Дугин объединяет в себе все самое плохое от современных левых и правых. Его идеи — это примитивный правый популизм, который при этом обернут в птичий язык левых псевдоинтеллектуалов. Базовичок с бородой, который призывает уйти в лес и посадить всех либералов, при этом используя такие слова, как "деконструкция" и "метамодерн". Конечно, можно пытаться за всеми этими наслоениями откопать мысли, но вряд ли там будет что-то сложнее мема про гоооол.

@nonpartisan1

Люди кричали: «Какой ужас, мэром Нью-Йорка будет социалист! Он всё зарегулирует!».

В итоге Мамдани пришёл к власти и собирается проводить довольно разумную политику в вопросе строительства — по сравнению с остальными демократами. Он собирается снизить регуляторную нагрузку, чтобы было проще строить и чтобы жильё стало дешевле.

Это тот самый социализм, которым пугали американцев?

В очередной раз убеждаюсь, что политические категории вроде «левый», «правый», «социалист», «капиталист» просто не работают для описания современной политики.

@nonpartisan1

Мы все ещё умнее машин

В публичной дискуссии об искусственном интеллекте постоянно упускается самая важная вещь — мотивация.

Люди рассуждают о том, какими умными стали машины и как много они умеют. Из этого делается вывод, что они скоро сравняются с человеком. Однако искуственный интеллект отличается от человеческого в одном важном аспекте: у него нет собственных целей. Именно способность иметь намерения делает человеческий интеллект человеческим.

Более того, без наличия мотивации машина не может стать такой же умной, как человек. В недавнем подкасте это объясняет один из пионеров машинного обучения Ричард Саттон. Нейронка выбирает наилучшее действие на основании предварительнного обучения. Однако мир слишком сложный, чтобы упаковать все возможные решения в пакет, который тебе скормили перед выходом в мир. Чтобы научиться с этим миром обращаться, нейронка должна учиться на своих собственных действиях путем проб и ошибок.

Именно так учатся люди. Но мы можем это делать именно потому, что у нас есть мотивация учиться определенным вещам. Мы хотим быть в тепле, быть сытыми, здоровыми, хотим иметь высокий статус и передать свои гены. Эта мотивация подталкивает нас к тому, чтобы учиться тому, как достичь всего этого наиболее эффективным способом.

Мы ставим перед собой цель, а потом смотрим, насколько хорошо мы ее достигли. Когда мы ее достигаем, мы получаем удовольствие. Когда у нас не получается — испытываем негативные эмоции. Именно это позволяет нам справляться со сложностью мира и переносить то, знание, которое у нас уже есть, в новые контексты.

Серьезный разговор об искусственном интеллекте невозможен без разговора о намерениях. Чтобы приблизиться к AGI, разработчикам придется дать нейронкам целеполагание. Машина должна сама чего-то захотеть — и только тогда мы сможем сравнивать ее с человеком.

И тут встает вопрос этики и политической философии: если мы дадим машинам цели, то какими они должны быть?

@nonpartisan1

Интересный тред про проблемы политического ислама.

В Иране и Турции падает количество религиозных людей.

Почему так?

Когда религия становится государственной, она теряет силу как источник публичной морали. Люди не любят, когда им что-то навязывают силой. Кто-то становится атеистом, а кто-то уходит в те направления ислама, которые не поддерживаются государством.

Коллега рассказывал про интересное количественное исследование, где авторы пришли к тем же выводам.

@nonpartisan1

Нам обычно говорят, что история в школах нужна для того, чтобы не повторять прошлых ошибок.

Философ Майкл Хьюмер в своей книге пишет, что иногда это может приводить к обратному результату. Когда есть история конфликта между двумя группами, преподавание истории лишь усугубляет проблему.

Рассказывая о том, как ваша группа конфликтовала с другой группой, вы делаете молодого человека участником бессмысленного межпоколенческого конфликта. Одно поколение передаёт травмы другому, и насилие продолжается.

Хьюмер пишет, что так происходит с чёрными в США. Когда им постоянно рассказывают о насилии со стороны белых в прошлом, им гораздо труднее интегрироваться в американское общество сейчас.

Я думаю, что при разговоре о межгрупповых конфликтах историк должен руководствоваться принципом «не навреди». Не стоит врать, но не стоит также забывать о фрейминге. Гораздо важнее показывать кооперацию между твоей группой и другими, чем историю конфликтов и угнетения.

Но это очень сложно делать в мире победившего национализма.

@nonpartisan1

Русский национализм in a nutshell.

Дугин в "Основах геополитики" предлагает России разжигать сепаратистские настроения в США с опорой на "афро-американских расистов". Вот это настоящий Woke Right.

Вставай Техас!

@nonpartisan1

Феминизация культуры — это плохо?

Среди американских политических комментаторов какое-то время назад шёл спор о женской «нерациональности». Одна консервативная дама утверждала, что культура в США стала более женской — и это плохо. Женщины, мол, меньше склонны руководствоваться рассудком и больше полагаются на эмоции. Отсюда постоянные разговоры о травмах и угнетении.

Окей, допустим, что женщины нерациональны. Но почему мы должны считать рациональными мужчин? Мужчины обладают повышенной агрессией. Большинство преступлений совершаются мужчинами. Мы гораздо чаще женщин страдаем от зависимостей и обладаем повышенной склонностью к риску. Мы всю историю резали других мужчин за интересы мужчин в дорогих одеждах. Это тот самый мужской холодный рассудок?

Я не думаю, что эволюция сделала нас разумными. Мы не были созданы для того, чтобы познавать мир. Мы были созданы для того, чтобы передавать свои гены. И чтобы это делать, оба пола были наделены разными психологическими особенностями. Мужчины и женщины иррациональны по-своему. У каждого есть свои эволюционно обусловленные искажения.

Современные консерваторы хотят сделать политическую культуру более маскулинной. Но хотят ли они сделать её разумной? Они часто превозносят самые негативные мужские черты: низкую эмпатию, агрессию, нелюбовь к чужакам. Я не большой поклонник повесточки и постоянного разговора о травмах. Но на фоне «базированных гигачадов» та самая «женская» политическая культура предстает гораздо более привлекательной альтернативой.

@nonpartisan1

На исследования и книги
Нравится канал? Вы можете поддержать автора по этой ссылке. Так у меня будет больше возможностей, чтобы читать, думать и писать для вас.

Перестаньте думать своей головой

Многие люди считают, что вы должны всегда думать своей головой. На курсах по критическому мышлению вам расскажут, что ссылка на авторитет — это логическая ошибка. На самом деле это полнейшая глупость.

В сложных вопросах — например, в науке — вам следует доверять экспертам. И вы можете ссылаться на них в своей аргументации. Современное научное знание настолько велико и сложно, что каждый человек попросту не может разобраться во всём. Здесь требуется разделение труда. Эксперт потратил свою жизнь на то, чтобы разобраться в определённой области научного знания. Вам стоит доверять его суждениям по определённому вопросу больше, чем своим, — ведь у вас нет тех же знаний и компетенций, что у него.

Представьте, что вы спорите с конспирологом. В чём его ошибка? Она необязательно имеет отношение к его рассуждениям по теме. Он мог сделать вполне логичные выводы из той информации, что ему доступна. Его ошибка в том, что он не доверяет экспертам. Он думает, что умнее учёных и может сам разобраться в вопросе. Однако ему не хватает релевантного образования, чтобы прийти к правильным выводам. Конспиролог может знать о предмете спора больше вашего. Но вы будете гораздо более рациональны просто потому, что доверяете экспертам.

Конечно, вам не стоит доверять экспертам слепо. Когда вы ссылаетесь на авторитет, желательно ссылаться не просто на мнение кого-то одного, а на консенсус внутри определённой дисциплины. Также стоит помнить, что не все дисциплины одинаково достойны доверия. Вам стоит меньше доверять социально-гуманитарным дисциплинам и таким политизированным областям, как климатическая наука.

Однако стоит помнить одну важную вещь: хуже эксперта может быть только неэксперт.

@nonpartisan1

Также, как мужчины не могут понять женщин, политизированные люди не могут понять аполитичных.

Во всех прогнозах и оценках политизированных людей есть скрытое допущение: у большинства есть какие-то взгляды, они знают, что происходит, и имеют какое-то мнение по этому поводу. Это самая обычная проекция собственного майндсета на других людей. Политизированному человеку очень сложно объяснить, что для большинства людей политика находится где-то на периферии сознания и воспринимается как погода, на которую они не могут повлиять.

Аполитичный человек гораздо трезвее, чем политизированный, оценивает свою возможность менять мир и выбирает жить своей жизнью.

@nonpartisan1

Либертарианцы делятся на две категории: самые умные люди в политике и коллективный СВТВ. Первые выступают за свободу во всех её проявлениях, а вторые — за свободу диктатора сажать, свободу копа стрелять по гражданским и свободу не видеть людей с другим цветом кожи.

Как так выходит, что интеллектуальная элита и люди, которым не хочется жать руку, называются одним словом?

Очень забавное объяснение нашёл у Ричарда Хананьи:

Очень мало людей понимают экономику — или прорыночную аргументацию по большинству вопросов. Они лишь знают, что экономический коллективизм звучит хорошо, а капитализм — плохо. Большинство психологически нормальных людей поддерживают то, что звучит хорошо, а не то, что звучит плохо, поэтому они становятся антирыночниками. Это описывает большинство левых и центристов.

Но некоторые намеренно показывают себя плохими людьми. Они хотят продемонстрировать, что не страдают патологическим альтруизмом и готовы делать то, что нужно, ради будущего своей страны. Когда они слышат левую пропаганду о том, что капитализм позволяет небольшой избранной группе элит монополизировать ресурсы, держать маргинализированные группы «на своём месте» и доминировать над остальным обществом, они говорят: «Звучит отлично, я в деле!»

Очень убедительно! С одной стороны, у нас есть умные люди, которые разбираются в экономике, политике и принимают истину, которая контринтуитивна. С другой стороны, есть просто очень плохие люди, для которых либертарианство — это способ показать, что они готовы съесть пару человек ради «общего блага».

@nonpartisan1

Часто можно услышать, что прав человека не существует. Я не уверен, что люди полностью осознают, что из этого следует.

Смысл прав заключается в том, чтобы запрещать преследование целей, если это нарушает интересы других людей. Отрицая права, человек попросту отрицает базовую мораль.

Любое право можно переформулировать как запрет на совершение действий, которые нарушают фундаментальные интересы другого. Фразу «у человека есть право на жизнь» можно переформулировать как «убивать плохо».

Если прав не существует, то людей можно убивать, пытать, обращать в рабство, затыкать им рот и силой навязывать свою точку зрения. Когда человек не признаёт права, он признаёт право сильного делать всё, что ему захочется.

В последнее время в определённых политических кругах стало нормальным говорить, что прав человека не существует. Стоит понимать, что эти люди имеют в виду.

@nonpartisan1

Как выглядит средний политический комментатор на русском языке:

1. в последний раз читал что-то, кроме новостей, ещё в университете.

2. не знает иностранных языков и не разбирается в политике других стран.

3. редко говорит об идеях и институтах. Маркс и Гумилёв — это для него актуальные мыслители.

4. его основной метод анализа — гадание, что в голове у политиков, по последним новостям.

5. постоянно рассказывает истории от своих источников, а потом делает предсказания на их основе. они никогда не сбываются.

6. половина его тейков — конспирология, другая — копиумные предсказания.

7. хорош в играх «перескажи новость другими словами» и «умудрись не сказать ничего интересного за отведённое время».

@nonpartisan1

Писать что-то интересное о текущей российской политике просто невозможно.

Есть только один важный вопрос, и писать про него очень сложно. Одна из основных проблем заключается в том, что ты с необходимостью попадёшь в один из двух лагерей. Конфликт пробуждает групповое мышление: люди автоматически отсортируют тебя в определённый лагерь. И неважно, насколько комплексная у тебя позиция. Стимулы работают таким образом, что ты рано или поздно к одному из лагерей примкнёшь.

А внутри этих лагерей сказать что-то интересное попросту нельзя. Либо ты будешь говорить только внутригрупповыми штампами, либо тебя отменят или сделают что-то похуже. Более того, в какой-то момент диспозиция поменяется, и тебе будут постоянно предъявлять за слова / действия в одном из лагерей.

Поэтому мне гораздо интереснее писать про прошлое и про другие страны. Вы, конечно, можете назвать это барнаулингом, но, на мой взгляд, это самая адекватная ниша на данный момент.

@nonpartisan1

Белое пальто русских либералов можно объяснить наследием диссидентского движения.

Диссиденты определяли себя не как политическое движение, а в первую очередь как моральное. Они не считали, что борются за власть, — лишь за моральное очищение системы. Нужно избавить её от лжи, лицемерия и людоедства.

И это довольно благородная цель. Но поза морального камертона не работает в политике. Здесь есть несколько проблем.

1. Основная задача политика — собрать большую коалицию, чтобы прийти к власти. Основная задача морального камертона — говорить людям, что они не соответствуют высоким моральным стандартам. Несоответствие между этими двумя ролями и подвело демократическое движение. Нельзя собрать коалицию, если ты говоришь потенциальным союзникам, что они плохие люди. Русские либералы выехали на популярности популиста Ельцина, но потом оказались никому не нужны из-за своей позы.

2. Моральный камертон видит мир как игру с нулевой суммой. Он считает, что только его мораль правильная. Если это так, то все, кто с ним не согласны, должны быть повержены. Отсюда — поддержка Ельцина и нежелание сотрудничать с другими политическими силами. «Красно-коричневым» нужно сломать хребет, даже если они сидят в законном парламенте.

Русские либералы хотели построить в России демократию. Но они не понимали, что демократия предполагает способность мириться с теми, кто с тобой не согласен. Демократия — это не власть демократов, а система, где ты можешь проиграть на выборах. Но моральный камертон не может проиграть. В своём желании моральной чистоты эти люди невольно сделали систему гораздо менее конкурентной.

@nonpartisan1

Как изучать еврейскую культуру в цифровую эпоху

Приглашаю принять участие в секции по иудаике и израилеведению на конференции "Векторы-2026". Она пройдет с 16 по 19 апреля в Москве. Мероприятие организуют мои друзья и коллеги по Шанинке. Приходите с докладом или просто послушать. Я там тоже буду.

Тема секции — как новые технологии повлияли на еврейскую жизнь и еврейские исследования.

Что будут обсуждать:

➔ Как социальные сети меняют еврейскую идентичность в диаспоре и в Израиле;
➔ Какие возможности открывают цифровые архивы и корпусный анализ текстов;
➔ Как технологии трансформируют практики сохранения еврейских языков;
➔ Что цифровая антропология может сказать о современных еврейских общинах.

Секция междисциплинарная: ждут историков, социологов, антропологов, лингвистов, культурологов и специалистов по digital humanities.

Формат: гибридный (очно и онлайн).
Языки: русский, английский.

Чтобы выступить, нужно подать заявку по ссылке.

Заявки принимаются до 09 марта 23:59 по Москве.

А я завтра буду выступать тут. Расскажу о том, что не так с демократиями и автократиями, и порассуждаю о том, как будут выглядеть политические институты будущего. Приходите!

Парадокс прессы: свобода или качество?

У философа Александра Герреро прочитал про забавный парадокс. Чтобы демократия работала, ей нужна свободная и качественная пресса. Но пресса не может быть свободной и качественной одновременно.

Допустим, пресса свободная, и на неё действуют рыночные стимулы. В таком случае журналисты будут вынуждены подстраиваться под вкусы публики — иначе они просто не будут получать прибыль и не выживут. Публика не хочет качественной журналистики: она хочет, чтобы её развлекали. Герреро перечисляет, что журналисту нельзя делать на рынке:

— не выгляди и не звучи скучно;
— не ставь под сомнение базовую картину мира аудитории;
— не пытайся опровергать стереотипы аудитории;
— не требуй от аудитории какого-либо образования или знаний;
— не озадачивай;
— не усложняй;
— не запутывай;
— не приводи сложных аргументов, причин или гипотез;
— не устанавливай такой стандарт «новостной значимости», который исключает сплетни о знаменитостях, сенсационные, но невероятно редкие преступления или вообще всё, что освещает любая другая площадка где угодно.

Журналист должен делать всё это, но если он будет, то его изданию придётся закрыться. На американском рынке, конечно, есть более качественные медиа, вроде NYT и WSJ, но они тоже вынуждены частично соблюдать эти правила. Кроме того, эти медиа работают на очень небольшую, элитную аудиторию.

Как можно решить эту проблему? Единственный выход — государственное вмешательство. Можно вводить модерацию контента или создавать государственные медиа, вроде BBC. Но у таких решений всегда есть риск того, что государство будет цензурировать и продвигать свою повестку через подконтрольные медиа.

У этой проблемы просто нет хорошего решения в рамках демократии. Людям неинтересна качественная политическая информация — им скучно её потреблять. И мы не заставим их это делать.

@nonpartisan1