Снова отметился обердоктор Гинцбург с заявлением, что «...дети с приходом дельта-штамма коронавируса стали болеть ковидом чаще, также отмечаются летальные исходы, поэтому нежелание родителя вакцинировать своего ребенка против данной инфекции — преступление...»

Нежелание — в уголовном кодексе такой статьи нет. «Не хочу» - это вообще базовое право любого человека, не требующее никаких обоснований. «...Предлагаю вам взять несколько журналов в пользу детей Германии - По полтиннику штука… Нет, не возьму. - Но почему вы отказываетесь? - Не хочу...» Было принято смеяться над этой сценой, и правда: «не хочу» - это абсолютно ясное основание для отказа.

Но Гинцбург переплюнул даже персонажей «Собачьего сердца». Теперь нужно обосновывать свой отказ. Доказывать, что ты — не преступник.

В нынешних условиях фашисты от медицины плюют на законодательство, право, конституцию, международные соглашения, концепции и законы. Теперь они обнуляют права человека, включая и естественные, которые вообще не могут быть формализованы.

Это Гинцбург должен доказывать безвредность своей мертвой воды, в которой (безвредности) остаются сомнения. Это Гинцбург должен доказывать угрозу, риск и опасность болезни, которая объявлена вопреки всем существующим правилам и нормам. Это Гинцбург должен доказывать, что отказ от медицинских опытов над своим ребенком — преступление родителя. Преступление перед кем, кстати? Это Гинцбург должен доказывать, что два года, в течение которых здравоохранение в стране как таковое уничтожено, никак не сказались на здоровье людей и детей. И возможно, что снижение здоровья людей связано не с неким мифическим вирусом, а с разгромом и уничтожением хоть как-то функционировавшей системы. А также с непрекращающимся террором и стрессом.

Мотивы Гинцбурга понятны. Он, во-первых, уже не может сдать назад. Вопрос о его преступной деятельности в таком случае встанет неизбежно. Во-вторых, он обязан продавать как можно больше своей «вакцины» (если, конечно, к веществу, принятому вопреки всем нормам безопасности, вообще применимо это определение).

Поэтому он и обвиняет не себя (еще чего), а родителей, которые испытывают абсолютно обоснованные опасения перед вивисекторами и палачами. И стращает их уголовным преследованием.

Не слишком ли много стало Гинцбурга?

Люблю такое:

«...Тотальная вакцинация населения может защитить от любых эпидемий, заявил вирусолог, член-корреспондент РАН, профессор Сергей Нетесов. "Спад эпидемии зависит от каждого из нас. Каждый должен себе усвоить 3 вещи: вакцинироваться, носить маски и держать социальную дистанцию. Только это останавливало во все века все эпидемии. Вспомним эпидемию оспы в Москве в конце 1950-х годов. Как ее ликвидировали? Тотальной вакцинацией всей Москвы...»

Ставить знак равенства между оспой и ОРВИ — это сразу орден «За заслуги перед Отечеством» всех степеней. И что-нибудь памятное от ВОЗ. И пожизненный грант от Билла Гейтса. Заодно приветственное пожелание от доктора Менгеле, но жаль — коллега уже не может вслух, только заочно. Особенно пикантно, когда аналогию между оспой и ОРВИ проводит человек с регалиями и должностями. Что сразу же ставит вопрос о его добросовестности. «Во все века» - это тоже либо фигура речи, либо член-корреспондент не в курсе, что первую вакцину создали чуть более двухсот лет назад. Он бы еще сказал «эпохи» или «тысячелетия». Для весомости.

Есть четкий заказ — агитировать за вакцинацию. Вплоть до полной абсурдизации происходящего. Агитировать за то, что полностью противоречит всем ранее существовавшим нормам, правилам и протоколам безопасности. Речь идет и о принятой в нарушение этих норм вакцине, и об отказе от жесткого правила «не вакцинировать в период заболеваемости и внутри очага заражения». И о бесконечной лжи, которой буквально заливают окружающее нас пространство из всех официозных источников.

Отказ от норм и правил, действующего законодательства и конституционных положений сопровождается беспрецедентным насилием, которое все равно не работает: в 2017 году в России были вакцинированы 67 млн человек, за год насильственной вакцинации против коронавируса удалось полностью провести вакцинацию 55 млн человек, хотя бы одной дозой — те же 65 млн человек. Вот только никто в 2017 году не вводил локдауны и не швырял страну в катастрофу. Удивительно, правда?

Да, скорее всего, данные за 2017 год, как это обычно в России , «натянуты». Палочную систему никто не отменял. Но и нынешняя вакцинационная кампания безбожно фальсифицируется — официально признаны случаи «покупки» сертификатов, а на бытовом уровне все в курсе, что это явление носит массовый характер. То есть — террор, экономическая и социальная катастрофы, в которые загнали страну, не дают ни малейшего результата, кроме террора, социальной и экономической катастрофы. Возможно, что в этом и заключается основная цель проводимых мероприятий — но тогда при чем тут вирус?

Семинар, который прошел сегодня. Единственное, что я впервые вел стрим, поэтому первые 10 минут "пустые", я тестировал его на другом компьютере, поэтому, если кто решит посмотреть, то начинать стоит с 10 минуты. В следующий раз обойдусь уже без теста.

Спасибо всем, кто пришел и смотрел.

https://youtu.be/JaS2bf8g4QE

Одним из приемов, которым пользуются современные доктора Смерть, является лозунг «Сколько еще должно умереть, чтобы ты привился?» В самых разных вариациях. Но суть понятна: не проходя процедуру вакцинации, ты являешься смертельной угрозой для окружающих.

Данную версию активно поддерживает пропаганда, чиновники, а также граждане с активной жизненной позицией, но увы, с минимальным набором действующих нейронов. Но весь юмор в том, что данная версия не просто ошибочно, она лжива. Со стороны «специалистов» лжива, как я понимаю, сознательно. Хотя сейчас такие специалисты, что всяко может быть.

Я привык к существованию логики. Она либо есть, либо ее нет. Бинарная ситуация. Самый простой вид логики описывается парой операторов «если» - «то». Это комплементарная пара, когда вы встречаете в тексте «если», за ним обязательно должно последовать «то». И наоборот: уж коли вы столкнулись со словом «значит», где-то перед ним есть «если». Причина и следствие.

Есть такой закон «Об иммунопрофилактике». Если точнее, то 157-ФЗ от 17 сентября 1998 г. В нем дается два базовых определения, которые желательно знать всем, и обязательно нужно затвердить тем, кто в силу профессии хотя бы отдалённо с этим связан:

профилактические прививки - введение в организм человека медицинских иммунобиологических препаратов для создания специфической невосприимчивости к инфекционным болезням;

медицинские иммунобиологические препараты - вакцины, анатоксины, иммуноглобулины и прочие лекарственные средства, предназначенные для создания специфической невосприимчивости к инфекционным болезням;

В переводе на общепонятный язык, вакциной может называться препарат, вызывающий специфическую невосприимчивость к заболеванию, против которого он и предназначен. Профилактика означает упреждающее создание такой невосприимчивости. До возможного заболевания. Если невосприимчивость не возникает, значит, препарат — не вакцина.

Сказанное означает довольно понятную вещь. Если (оператор если) человек должным образом вакцинирован, то (оператор то) он невосприимчив к данному заболеванию. Настолько, что ему во все естественные отверстия могут чихать, но кроме чисто гигиенических неудобств, никаких иных последствий для него не наступает. Есть только одно условие — препарат, который он принял с профилактической целью, является вакциной. То есть, средством, предназначенным для создания специфической невосприимчивости.

Сам факт того, что вакцинированный человек заболевает той самой болезнью, от которой он привился, вызывает вопрос — а вакцина ли это?

Любые разговоры о том, что вакцинированный человек может заболеть, пускай и в легкой форме, являются прямым доказательством несоответствия «вакцины» положениям закона об иммунопрофилактике. А значит — прямым вопросом о праве этого препарата называться вакциной. Даже если она аналогов не имеющая.

Уже поэтому логика палачей от медицины, требующих обязательной вакцинации на основании того, что невакцинированный представляет угрозу для вакцинированного — сознательная ложь либо признание несоответствия вакцины предъявляемым к ней требованиям. Что в свою очередь ставит вопрос о самой процедуре вакцинации этим препаратом.

Принцип добровольности также обозначен в этом же законе. Статья 5.1 прямо говорит: «...1. Граждане при осуществлении иммунопрофилактики имеют право на отказ от профилактических прививок...» Точка. Без каких-либо условий и объяснений. «Не хочу» - естественное право человека. Требование об обязательности в законе отсутствует, а потому является незаконным.

Вопрос — что еще нужно, чтобы прекратить террор против 140 миллионов человек?

Станет ли обнаруженный в ЮАР новый штамм поводом для перезапуска глобального террора, еще не решено. Представитель террористической группировки ВОЗ (разрешенной в России) в нашей стране Вуйнович на российском гостелеканале (а где еще могут выступать террористы?) сообщила, что паниковать пока рано (а кто паникует, кстати?). Новый штамм изучается.

В переводе это может означать, что ВОЗ проводит консультации с глобальными игроками на предмет оценки текущего состояния перехода к «новой нормальности». Переход очевидно затормозился, сопротивление людей растет, усталость от террора повышает порог невосприимчивости к насилию. Технология лоялизации требует постоянной перманентной вакцинации, но уже сформирована достаточно большая группа населения стерилизуемых стран, которая категорически отказывается от навязанных процедур. Она составляет меньшинство, но меньшинство активное и достаточно многочисленное.

Встает вопрос о том, что с этими людьми нужно что-то делать. Что — известно. «Изолировать». Это такой эвфемизм, подразумевающий широкий спектр мероприятий — от физического истребления до изоляции в концлагерях (которые опять-таки в силу специфики процесса будут носить название «карантинных лагерей».

Однако переход к этой фазе означает необходимость введения военного и чрезвычайного положения, так как силовые структуры гражданского назначения очевидно не справятся с масштабом задачи. Без армии и имеющихся на ее вооружении средств уничтожения подобную задачу решить невозможно.

В этом смысле на повестку встает вопрос о создании повода для введения как чрезвычайного, так и военного положения. Военное положение может быть введено через организацию локального военного конфликта, причем такого, который позволит сразу перевести его на блоковый уровень. Сегодня есть только один военный блок — НАТО. Правда, спешно создается и другой — США, Великобритания и Австралия AUKUS, но он слишком очевидно создается под конфликт Китая и Тайваня, под вывеской которого можно будет вводить военное положение в Австралии и зачищать австралийские протесты, которые набирают силу.

Военное положение позволит ввести в оборот вооруженные силы. Чтобы мобилизовать всю гражданскую инфраструктуру, потребуется чрезвычайная ситуация — и новый виток эпидемии для этого подходит как нельзя лучше. Тем более, что в Англии уже заявлено, будто новый штамм настолько опасен, что им могут заражаться и передавать заболевание друг другу даже вакцинированные. (Откуда взялось это утверждение, если Омикрон еще только исследуют, неизвестно, но это просто спешка. Выдача информации чуть раньше, чем следует).

В общем, если консультации приведут к решению проектирования новой фазы кризиса, то в обозримом будущем — возможно, даже до нового года — мы можем увидеть как локальный вооруженный конфликт на территории Европы и на Тихом океане, так и резкий рост заболеваемости этим самым «Омикроном». К медицине, конечно, ни малейшего отношения все это иметь не будет. Но кому это интересно?

Пока же представитель ВОЗ в России говорит нашим коллаборационистам из Кремля прямым текстом: не дергайтесь. Когда мы примем решение — его до вас доведут. А пока занимайтесь по планам, вы и так недопустимо отстаете.

Смерть Градского снова ставит нас перед непреложным фактом: за полтора года «борьбы» с коронавирусом система здравоохранения полностью и, возможно, бесповоротно перенастроена на работу только с одним заболеванием. Что по факту означает ее уничтожение. Поэтому огромное количество пожилых известных людей, которые в этом году ушли. А сколько неизвестных — можно только догадываться.

Власть сознательно проводит истребление пожилых людей, создавая условия, в которых выжить им практически нереально. Выгода режима очевидна: сокращение социальных выплат высвобождает драгоценный ресурс, который так нужен на другие цели. Идеально убить всех стариков, и тогда проблема социальных и пенсионных выплат решится естественным образом. На 22 год уже заложена плановая смертность пенсионеров почти на миллион: 38,4 млн получателей пенсии по старости в начале 23 года против 39,2 млн в этом году.

При этом нужно понимать, что уничтожение системы здравоохранения, которое приведет к увеличению смертности среди пожилых — процесс динамический. Он будет идти с ускорением, так как пока люди держатся на остатках здоровья, но насилие, стресс плюс неизвестные по своим последствиям прививки от ковида будут делать свое дело с нарастающей динамикой. Так что даже плановые показатели гибели пожилых, уже заложенные в бюджет, скорее всего, будут превышены.

Ну хоть что-то у нас растет устойчиво и неуклонно.

В Канаде опубликована информация о внезапной флуктуации меротворождения в провинции Онтарио, город Ватерлоо. За 6 месяцев в городе произошло 86 мертворождений при обычной норме за предыдущие периоды порядка 6-8 мертворождений в год. Все матери, у которых произошло рождение мертвых детей, были вакцинированы. Есть ли какая-то связь между вакцинацией и всплеском мертворождения, не говорится, но факт, как принято говорить, налицо.

https://world-signals.com/news/2021/11/27/mass-epidemic-of-stillborn-children-in-canada/

Когда речь заходит о «шведской модели» реагирования на пандемию, стоит держать в уме цель «пандемии», которая не имеет ничего общего ни со здоровьем, ни с вирусом, ни даже с баснословными прибылями фармацевтических корпораций. Это все — бумажка, в которую завернута конфетка.

Конфетка — это принудительный перевод населения в форму аватара одной из глобальных метавселенных, которые в итоге и должны контролировать людей на планете. Тех людей, конечно, которым удастся пережить переход к этому дивному миру в прямом, биологическом смысле этого слова. А удастся далеко не всем.

Человек должен стать активной ссылкой в реестре данных. Где будет собрано всё о нём, и откуда он будет получать управляющие команды. Отказ от выполнения команд — и алгоритм запустит «калечащие санкции» до возвращения в управляемое состояние. Отключит допуск в банк, магазины, запретит платить за покупки, блокирует транспортные карты — да много чего. И это будет не живой бюрократ, которого можно в крайнем случае мотивировать или игнорировать. Алгоритму без разницы — он просто отключит флажки в строке и привет — тебя забанили в системе и в жизни.

Понятно, что не во всех странах есть техническая возможность перевода людей в такое состояние. Поэтому там и нет пандемии. Ну, то есть, вирус есть, есть некоторое число заболевших, идет вяленькая вакцинация, но в целом ничего ужасного — по сути, это вся Африка за исключением ЮАР. Ряд стран ЮВА, Среднего Востока — там тоже пандемия как бы присутствует, но без фанатизма. И без особых жертв.

С остальными есть сложности. Остальные проходят через последовательность «эпидемия» - террор — вакцинация — паспорта здоровья — ревакцинации — следующих стадий пока нет, но они известны: далее последуют зачистки и тренировки лояльности для выживших.

Но цель одна — ввести всех выживших в матрицу.

Собственно, здесь и есть объяснение «шведской модели». Швеция уже прошла значительную часть пути по цифровизации собственного населения. Ей просто не нужно проходить тренировки лояльности, которые сейчас проходят по всему миру. А потому шведы просто пропустили этот этап, не устраивая своему населению маленький геноцид. Это, пожалуй, ключевое отличие «шведской модели» от «европейской» и прочих иных.

С Китаем, кстати, та же история. Китайцы и без «пандемии» ВОЗ прекрасно встраивают свое население в свой собственный цифровой стандарт. Они уже защитили его от гейтсовского ID2020, но суть китайского цифрового концлагеря ровно та же. И Китай прошел по этому пути значительный путь. Плюс не стоит забывать специфику китайской культуры — в ней вшит легизм как тотальное добровольное подчинение государству (с одной стороны), а с другой, где государство просто не в состоянии регулировать и управлять, действуют не менее жесткие обычные права. Китай — общинная культура с высочайшим авторитетом семьи, которая и регулирует многие аспекты жизни человека. И даже в городах ментальность остается примерно той же. Что делает западное понятие «свободы» практически бессмысленным для китайца, живущего в Китае. Отсюда и ненужность лоялизации населения — оно и без того оттренировано.

Видимо, что-то подобное уже есть и в Японии с ее клановым средневековым обществом, которое жестко регулируется и не оставляет человеку возможности для колебаний.

Поэтому шведская, китайская, японская модели прохождения «пандемии» отличаются от моделей остальных стран, которым нужно проводить сепарацию населения через апартеид и геноцид. И дело не в вирусе, а в тех целях и задачах, которые стоят перед всем проектом «пандемии», которая должна окончиться созданием огромных цифровых лагерей, в которые будут включены люди, прошедшие тренировку. Те, кто уже оттренированы, просто ждут остальных. Отстающих.

Сбербанк тестирует режим работы банкоматов по QR-кодам. Без идентификации по коду человек не может снять или вносить наличные со своей карты.

Нужно отметить, что "экосистема" Сбербанка основана на программных решениях Майкрософт и является составной частью глобальной системы ID2020 - по сути, ее локализованной версией. Отключение нелояльных граждан от банковских услуг - одна из технологий управления этой системы.

Ну вот, она пришла к нам.

Сенатор Клишас сообщил, что дополнительную ответственность за невыполнение законов о QR-кодах в РФ вводить не будут, необходимые нормы уже есть в законодательстве.

То есть, принятие закона сомнений не вызывает, теперь обсуждается действия властей после его принятия и введения. Временный перенос принятия этого закона - просто технический ход, призванный сбить волну недовольства и рассмотреть итоги экспериментов в регионах по введению этих кодов.

Естественно, что ни о какой отмене кодов в июне 22 года, как это заявлено, тоже не будет - просто нет смысла городить огород ради каких-то шести месяцев. Теперь QR-коды должны быть с нами навсегда, по крайней мере при этом режиме. Их могут только модифицировать.

После них, вне всякого сомнения, речь пойдет о создании сводного документа - цифрового паспорта, который объединит все документы человека и привяжет его окончательно к системе.

В самой истории с цифровизацией человека, наверное, нет ничего фатального. Однако практика, при которой права человека произвольным образом могут не просто нарушаться, а вообще отменяться - она делает любую цифровую привязку к системе механизмом управления человеком и инструментом его подавления.

Проблема не в QR-коде и не в цифровом паспорте. Проблема в идеологии режима, который намерен использовать технологии для террора. И в этом смысле террор будет продолжаться до тех пор, пока существует тот режим. Коды - просто инструмент. Топором можно строить дома, а можно рубить головы. Все зависит от того, в чьих он руках.

Япония присвоила наивысший уровень опасности новому штамму COVID-19 "Омикрон". По всей видимости, японцы постараются тем самым закрыться не столько от вируса, сколько от опеки ВОЗ, рапортуя, что все меры приняты превентивно и никаких проблем уже нет.

Я думаю, что сделано это с пониманием идущей сейчас ожесточенной подковерной борьбы — перезапускать «пандемию» или продолжать текущий сценарий. Нюанс в том, что продолжение нынешней стратегии уже очевидно сказывается на темпах, очень сильно отличающихся в разных странах. Та же Россия отстает от своих коллег по переходу в новую нормальность не менее чем на полгода, если брать число вакцинированных в качестве маркера. Рассинхронизация опасна появлением «слабых звеньев», что ставит саму идею глобального перехода под вопрос. Для глобальных проектов есть вполне понятное ограничение — либо переходим все, либо не переходит никто. Выпадение из проекта его части создает риски провала всей конструкции.

В этом смысле идея перезапуска террора, используя некий новый ужасно опасный штамм, выглядит относительно здраво с технологической точки зрения. Создается новый кризис, который попросту закрывает все проблемы, возникшие на предыдущем этапе. Война, как говорится, все спишет.

Но новый кризис — это новые риски. Система управления в «слабых звеньях» остается той же. Она с огромным трудом справляется с текущими задачами, а теперь ей нужно перенастроиться на перезапуск и повторение предыдущего. Да, уже есть опыт, но зато и ресурс серьезно исчерпан. Ресурс доверия населения, к примеру. Если в апреле 20 года ему еще можно было вешать лапшу на уши и стращать жуткими кадрами из больниц, то сейчас люди просто устали бояться.

Поэтому перезапуск может означать лишь одно — переход на принципиально иной, более высокий уровень насилия. А вот потянут ли его все участники проекта строительства «новой нормальности» - большой вопрос.

Поэтому вокруг «омикрона» просто обязана сейчас идти драка. Спустить все на тормозах и продолжить старую стратегию в расчете, что как-нибудь, да вытянем или действовать по принципу «сгорел сарай — гори и хата».

Японцы в этом смысле стараются дистанцироваться от любого решения и демонстрируют, что у них все под полным контролем, любые дополнительные меры избыточны. А вот европейцам и в России козырять особо нечем. Так что вопрос с «омикроном» для них (и нас) крайне актуален.

Да. И понятно, что к собственно здоровью населения вся эта возня не имеет ни малейшего отношения. Дежурные озабоченности спасением человечества немедленно сводятся к обсуждению новых методов насилия и террора.

Центр Гамалеи: существующие вакцины против COVID будут защищать от тяжелого течения болезни при инфицировании "омикрон"-штаммом.

То есть, «вакцина» не создает никакого иммунитета, а просто позволяет пройти заболевание в более легкой форме. Причем нужно держать в уме, что это не гарантия производителя (в смысле его ответственности), а просто маркетинговый ход.

В переводе сказанное означает, что «вакцина» от Гамалеи не может называться вакциной, так как не выполняет ключевого условия своего определения - она не создает специфическую невосприимчивость к заболеванию. Она лишь (предположительно) облегчает его течение.

В таком случае это не вакцина, а витаминка. БАД. Но людям-то его внедряют под видом именно вакцины.

Если речь бы шла о конфетке или колбасе, то такую ситуацию можно было характеризовать как обман потребителя. С соответствующими санкциями. Но здесь речь идет о здоровье и безопасности миллионов человек.

Я не вижу никаких иных интерпретаций для оценки заявления центра Гамалеи.

⚡️ Qr-коды - это только начало?

Важная рекомендация всем подписчикам! Канал Катарсис не боится объективно освещать тему коронавируса, а так как у них есть информаторы в высших кругах, то информация о новых ограничениях появится в этом канале раньше остальных.

Если вы хотите быть на шаг впереди и лучше понимать планы властей, то вам стоит подписаться на этот канал. Они на стороне правды!

В Кремле и правительстве РФ планируют отказаться от термина «QR-код» и придумывают новые названия для документа, с помощью которого россияне смогут посещать общественные места при введении ограничений из-за коронавируса. Об этом в понедельник, 29 ноября, сообщает РБК со ссылкой на два источника, близких к администрации президента, и собеседника, близкого к кабмину.

https://iz.ru/1256630/2021-11-29/istochniki-zaiavili-ob-obsuzhdenii-v-rf-novogo-nazvaniia-dokumenta-s-qr-kodom?utm_source=yxnews&utm_medium=desktop

Похоже, это новое издание анекдота про бордель, кровати и девочек. Причем достаточно тупое.

Проблема не в названии, а в сути. QR-код в данном изложении является клеймом. Признаком разделения людей на лояльных и нелояльных. Инструментом сегрегации и апартеида. Как именно он будет выглядеть - совершенно неважно. Татуировка на руке, желтая звезда на груди, ошейник с выбитым именем хозяина или активная ссылка на запись в реестре - всё это одно и то же прочтение разными буквами.

Сам по себе QR-код - просто технология. Но когда технологией начинают пользоваться нелюди, психопаты и убийцы - то она начинает убивать. И пока эти убийцы у власти - они будут использовать любые инструменты, чтобы удерживать власть над людьми в своих шкурных интересах.

Начала работу чрезвычайная сессия ВОЗ, на которой предлагается принять обязывающий национальные правительства документ «Пандемическое соглашение». В «соглашении» будут предусмотрены:

единоличное право ВОЗ объявлять о наступлении очередной «пандемии»;

отмена верховенства прав человека при наступлении «пандемических» режимов;

радикальные ограничения прав профсоюзов;

наделение НКО и иных неопределенных структур правом наравне с государствами участвовать в установлении международных законов;

обязанность стран запрашивать внешнюю помощь, в случае, если они не справляются с «пандемией» своими силами.

Расшифровка соглашения прозрачна: ВОЗ будет вправе без согласования с кем бы то ни было объявлять режим пандемии, в ходе которого глобально будут отменены все права человека, а неправительственные структуры получат равные права с правительственными. В случае, если национальное правительство не в состоянии исполнить инструкции ВОЗ, оно обязано (не имеет право, а именно обязано) запросить внешнюю помощь.

Помнится, наше бункерное чудо било себя в грудь рассказами про верховенство российского законодательства над международным, если это противоречит национальным интересам. Теперь это обещание будет там же, где и его президентское слово и офицерская честь насчет обещания не поднимать пенсионный возраст.

В целом это сдача суверенитета страны глобальным террористическим группировкам. Достойное завершение карьеры нашего президента.

Очевидно, что подобное соглашение нельзя подписывать ни при каких обстоятельствах и условиях, оно полностью противоречит всем национальным интересам нашей страны. Хотя, возможно, это условие, на котором наша знать будет допущена в предбанник нового мирового порядка. Тогда да — вопросов нет. Интересы бандитов, воров, наркоторговцев и проституток — превыше интересов страны и народа.

Кстати. В греческом алфавите после буквы «омикрон» идёт буква «пи».

Глобальное пандемийное соглашение — не новость. О нем было заявлено 31 мая этого года, и с тех пор шла подготовка к его разработке и подписанию. На нынешней сессии никто ничего обсуждать уже не будет — она носит протокольный характер, все решено в промежутке между концом мая и сегодняшним днем.

Речь идет о создании нового баланса между тремя акторами: национальными государствами, глобальными корпорациями и международными бюрократическими институтами. Строго говоря, международная бюрократия не является самостоятельным субъектом процесса, так как она выполняет роль посредника и транслятора. В общую систему уравнений вводится также еще один полноправный член — неправительственные организации. Всевозможные Гринписы, которые теперь существенно повышают свой статус. Это, кстати, заход уже под новый виток перебалансировки мирового порядка, связанный с историей про глобальное потепление (правда, с потеплением вышел некоторый конфуз, поэтому сегодня его более обтекаемо называют «изменения климата» - очень удобно, так как бороться с тем, что по определению не может быть статичным — это вечный хлеб).

Участие России в этом блудном действе лучше всего говорит о реальных планах российской знати. Для всяких смердов произносятся духоподъемные речевки про державность, народность, суверенность и прочие полезные штуки, в реальности идет продажа всего. И уже не только нефти и газа, а страны в целом. Ее будущего. Нашего, кстати, будущего.

Теперь нами будут управлять совершенно неизвестные нам люди, а местные туземные упыри будут лишь передавать их волю. Ну, и реализовывать. В обмен они получат маленькую табуреточку у входа в помещение, где взрослые будут решать судьбы планеты. Права голоса у них, конечно, не будет, но табуреточка — это все-таки лучше, чем за дверью под дождем.

Проблема, как обычно, заключается в одном-единственном факторе: у этой шпаны не было, нет и никогда не будет собственного образа будущего, своего проекта развития. Поэтому они всегда будут встроены в чужой.

Здесь, по всей видимости, дело даже не в скудоумии и интеллектуальной нищете нашей знати (хотя с этим у нее все в полном порядке). Дело в мотивах. Довольно внятно подобные мотивы описали Мартин Макгуайр и Мансур Олсон в своей теории «оседлого (стационарного) бандита». Суть ее, если крайне сжато — государство отождествляется с «оседлым бандитом», который закрепляется на некой территории и получает доход с имеющегося на этой территории населения. По Макгуайру и Олсону, «стационарный бандит»-государство обладает долгосрочной стратегией, базирующейся на заинтересованности «оседлого бандита» в развитии территории и извлечении из нее динамично увеличиваюшегося дохода.

В отличие от стационарного бандита есть бандит кочевой, бандит-гастролёр. Таким определением авторы называют государство, созданное элитой, целью которой является извлечение максимальной прибыли в краткосрочной (одно-максимум два поколения) перспективе. Поэтому «кочевой бандит» не строит сколь-либо устойчивых институтов власти и управления, не формализует деятельность структур управления, управление ведется строго в понятийном поле. Соответственно, проев производящую и ресурсную инфраструктуру территории, «кочевой бандит» либо уходит на другие территории, либо легализует свой доход в других юрисдикциях. Что, собственно, мы и наблюдаем по российской знати — только в США собственность российских нуворишей оценивается в 0,8-1,3 трлн долларов. В Европе — примерно так же.

Поэтому российская знать, обобрав до нитки страну и народ, вполне полагает, что за легитимацию собственности, которую они выпотрошили из России, она вправе расплатиться суверенитетом территории. И в этом смысле ни малейшего удивления сдача суверенитета уже в правовом обязывающем смысле вызывать не может.

Поддержка российской знатью глобального проекта цифрового контроля над населением вызвана двумя базовыми факторами, которые для этой знати начинают иметь ключевое, буквально жизненное значение.

Внешний фактор связан, как ни странно, с сугубо внутренней ситуацией. Придерживаясь стратегии «кочевого бандита», российские нувориши никогда не развивали и не собирались развивать технологическую инфраструктуру доставшегося им наследства. Соответственно, рано или поздно, но должно было наступить ее исчерпание. Этот процесс можно наблюдать в нефтяной отрасли — попытка увеличить объемы добычи натолкнулась на истощение месторождений. Газовая история с дефицитом газа на критически важном для Газпрома направлении — европейском — тоже объясняется в значительной мере тем же фактором.

Наступает время думать об «отходе». Страна разорена, ограблена, выдоена. Природные ресурсы конвертированы в собственность и переведены в другие юрисдикции. Пора переходить к задаче сохранения — и без подчеркнутой лояльности к владельцам этих юрисдикций такую задачу не решить.

Поэтому внешний фактор поддержки проекта «новой нормальности» является решением задачи сохранения собственности. Если бы Запад предложил какой-либо другой проект, российская знать с тем же пылом поддержала бы и его. Какая, в сущности, разница.

Внутренний фактор более сложен, но и он вытекает из рентно-сословного уклада построенной в России системы власти и управления. В таком порядке знать, с одной стороны, заинтересована в собственной легитимации через создание зависимости большей части социальных групп населения от государства и его подачек. То есть — раздаче части рентных доходов в обмен на лояльность (причем неважно, показную или искреннюю). С другой стороны, сокращение рентных доходов в условиях неостановимой деградации инфраструктуры вынуждает знать урезать выделяемые населению объемы ренты. Системный кризис, начавшийся в 2011-2012 годах, вынудил знать принять к исполнению известные «майские указы», которые и запустили процесс сокращения доступа населения к рентным доходам. По очевидной причине выбранная стратегия решения не имеет, а потому к 2019 году система вошла в катастрофический сюжет, из которого для знати в существующей модели власти выхода уже нет.

Возникает проблема легитимности. Управлять населением только инструментами принуждения и насилия невозможно. Обеспечивать размен рентных отчислений на лояльность в условиях ресурсной катастрофы для всех социальных групп невозможно. Возникает проблема смены модели управления.

Предложенные «новой нормальностью» инструменты вполне соответствуют внутренним целям и позволят легитимизировать режим через создание непрекращающегося перманентного кризиса для всех без исключения социальных групп. Размен вынужденной лояльности этих групп на помощь в текущем решении кризиса теоретически замещает нынешнюю систему размена лояльности на раздачу благ.

Если в прежней системе отношений блага были положены и закреплены в качестве обязательств государства (пенсии, пособия, заработная плата, бесплатное образование и здравоохранение), то в «новой нормальности» блага распределяются в индивидуальном порядке и только в ответ на демонстрацию лояльности (участие в вакцинации, как пример) При этом государство получает право в произвольном порядке изменять размер благ, а инструменты контроля позволяют исключить человеческий фактор, доверив контроль над демонстрацией лояльности цифровым алгоритмам. Это существенно сократит бюрократическое сословие, выбросив значительную его часть из числа получателей ренты, а также сократит фактор низовой коррупции.

Сказанное означает, что для российской знати выбора, по большому счету, нет. Она вынуждена встраиваться в «новую нормальность» или ей придется пережить собственную катастрофу, риски которой для нее выглядят неприемлемыми.

⚠️ Россияне, это обращение адресовано каждому из вас.

После тотального введения QR кодов и штрафов, власть может перейти к ещё более жестким мерам — и обо всем этом лучше узнать заранее.

Одна подписка на Ватное болото и вам больше не нужно тратить время на чтение десятков каналов, чтобы выяснить, что на самом деле происходит в нашей стране.

А ещё Ватное болото — это один из самых читаемых оппозиционных каналов в Телеграм.

@vatnoeboloto

Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков исключил введение в стране штрафов за отказ от вакцинации от коронавируса. Так он прокомментировал информацию о планах властей Австрии вести штраф за отказ от прививки в размере до €7200.

Здесь Песков, вполне возможно, говорит правду. Как бы необычно это ни звучало.

В случае принятия закона о QR-кодах штрафы за отказ от вакцинации не будут иметь никакого смысла: человек будет поражен в правах самим фактом отсутствия у него клейма. Коды разделят население страны на заключенных и унтерменшей. Уровень маргинализации будет зависеть от того, какие именно возможности будут закрыты для унтерменшей. Будет ли им закрыт вход только в торговые центры, кафе и общественный транспорт или пойдут дальше — закроют для них банковские сервисы, запретят выходить на улицу и так далее.

Фактически можно создать ситуацию, когда человек без кода будет посажен под домашний арест безо всякого решения суда. Штраф в таком случае — избыточная мера принуждения. Неделя лечебного голодания — и отказник будет выбирать между добровольным походом за колючую проволоку ковидного гетто и голодной смертью в квартире.

Коды вводятся именно для того, чтобы упростить террор, свести его до простых алгоритмов, не требующих огромной репрессивной машины (которая, кстати, обходится режиму весьма недешево). Коды позволят в достаточно короткие сроки избавиться от немалой части административного персонала, который сегодня выполняет роль контролеров. Уменьшение численности бюрократии и передача цифровым алгоритмам немалой части функций надзора за населением позволит вышвырнуть достаточно большое количество низовых работников в бюрократической системе. Они станут попросту не нужны, за них работу будут делать протоколы.