Не вижу проблемы в том, что Франция испохабила свою культуру и показала её во всей красе на открытии Олимпиады в Париже.

Франция — давний противник России. Что плохого в том, что она морально и нравственно разлагается?

Зачем вам сильный духом оппонент, который твёрдо стоит на основах традиционных ценностей? Это же касается союзников Франции по ЕС и НАТО. Пусть идут выбранной дорогой, нам же легче.

Если нынешние тенденции сохранятся, то будущее Западной Европы можно будет описать как борьбу двух женских образов:

небинарная персона с сюрпризом в трусах vs бинарная персона в никабе.

Остальные в рамках этого чемпионата вылетят на этапе полуфинала, а кто победит в финале — с тем и сойдёмся в генеральном сражении.

Сожалеем ли мы о том, что Западная Европа утратила свой исторический и культурный облик? Да. Это грустно и даже трагично.

Но это не мешает нам сохранить лучшие образцы европейской культуры в себе, своих театрах, консерваториях и музеях.

К тому же, для России привычно выступать в роли альтернативной Европы. Концепция «Москва — третий Рим», полагаю, даже для человека XXI века не утратила актуальности.

Поэтому берегите Европу в себе. Берегите русскую женщину. Берегите наследие Олимпиад 1980 и 2014 годов, проводите новые. И будьте внимательны к качеству образования в наших школах и вузах.

Тогда, как сказал один из классиков современности, «всё будет нормально, а иногда даже хорошо» :)

Родина-Мать отторгает инородное тело. Это вполне ожидаемо, учитывая контекст истории Киева последних лет. Восхищался ею в детстве, восхищаюсь ею и сейчас ♥️

«России пора слезать с эмоциональных качелей»

— писал я в мае 2023 года. Тогда у противника был локальный успех под Белгородом. Из-за этого многих шарашило, хотя у нас были очевидные успехи.

Сегодня ситуация повторяется.

Россия проводит сверхудачный обмен заключёнными. Оборона противника трещит минимум на двух направлениях. Запад медленно изучает возможности деконфликта с Москвой — и все в приподнятом настроении.

Но как только у противника появился локальный успех под Курском — всё, «зрада тотальна». Даже легендарного военкора Поддубного многие начали поспешно хоронить, и лишь некоторые проявили выдержку.

Почему соседи 10 лет катаются на эмоциональных качелях, мне понятно. Там иначе нельзя. Но вы-то куда? Это плохие качели. Вредные. Оставьте их. Вспомните о длинной воле и займитесь полезными делами 💪

Запрет УПЦ — это капля, в которой отражается море психических болезней в головах украинских политиков.

Посудите сами.

Большинство из них крещены в церкви, которую они запретили.

Они же запретили символику страны, в которой родились.

То же самое касается запрета языка, которым они пользуются в быту.

Список можно продолжать бесконечно, но главное — оскопляя себя, каждый из них переживает тяжелейший кризис идентичности.

Им приходится врать себе, своим детям, своим доверчивым избирателям и даже союзникам. Они страдают сами и заставляют страдать других.

Они пытаются выстроить новую «свідомість». Но на зыбкой почве под названием «Армія, мова, віра» любая постройка недолговечна, а уж хата-мазанка, которую они подожгли — подавно.

Отсюда и результат:

- богатейшее наследство промотано;
- к политическому расколу добавился религиозный;
- ну а эмиграция с 2014 года остается главным трендом, потому что жить под властью психически больных политиков себе дороже.

Знание, внимание и доверие — вот, пожалуй, главные валюты нынешнего века. Но равноценны ли они?

Доверие — основа любой совместной деятельности. В семье, в политике, в бизнесе. Но его можно утратить из-за мелкого косяка или клеветы, а потом годами восстанавливать.

Внимание — претендует на роль ключевой валюты в цифровую эпоху. За него дерутся все: политики, медиа, производители товаров и услуг. Однако бывают случаи, когда вниманием можно и нужно пренебречь ради достижения специфических целей.

А вот знания остаются с нами навсегда. Они неисчерпаемы. Их накопление не имеет предела. Если вы с кем-то поделились знаниями — вы их не теряете. Иногда знания даются с трудом, но они сравнительно легко конвертируются в любой вид капитала и дают вам преимущества.

Да, у этой медали есть обратная сторона («многие знания — многие печали», «чем больше я знаю — тем меньше я знаю»), но её аверс вне конкуренции — особенно во время кризисов и военных конфликтов.

В общем, друзья, с Днём знаний! 📚

P.S.: Фото сделано ровно 25 лет назад, 1 сентября 1999 года в Киеве. Время неумолимо и всё такое, да.

Вся суть «української державності» в одной новости: Сырский, чья семья находится в России, отстраняет Гладкого... из-за связей его семьи с Россией.

И формально они подчиняются человеку, который построил свою карьеру благодаря России.

Учитывая сегодняшние известия из Полтавы, всё это мазепинство, конечно, заиграло новыми красками 😏

10 лет назад были подписаны первые «Минские соглашения», которые спустя полгода обернулись «Минском — 2». Коллега Юрий Васильев прав: оба «Минска» Москва подписывала, исходя из нежелания войны и / или её эскалации. Это было отражено даже в структуре экономики.

Но, справедливости ради, учтём ещё несколько нюансов.

• Первый «Минск» был продуктом военного поражения ВСУ. «Иловайский котёл» — важный, но не единственный эпизод тех дней.

Результат: военное давление ослабло. Это создало комфортные условия для националистов, которые через полтора месяца укрепили своё положение на выборах в Раду. При таком раскладе сил под куполом ВР имплементация «Минска» была едва ли возможной.

• Второй «Минск» тоже был продуктом поражения ВСУ — «Дебальцевский котёл» сыграл в этом вопросе решающую роль.

Результат: Военное давление опять ослабло. Как позже признается Ангела Меркель, это позволило Западу подготовить свои прокси-силы на Украине для конфликта на более серьезном уровне, а политически всё это прикрывалось «формулами Штайнмайера».

• Третий «Минск / Стамбул» тоже намечался как продукт военного поражения ВСУ — строго говоря, экспедиционные силы России проводили полицейскую операцию, выйдя на гигантскую дугу от пригородов Киева до пригородов Николаева.

Результат: Из-за переговоров военное давление опять ослабло и выразилось в необязательный «жест доброй воли». А Борис *та давайте воевать* Джонсон не без согласия кузенов масштабировал конфликт до уровня 50+ стран. Сейчас он, к слову, и вовсе выступает в роли губителя украинской молодёжи. Но о том поговорим отдельно.

• Четвёртый «Минск»? Его условия Москва озвучила за несколько дней до саммита в Швейцарии. Запад в публичном пространстве эти условия отверг, но в кулуарах беседы продолжались. Вероятно, продолжаются они и сейчас — с поправкой на «бандитов» в Курской области, конечно.

Результат? В отличие от трёх предыдущих случаев, военное давление не ослабло. Скорее наоборот. Урок усвоен. Выводы, кажется, сделаны. Всё это даётся, конечно, без радости. Кровь, пот, слёзы и горе — неотъемлемая часть любого военного конфликта наряду с радостью за успехи, победы и достижения. А в заключение напомню свои же слова полуторагодичной давности:

Российским дипломатам не нужно выдумывать объяснения в рамках «Теории справедливой войны» (Just war theory), к которой западные политики с подачи философа Майкла Уолцера апеллируют всякий раз, когда США кого-то бомбят, будь то Югославия, Афганистан, Ирак или Ливия.

Мы ведем оборонительную войну, а не превентивную, нанося ответные удары, а не упреждающие, принуждая агрессора, а не жертву, к справедливому миру и законности, которая была попрана еще в 2014 году.

Впрочем, русские по-прежнему не хотят войны. Поэтому в Кремле время от времени напоминают о том, что для России предпочтительно достижение целей СВО политико-дипломатическими средствами. Главное при этом — военное давление не ослаблять.

85 лет назад начался Освободительный поход Красной Армии, который сформировал современные западные границы Украины и Белоруссии.

В Киеве и Минске по-разному распорядились этим наследием, а в Москве нередко критикуют Сталина за «польскую кампанию»,  хотя именно её успех позволил Советской России решить несколько важных задач, среди которых:

• сдвинуть границу на 250-300 км влево;
• лишить Германию возможности превратить Западную Украину и Западную Белоруссию в плацдарм для нападения на СССР.

В противном случае, думаю, Москва и Ленинград просто не устояли бы. Увы, в России сегодня недооценивают значение Освободительного похода, хотя 17 сентября явно претендует на праздничный статус и укладывается в логику как СВО, так и интеграционных процессов.

Но вернёмся к Украине и Белоруссии. Официальный Киев сегодня ничего не празднует и тем самым автоматически подыгрывает Варшаве, которая мечтает вернуть контроль над Галичиной и Волынью.

В то же время официальный Минск сегодня широко отмечает День народного единства — и тем самым обнуляет претензии Варшавы на Брест и Гродно.

Думаю, такой подход — это политически верный шаг не только в интересах Белоруссии, но и России. Поэтому я, находясь в Минске, присоединяюсь к этим празднованиям и рассчитываю на то, что в будущем к ним присоединятся и другие киевляне :)