в своей стране, а также оценка собираемости налогов. Во втором — анализ институтов, здесь можно вспомнить о проектах вроде Polity IV, V-Dem или Worldwide Governance Indicators Всемирного банка.
Определиться с тем, что такое «большое государство», сложнее. Предположим, что под этим подразумевается оценка доли государственного сектора в экономике (например доля госрасходов от ВВП), уровня налогообложения, зарегулированности бизнеса — анализом этого занимаются международные организации вроде МВФ или консалтинговые фирмы. Возможно, насколько элиты ограничивают политическую конкуренцию — см. проекты, которые я приводил в пример в предыдущем абзаце. Совместить множество этих индикаторов пробует и либертарианский think-tank институт Катона в своем Freedom Index — на мой взгляд, весьма успешно.
Стоит оговориться, что ни один из способов оценки «большого» или «сильного» государства не является идеальным и имеет как свои преимущества, так и недостатки, связанные с методологией исследования или качеством данных.
Подводя итоги, мне кажется, что в нашем либертарианском пузыре (и не только в нем) давно смешались эти две оценки, хотя по факту они не являются синонимичными. Могут ли государства быть большими и слабыми? Да, конечно — см. ту же КНДР, Венесуэлу или Туркменистан. Могут ли быть компактными и сильными? Тоже да — см. Ирландию, Швейцарию или некоторые страны Восточной Европы.
Недавно на стриме Светова и Штефанова случилась дискуссия о том, можно ли считать КНДР сильным государством. Ожидаемо, Светов отвечает на этот вопрос утвердительно — ведь госаппарат в этой стране контролирует чуть ли не все сферы общественной жизни. Штефанов же ссылается на то, что в Северной Корее нет сильных институтов, сдерживающих власть диктатора, а значит и государство там слабое. Кто же прав?
Начнем с того, что ставить знак равно между сильным и большим государством действительно некорректно — бюрократический аппарат может формально обладать широчайшими полномочиями, но при этом быть не способным эффективно распоряжаться ими на практике. В реальной жизни политическая воля никогда полноценно не трансформируется в желаемый результат.
Понять эту разницу помогает концепт state capacity — способности государства реализовывать свои задачи, особенно в условиях сопротивления со стороны влиятельных групп или внешних обстоятельств. Собирать ресурсы, организовывать коллективное действие, поддерживать выполнение своих требований элитами, чиновниками и населением. Этот концепт отражает принципал-агентскую проблему — противоречие интересов владельца актива (принципала) и акторов (агентов), действующих по его поручению. В нашем случае речь идет о противоречии интересов политиков, которые хотят реализовывать свои цели с помощью административных инструментов, бюрократии, которая непосредственно должна выполнять поручения сверху, и всех остальных, которые должны действовать в соответствии с решениями власти.
Существуют разные подходы к оценке дееспособности государства. Можно как смотреть на результат, — насколько государство справляется со своими задачами, собирает налоги и проводит в жизнь свои политики, — так и на то, как именно оно функционирует — смотреть на процедуры и правила игры: контроль над силовым аппаратом, автономность бюрократии от интересов частных лиц, качество политических институтов. В первом случае наиболее общими показателями state capacity оказываются результаты кросс-национальных опросов, где респонденты из определенных социальных групп (бизнес, академия, представители гражданского общества) отзываются о качестве бюрократии в своей стране, а также оценка собираемости налогов. Во втором — анализ институтов, здесь можно вспомнить о проектах вроде Polity IV, V-Dem или Worldwide Governance Indicators Всемирного банка.
Определиться с тем, что такое «большое государство», сложнее. Предположим, что под этим подразумевается оценка доли государственного сектора в экономике (например доля госрасходов от ВВП), уровня налогообложения, зарегулированности бизнеса — анализом этого занимаются международные организации вроде МВФ или консалтинговые фирмы. Возможно, насколько элиты ограничивают политическую конкуренцию — см. проекты, которые я приводил в пример в предыдущем абзаце. Совместить множество этих индикаторов пробует и либертарианский think-tank институт Катона в своем Freedom Index — на мой взгляд, весьма успешно.
Стоит оговориться, что ни один из способов оценки «большого» или «сильного» государства не является идеальным и имеет как свои преимущества, так и недостатки, связанные с методологией исследования или качеством данных.
Подводя итоги, мне кажется, что в нашем либертарианском пузыре (и не только в нем) давно смешались эти две оценки, хотя по факту они не являются синонимичными. Могут ли государства быть большими и слабыми? Да, конечно — см. ту же КНДР, Венесуэлу или Туркменистан. Могут ли быть компактными и сильными? Тоже да — см. Ирландию, Швейцарию или некоторые страны Восточной Европы.
Telegram
Александр Штефанов
🇰🇵 Весьма любопытный для политолога вопрос подняли на недавнем стриме "иноагенты" Михаил Светов и Александр Штефанов: является ли Северная Корея слабым государством? Штефанов выдвинул контринтуитивный тезис, что да, КНДР – это откровенно слабое государство.…
👍24
Не последняя тема, которая мне интересна — это Public Policy, то, как вырабатывается, принимается и реализуется государственная политика, особенно в недемократическом контексте. Увы, в современной России запросы со стороны общества обычно остаются не услышанными властями, поскольку у граждан практически отсутствуют эффективные инструменты по лоббизму своих интересов — партии, которые работают в условиях конкурентной политики, а также независимые от государства НКО. Поэтому на разных стадиях политического цикла главенствующую роль играют интересы малых групп: бюрократических структур, корпораций или отдельных индивидов. Особенно это заметно в градостроительной сфере.
Недавно мой хороший приятель, городской планировщик Даниил Воронин, вместе с коллегами презентовал исследование — «Комфортный Невский проспект». Силами волонтерской команды ребятам удалось сделать действительно интересный проект, который неплохо зафорсился в профессиональной среде архитекторов и урбанистов, а также цитировался в СМИ.
Тайминг презентации работы был выбран удачно — уже в сентябре в Петербурге пройдут муниципальные и губернаторские выборы. В условиях конкурентной политики команда могла бы привлекать кандидатов в муниципальные депутаты и губернаторы для оценки проекта. Возможно, кто-то из политиков или партий мог бы публично поддержать его, чтобы перетянуть на свою сторону часть заинтересованного в преобразовании главной улицы города избирателей, а также профессионалов из индустрии. Но, поскольку таких условий, к сожалению, пока не наблюдается, проект скорее является просветительским, а также хорошим примером инициативы по изменениям города снизу, а не сверху.
Рекомендую всем читателям-петербуржцам ознакомиться.
Недавно мой хороший приятель, городской планировщик Даниил Воронин, вместе с коллегами презентовал исследование — «Комфортный Невский проспект». Силами волонтерской команды ребятам удалось сделать действительно интересный проект, который неплохо зафорсился в профессиональной среде архитекторов и урбанистов, а также цитировался в СМИ.
Тайминг презентации работы был выбран удачно — уже в сентябре в Петербурге пройдут муниципальные и губернаторские выборы. В условиях конкурентной политики команда могла бы привлекать кандидатов в муниципальные депутаты и губернаторы для оценки проекта. Возможно, кто-то из политиков или партий мог бы публично поддержать его, чтобы перетянуть на свою сторону часть заинтересованного в преобразовании главной улицы города избирателей, а также профессионалов из индустрии. Но, поскольку таких условий, к сожалению, пока не наблюдается, проект скорее является просветительским, а также хорошим примером инициативы по изменениям города снизу, а не сверху.
Рекомендую всем читателям-петербуржцам ознакомиться.
❤10😢7
Об особенностях медиапотребления в текущий кризисный период
Недавно в медиа появилось исследование проекта психологической помощи Without Prejudice, посвященное изменениям в потреблении новостей россиянами. Авторы провели серию глубинных интервью и несколько опросов среди подписчиков и клиентов сервиса, в которых приняли участие 120 респондентов. Участники отвечали на вопросы о своем медиапотреблении в последние годы в условиях текущих политических кризисов. В исследовании отмечается: «65% респондентов (78 человек) сознательно или неосознанно отказались или значительно сократили потребление новостного контента».
Многие СМИ и телеграм-каналы устремились писать заголовки в стиле «65% россиян стали читать меньше новостей». Однако такие выводы не могут быть сделаны на основе опроса 120 пользователей одного сервиса психологической поддержки, так как исследование основано на качественных методах (глубинные интервью), а не на количественных. Более важными и интересными являются развернутые ответы респондентов, их мотивация и аргументация.
Опыт моих коллег в медиа и академической сфере, которые изучают медиапотребление россиян, подтверждает, что во время значимых событий (начало боевых действий, мобилизация, военный мятеж) активность аудитории резко возрастает — люди стремятся быть в курсе последних новостей. Но затем наблюдается постепенное снижение числа подписчиков, просмотров и шеров постов. Это нормально: потребители контента не могут постоянно находиться в состоянии стресса и поэтому нормализуют или рутинизируют для себя экстраординарные события.
О сути феноменов нормализации и рутинизации, разнице между ними, можно почитать в этой колонке социолога Виктора Вахштайна:
Наиболее близким к текущей ситуации в плане медиапотребления в кризисный период, на мой взгляд, является кризис COVID-19 — также значимое и необычное событие. Благо, оно уже хорошо изучено. В литературе по теме — количественных исследованиях и мета-исследованиях — можно найти следующие выводы:
— существует положительная связь между потреблением новостей о COVID-19 и уровнем психологического стресса;
— повышенное потребление таких новостей связано с ростом проблем с ментальным и физическим здоровьем;
— существует множество исследований, подтверждающих наличие подобных связей у аудитории соцсетей, чем у потребителей традиционных медиа.
Поэтому в таком поведении аудитории российских СМИ, которая все больше отказывается потреблять новости, нет ничего особенного — подобные процессы являются нормальной человеческой реакцией.
Недавно в медиа появилось исследование проекта психологической помощи Without Prejudice, посвященное изменениям в потреблении новостей россиянами. Авторы провели серию глубинных интервью и несколько опросов среди подписчиков и клиентов сервиса, в которых приняли участие 120 респондентов. Участники отвечали на вопросы о своем медиапотреблении в последние годы в условиях текущих политических кризисов. В исследовании отмечается: «65% респондентов (78 человек) сознательно или неосознанно отказались или значительно сократили потребление новостного контента».
Многие СМИ и телеграм-каналы устремились писать заголовки в стиле «65% россиян стали читать меньше новостей». Однако такие выводы не могут быть сделаны на основе опроса 120 пользователей одного сервиса психологической поддержки, так как исследование основано на качественных методах (глубинные интервью), а не на количественных. Более важными и интересными являются развернутые ответы респондентов, их мотивация и аргументация.
Опыт моих коллег в медиа и академической сфере, которые изучают медиапотребление россиян, подтверждает, что во время значимых событий (начало боевых действий, мобилизация, военный мятеж) активность аудитории резко возрастает — люди стремятся быть в курсе последних новостей. Но затем наблюдается постепенное снижение числа подписчиков, просмотров и шеров постов. Это нормально: потребители контента не могут постоянно находиться в состоянии стресса и поэтому нормализуют или рутинизируют для себя экстраординарные события.
О сути феноменов нормализации и рутинизации, разнице между ними, можно почитать в этой колонке социолога Виктора Вахштайна:
Нормализация — это процесс, при котором меняется мышление человека: то, что еще недавно воспринималось как совершенно неприемлемое, начинает казаться обоснованным и закономерным. <...> Рутинизация — это процесс, при котором те или иные феномены становятся частью повседневности для большого количества людей. При этом совсем не обязательно, чтобы общество воспринимало их как норму — эти вещи лишь являются частью быта.
Наиболее близким к текущей ситуации в плане медиапотребления в кризисный период, на мой взгляд, является кризис COVID-19 — также значимое и необычное событие. Благо, оно уже хорошо изучено. В литературе по теме — количественных исследованиях и мета-исследованиях — можно найти следующие выводы:
— существует положительная связь между потреблением новостей о COVID-19 и уровнем психологического стресса;
— повышенное потребление таких новостей связано с ростом проблем с ментальным и физическим здоровьем;
— существует множество исследований, подтверждающих наличие подобных связей у аудитории соцсетей, чем у потребителей традиционных медиа.
Поэтому в таком поведении аудитории российских СМИ, которая все больше отказывается потреблять новости, нет ничего особенного — подобные процессы являются нормальной человеческой реакцией.
👍15
Согласно официальным результатам президентских выборов в Венесуэле, которые озвучила Национальная избирательная комиссия, Николас Мадуро получил 51.20000%, кандидат от оппозиции Эрмундо Гонсалес — 44.20000%, прочие — 4.60000%. Подробные результаты выборов с разбивкой по комиссиям все еще официально не опубликованы.
Электоральный аналитик Роман Удот пишет:
Верим?
Альтернативные подсчеты на базе оцифрованных протоколов 997 избирательных комиссий, мягко говоря, отличаются: 66.12% за Гонсалеса, 31.39% за Мадуро, 2.49% за остальных при явке в 66.12%.
Электоральный аналитик Роман Удот пишет:
Вероятность такого события для одного кандидата: одна десятитысячная = 1/ 10 000. Для тех данных, которые есть (две статистически независимые величины из трёх) = произведение вероятностей или одна стомиллионная. Если вы одним движением выберете правильную песчинку (1 мг) в стокилограммовой куче песка, то вы повторите головокружительный трюк Избирательной комиссии Венесуэлы.
Верим?
Альтернативные подсчеты на базе оцифрованных протоколов 997 избирательных комиссий, мягко говоря, отличаются: 66.12% за Гонсалеса, 31.39% за Мадуро, 2.49% за остальных при явке в 66.12%.
👍23😁3🤔1
Вчера состоялось по-настоящему великое событие — сразу несколько наших сограждан оказались на свободе и воссоединились с родными, чему я невероятно рад. О случившимся пишут как об историческом моменте и не зря — случившийся обмен очень сильно напоминает по формату аналогичные акции между СССР и западными странами во времена Холодной войны:
— 1976: СССР обменивает советского диссидента Владимира Буковского на генсека Компартии Чили Луиса Корвалана. Буковский находился в заключении с 1972 года за антисоветскую деятельность, а Корвалана посадил режим Пиночета. Переговорам между СССР и Чили поспособствовал Госдеп США — обоим авторитарным режимам было важно продемонстрировать свой гуманизм для внешних наблюдателей.
— 1979: арестованных в США агентов КГБ, работавших под прикрытием в ООН — Рудольфа Черняева и Вальдика Энгера — обменяли сразу на группу заключенных советских диссидентов: Александра Гинзбурга, Эдуарда Кузнецова, Марка Дымшица, Валентина Мороза и Георгия Винса. Обменяли граждан СССР на граждан СССР, то есть примерно так же, как случилось вчера.
— 1986: диссидента и важного деятеля сионистского движения Натана Щаранского обменяли на пятерых задержанных на Западе агентов СССР и стран Восточного блока. В этом же году члена Московской Хельсинкской группы Юрия Орлова и американского журналиста Николаса Данилоффа обменяли на советского сотрудника ООН Геннадия Захарова, которого задержали в США по обвинению в шпионаже. Перед высылкой Юрия Орлова лишили гражданства СССР.
Пожалуй, наиболее значительным различием между обменами того периода и нынешним является невозможность легальной высылки из страны и лишения гражданства Российской Федерации — это напрямую запрещено Конституцией РФ в неизменяемой ее части. Советские же власти прибегали к этой практике относительно часто — просто лишали гражданства и высылали на Запад нелояльных режиму активистов.
— 1976: СССР обменивает советского диссидента Владимира Буковского на генсека Компартии Чили Луиса Корвалана. Буковский находился в заключении с 1972 года за антисоветскую деятельность, а Корвалана посадил режим Пиночета. Переговорам между СССР и Чили поспособствовал Госдеп США — обоим авторитарным режимам было важно продемонстрировать свой гуманизм для внешних наблюдателей.
— 1979: арестованных в США агентов КГБ, работавших под прикрытием в ООН — Рудольфа Черняева и Вальдика Энгера — обменяли сразу на группу заключенных советских диссидентов: Александра Гинзбурга, Эдуарда Кузнецова, Марка Дымшица, Валентина Мороза и Георгия Винса. Обменяли граждан СССР на граждан СССР, то есть примерно так же, как случилось вчера.
— 1986: диссидента и важного деятеля сионистского движения Натана Щаранского обменяли на пятерых задержанных на Западе агентов СССР и стран Восточного блока. В этом же году члена Московской Хельсинкской группы Юрия Орлова и американского журналиста Николаса Данилоффа обменяли на советского сотрудника ООН Геннадия Захарова, которого задержали в США по обвинению в шпионаже. Перед высылкой Юрия Орлова лишили гражданства СССР.
Пожалуй, наиболее значительным различием между обменами того периода и нынешним является невозможность легальной высылки из страны и лишения гражданства Российской Федерации — это напрямую запрещено Конституцией РФ в неизменяемой ее части. Советские же власти прибегали к этой практике относительно часто — просто лишали гражданства и высылали на Запад нелояльных режиму активистов.
Telegram
Faridaily
❗️Власти России выдали на Запад группу политзаключенных. Это самый крупный подобный обмен со времен СССР
Факт обмена официально подтвердили власти США. Обмен состоялся между Россией, Беларусью, США, Германией, Польшей, Норвегией и Словенией.
Кого выдали…
Факт обмена официально подтвердили власти США. Обмен состоялся между Россией, Беларусью, США, Германией, Польшей, Норвегией и Словенией.
Кого выдали…
❤16🔥1
Политфак на связи
Картинка к публикации выше — оцените разницу между Венесуэлой и РФ. — Voice and Accountability: уровень политических прав и гражданских свобод. — Political Stability and Absence of Violence/Terrorism: вероятность политической нестабильности или насильственных…
Хороший краткий политэкономический разбор Венесуэлы — очень печальная история о том, как наличие огромных запасов энергетических ресурсов не сделало страну процветающей, и как в стране возникла электоральная автократия, которая долгие годы держалась на перераспределении нефтяной ренты в пользу населения вместо развития.
Telegram
Григорий Баженов
Венесуэла - страна мечты?
В связи с происходящими события в Венесуэле активизировались по обыкновению товарищи, которые очень любят рассказывать о небывалых достижениях социализма в отдельно взятой латиноамериканской стране (во всяком случае, об этом сообщают…
В связи с происходящими события в Венесуэле активизировались по обыкновению товарищи, которые очень любят рассказывать о небывалых достижениях социализма в отдельно взятой латиноамериканской стране (во всяком случае, об этом сообщают…
👍15
Автократии против демократий
В журнале The Tocqueville Review вышла любопытная статья Сергея Гуриева* "Autocracy vs. Democracy ? A New Geopolitical Landscape in France, Europe, and The United States" (2024). Это обзорный материал, в котором суммируются инсайты из актуальной литературы по теме третьей волны автократизации. Абстрагируясь от личности автора, я могу сказать, что это действительно интересная работа. Вот ее основные выводы:
— В мире происходит третья волна автократизации — авторитарных режимов становится все больше, хотя доля демократий все равно остается на историческом максимуме. Вес недемократических режимов в мировой экономике вырос по сравнению с прошлыми десятилетиями. Среди источников автор ссылается в том числе на статью Трейсмана "How Great is the Current Danger to Democracy? Assessing the Risk With Historical Data" (2023), которую также рекомендую к прочтению.
— Гуриев* делит современные автократии на четыре условные группы, которые отличаются подходом к политике и экономике: нефтяные монархии, традиционные диктатуры, «диктатуры обмана» и Китай как уникальный кейс.
— Нефтяные диктатуры — монархии Персидского залива, чей путь экономического успеха сложно повторить кому-либо, поскольку у других стран нет таких объемов энергоресурсов на душу населения.
— Традиционные диктатуры — испытывают проблемы с экономическим ростом, легитимностью и поэтому чаще прибегают к репрессивному аппарату.
— Диктатуры обмана — см. мой пересказ книги Гуриева и Трейсмана по теме.
— Китай — испытывал несколько десятилетий бурного экономического роста благодаря реформам Дэн Сяопина. Политическая система Китая была уникальной и эффективной: региональный децентрализованный авторитаризм, который обеспечивал конкуренцию между частями страны, а также меритократическая система сменяемости власти внутри КПК. Однако за последние годы мы наблюдаем рост персонализации режима и централизации власти при Си Цзиньпине, а также замедление экономического роста Китая.
— Несмотря на экономические успехи, демократии испытывают кризис и становятся все менее привлекательными ориентирами для других стран. Главная проблема для современных демократий — рост популизма. Происходит это из-за нескольких причин: последствие экономического кризиса 2008 года, противоречия, вызванные глобализацией, распространение интернета и соцсетей.
В целом, довольно интересная статья с качественным обзором актуальной литературы. На мой взгляд, единственный реальный недостаток работы — это дискуссия о популизме. Знаю, что у Сергея Маратовича* есть много других статей по теме, в которых везде используется один и тот же подход к концептуализации популистов — как политиков, которые противопоставляют себя политическим элитам. Это вполне мейнстримный, однако не единственный подход — его критику можно почитать в статье Андреаса Шедлера "Again, what is populism?" (2023), либо в этой колонке автора телеграм-канала «Бундесканцлер» во «Фронде».
* — включен в список террористов и экстремистов.
В журнале The Tocqueville Review вышла любопытная статья Сергея Гуриева* "Autocracy vs. Democracy ? A New Geopolitical Landscape in France, Europe, and The United States" (2024). Это обзорный материал, в котором суммируются инсайты из актуальной литературы по теме третьей волны автократизации. Абстрагируясь от личности автора, я могу сказать, что это действительно интересная работа. Вот ее основные выводы:
— В мире происходит третья волна автократизации — авторитарных режимов становится все больше, хотя доля демократий все равно остается на историческом максимуме. Вес недемократических режимов в мировой экономике вырос по сравнению с прошлыми десятилетиями. Среди источников автор ссылается в том числе на статью Трейсмана "How Great is the Current Danger to Democracy? Assessing the Risk With Historical Data" (2023), которую также рекомендую к прочтению.
— Гуриев* делит современные автократии на четыре условные группы, которые отличаются подходом к политике и экономике: нефтяные монархии, традиционные диктатуры, «диктатуры обмана» и Китай как уникальный кейс.
— Нефтяные диктатуры — монархии Персидского залива, чей путь экономического успеха сложно повторить кому-либо, поскольку у других стран нет таких объемов энергоресурсов на душу населения.
— Традиционные диктатуры — испытывают проблемы с экономическим ростом, легитимностью и поэтому чаще прибегают к репрессивному аппарату.
— Диктатуры обмана — см. мой пересказ книги Гуриева и Трейсмана по теме.
— Китай — испытывал несколько десятилетий бурного экономического роста благодаря реформам Дэн Сяопина. Политическая система Китая была уникальной и эффективной: региональный децентрализованный авторитаризм, который обеспечивал конкуренцию между частями страны, а также меритократическая система сменяемости власти внутри КПК. Однако за последние годы мы наблюдаем рост персонализации режима и централизации власти при Си Цзиньпине, а также замедление экономического роста Китая.
— Несмотря на экономические успехи, демократии испытывают кризис и становятся все менее привлекательными ориентирами для других стран. Главная проблема для современных демократий — рост популизма. Происходит это из-за нескольких причин: последствие экономического кризиса 2008 года, противоречия, вызванные глобализацией, распространение интернета и соцсетей.
В целом, довольно интересная статья с качественным обзором актуальной литературы. На мой взгляд, единственный реальный недостаток работы — это дискуссия о популизме. Знаю, что у Сергея Маратовича* есть много других статей по теме, в которых везде используется один и тот же подход к концептуализации популистов — как политиков, которые противопоставляют себя политическим элитам. Это вполне мейнстримный, однако не единственный подход — его критику можно почитать в статье Андреаса Шедлера "Again, what is populism?" (2023), либо в этой колонке автора телеграм-канала «Бундесканцлер» во «Фронде».
* — включен в список террористов и экстремистов.
👍21🔥3👏3😁2❤1😢1
Дорогие подписчики — автор канала в небольшом отпуске, поэтому нечасто пишет посты.
На что я сейчас хочу обратить внимание так это на ситуацию в Курской области, где мирные жители страдают от боевых действий. Регион для меня не чужой — там живут мои дальние родственники и прошло детство многих предков.
Делюсь с вами постом о том, как можно поддержать курян прямо сейчас 👇
На что я сейчас хочу обратить внимание так это на ситуацию в Курской области, где мирные жители страдают от боевых действий. Регион для меня не чужой — там живут мои дальние родственники и прошло детство многих предков.
Делюсь с вами постом о том, как можно поддержать курян прямо сейчас 👇
❤8
Forwarded from журнал ТОХА
Вы сами знаете: в Курской области полная жесть, сводки тут пересказывать будет совсем лишним. Как помочь мирным?
— Если хочется помочь попавшим в беду напрямую. Частных инициатив с развозом гуманитарки я пока не видел, в целом это сейчас наверное не очень безопасно.
НО: на адрес того же «Красного креста» без проблем можно через «Самокат» заказать вещи первой необходимости: у меня, например, это вода, средства гигиены. Если захотите — можете зефирок купить каких, лишним для бабушек и дедушек в ПВР это не будет. Сейчас в «Самокате» минимальная сумма заказа от 1100 рублей, буквально цена такси до работы и не очень вкусного кофе у офиса.
— Для всех жителей приграничья (Белгородская, Брянская, Курская области) есть сбор на переселение в более безопасные места. Сбор прозрачный, распределение средств справедливое (оплачивают норм квартиру в безопасном регионе на три месяца — достаточно, чтобы встать на ноги и найти работу), отчеты из «Барыни» покидаю в комменты. Собрано больше 25 млн рублей — но вы можете закинуть хоть чирик и это будет посильным вкладом. Вчера я перевел на этот сбор 4 тысячи рублей.
— Также аналогичный проект, «Разместим», есть у команды Масима Каца. Это c2c площадка по связи тех, у кого есть свободное жильё в безопасных регионах с теми, кому оно реально нужно. Изучить проект и поддержать его деньгами/объявлением можно через контакты в Ноушене.
— Для финансовой помощи непосредственно на месте есть счёт Курского отделения «Красного креста». Что такое «Красный крест», думаю, знают все. Реквизиты — ниже, специально в таком формате, чтобы их можно было скопировать.
— Если хочется помочь попавшим в беду напрямую. Частных инициатив с развозом гуманитарки я пока не видел, в целом это сейчас наверное не очень безопасно.
НО: на адрес того же «Красного креста» без проблем можно через «Самокат» заказать вещи первой необходимости: у меня, например, это вода, средства гигиены. Если захотите — можете зефирок купить каких, лишним для бабушек и дедушек в ПВР это не будет. Сейчас в «Самокате» минимальная сумма заказа от 1100 рублей, буквально цена такси до работы и не очень вкусного кофе у офиса.
— Для всех жителей приграничья (Белгородская, Брянская, Курская области) есть сбор на переселение в более безопасные места. Сбор прозрачный, распределение средств справедливое (оплачивают норм квартиру в безопасном регионе на три месяца — достаточно, чтобы встать на ноги и найти работу), отчеты из «Барыни» покидаю в комменты. Собрано больше 25 млн рублей — но вы можете закинуть хоть чирик и это будет посильным вкладом. Вчера я перевел на этот сбор 4 тысячи рублей.
— Также аналогичный проект, «Разместим», есть у команды Масима Каца. Это c2c площадка по связи тех, у кого есть свободное жильё в безопасных регионах с теми, кому оно реально нужно. Изучить проект и поддержать его деньгами/объявлением можно через контакты в Ноушене.
— Для финансовой помощи непосредственно на месте есть счёт Курского отделения «Красного креста». Что такое «Красный крест», думаю, знают все. Реквизиты — ниже, специально в таком формате, чтобы их можно было скопировать.
Получатель: КРО РКК
ИНН: 4632251060
БИК: 044525411
КПП: 463201001
Р/С: 40703810111490000009
Назначение: Добровольное пожертвование для жителей приграничья
❤19😁3🤔2
Forwarded from Campaign Insider | Павел Дубравский
Выборы в Венесуэле были сфальсифицированы и у оппозиции есть доказательства
Специально ждал, пока после выборов в Венесуэле появится больше информации о процессе подсчёта голосов. Напомню, что Николас Мадуро выиграл с 51% против прокси-кандидата от оппозиции Эдмундо Гонсалеса Уррутиа, который получил 43%.
Если про первого вы точно слышали, то второй — дед из прошлого страны, который в 90-е, а затем нулевые работал послом и дипломатом. Это аватар оппозиции, за его спиной стоит непрогибаемая Мария Мачадо. Женщина, которая заслуживает отдельного лонгрида и даже книги.
Всё, что нужно о ней знать в рамках этого поста — она победила на всеобщих праймериз оппозиции с более, чем 90% голосов. Её поддержал когда-то самопровозглашённый исполняющий обязанности президента Хуан Гуайдо, который представлял вторую половинку во время двоевластия в Венесуэле после прошлых выборов. И Мачадо не допустили до выборов по решению суда 🙂
На следующий день после выборов, Мачадо заявила, что они были нагло и грубо сфальсифицированы режимом Мадуро. The Carter Center отлично подытожил полевые условия, в которых они проходили: недопуск оппозиции, минимум информации для избирателей, усложнение процесса голосования. Понятно, что в авторитарных государствах они так и проходят, да и оппозиция часто заявляет, что выборы были украдены. Даже Трамп об этом говорил про США! Только тут ситуация немного другая.
Что сделала оппозиция в подтверждение своих слов:
1. Создала сайт с реальными результатами голосования на основе анализа итоговых протоколов с избирательных участков. Спойлер: везде победил Уррутиа. Результаты протоколов — залог массового наблюдения на выборах. (1 фото).Открывает только с VPN.
2. Предоставила акты о голосовании из электронных машин с QR-кодами. В Венесуэле вы тыкаете на машинку и голосуете, после она даёт вам бумажку с QR-кодом и всеми данными. Эти бумажки массово фотографировали и коллекционировали венесуэльцы для подтверждения реального голосования.
3. Журналисты The Washington Post и Associated Press проанализировали более 23 000 актов. (Фото 2). Эта выборка позволяет говорить примерно о подсчете результатов 80% машин для голосования. Наблюдатели сканировали итоговые протоколы, фотографировали и после передавали в единый оппозиционный штаб. Тысячи наблюдателей были задействованы в этой работе.
Во всех штатах страны победил Уррутиа. Сотрудники TWP анализировали только те акты, у которых есть верифицируемый QR-код: среди предоставленных оппозицией протоколов 97% подходили под этот критерий.
Чтобы верифицировать и эти данные, журналисты запросили у оппозиции отсканированные документы с избирательных участков (3 и 4 фото). На них стоят уникальный код, дата, время, когда они были напечатаны, подписи членов комиссии и цифровой водяной знак, а также подписи наблюдателей.
Журналисты честно пишут, что реальных возможностей проверить достоверность печатных протоколов не так много. Сотрудники TWP не могут приехать в Венесуэлу в специальные «схроны», где их прячут. Но указанная на них информация позволяет подтвердить реальность актов — она совпадает с QR-кодами актов из электронных машин. Эти данные верны.
Параллельно с ними ту же работу проделали в AltaVistа, но на более скромном объёме данных. Они пришли к тем же выводам, что Мадуро проиграл эти выборы. (Фото 5).
Результаты за Урритиа также подтверждают exit-polls в день выборов, 65% против 14 до 31% за Мадуро.
Мадуро проиграл эти выборы: итоговыми результатами стали 67% голосов — Уррутиа, 30% — Мадуро. За первого проголосовало больше 7 миллионов человек, за второго — 3 миллиона.
США и 7 стран ЕС призвал Мадуро показать реальные протоколы и акты голосования, чтобы опровергнуть заявления оппозиции, но он этого не сделал. Избирком тихо признал его победителем выборов.
После выборов Мадуро уже задержал 2000 протестующих против его власти, призвал арестовать Уррутиа и Мачадо, регулировать все социальные сети в стране. Поведение реального и уверенного в своей победе политика. Ждём осень патриарха?
#Венесуэла
Специально ждал, пока после выборов в Венесуэле появится больше информации о процессе подсчёта голосов. Напомню, что Николас Мадуро выиграл с 51% против прокси-кандидата от оппозиции Эдмундо Гонсалеса Уррутиа, который получил 43%.
Если про первого вы точно слышали, то второй — дед из прошлого страны, который в 90-е, а затем нулевые работал послом и дипломатом. Это аватар оппозиции, за его спиной стоит непрогибаемая Мария Мачадо. Женщина, которая заслуживает отдельного лонгрида и даже книги.
Всё, что нужно о ней знать в рамках этого поста — она победила на всеобщих праймериз оппозиции с более, чем 90% голосов. Её поддержал когда-то самопровозглашённый исполняющий обязанности президента Хуан Гуайдо, который представлял вторую половинку во время двоевластия в Венесуэле после прошлых выборов. И Мачадо не допустили до выборов по решению суда 🙂
На следующий день после выборов, Мачадо заявила, что они были нагло и грубо сфальсифицированы режимом Мадуро. The Carter Center отлично подытожил полевые условия, в которых они проходили: недопуск оппозиции, минимум информации для избирателей, усложнение процесса голосования. Понятно, что в авторитарных государствах они так и проходят, да и оппозиция часто заявляет, что выборы были украдены. Даже Трамп об этом говорил про США! Только тут ситуация немного другая.
Что сделала оппозиция в подтверждение своих слов:
1. Создала сайт с реальными результатами голосования на основе анализа итоговых протоколов с избирательных участков. Спойлер: везде победил Уррутиа. Результаты протоколов — залог массового наблюдения на выборах. (1 фото).
2. Предоставила акты о голосовании из электронных машин с QR-кодами. В Венесуэле вы тыкаете на машинку и голосуете, после она даёт вам бумажку с QR-кодом и всеми данными. Эти бумажки массово фотографировали и коллекционировали венесуэльцы для подтверждения реального голосования.
3. Журналисты The Washington Post и Associated Press проанализировали более 23 000 актов. (Фото 2). Эта выборка позволяет говорить примерно о подсчете результатов 80% машин для голосования. Наблюдатели сканировали итоговые протоколы, фотографировали и после передавали в единый оппозиционный штаб. Тысячи наблюдателей были задействованы в этой работе.
Во всех штатах страны победил Уррутиа. Сотрудники TWP анализировали только те акты, у которых есть верифицируемый QR-код: среди предоставленных оппозицией протоколов 97% подходили под этот критерий.
Чтобы верифицировать и эти данные, журналисты запросили у оппозиции отсканированные документы с избирательных участков (3 и 4 фото). На них стоят уникальный код, дата, время, когда они были напечатаны, подписи членов комиссии и цифровой водяной знак, а также подписи наблюдателей.
Журналисты честно пишут, что реальных возможностей проверить достоверность печатных протоколов не так много. Сотрудники TWP не могут приехать в Венесуэлу в специальные «схроны», где их прячут. Но указанная на них информация позволяет подтвердить реальность актов — она совпадает с QR-кодами актов из электронных машин. Эти данные верны.
Параллельно с ними ту же работу проделали в AltaVistа, но на более скромном объёме данных. Они пришли к тем же выводам, что Мадуро проиграл эти выборы. (Фото 5).
Результаты за Урритиа также подтверждают exit-polls в день выборов, 65% против 14 до 31% за Мадуро.
Мадуро проиграл эти выборы: итоговыми результатами стали 67% голосов — Уррутиа, 30% — Мадуро. За первого проголосовало больше 7 миллионов человек, за второго — 3 миллиона.
США и 7 стран ЕС призвал Мадуро показать реальные протоколы и акты голосования, чтобы опровергнуть заявления оппозиции, но он этого не сделал. Избирком тихо признал его победителем выборов.
После выборов Мадуро уже задержал 2000 протестующих против его власти, призвал арестовать Уррутиа и Мачадо, регулировать все социальные сети в стране. Поведение реального и уверенного в своей победе политика. Ждём осень патриарха?
#Венесуэла
The Carter Center
Carter Center Statement on Venezuela Election
Venezuela’s 2024 presidential election did not meet international standards of electoral integrity and cannot be considered democratic.
👍12