Судя по тому, что Запад делает ставку на Индию, как новый центр промышленного производства, Китай сталкивается с перспективой, что его спасение будет только его проблемой.

Раньше в ходу было утверждение, что все противоречия между Западом (в первую очередь США, затем Европой) и Китаем носят характер милой перебранки суженых, дескать, куда им друг от друга деться. И где-то примерно так оно и было. Но теперь, оценив спасение Китая и перенос производства в Индию, Запад, судя по всему, решил, что первое будет очень сильно дороже второго. И раз так — то ничего личного, ребята. Дальше вы сами.

Возникает любопытный вопрос: а что, если Китай и вправду не вытянет этот кризис? Тем более, что он и на самом деле нешуточный. В случае, если упор будет сделан на Индию, внешний ресурс для Китая будет закрыт. Ну, там можно будет пограбить вассалов и колонии типа Ирана, России, зачерпнуть остатки венесуэльской нефти, пока ее нефтянка еще окончательно не загнулась. А дальше что?

Незавершенная реформа — это незавершенный фазовый переход. В случае невозможности его завершения всё, в общем-то, очевидно — произойдет откат назад. Причем глубже или даже гораздо глубже, чем было до непосредственно кризиса. Причина — в исчерпаемости ресурса, который был безрезультатно израсходован на неудавшемся переходе.

Однако деградация в силу того, что это гораздо более простой процесс, чем развитие, хороша тем, что ею можно управлять, и управлять с меньшими затратами, чем развитием. А значит — даже деградировать можно более-менее успешно. Если, конечно, это применимо к подобному положению вещей.

Китай будет деградировать неравномерно. Собственно, любой процесс развития вниз или вверх всегда неравномерен. В китайском варианте он может попытаться сохранить кластерную экономику, сосредоточив в отдельных локациях то, что сегодня у Китая вполне на уровне. Электронику, например. Или биотех, генные технологии. Много сохранить не удастся, но тут вопрос в стратегическом выборе.

Сохранение возможно за счет перераспределения ресурса. То есть — какие-то, причем значительные, части экономики Китая и его социума деградируют гораздо глубже, чем «в среднем по больнице», а сэкономленный ресурс и будет пущен на поддержание существования и продолжение работы сохраняемых кластеров.

Правда, тут возникает весьма непростой вопрос: внутренний рынок Китая необратимо «просядет». Деградировавший социум — это нищий социум. И раз так — то потреблять продукцию китайского хай-тека он будет не в состоянии. Просто не на что. В этом случае единственный шанс сохраниться — это остаться на глобальном рынке. И значит, вариант, который выбрала Россия на создание осажденной крепости, для Китая будет абсолютно неприемлем. В таком сюжете шансов у него не будет ни в чем. Поэтому если китайское руководство удержится от внешней экспансии и агрессии, этот шанс у него появится. Более того — создание индийского экономического макрорегиона даст китайцам в подобном состоянии шанс зацепиться за Индию и получить там какое-то место, за которое им удастся победить в конкурентной борьбе остальных.

Контроль над социумом пока просматривается в рамках созданного и уже работающего цифрового концлагеря — хотя бы здесь китайцы успели. Ковидная история показала, что власть может держать под контролем миллиард человек, хотя в экстремальном варианте не очень долго. Значит, китайцам придется вводить более мягкий режим в этом концлагере просто для того, чтобы держать его под управлением дольше. Скорее всего — несколько десятилетий.

В любом случае варианты существуют. Даже крах Китая оставляет для него некоторые шансы нефатального свойства. Но все будет зависеть от степени вменяемости руководства и наличия у него интеллекта. Нам, к примеру, не повезло. Ни вменяемости, ни интеллекта у наших не обнаружилось, поэтому мы там, где находимся.

Мали, Нигер и Буркина-Фасо образовали новый межгосударственный союз Альянс государств Сахеля. Смысл его - в выходе из-под контроля Франции.

Декларативное заявление - это пока сотрясание воздуха. Проблема нового альянса, что он всё равно зависит полностью от Франции. Во всех трех странах валютой является западноафриканский франк - это валюта восьми государств региона, входящих в зону, полностью подконтрольную банку Франции. Золотовалютные резервы зоны западноафриканского франка КФА находятся во Франции. Экономика всех восьми стран зоны привязана к Франции. Одно это заставляет задаться вопросом относительно заявления о создании Альянса: что это было?

Объявить - это одно. Сделать - очень сильно другое. На подобные процессы уходят даже не годы, а десятилетия. И без внешней помощи такой путь пройти будет весьма проблематично. На кого именно могут рассчитывать страны Альянса, тоже пока неясно. Если на Китай - то пока к этому нет никаких сигналов. Если у них есть иллюзии относительно России - то очень скоро они поймут, что иллюзии иллюзорны. Великобритания? США? Да вроде тоже пока нет.

В общем, заявление о создании Альянса сегодня ни о чем не говорит, так как совершенно непонятно, что это, для чего это и как это. Примерно как БРИКС - слов и разговоров много, но за ними ноль конкретики.

"Лучшие, качественные, с точки зрения здоровья, дети рождаются в 20 лет, давайте будем честны. Чем позже, тем больше, извините, брака"

Очередная цитата очередной региональной чиновницы. Вне зависимости от того, насколько верно содержание ее спича, форма подачи ничуть не лучше известного «Государство не просило вас рожать».

Эта публика, из которой набирается власть, относится к людям, как к бездушному ресурсу. Они видят себя некими пастухами, пасущими стадо. Когда нужно - прореживают, когда нужно - ставят план по приплоду, и доят, доят и доят.

Основной проблемой российской власти является ее тотальная дегуманизация. Несмотря на то, что в нее набирают существ, имеющих биологическое сходство с человеком, психологически это нелюди. Возникает вполне обоснованное предположение, что отбор во власть идет в том числе и по признаку отсутствия минимальной человечности.

Для будущей власти после того, как эту всю придется сдать в утиль, одним из критериев отбора должно стать совпадение ее этических критериев с человеческими нормами. В противном случае управлять страной снова будет такое же зверьё, что и нынешние.

Вице-президент США Камала Харис празднует годовщину 911 в этом году.

«А когда заиграла музыка на похоронах товарища Суслова, только я один догадался пригласить даму на танец!»©

Вполне логичное следствие безудержной милитаризации страны. Ребенок должен знать, как собрать автомат, а все эти пробирки-колбы ему без надобности.

Гитлеровцы подходили к образованию на оккупированных территориях вполне утилитарно: туземец должен уметь прочитать на заборе приказ господина коменданта. Остальное ему не нужно. Нынешние оккупанты особо не заморачиваются и просто копируют то, что умные люди до них уже давно придумали.

Обычная история взаимоотношений между метрополией и колонией. Достаточно взглянуть на структуру товарооборота, как сразу становится понятно, кто тут Шерхан, а кто Табаки.

https://xn--r1a.website/ravenstvomedia/269

Быть колонией вообще плохо, быть колонией у инопланетян-инсектоидов - так совсем никуда не годится.

Здесь либо сознательный эпатаж за гранью любого здравого смысла (что аналогично эпатажу шоу-звёзд, устраивающих разного рода перфомансы по принципу «любое упоминание кроме некролога»), либо серьезный уровень обострения чисто в медицинском плане.

И то, и другое не позволяет относиться к любым высказываниям отечественных философов от сохи с содержательной точки зрения. Ну не будет же нормальный человек искать логику и смысл в действиях «художника», прибившего свои причинные места к мостовой.

В таких высказываниях содержательности примерно столько же.

Центробанк Турции может повысить на следующей неделе ставку до 30 процентов. Турецкий и российский центробанки буквально соревнуются. ЦБ Турции, правда, стартовал раньше, поэтому у него и результат солиднее. Но наш его быстро догоняет.

Причина происходящего примерно похожа: обе страны находятся в тупике развития, модели каждой себя исчерпали. С нашей все известно: примитивная экспортная модель сброса за рубеж сырья работает только в период бурного роста мировой экономики. В 2008 рост закончился, российская модель умерла. С Турцией посложнее - турецкие исламисты пришли к власти на фоне краха светской модели кемалистов, предложили вариант развития, опирающийся на улучшение жизни традиционной глубинки, но не смогли провести эту глубинку через переход к индустриальной фазе развития. Что объяснимо - клерикализм хорошо совмещается с традиционной фазой, но плохо - с индустриальной городской.

Возникший тупик Эрдоган пытается преодолеть через ужесточение внутренней политики и внешнюю экспансию. Это, конечно, не настолько отмороженные действия как у Кремля, но содержательно очень похоже. И шаги очень напоминают: у Путина сырьевая сверхдержава, у Эрдогана - логистическая. И то, и другое требует активной внешней политики, которую нужно подпитывать задыхающейся экономикой.

Понятно, что экономика не выдерживает и в ней начинаются разные неприятные события. В Турции симптомом является высокая инфляция, которую ЦБ лечит «в лоб» - повышая ставку. Чем еще сильнее добивает экономику.

Проблема Турции и России в том, что ни там, ни там нет политической альтернативы. Проще говоря - даже если прямо сейчас оба диктатора уйдут, нет тех, кто предложит работающий альтернативный проект развития. В Турции есть относительная демократия, но имеющиеся партии зациклены на двух показавших себя тупиковыми путях - кемализм и исламизм. Обе модели свое отработали, дали определенный и очень неплохой эффект, но их время ушло. Нужен новый взгляд, новые подходы и новая модель развития.

В России ситуация аналогичная, но у нас проблема еще сильнее и шире - преобразования нужно проводить гораздо более глубокие, буквально с основ. И нет той политической силы, которая не то что проводить, а осмыслить эти задачи в состоянии. Диктатура выжгла все пространство, оставив пустыню в буквальном смысле слова.

Повода для гордости ровно ноль. Зерно - продукция низкого передела. То есть - минимум добавленной стоимости. Второй момент - избыток зерна связан с вырезанным на корню животноводством. Российское животноводство по всем показателям ниже или существенно ниже позднесоветского. Отсюда и экспортный потенциал. Опять же - повода для гордости снова ноль.

Россия вернулась даже не к традиционной, а архаичной структуре экспорта. Уцелевшие остатки предыдущей высокоразвитой цивилизации по мере устаревания основных фондов заканчиваются, впереди - дикая пустыня. Нюанс в том, что для традиционной фазы развития население страны избыточно велико. А если учесть, что перейдя в 60 годы прошлого века к превращению в городскую страну, Россия перешла вместе с этим и на второй тип воспроизводства населения с низкой рождаемостью, то для традиционного общества этот переход может стать фатальным, так как для него характерна высокая смертность в силу сильного технологического проседания, включая и медицинскую отрасль (ну, это мы как раз увидели в 20-21 годах). А значит - низкий уровень рождаемости не сможет компенсировать высокий рост смертности.

Кстати, это уже происходит. Численность населения России остается примерно на одном месте только за счет ускоренного принятия в российское гражданство иностранных граждан. Не будь увеличившейся миграции, падение численности населения страны было бы достаточно очевидным. В целом по разным оценкам за последние 30 лет численность коренного населения уменьшилась примерно на 25-30 млн человек. Тех самых, которые не вписались в рынок по меткому замечанию одного из творцов российского капитализма с позывным Мойша Израилевич.

Как только миграция в Россию пойдет на спад, население начнет убывать уже и в абсолютных показателях. И этот процесс, будучи инерционным, остановить будет очень непросто.

А пока - продаем все на корню. Прямо с поля и из скважины.

Славные девяностые никуда не уходили. Просто бандитов заменили люди с удостоверениями. Теперь все возвращается к привычной картине, только теперь вместо кожаных курток и треников абибас у бандитов камуфляж, разгрузки и легальный автоматический огнестрел.

А чуть попозже и бронетехника с авиацией подтянутся в споры хозяйствующих субъектов.

Правда, в этот раз десятью годами мы вряд ли обойдемся. Такими темпами 20-30 лет как минимум нам обеспечено.

Сообщают, что в Конго прямо сейчас происходит военный переворот. В Африке два Конго, кстати.

Новость не так чтобы новость.

Интересно здесь лишь то, что вразнос идет Французская Африка. Похоже, что Франция сильно просела в вопросах управления.

Французы как колонизаторы были достаточно грамотными и качественными управленцами. Но сейчас у них начало все из рук валиться.

4 октября в Петербурге будут снова проверять системы оповещения.

С 10:30 до 11:00 на всей территории города в рамках проверки включат электромеханические сирены и уличные громкоговорители.

Откровенно говоря, неясен смысл этого мероприятия. Когда налет происходит на самом деле, как мы это уже могли убедиться по Москве и другим городам, их все равно не включают, чтобы не создавать панику.

Хотя, конечно, выделенные на безопасность деньги сами себя не украдут. Так что дело, скорее всего, в том, чтобы отчитаться, поставить галочку и с чувством выполненного долга идти обналичивать непосильно заработанное.

Товарооборот между Россией и США снизился до рекордного за 20 лет уровня. Фактически российский экспорт представлен тремя позициями - ядерное топливо, удобрения и металлы платиновой группы. Суммарно товарооборот составляет несколько сот миллионов долларов. У России с африканскими странами обороты побольше будут.

Деградация отношений с развитыми странами ведет к дополнительному упрощению российской экономики и создает позиции для ее более ускоренной примитивизации.

До военного кризиса между экспортерами нефти и правительством был найден относительно работающий механизм согласования интересов. Поставки на внутренний рынок сопровождались так называемым демпфером - то есть, бюджет доплачивал разницу между экспортной ценой и ценой внутреннего рынка, что позволяло нефтяным компаниям вполне адекватно насыщать внутренний рынок.

Сегодня в бюджете нет денег, демпфер перестал работать, соответственно, нефтяные компании начали экспортировать в ущерб внутреннему рынку. При этом и сами добывающие компании, и переработчики попали в крайне сложное положение в связи с «поворотом на Восток», так как все прежние маршруты поставок оказались закрыты, а сложности с расчетами привели к фатальному падению маржи. Для переработчиков возникла дополнительная сложность - стало некуда девать мазут, который является существенной частью переработки, хранилища буквально переполнены. Поэтому переработка теперь работает только с объемами, которые позволяют ей освобождающиеся хранилища мазута. Мазут буквально «сбрасывают» на внешний рынок за любую цену с любыми скидками, если получается - то и ниже себестоимости.

Итог всего этого бедлама у всех перед глазами - начались серьезные дисбалансы на топливном рынке. В той же Самарской области, где находится три нефтеперерабатывающих завода, на заправках дефицит топлива. Нефтяной Татарстан вводит ограничения.

Компенсировать убытки можно одним способом - экспортом куда угодно за какие угодно деньги, так как разница в ценах на внутреннем и внешнем рынках огромная, и даже с учетом запредельных комиссий, которые теперь приходится платить цепочкам посредников, все равно можно получить хоть какой-то доход.

В этих условиях правительство пытается ввести «заградительные пошлины» для «недобросовестных» экспортеров - то есть, тех, которые не выполняют план по поставкам на внутренний рынок. Только критерии «недобросовестности» весьма размыты, а потому нефтяники и переработчики вполне справедливо полагают, что власть хочет смошенничать, вынудив поставить нефть внутрь страны, чтобы как-то «перебиться», а там - просто не заплатить.

С одной стороны, нефтяников понять можно - власть лжет всегда и всем. И не только простым людям, но вообще всем. А потому верить ей, да еще и под ее честное слово, которое не стоит ничего - удовольствие сомнительное.

Заградительная пошлина между тем - не совсем панацея. Она, конечно, может на время решить проблему поставок на внутренний рынок, но переработчики сейчас сильно ограничены в возможностях переработки из-за скапливающихся и нереализуемых объемов мазута и других продуктов переработки. И проблема даже не в том, что они не требуются, а в том, что рынок разбалансирован, а значит - его сложно планировать.

В итоге внутренний рынок что с пошлиной, что без не факт, что придет в норму. А нефтяные компании и переработка потеряют дополнительно к тому, что теряют сегодня. И отрасль войдет в полномасштабный кризис. А это - одна из немногих еще как-то работающих отраслей экономики.

Есть и политическая проблема. То, что причиной всех санкций и запретов была СВО - факт. Но даже если она прямо завтра закончится с любым результатом, санкции отменять будут долго, сложно и под очень непростыми условиями. А значит - сегодняшнее положение надолго. На годы как минимум. И с этим уже ничего поделать нельзя. Но СВО, как мы знаем, никто заканчивать не собирается, а значит - ситуация будет только ухудшаться. То есть, то, что творится сегодня, завтра будет казаться очень даже неплохим положением дел.

Все по учебнику. В кризис происходит укрупнение рынка - мелкие участники рынка банкротятся и уходят с него, их место занимают крупные.

Вроде бы хорошо, но монополизация чревата двумя негативными моментами. Первый - картельные сговоры. Второй - мелкие и частные участники создают определенный запас прочности на рынке, сглаживая его колебания. Их уход сделает любой кризис более жестким и еще более затяжным.

Правда, сегодня уже не до планирования будущего. Сейчас всё управление переходит на экстремальный рефлекторный характер. Решаем проблемы прямо здесь и сейчас. А что будет завтра - будем решать завтра. Понятно, что такое управление приведет в итоге лишь к увеличению числа проблем, но ничего другого уже все равно не остается.

Национализация будет только расти. Никакого отношения к справедливости это, понятно, не имеет, просто у номенклатуры уже подросли дети, и им тоже хочется чем-то рулить. В растущей экономике с этим проблем нет, а вот в скукоживающейся и падающей раздавать новые места для кормления можно только одним способом - через перераспределение.

Поэтому и национализация с последующей рассадкой на рентные поляны нового поколения. Понятно, что в таком случае эти поляны нужно будет у кого-то отобрать, но падающая экономика - это всегда войны знати, и проигравшие будут всегда.

С учетом того, что противоречия нарастают, экономика падает, то ожесточение таких войн будет только нарастать. Мы уже видим, что рейдерские захваты происходят с применением вооруженных группировок в виде пока что легкой пехоты, но такими темпами в недалеком будущем в ход пойдут и тяжелые вооружения. Танки, артиллерия, авиация, ПВО.

Мы быстро превращаемся в Сирию, где самые лакомые объекты охраняются вооруженными силами и захватывают их такие же вооруженные силы. Памятный налет ЧВК Вагнер на завод Коноко под Хишамом, где несколько сот наемников легли под ударами летающей батареи войск США - это примерно то будущее, которое нас уже очень скоро ждет.

Сообщения об отказах, по всей видимости, будут идти всё чаще. Что неудивительно: как раз заканчивается срок, который был отведен на безаварийную эксплуатацию авиационной техники в условиях несертифицированного сервиса.

С началом СВО был озвучен примерный срок в 18 месяцев, в течение которых самолеты, которые перестанут обслуживаться по сервисным протоколам компаний-производителей, могут относительно беспроблемно эксплуатироваться за счет заложенных в них пределов устойчивости.

Далее начинаются вероятности. Вот они и наступают. Аварийные ситуации с «Уральскими авиалиниями», теперь - отказ двигателя у «Ред Вингз». Логично предположить, что далее число таких происшествий будет расти, после чего не менее логично предположить возникновение уже прямых аварийных ситуаций.

Полеты на самолетах в России становятся лотереей.

Интерес, который вспыхнул в последние дни по поводу здоровья Кадырова, вне всякого сомнения, является отложенным интересом к здоровью более высокопоставленного пациента. Так сказать, тренировка перед будущей тяжелой утратой.

Скорее всего, вся страна ждет главного скорбного сообщения по простой и понятной причине. Предоставленный нам выбор «ужас без конца» или «ужасный конец» рано или поздно, но всегда приходит к единственному выбору - лучше уж ужасный конец.

Выстроенная в стране система власти такова, что безболезненной ее передачи уже не будет. Поэтому все, кому есть что терять, неизбежно готовятся к этому событию, и неприятности, которые происходят с Кадыровым - это своего рода стресс-тест системы в локальном масштабе. Чем, собственно, и обусловлен интерес к этому событию.

Причина в том, что Чечня в миниатюре повторяет общероссийскую ситуацию. В отличие от остальных регионов, где губернатор - сугубо техническая фигура, практически статист.

Поэтому события, которые могут произойти с руководителем Чечни, достаточно адекватно проецируются и на общероссийскую аналогичную историю. Которую, конечно же, ждут. Большинство с нетерпением, меньшинство - со страхом, но ждут.

«Ручное регулирование» вводится либо в качестве экстремальной меры, либо в ситуации, когда системные меры перестают работать.

В нашем случае, похоже, речь идет сразу об одном и другом вместе. В очередной раз скажу, что всё это очень напоминает развал потребительского рынка в конце существования СССР. При том, что производство работало достаточно ритмично, распад системы снабжения и распределения привел к образованию множественных «тромбов». Особенно явственно это было видно по коллапсу снабжения социально значимыми товарами - сигаретами, к примеру. Да, в общем, и со спиртным история была не сильно лучше, особенно после крайне неудачной антиалкогольной кампании. Но в реальности распад привел к хроническому дефициту всего при парадоксальном вполне сносном производстве этого всего. Тромбирование экономики стало тотальным.

Как учит нас сериал «Доктор Хаус», тромбы лечатся повышенной дозой гепарина, роль которого и берет на себя «ручное управление». Однако возникают риски, которые могут дать буквально фатальный эффект - тот же инсульт, если речь идет о медицине. В социально-экономическом смысле инсульт тоже вполне реален - и как это происходило, мы видели в конце восьмидесятых-начале девяностых. Одну пробку «расшивали», в других местах они возникали снова, а управление стремительно разваливалось. Чем больше «ручного управления» за счет отказа от системных решений - тем выше риски того и другого.

Даже любопытно - сколько нынешним удастся прыгать на этих граблях прежде чем все их усилия не войдут в штопор?

Проблема в том, что выход из-под юрисдикции Международного суда ООН ничего не значит на территории тех стран, в которых его решения обязательны. А значит - они будут исполняться вне зависимости от того, признаёт ли их Россия или нет.

Вообще, попытки выкручиваться выглядят несколько глупо. Есть известное правило - «Боишься-не делай, делаешь - не бойся, сделал - не сожалей». Вы уже всё сделали. По международному законодательству вы уже преступили все возможные международные законы. Ну так хотя бы ведите себя достойно, не ёрзайте и не рвите на груди рубаху. Вам это всё равно уже ничем не поможет.