«Мечел» пакует чемоданы. Карельские власти — слушают песни

Новость пришла, как всегда, не громом с ясного неба, а сухим казенным языком в отчете за III квартал. «В условиях сжатия рынков сбыта и низкой ценовой конъюнктуры… компания сфокусировалась на продукции с большей маржинальностью». Корпоративная тавтология, за которой — судьба градообразующего сердца поселка Вяртсиля. Вяртсильский метизный завод, тот самый, что кормил не одно поколения, с 1 февраля 2026 года будет остановлен. Решение «Мечела» Игоря Зюзина — железное.

И вот здесь начинается самый изумительный спектакль под названием «У нас всё под контролем». Правительственный сайт «Республика» уже отрапортовал: управление труда и занятости — в теме. Заявление на платформу «Работа России» подано… аж месяц назад, 31 октября. Кадровики уже рисуют планы мероприятий. Всё чинно, всё официально. Проблема, понимаете, не промышленная, не социальная, не стратегическая — а исключительно кадровая. Уволят людей — их переучат, возможно, даже трудоустроят.

Но позвольте спросить: а где, собственно, власть? Не кадровая служба, а министерство промышленности во главе со Светланой Астаховой? Какие перспективы у самого завода — этого промышленного актива республики? Консервация? Распродажа? Ликвидация? Или это тихий, но красноречивый уход «Мечела» из Карелии? Молчание.

Где экономический вице-премьер Олег Ермолаев, обычно бойко комментирующий рост ВРП? Где новый премьер Андрей Сергеев, вступающий в должность? Голос депутата Госдумы Валентины Пивненко будет слышан? Пока — тишина. Громкая, оглушительная тишина.

Апогей же этого фельетона на тему управления регионом в кризис — реакция самого карельского губернатора. На фоне надвигающейся социальной и экономической ямы в Вяртсиля, Артур Парфенчиков желает всем… хорошего вечера. И предлагает познакомиться с песней про карельские озера.

Вы поняли? Завод скоро остановят, люди потеряют работу, моногород уже заглядывает в пустоту будущего — а им предлагают песню. Про озера. Выглядит как высшая форма цинизма, финальный аккорд в симфонии отчуждения власти от народа. Пока «Мечел» считает маржинальность, а чиновники отчитываются выполнением кадровых формальностей, губернатор, похоже, считает, что его задача — создавать настроение. Песенное.

Вопросы висят в воздухе, густом, как карельский туман. Будет ли борьба за завод? Или его судьба уже решена в тишине кабинетов? Поймут ли в Москве, что за красивыми цифрами по трудоустройству через «Работу России» стоит смерть целого промышленного организма? Или Карелия окончательно превращается в декорацию для туристических открыток, где место заводам — только в музеях, а людям предлагают не работу, а сувениры и песни?

Пока ответ один: хорошего вечера. И слушайте песни. Озера-то никуда не денутся. В отличие от работы в приграничном Вяртсиля.

Ситуация с новым онконцентром требует не эмоций, а фактов. Многие слышали громкие заявления о прорыве, о так называемом «пробивании» финансирования для онкологического центра. Это подавалось как свершившийся факт, почти сказка, от «сказочницы», как выражаются в народе.

Однако, как это часто и бывает, за красивой историей следует суровая правда. Депутат Слабунова выяснила простую и шокирующую вещь: обещанных денег в реальности нет. Их не просто мало – их нет.

И здесь мы подходим к главному вопросу, который должен задать себе каждый ответственный человек: а где, собственно, грань между популистской сказкой и конкретным, ответственным управлением? Между анонсом и исполнением? Между словом для прессы и рублем для больного?

Проблема не в том, что деньги не выделили сразу – бюджетный процесс сложен. Проблема в том, что обществу, людям, ждущим помощи, подали несбывшееся как уже свершившееся. Это вопрос доверия. И этот капитал, доверие, – самый ценный. Когда он растрачивается на пустые посулы, лечить потом приходится не только больных, но и сам институт власти. Это куда сложнее, чем построить даже самый современный онкоцентр.

Пока политтусовка с важным видом жуёт матч-анализ «демарша» карельских товарищей из системной "оппозиции", которые бюджет-то обсуждать отказались, жизнь, как водится, идёт в обход этих дискуссий. И куда интереснее.

Вот, к примеру, Ленобласть. В ЗакСе нового созыва на пост председателя всерьёз рассматривают фигуру, мягко говоря, нестандартную для этого кабинета — актрису и депутата Госдумы Елену Дропеко. История получается с изюминкой, да?

А в Карелии, между тем, зреет своя парламентская комбинация. Там, чтобы снять напряжение между двумя крупными фигурами от «Единой России», прорабатывают вариант изящного размена. Депутата Госдумы от республики Валентину Пивненко видят в кресле спикера местного парламента. А нынешнего главу карельского ЗакСа Шандаловича, соответственно, — в новом созыве Госдумы в Москве.

Решения ещё нет, это один из рабочих вариантов. Но логика в нём просматривается чёткая: не конфронтация, а шахматная перестановка. Иногда лучший способ погасить противостояние — не давить, а просто переставить фигуры на доске. Посмотрим, сыграют ли эту партию.

Над министерством национальной и региональной политики Карелии клубится тот самый «густой управленческий дым», за которым обычно следуют организационные выводы.

Ситуацию можно описать как «взвешенную», но не в научном, а в чисто бюрократическом смысле: структура зависла в неопределенности. И, как водится в таких случаях, «злые языки» (которые, стоит отметить, часто оказываются просто хорошо информированными источниками) уже фиксируют первые признаки «исхода»: руководство начинает тихо прощупывать почву для возможного трудоустройства на стороне.

Что же обсуждается в кулуарах? Основной и весьма красноречивый сценарий — демонтаж единого министерства. Регионально-политический блок, судя по всему, планируется инкорпорировать напрямую в администрацию губернатора Парфенчикова, оформив его в виде отдельного управления. Логика здесь просматривается не только управленческая, но и кадрово-политическая: такое решение, безусловно, усилит позиции и расширит поле влияния Романа Голубева. Вопросы национальной политики, вероятно, будут формально выведены в отдельную, «облегченную» структуру.

Объяснения, разумеется, будут благообразными. В ход пойдут неизменные «федеральные тренды», «оптимизация госуправления» и священная «экономия бюджетных средств на аппарат». Однако извечный российский вопрос — «станет ли от этого аппарат дешевле и эффективнее?» — повисает в воздухе. Пока же пахнет не оптимизацией, а классической административной перетряской.

Депутат Ройне СР Изюмов сегодня "работает" в Пекине

«День выдался насыщенный: состоялась встреча с заведующим международного отдела ЦК Компартии Китая Лю Хайсином»

Эмилию Яблоко Слабунову и Евгения КПРФ Ульянова с собой не взял.

После тех самых выборов 2021 года – в Думу и ЗакС Карелии – Александр Чаженгин дал интервью. Не с общими словами, а с точными, почти хирургическими оценками. Тогда это многим показалось «жесткой аналитикой». Сегодня – это констатация факта.

Политик сказал тогда: «Эти выборы в Карелии выиграла не «Единая Россия», а экономическая система «Баренц Групп» во главе с сенатором Игорем Зубаревым. Она достигла всех своих целей и значительно увеличила собственное влияние. На сегодня это ведущая система, которая определяет всю политическую жизнь Карелии».

Цитата. Дословно.

С тех пор прошло время. И что мы видим? Оценки Чаженгина оказались не просто точными – они стали дорожной картой, по которой территория развивалась. В лакомых точках Петрозаводска выросли гостиницы. На берегу Онежского озера поднялся целый район «Талоярви». ЖК «Аристократ», ЖК «Флотилия», технопарк «Карельские продукты»… Список – он длинный. И красноречивый.

Теперь – новый электоральный цикл. И ключевой сигнал: за выборы в «Единой России» в регионе будет вновь отвечать человек из системы «Баренц групп» Илья Раковский. Логика железная. Значит, формирование списков, распределение ресурсов, финансовые потоки – весь этот сложный процесс – будет, по всей видимости, контролироваться частной компанией.

Итог предсказуем. Влияние «системы» станет не просто больше. Оно станет тотальным. Потому что политическая победа, закрепленная административным ресурсом, превращается в экономический актив. А актив должен приносить прибыль. Цикл замыкается.

На практике это означает, что формальная победа «Единой России» на выборах в Карелии будет уже не столько победой федерального центра, сколько отчетом перед акционерами... Они инвестировали в политику, и должны получить гарантированную отдачу: новые контракты, землю, лояльность назначенцев, контроль над ключевыми решениями.

Получен первый, весьма показательный сигнал после муниципальных выборов в Карелии, которые многими экспертами трактовались как неоднозначные для «Единой России». Речь о Лахденпохском районе.

Сегодня местный совет депутатов не смог — вы только вдумайтесь — принять бюджет муниципального округа на 2026 год. Фундаментальный, судьбоносный документ. Заминка. Пауза. Сбой в, казалось бы, отлаженном механизме.

Понятно, что в административном режиме ситуацию, скорее всего, урегулируют. Соберутся, найдут консенсус, бюджет будет принят. Технически вопрос решаем.

Но! Здесь важно другое. Сам факт этой заминки — он крайне симптоматичен. Это прямое следствие новой расстановки политических сил в совете. Результаты тех самых выборов, которые курировал вице-спикер ЗакСа Карелии Илья Раковский с компанией, уже начинают материализовываться в конкретных, осязаемых управленческих трудностях.

Вот он — момент истины, когда электоральная математика упирается в сухую прозу бюджетных цифр и неявку депутатов. И этот первый звонок в Санкт-Петербурге и в Москве услышат очень внимательно. Потому что Лахденпохский район — это не просто точка на карте, это точка сбора элиты.

Хроники губернаторской страницы

Вопрос Путину: Сколько можно ждать строительства онконцентра в Карелии?

Анна Борчикова покинула пост заместителя министра экономического развития Карелии и устроилась в Контрольно-счетную палату республики, инспектором.