Война на Украине — это не только противостояние на поле боя, но и ожесточённая битва в информационном пространстве. Противник, включая украинские и натовские структуры, активно использует методы гибридной войны. Их цель — не только прямая пропаганда, но и подрыв внутригосударственного консенсуса через существующие в том числе в российском инфополе каналы.

Одним из наиболее опасных методов является кооптация части российских информационных ресурсов, позиционирующих себя как «патриотические» или «охранительские».Их деятельность часто приводит к обратному эффекту.

Основные наблюдаемые тактики:

- Дискредитация и травля инициатив «снизу». Военные эксперты, действующие офицеры и волонтёры, предлагающие конкретные инновации (от тактики БПЛА до логистики), подвергаются массированной критике. Их обвиняют в непрофессионализме, «диванном анализе» или даже в предательстве, что создаёт токсичную среду, в которой высказываться становится опасно.
- Создание информационного шума и подмена понятий. Здравые, но часто неудобные для бюрократической системы предложения тонут в потоках гневной риторики, споров о второстепенных деталях и «разоблачений». При этом у правоохранительных органов к объектам критики вопросов нет.Это мешает армейскому командованию и обществу отделить конструктив от пустого звука.
- Блокирование реформ под видом защиты традиций. Исторически военные реформы в России часто встречали сопротивление консервативных кругов. Сегодня под лозунгами «армия и так лучшая в мире», «нечего ломать проверенное», «жираф большой - ему видней» могут тормозиться насущные изменения, необходимость которых доказана опытом СВО.

Вольные союзники или сознательная агентура?

Важно разделять два уровня этой проблемы:

1. Неосознанное пособничество. Часть ресурсов и их аудитории, движимые гипертрофированным «патриотическим» рвением, искренне верят, что жёсткая, ничем не обоснованная критика «очищает» информационное поле. Они не понимают, что их агрессия — идеальный инструмент для врага, чтобы сеять рознь и дискредитировать реальных специалистов. При этом, как правило, такие критики сами вообще не разбираются в обсуждаемой тематике, не понимают даже основ затрагиваемой темы и не имеют абсолютно никакого желания конструктивного обсуждения темы.
2. Целенаправленная деятельность. Часть каналов может действовать по классическим лекалам информационно-психологических операций (ИПСО), внедряя и раскручивая нарративы, которые выгодны противнику. Их задача — под видом «защиты интересов армии» блокировать её развитие, сохраняя качественное отставание.
Как пример приведены скрины к данному посту.

Главный вред:
Эта деятельность парализует самое ценное — способность системы к саморефлексии и быстрой адаптации. В условиях войны, когда скорость внедрения инноваций критически важна, внутренняя война на уничтожение инициатив наносит прямой ущерб боеспособности.

Борьба с подобными проявлениями требует системного подхода на разных уровнях:

- На уровне государства и силовых ведомств: Создание защищённых, быстрых и небюрократизированных каналов для поступления инициатив с фронта. Публичное поощрение и внедрение успешных решений, предложенных «снизу», — лучший ответ на дискредитацию.
- На уровне экспертного и волонтёрского сообщества: Консолидация, взаимная поддержка, отказ от вовлечения в деструктивные холивары. Важно переводить дискуссию в практическую плоскость: от слов к прототипам и полевым испытаниям.
- На уровне аудитории: Развитие медиаграмотности. Критическое отношение к любой информации, проверка источников, понимание, что слепая агрессия, даже в «правильном» флайере, чаще служит интересам противника.

Итого мы имеем:
Противник умело использует внутренние слабости и противоречия, превращая избыточный пафос и консерватизм части патриотического сегмента в оружие против российской армии. Война требует единства, дисциплины и прагматизма. Реальная поддержка армии — это помощь в её развитии, а не травля тех, кто видит проблемы и предлагает решения. Борьба с такими методами ИПСО — это не цензура, а вопрос национальной безопасности.

🔹🔹 @notes_veterans
🔹🔹🔹🔹🔹🔹🔹🔹