«Я был ватным пареньком. Но прозрел»

Виталий Шумилов — инженер из Красноярска, вырос в семье военного, бывший срочник и контрактник российской армии, специалист по спутниковому мониторингу транспорта. Часто работал с региональными больницами и скорой помощью. Вёл политологическую группу в ВК и выходил на митинги. После одиночного пикета в поддержку ОВД-Инфо, задержания и угроз со стороны полиции уехал из России и 24 февраля 2022 года перешел границу США, запросив убежище. Сейчас он работает в госпитале и учится на медбрата.

Виталий рассказывает о покраске травы и тотальной коррупции в российской армии, своем пути от «ватного паренька» к активизму, впечатлениях о гражданском обществе и системе здравоохранения в Штатах.

📹 Смотрите полное интервью на YouTube

Поддержите тех, кто против войны — подпишитесь на «Очевидцев»

«Начав войну, Россия проиграла её»

Юлия Малыгина — феминистка, экс-директорка центра социально-психологических и культурных проектов «Ресурс». Родилась и выросла на Уралмаше в Екатеринбурге, получила философское образование. Училась на режиссера во ВГИКе, но ушла — не было возможности снимать свое. Вела группы поддержки для ЛГБТ-сообщества в Москве. После начала войны и «иноагентства» партнерки весной 2022 года («это было как мишень на спине»), из России уехали. Сейчас живет в Германии.

Почему Россия проиграла войну, как только начала ее; почему Путин — это коллективная маска; почему ни одна живая мысль не сможет родиться там, где нет диалога; и о чем было бы то неснятое во ВГИКе на сломе 90-х и нулевых кино (спойлер — о голосах неотрефлексированного прошлого, которое преследует нас), Юлия говорит в проекте «Очевидцы».

📹 Смотрите полное интервью на YouTube

Подпишитесь на «Очевидцев»

⚡️ Друзья, Ковчегу нужна ваша поддержка!

В России — беспрецедентные репрессии. Задержания, преследования, посадки на безумные сроки. Давление постоянно усиливается. Более миллиона антивоенных россиян уехали, еще больше остаются внутри.

Люди находятся под постоянным прессом государственной машины. В такой ситуации важно, чтобы было к кому обратиться за помощью.

Юристы «Ковчега» каждый день бесплатно помогают людям. Каждый месяц к нам обращаются больше 200 человек.

Чтобы продолжать — нужна ваша поддержка!

До конца декабря нужно собрать 2000 долларов регулярными платежами на бесплатную юридическую помощь. Это всего 100 человек по 20 долларов.

ПОМОЧЬ СЕЙЧАС!

❤️ Ваша поддержка спасет чью-то жизнь!

«Людей на войну сдают их же родственники»

Никита Пармёнов, главный редактор Белгородского медиа «Пепел», игнорирующего российскую цензуру, эмигрант.

– Что-то надо было делать, чтобы сопротивляться цензуре внутри моего родного любимого Белгорода, – говорит Никита. Издание стало важным информационным ресурсом для белгородцев, и уже не только них. Аудитория его быстро растет.

Никита рассказал о гибели своих украинских друзей на войне, о тех людях, у которых была возможность не участвовать, но они пошли защищать свою страну.

О развитии издания «Пепел» и его влиянии в регионе, о судьбе российской журналистики мы поговорили с Никитой Пармёновым в новом выпуске «Очевидцев».

📹 Смотрите полное интервью на YouTube

Подпишитесь на «Очевидцев», если вы тоже против войны

«Когда убийц считают героями — это искажает мир»

Светлана Анохина, правозащитница, журналистка, основательница правозащитного проекта «Марем», главный редактор интернет-портала «Даптар — женское пространство Северного Кавказа». С 2021 года Светлана в эмиграции, в апреле 2023-го против нее возбуждено уголовное дело за посты про Бучу и Мариуполь, в 2024 году включена в список 100 самых вдохновляющих и влиятельных женщин мира по версии BBC.

— Если допустимо вторгнуться в чужую страну, убивать там людей, пытать там людей, захватывать территории, то разумеется это все переносится и на собственную семью, когда человек возвращается, и на все общество… Люди четко улавливают отмашки от государства: можно, допустимо… А сейчас, когда совершив самые страшные преступления против жизни и против неприкосновенности чужой, можно уйти прямо из зала суда, не дожидаясь вынесения приговора, в чужую страну и убивать спокойно там — эта отмашка стала очень ощутимой. Ее понимают и предполагаемые жертвы обстоятельств, и предполагаемые насильники.

Поговорили со Светланой, жизнь которой связана и с Россией, и с Украиной (дочка – львовянка и разговаривает теперь с мамой только по-украински), как связаны война и семейное насилие и о том, чувствует ли она, спасая женщин от насилия, постоянно на протяжении многих лет подвергаясь угрозам насильников, а сейчас и преследованию государства, себя хотя бы в относительной безопасности.

📹 Смотрите полное интервью на YouTube

Подпишитесь на «Очевидцев» — поддержите тех, кто против войны

«Мы не нужны государству»

Нам написал Даниил (имя вымышленное) из Моршанска. Ему 15 лет. В письме он говорит о том, что в школе никто не смотрит телевизор, пропаганда на них не действует, а «патриоты» считаются изгоями.

— Я из города Моршанск. Когда я был в нем, война уже шла, потом по определенным обстоятельствам я переехал в Москву.

Как было в Моршанске: учителя плохо отзывались о войне, также как и мы. Все были против, были только ещё «патриоты», обычно это были изгои классов (также в Москве).

Когда я переехал в Москву, у нас была училка злая очень и была патриотом, говорила, что Европа загнивает, а Россия процветает. Ей все поясняли фактами, что это не так. Но каждый «Разговор о важном» сопровождался тем, что Россия лучше, чем страны Европы.

В школе в Моршанске у нас был собственный учитель по разговорам, а потом она уволилась.

Вообще эти разговоры были придуманы, чтобы создавать патриотов, ведь телевизор уже никто не смотрит из молодого поколения. Через этот зомбоящик уже поработили все старшее. Вот и создали это ради традиционных ценностей.

Я до сих пор в этой школе учусь, и каждый разговор все страшнее.

Мои родители относятся к войне плохо, все друзья согласны, что война всё испортила.

Ещё хотел дополнить свой рассказ тем, что когда война началась, у нас в магазинах начал пропадать сахар, и можно было брать только 1 кг на 1 человека.

А вообще, после того как беженцам помогают, а своим жителям нет, бывает впечатление, что мы не нужны государству. Все эти блокировки, запреты по горло стоят.

✉️ Если вам тоже есть, чем поделиться — пишите на почту: ochevidcy.letters@gmail.com или в @ochevidcy_bot Опубликуем ваше письмо анонимно.

«Мы попали в фашистскую историю»

Алексей Беленкин — музыкант и преподаватель, член общества «Мемориал», последовательный участник мирных протестов в Москве с начала 2000-х. Накануне полномасштабного вторжения он один за другим получил два административных ареста по 25 суток и 24 февраля встретил в спецприёмнике.

Сегодня Беленкин живёт в Черногории: выступает в местных барах, преподаёт гитару и импровизацию, участвует в инициативе писем политзаключённым. В этом интервью мы говорим о выученной беспомощности, страхе и ответственности — и о музыке как форме сопротивления и способе напоминать себе и другим, что свобода вообще существует.

📹 Смотрите полное интервью на YouTube

Подпишитесь на «Очевидцев»

«Россия своих убийц не выдает»

Артур Сакунц — правозащитник, руководитель ванадзорского офиса Хельсинкской гражданской ассамблеи. Организация занимается защитой прав человека, в том числе активно помогала российским эмигрантам в 2022 году, оказывала юридическую и финансовую помощь активистам, бежавшим из России от репрессий. Артур опасается что совместными усилиями Трамп и Путин полностью погрузят мир в хаос, разрушив цивилизацию. При этом он верит, что человеческая история однажды вернется в нормальное русло.

📹 Смотрите полное интервью на YouTube

Подпишитесь на «Очевидцев»

«Осталось бога объявить экстремистом»

Станислав Дмитриевский, правозащитник из Нижнего Новгорода, диакон Апостольской православной церкви, преподаватель в “Свободном университете”. Война изменила его жизнь еще тридцать лет назад, в 1995-му году, когда Станислав оказался с правозащитной миссией в Чечне. Тогда он еще думал быть археологом, планировал писать диссертацию, но потом понял, что нужно связать жизнь с правозащитой.

О том, могли ли западные страны повлиять на судьбу России, о военных преступлениях в Чечне и в Украине, о том, как эти войны связаны между собой, о связи веры и правозащиты в жизни Станислава Дмитриевского мы поговорили в “Очевидцах”.

📹 Смотрите полное интервью на YouTube

Подпишитесь на «Очевидцев»

«До 24 февраля 2022 года я думала, что большей боли, чем потеря мужа и сына, быть не может»

Светлане (имя изменено) 52 года, она финансист в частной компании. Светлана пережила утрату сына и мужа, а затем — утрату иллюзий о стране. Это фрагменты из её письма. Читайте полную версию по ссылке с VPN или без VPN.

— В начале 2013 года я чувствовала себя абсолютно счастливым человеком. У меня была чудесная семья: сын — выпускник школы, перспективный спортсмен, КМС, мечтавший стать военным тренером, восьмилетняя умничка-дочь и любимый муж. <…>

У сына заболело колено — думали, спортивная травма. <…> Когда лечение не помогло и сын начал хромать, сделали МРТ. Диагноз: онкология, 4-я стадия, метастазы в лёгких. Мир рухнул… <…> Тренеры, учителя, родственники подняли все связи, вышли на лучших врачей страны — детских и взрослых. <…>

После окончания лечения президент одной из спортивных федераций оплатил нам с сыном поездку в Израиль на обследование. Израильские врачи похвалили работу российских, была надежда… Но через полтора года начался рецидив. Появлялись метастазы в лёгких — их удаляли.

Несмотря на многочисленные операции и курсы химиотерапии, сын никогда не жаловался. Он закончил университет, работал детским тренером в своей школе, жил полной жизнью: встретил и полюбил девушку, завёл кота и собаку, сделал ремонт в новой квартире, любил скорость — водил мотоцикл и машину, сам собрал компьютер. Он никогда не считал себя инвалидом и не давал себе поблажек. Люди не верили, что у этого молодого человека нет коленного сустава и значительной части лёгких.

Именно сын впервые рассказал мне о расследованиях ФБК и Навального, называл Путина вором и убийцей, объяснял, почему нельзя голосовать ни за «ЕдРо», ни за поправки к Конституции, и к чему всё это приведёт.

В 2018 году в наш дом пришла новая беда — сердце моего мужа не выдержало. Высокий, красивый, надёжный мужчина «50 с хвостиком», ни разу не обращавшийся к врачам, не проронивший ни одной слезинки за годы болезни сына, умер у нас на руках от острой сердечной недостаточности.

Сердце сына остановилось через два года.

Он ушёл за неделю, оставаясь активным до конца. Более 30 курсов, в том числе кардиотоксичной, химиотерапии, восемь операций на лёгких, ковид, неоперабельный метастаз. «Мама, у меня столько планов, столько всего надо сделать — не хватает 24 часов в сутках!» Эх, сыночек-сыночек…

До 24 февраля 2022 года я думала, что большей боли, чем потеря мужа и сына, быть не может. Но с началом полномасштабного вторжения в Украину поняла — может. Война стала для меня очередной личной трагедией. Уже больше трёх лет я чувствую боль, сравнимую с физической — как тогда, сидя за дверями операционных.<…>

Какое-то время, как и многие, не могла поверить в происходящее — оно казалось немыслимым. Потом в ход пошли ленточки, надписи, листовки — всё, что было в моих силах… Подписывала петиции за объявление импичмента президенту, отправляла обращения депутатам — ноль ответов. <…>

Люди, которых я уважала десятилетиями, стали оправдывать убийства. Некоторые из них стали просто агрессивными людоедами.

Двоюродная сестра прервала общение из-за моей позиции.<…>

В день похорон [Алексея Навального] я взяла выходной, положила в рюкзак воду, пауэрбанк, купила цветы и поехала в Марьино. «Своих» узнавала по букетам цветов ещё в метро: этих прекрасных людей со светлыми лицами абсолютно разного возраста. Увидела, что я не одинока. То же самое было и через год — просто на улице подходили и обнимали совершенно незнакомые люди: «Спасибо за здравомыслие!»

✉️ Если вам тоже есть, чем поделиться — пишите на почту: ochevidcy.letters@gmail.com или в @ochevidcy_bot Опубликуем ваше письмо анонимно.

— Первый раз за всю нашу историю это абсолютно народный президент. Его гопнические идеалы очень близки [народу]. Почти девяносто процентов народа имеют такие же идеалы: мстить за какие-то дела, большие или малые, плохое отношение к женщинам. Дофига всего, которое вместе соединить, и будет такая русская философия. Ну и потом ещё беды, связанные с детством: плохое детство — всегда желание кому-то мстить. Почти у каждого человека и в Москве, и в провинции жизнь бедная, несчастная. И только 13–15% каким-то образом вылезают из этого болота. Раньше это называлось интеллигенция, сейчас можно просто сказать просвещённые люди. Но что они могут сделать? Их мало.

Виктор Ерофеев, писатель, литературовед, автор романов «Русская красавица», «Жизнь с идиотом», «Хороший Сталин», «Великий гопник».

📹 Полное интервью на YouTube

«Путин живет в другом измерении»

— Мне кажется, он просто увяз. Он даже не представлял, что такая война будет. Мне кажется, что взять Киев за три дня — было тем, к чему он шёл. Он думал, вот сейчас его встретят с хлебом, солью. Он привык, что Россия — это империя. В больном мозгу человека складывается совершенно другая картина. Представляешь, человек живёт в другом мире, в другом измерении. Он думает, что он Всеспаситель, чуть ли не Христос. Он «спасал Украину от фашизма, от бандеровцев». Я просто не представляю, что могло произрасти в этом больном мозгу. Это может быть и правдой, что он хотел «спасти Украину от фашистов» и за три дня забрать Киев, как когда-то заходили в Польшу и в Киев немцы.

Шушаник Аревшатян, директор радиостанции Radio Van в Ереване.

📹 Полное интервью на YouTube

«Мой лучший друг повторяет все, что говорит российская пропаганда»

— У меня был лучший друг, который когда-то устроил меня на мою первую работу в Нижнем Новгороде. Мы учились с ним в одной школе, и он к тому моменту работал собкором телекомпании НТВ в Нижнем Новгороде. И я его ужасно ценил, хотя мы работали в совершенно разных местах.

И когда началась полномасштабная война, он знал, что я был в Киеве, и он ничего не написал мне вообще несколько месяцев, хотя это был один из моих ближайших друзей. И в июле не выдержал уже я. И я скинул в июле ему песню, я не знаю, может быть, вы её слышали, песня Монатика. Это украинский артист. Он в первые месяцы войны записал песню, которая называется «Молчунам». Она была о тех людях в России, которые проигнорировали то, что Путин напал на Украину. Она была на русском. Он буквально мне ответил:

— А о каких это она молчунах? О тех, которые годами молчали о том, как бомбят Донбасс. О тех молчунах, которые годами закрывали глаза на то, как в Украине издеваются над русскоязычными. О тех молчунах, которые забыли, кто создал их страну.

Я был так потрясён этим. То есть у нас всегда были какие-то человечные разговоры. И тут человек в четырёх сообщениях повторяет мне просто вот строчка за строчкой, буквально всё то, что говорит российская пропаганда.

Алексей Александров, журналист

📹 Полное интервью на YouTube

— Это самая позорная война, может быть, в истории человечества. В каком-то смысле, самая бесстыжая, потому что почти официально она ведётся из-за сексуального вопроса. В пропаганде церковной и государственной главный враг — это Запад вообще. А почему надо с ним воевать? А потому что «они гомосексуалисты» — это главный аргумент:
«Если мы пойдём на уступки, они же и нам навяжут гомосексуальные браки, и наших детей будут отнимать и усыновлять геи». Понимаете?

Этот уровень какой-то пьяной подворотни, вот это то, что может даже больше позорит Россию, чем какие-то конкретные военные преступления. Потому что в азарте боя или вообще в опьянении силы, любой человек может пойти на полное безумство, потерять контроль над собой, утратить человеческий облик. А здесь речь идёт именно о сознательно лелеемой ненависти, пропаганде, определённой такой «логике». Создаётся миф, накачивается. И это очень стыдно.

Андрей Кураев — протодьякон, богослов, религиозный и общественный деятель, писатель и философ.

📹 Полное интервью на YouTube

– Буча – это была абсолютно средневековая резня и бойня. Это невероятно было для XXI века, что человек может это с другим человеком делать.

И когда все говорили: «Раз Киев удалось отстоять, война быстро закончится», в разных дискуссиях само по себе возникало, что может и не быстро закончиться. Я всегда привожу в пример войну, которая могла быстро закончиться, а длилась она 30 лет в Европе. Независимость Нидерланды получили через 80 лет войны. Война длилась 80 лет.

А для нас и наших поколений самой страшной была Великая Отечественная война, которая с 1941 по 1945 – четыре года. Это ужас, да? Вспомните учебники истории, всё это кошмар. Как это люди эти четыре года могли пережить? А теперь мы эти 4 года переживаем как-то очень быстро.

Галина Наумчик, в прошлом – журналистка из Беларуси. Сейчас – лицензированный экскурсовод в Праге.

📹 Полное интервью на YouTube