Трамп теряет колеблющегося избирателя по вопросу иммиграции. И этот тренд усилился после недавних убийств в Миннеаполисе. Иммиграция была трамповским козырем. Но теперь ситуация начала меняться. Как пишет Нейт Сильвер:

Американцы, возможно, и хотят усилить охрану границ, но они не хотят, чтобы агенты ICE убивали гражданских.

Попытки команды Трампа оправдать происходящее не спасают ситуацию. Если в случае Рене Гуд ещё была возможна дискуссия, то убийство Алекса Претти не оставляет простора для интерпретаций. У него в руках не было оружия — только телефон. Да, оружие было у него с собой, но он не пытался его достать, а перед фатальным выстрелом другой агент успел вытащить его пушку. Убитый просто пытался защитить другую активистку, которую агенты ICE залили перцем. Претти повалили толпой и выпустили в него 10 пуль.

Кристи Ноэм и Стивен Миллер говорят, что Претти был террористом и собирался устроить отстрел агентов ICE. Почему? Да просто потому, что при нём была пушка. А также потому, что Пэм Бонди выпустила бумажку, где включила в определение терроризма протестную активность, разрешённую Первой поправкой, и приверженность радикально левым идеям. Видимо, Алекс Претти, который был медиком и хотел помогать ветеранам, был тайным антифа.

Сейчас у колеблющегося избирателя есть выбор: либо поверить своим глазам, либо команде Трампа. Оправдывать это убийство можно только в том случае, если правацкая эхо-комната поплавила человеку мозг.

Это событие всё ещё не является предвестником будущих побед демократов. Американцам не нравится воук-повестка; они также считают политиков от Демпартии менее компетентными в вопросах экономики. Но консенсус по одному из самых важных вопросов постепенно начинает меняться. Если у демократов получится сделать иммиграцию своим козырем, то это будет большой победой для них. Пока что Трамп сделал всё, чтобы помочь им в этом деле.

@nonpartisan1

Большинству людей наплевать на демократию

Американский политический обозреватель Мэтт Иглесиас пишет, что рассуждения о демократии — провальная стратегия для привлечения избирателей в США. Во время президентской гонки демократы сделали ставку на разговоры об авторитарных тенденциях Трампа. И эта ставка полностью провалилась. Трамп действительно пытался помешать передаче власти, но избирателям по большей части на это наплевать.

Я думаю, что рассуждения об институтах могут убедить только интеллектуалов, но не обычных людей. Большинство избирателей не интересуется политикой и уж тем более не лезет в такие сложные дебри, как институциональное устройство. И это так даже в США — одной из старейших демократий.

В демократиях люди могут чаще говорить, что им нравится демократия, но это не значит, что их действительно глубоко волнует сменяемость власти. То, что отличает демократии от авторитарных режимов, — не ценности, а институты. Например, институт гражданского общества позволяет небольшому количеству активистов организоваться и предотвратить узурпацию власти.

Но большинству людей всё ещё наплевать на институты. Если их что-то и интересует в политике, то скорее экономические вопросы. Людей может переубедить совсем уж некрасивая картинка злоупотреблений, но её нужно показать. Для этого нужна свободная пресса — очередной институт.

Человек, который говорит, что какой-то народ не имеет демократических ценностей, не понимает, что абсолютно все народы их не имеют.

@nonpartisan1

Левый центр — самая адекватная политическая сила в США

Я придерживаюсь либертарианских взглядов, но считаю левый центр самой адекватной политической силой в США на данный момент. Вот мои аргументы:

1. Они не занимаются экономическим популизмом. В отличие от MAGA, они выступают за свободную торговлю. Они хорошо относятся к рынку, за что огребают от своих же сторонников из левого лагеря. Мэтта Иглесиаса, Эзру Кляйна и Дерека Томпсона постоянно обзывают «неолибералами» (что-то на левацком).

2. Левый центр не поддерживает повесточку и чрезмерные зелёные регуляции. Они критикуют крайне левых с позиций здравого смысла, за что также огребают. Тут можно вспомнить «Манифест демократов здравого смысла» Иглесиаса или «Ловушку идентичности» Мунка — отличную критику повесточки из центра. В «Abundance» Кляйн и Томпсон показывают, как зелёная политика синих штатов привела к нынешнему жилищному кризису.

3. Им важны институты. Крайне левые считают, что могут, наплевав на предпочтения избирателя, принимать непопулярные меры при помощи судов. MAGA поддерживают кандидата, который пытался помешать передаче власти, когда проиграл выборы. Левый центр постоянно говорит об институтах и не понимает под демократией просто «что-то, что сейчас нравится левакам».

4. Они не являются конспирологами. Правая информационная среда очень сильно деградировала за последнее время. MAGA постоянно распространяют фейки и конспирологические теории. Левый центр не пытается отрицать очевидное и прислушивается к научному сообществу.

5. Они не являются белыми националистами. Левый центр не строит свою программу на ненависти к другим группам. Также он не обвиняет мигрантов во всех бедах США. Все они поддерживают умеренную миграционную политику.

Я не согласен с некоторыми экономическими взглядами левого центра. Но на фоне всего остального они представляются мне самой адекватной политической силой в США на данный момент. Их взгляды на политику гораздо ближе к либертарианству, чем трампизм. Я бы также мог назвать правый центр, но в последнее время его слышно гораздо меньше. Буду рад увидеть его подъём.

@nonpartisan1

Администрация Трампа говорит, что агенты ICE находятся в опасности. Именно этим они оправдывают агрессивные действия миграционной службы.

Однако статистика говорит об обратном: шансы агента ICE быть убитым в 5,5 раз меньше, чем обычного гражданского. С 2003 по 2025 год было убито 9 агентов ICE. Даже с приходом Трампа и резким ужесточением миграционной политики в 2025 был убит только 1 один агент.

Почему так? Скорее всего, это связано с тем, что в США мигранты совершают меньше преступлений, чем местные.

@nonpartisan1

"Вечный мир" и человеческая природа

Либералы в международных отношениях считают, что между государствами возможно сотрудничество. Рано или поздно государства смогут избавиться от войн или резко сократить их количество и масштаб разрушений. Эту позицию часто обвиняют в идеализме: почему они вдруг станут сотрудничать? Из чистого альтруизма?

Здесь я хочу попробовать реконструировать логику либеральной школы. На мой взгляд, она строится на определённом представлении о человеческой природе. Либералы не считают людей альтруистами: люди во многом эгоистичны и склонны к агрессии. Но они также верят, что институты и нормы способны оказывать влияние на поведение людей. Один из самых известных представителей либеральной школы Джон Айкенберри пишет:

Речь не о том, что люди как вид становятся внутренне более нравственными, просвещёнными или склонными к сотрудничеству. Скорее о том, что они способны лучше понимать свои обстоятельства и помещать себя в такие институциональные условия, которые направляют их действия в желаемую сторону.

Со временем люди способны лучше понимать себя и мир вокруг, а также создавать правильные стимулы в виде институтов. Взгляд Айкенберри на человеческую природу напоминает взгляд Дэвида Юма. Юм писал, что люди по умолчанию склонны к конфликту, но, взаимодействуя друг с другом, могут сформировать конвенции, которые его сдерживают. Позже теоретики игр формализовали идеи Юма: они показали, как повторяющееся взаимодействие может приводить к установлению конвенций.

Для либералов международный порядок построен не на чистом альтруизме, а на договоре. Этот договор не появляется сразу: должен пройти определённый процесс формирования. Айкенберри пишет, что либеральное объяснение международных отношений работает только в современную эпоху (и то не полностью). Это объяснение эволюционное по своей сути. Люди не альтруисты — они просто очень долго учатся сотрудничать методом проб и ошибок.

Этот взгляд всё ещё может показаться идеалистическим, но он не опирается на совсем уж наивные представления о человеческой природе. Но схватывает ли он природу государств и международной арены?

@nonpartisan1

Верят ли политики в то, что говорят?

Политики часто говорят о ценностях: патриотизме, демократии, правах человека. Но действительно ли они в них верят?

Рассмотрим две гипотезы:

➊ Политики – альтруисты. Они искренне верят в каждую ценность, которую декларируют.

➋ Политики – эгоисты. Они используют ценности лишь как инструмент и на самом деле в них не верят.

Первая гипотеза выглядит крайне сомнительно. Люди прежде всего руководствуются интересами – собственными, своей семьи, своей группы. Даже когда человек отказывается от личных выгод ради общего блага, это чаще связано с желанием соответствовать нормам, а не с чистым альтруизмом. Политика не исключение: слишком многое в ней завязано на борьбу за власть и ресурсы.

Вторая гипотеза кажется более убедительной. Пример – нашумевшее интервью Василия Якименко, в котором он признался, что участвовал в кремлевской молодежной политике исключительно ради денег. Но настолько откровенный цинизм встречается нечасто. Большинство людей испытывают дискомфорт, если их слова противоречат их убеждениям.

Я думаю, что ближе всего к истине следующая гипотеза:

➌ Политики – эгоисты, НО они искренне верят в ценности, которые озвучивают.

Этот тезис может показаться парадоксальным. Ведь интересы политиков и благо граждан часто вступают в конфликт. Как можно быть эгоистом и при этом верить в ценности, которые по определению выше индивидуального интереса?

Ответ на этот вопрос дает эволюционная психология. Мы привыкли считать, что функция убеждений – отражать реальность. Но Хьюго Мерьсе и Дэн Спербер в книге «Загадка разума» доказывают, что убеждения имеют в первую очередь социальную функцию. Они помогают не только понимать мир, но и влиять на других. Мы формируем рациональные аргументы не столько для поиска истины, сколько для того, чтобы убедить окружающих в своей правоте.

Можно возразить: если цель убеждений – воздействие, то зачем в них искренне верить? Почему просто не соврать? Ответ дает теория самообмана психолога Роберта Трайверса: люди начинают верить в то, во что им выгодно верить. Во-первых, это позволяет не чувствовать дискомфорт. Во-вторых, убежденность — это эффективный социальный инструмент. Политик, который искренне верит в собственные политические убеждения, звучит гораздо убедительнее того, кто притворяется. Он вызывает гораздо больше доверия и его гораздо реже уличают во лжи.

В политике убежденность – мощное оружие. Авторитарным лидерам она помогает создавать политические организации и мобилизовывать сторонников. Для Ленина и Сталина твердые марксистские убеждения были не просто взглядом на мир, а способом максимизации собственной власти. В демократиях все работает схожим образом: искренние рассуждения о справедливости, правах человека и патриотизме помогают политикам завоевывать доверие и продвигаться по карьерной лестнице. Они не рыцари из сказок: в случае конфликта между интересом и ценностью выбор всегда будет за первым.

Не стоит делать ставку на "хороших" людей. Единственная надежда – это хорошие институты. Они создают стимулы для эгоистичных политиков действовать в соответствии со своими убеждениями.

Отредактированная версия моего старого поста.

@nonpartisan1

Сингапурская модель подала миру плохой пример. Многие захотели ему последовать. Но вот незадача: они не Ли Куан Ю, и никто из них так и не смог построить что-то хоть отдаленно напоминающее Сингапур. Наверное, тут можно вспомнить китайские успехи, но их обратной стороной была политика одного ребенка и другие эксцессы однопартийного правления.

Теперь всевозможные сторонники сильной руки постоянно ссылаются на успех того самого одного мэра города, у которого получилось.

@nonpartisan1

Спалился...

Базированный ритуал в Барнауле

Есть один известный в России «либертарианский» «политик». Если вы посмотрите на то, что он говорит и пишет, вы можете слегка удивиться. Мы привыкли думать, что политики стремятся убедить как можно больше людей стать их сторонниками. Для этого они выбирают позиции, которые могли бы привлечь потенциального избирателя.

Но наш «политик» ведёт себя ровно наоборот. Когда-то он высказывался в пользу легализации «цирка уродов» и снижения возраста согласия. Теперь он предлагает белым стать шовинистами, вернуть телесные наказания и называет Гитлера «талантливым управленцем» (осуждаем!!!).

Конечно, политик может быть провокативным. Но ему не стоит говорить что-то уж совсем из ряда вон выходящее. Трамп может сколько угодно винить мигрантов во всех бедах, но он очень осторожен, когда речь доходит до абортов, расовых и гендерных вопросов (и уж тем более не хвалит Гитлера, с которым его постоянно сравнивают). Если говорить слишком провокативные вещи на чувствительные темы, ты можешь лишиться поддержки определённых слоёв населения. Политик Трамп это прекрасно понимает.

Но что не так с нашим «политиком»? Я думаю, что его высказывания в сети стоит воспринимать не как избирательную кампанию, а как ритуал. На самом деле он не хочет власти. Вся его карьера построена на том, что он копирует риторику американских праваков-трампистов из Твиттера. Этих людей вполне устраивает их нишевое положение. MAGA-инфлюенсеры из Твиттера слишком маргинальны, чтобы куда-то избраться. Они работают на весьма определённую аудиторию таких же интернет-праваков. Их цель — не изменить мир, а собираться вместе и показывать друг другу, какие они базированные гигачады.

Американский консервативный комментатор Ричард Хананья называет такую коммуникацию «базированным ритуалом». Когда ты член племени, тебе нужно периодически показывать другим, что ты свой и как сильно ты ненавидишь другое племя. В племени MAGA роль такого ритуала играет политическая дискуссия определенного рода. Хананья пишет, что нужно не просто показать, что ты не левак. Нужно также показать, что ты не куколд (любимое оскорбление MAGA).

Для этого недостаточно просто хвалить Трампа. Нужно говорить такие вещи, которые заставили бы леваков вопить от гнева. В ход идёт всё, что попадётся под руку: враньё, конспирологические теории, расизм, мизогиния и даже Гитлер. С каждым новым тейком уровень безумия нарастает. Разговор может начаться с обсуждения новостей, а закончиться предложением отобрать у женщин право голоса и лишить гражданства этнические меньшинства.

Рациональная дискуссия этих людей не интересует. Ритуал делает их жизнь осмысленной. Хананья пишет:

Логическая последовательность — это для куколдов. У практикующих базированный ритуал есть постоянная тяга к аватарам, символам и заклинаниям базированности — через них они и находят смысл.

Чтение американского Твиттера поплавило нашему «политику» мозг. Вся его карьера — это один большой базированный ритуал. С каждым разом он выдаёт всё более безумные тейки. К политике это всё не имеет никакого отношения. Он просто работает на аудиторию таких же странных людей, как он. Такие люди находят смысл в том, чтобы постоянно присягать чужому племени за океаном, находясь в Барнауле.

Когда он и его сторонники говорят о политике, они на самом деле посылают друг другу сигналы, что они не куколды. Однако из чтения статей «политика» может сложиться совсем другое впечатление.

@nonpartisan1

Моим вторым увлечением после политики является музыка. Я не претендую на то, что её понимаю, но слушаю довольно много. Раньше вел канал про музыку для друзей. Мне захотелось его перезапустить.

Здесь буду писать об альбомах, которые показались мне интересными, а также рассуждать на разные темы, связанные с музыкой. Хочу, чтобы он мотивировал меня чаще слушать что-то новое!

Подписывайтесь! Всем нам нужно иногда отдыхать от политических срачей!

Быть демократом очень трудно

В политической философии когда-то обсуждался один забавный парадокс, о котором впервые написал Ричард Вольхейм. Идея следующая. На референдуме вы голосуете за запрет охоты на оленей. Большинство голосует против. Если вы убеждённый демократ, вы должны принять мнение большинства. Но у вас также есть собственное мнение, которое ему противоречит. Получается, что вы как сторонник демократии имеете два противоречащих друг другу убеждения.

Парадокс легко разрешить. Демократ верит в то, что X — это политика, которая должна быть реализована, только если за неё проголосуют по должной процедуре. Однако его не так легко разрешить психологически. Убеждённый демократ всегда будет испытывать дискомфорт, когда его предпочтения будут вступать в конфликт с предпочтениями большинства. Этот дискомфорт может объяснить многое в поведении левого истеблишмента в Европе и США.

Западные левые всегда считали себя демократами. Но с подъёмом правых популистов выяснилось, что многим избирателям не нравится их политика — особенно по вопросам иммиграции и культуры. Левые не могут просто так взять и отказаться от своих демократических взглядов, но им также некомфортно признавать снижение своей популярности. Что делать? Срочно нужно найти запасы редкоземельного копиума. Они начинают думать, что избиратели на самом деле их поддерживают, но правые ввели их в заблуждение.

Это может показаться странным, но это ключевая теория правого популизма среди американских и европейских леваков. Они искренне считают, что всё дело в правой пропаганде и дезинформации. На факультетах социальных наук существуют направления, целиком посвящённые валидации этой гипотезы — всевозможные misinformation / populism studies. Правые действительно чаще распространяют фейки. Но списывать всё на дезинформацию — просто глупо, и это сложно объяснить чем-то помимо копиума.

Отсюда и желание левых проводить цензуру в социальных сетях. Если правые врут и таким образом уводят у нас избирателей, то мы должны запретить им врать — и тогда всё вернётся на круги своя. Избиратели снова начнут нас поддерживать. Всё это делается для того, чтобы не признаваться себе в том, что ты делаешь что-то не так.

@nonpartisan1

Коллега приводит интересное исследование: рождаемость среди образованных женщин, на самом деле, не падает.

Мне гипотеза о негативной связи образования женщин и рождаемости всегда казалась странной. Она игнорирует базовую эволюционную потребность завести детей. Почему она должна куда-то деться у более образованных и обеспеченных женщин, которые могут себе позволить это сделать?

Я думаю, что популярность этой гипотезы связана с тем, что многим не нравится сам факт того, что женщины получают образование.

@nonpartisan1

Послушал подкаст с социологом Руудом Купмансом, который изучает миграцию в Европу. Он рассказывает о том, как европейское социальное государство создаёт негативные стимулы для мигрантов. Расскажу об одном интересном сюжете.

Многие мигранты приезжают из стран, где не поощряется выход женщины на рынок труда. Когда семья из такой страны приезжает в Европу, у женщины нет никаких стимулов идти работать: она может просто получать пособие и сидеть дома. Если бы пособий не было, то, чтобы выжить, таким женщинам пришлось бы искать работу. Это привело бы к их большей интеграции в местную культуру и снизило бы влияние на них консервативных социальных норм.

В который раз убеждаюсь, что проблема не в открытых границах государства, а в открытых границах социального государства.

@nonpartisan1

Забавная попытка начертить американский политический компас.

Сверху мы видим классических либералов. Для них основная проблема — это подъем антилиберализма, игнорирование правил основными политическими силами. Они различаются по тому, какая сторона им не нравится больше.

Посередине демократы vs. MAGA. Самые обычные челики, которые болеют за свою команду. (+ многочисленная группа тех, кто ненавидит всех).

Внизу радикально левые woke и радикально правые фанаты Ника Фуэнтеса. Нижние моложе средних, менее обеспеченные, более радикальные. Обе группы помешаны на вопросах идентичности и ненавидят Израиль.

Верх и низ — это не такие большие группы людей, сильно вовлеченных в политику. Интересный вопрос, какое влияние они будут оказывать на середину, включая аполитичных. Пока что есть ощущение, что MAGA сдвигается в сторону Фуэнтеса, а вот демократы очень медленно сдвигаются в сторону классического либерализма. Поэтому мне больше симпатичен зеленый кружок.

@nonpartisan1

Я давно пишу о том, что у большинства людей нет политических взглядов.

Еще одно забавное исследование на эту тему. Республиканцы поддержат левую меру (например, поднять минималку), если им сказать, что её поддерживает Дональд Трамп.

@nonpartisan1

Социолог Элис Эванс о том, что общего у миллиардеров, католических священников и левых политиков:

Миллиардеры, священники и прогрессисты могут казаться людьми из разных миров. Но, сталкиваясь с доказательствами сексуального насилия, они нередко делали один и тот же выбор: защищали институт, а не жертв. Когда разгорались секс-скандалы, они ставили на первое место «высшую цель» и сплачивались вокруг святости института. Миллиардеры защищали свои элитные сети; Католическая церковь — свой социальный и культурный престиж; британские прогрессисты — расовых меньшинств. Все три группы демонизировали обвинителей и подрывали попытки беспристрастного расследования. От маленьких детей — самых уязвимых членов нашего общества — отмахивались, их подвергали остракизму и насилию.

<...>

Изучая сексуальное насилие по всему миру, я вижу повторяющийся сценарий: там, где влиятельные братства используют институциональную власть, чтобы блокировать ответственность, жестокие хищники остаются на свободе. Редко видя, что виновные действительно отвечают за содеянное, жертвы часто не готовы тратить годы на стрессовые, конфликтные судебные процессы — лишь затем, чтобы от них снова отмахнулись. Вместо этого они выбирают молчать. Я называю это «ловушкой отчаяния» (Despondency Trap).

@nonpartisan1

Как поддержать автора?
Если вам нравится, что я делаю, то можете поддержать меня донатом. Так у меня будет больше времени на то, чтобы читать, думать и рассказывать вам что-то интересное!

Заранее спасибо и спасибо, что читаете!

У философа Дэна Уильямса есть очень точное замечание: либерализм близок к истине, но контринтуитивен.

Нам всем было бы лучше принять либеральные принципы, но нам трудно это сделать, потому что разум многих людей их отторгает. Наше мышление формировалось для жизни в небольших сообществах. И нам очень трудно принять правила, которые в таких сообществах не могут быть приняты. Люди двигаются в сторону либерализма потому, что это выгодно, но наша групповая природа часто берет свое и начинается откат.

P.S. Я имею ввиду философскую либеральную традицию, а не то, что под либерализмом понимают в США (воук, прогрессивизм и проч.)

@nonpartisan1