<…>

С давних времен я люблю помечтать: рисовать себе квартиры и обставлять их.

Я рисую другой раз особняки на 80 комнат, а в другой раз мне нравятся квартиры в две комнаты. Сегодня мне хочется иметь такую квартиру.

Это время я ничего не пишу и не читаю. Калоши у меня сносились. Сапоги почти тоже. Денег нет.

Из дневниковых записей Даниила Хармса от 25 ноября 1932.

#обэриу_текст

Задумался: не в догоняющих, а в нормальных цивилизациях есть сегодня практика одаривания гражданских лиц (министров, например) боевыми пистолетами? Золотыми и просто.

«В эпоху якобинской диктатуры одна пьеса была запрещена потому, что реакционно настроенные зрители по непонятным причинам слишком бурно аплодировали сценам, в которых нельзя было обнаружить никаких намёков» (Реизов Б.Г. Между классицизмом и романтизмом. Спор о драме в период Первой империи. Л.: Изд-во ЛГУ, 1962. С. 11).

Пряников цитирует дивный дневник монархиста Тихомирова. Тут ведь главное не про патриарха, а: «Уж какая ни есть дрянь Россия, а все-таки надо ей жить на свете». Есть что-то розановское и даже блоковское в этом. И сразу: нечего - стилистически - возразить. Русский национализм, который мы потеряли.

А когда начинается и идет, как теперь, бесконечная «родина слонов», то разве что другого монархиста (Трепова) вспоминаешь. «Пулеметов бы теперь, пулеметов».

https://xn--r1a.website/tolk_tolk/25231

Вспомнил картинку: Клинтон покровительственно приветствует Рабина и Арафата по случаю мира.

Теперь на месте Клинтона Трамп, а на месте этих двоих - Путин и Зеленский.

А закончится так же.

К сегодняшним дискуссиям между эмиграцией и метрополией (уехавшими и оставшимися).
Из письма Олега Охапкина из Ленинграда в Рим Евгению Вагину, 1978 год:
«В июле уехал мой знакомый поэт Бурихин с женой. Как провалился, по обыкновению. В августе уехал Довлатов с матерью и собакой. От этого вестей и не жду. Однако, простился с ним по-человечески. Дай Бог ему мира и счастья в землях чуждых. …
Жизнь наша оказывается куда интересней и оптимистичней, чем это думали "диссиденты". Я говорю это с полной ответственностью, не вдаваясь в подробности. Да ты и сам, видно, того же мнения. Трагичное в нашей жизни закалило и саму жизнь. Кто этого не видит, тот и ничего, значит, не видит».
А вы говорите Тесля...

Первые сто дней следующего президента США уйдут на отдирание позолоченного пластикового орнамента в Белом доме

Странно, но факт: Трамп, видимо, не понимает, что эта война - не столько результат политических противоречий, сколько этико-культурного конфликта, ставка в котором сделана на доминацию. По свойственной силовому предпринимательству этике переговоры Путина с Зеленским однозначно будут восприняты исповедующими данную этическую систему обширными референтными группами и в России, и в Украине, как унижение Путина. После личного оскорбления со стороны Зеленского, уничтожившего группу путинского кума Медведчука в 2021 году (что послужило одним из главных катализаторов «спецоперации»), Путин может встречаться с Зеленским лишь в ситуации заведомого подчинения последнего. Используя релевантную здесь кинометафору, Зеленский должен поцеловать руку крестного отца. Трампу, казалось бы, все это должно быть ясно. Однако имеем что имеем.

21 августа, к годовщине; актуально и сегодня:

Сугубо этический характер диссидентского протеста, его сознательная сосредоточенность на морально-нравственной повестке, центральными пунктами которой были вопросы национального покаяния за преступления сталинизма и борьба за гуманитарные права и свободы, определили низкий уровень популярности правозащитных идей в период стабильного развития Советского Союза. С изменением экономического положения СССР и резким падением уровня жизни его граждан во второй половине 1980-х гг., совпавших с инициированной Горбачевым кампанией перестройки и гласности, отношение к диссидентской идеологии стало меняться. В январе 1991 г., после кровавых столкновений в объявившей о независимости от СССР Литве, демонстрация «Нет оккупации Литвы!» собрала на московской Манежной площади уже не восемь человек, а около 200 000.
Диссидентская этическая повестка – и в том числе лозунг «За вашу и нашу свободу!», поднятый демонстрантами на Красной площади 25 августа 1968 г., – связалась тогда в сознании людей с ощущением экономического кризиса СССР, прямо влиявшего на их повседневную жизнь, и получила, пусть и временно, поддержку миллионов граждан. Парадоксальным образом крах в СССР хельсинкской «второй корзины» (экономической) поднял в массовом сознании людей статус «третьей», гуманитарной. Соблюдение прав человека стало в головах советских граждан одним из элементов благополучного общества.

https://www.vedomosti.ru/opinion/articles/2018/08/24/778909-uroki-demonstratsii

И ЕЩЕ РАЗ О СТАЛИНСКОЙ РЕЗОЛЮЦИИ О МАНДЕЛЬШТАМЕ
Сегодня в Новой газете вышел материал об (известной и ранее) истории побега одного из героев Гражданской войны Гая Дмитриевича Гая из-под ареста в 1935 году. Среди прочего там приводится (ранее опубликованное) письмо Сталина к Ягоде, показательное сразу в нескольких отношениях.
Отправленный в Ярославскую тюрьму пассажирским поездом, Гай выбросился на ходу, разбив окно туалета в вагоне. Спустя какое-то время он был обнаружен колхозниками в стоге сена со сломанной ногой.
Сталин этой вполне реалистической истории побега сразу не верит — у него в голове моментально выстравается версия о ЗАГОВОРЕ конвоиров, выпустивших Гая. Он директивно требует от Ягоды признать существование заговора по спасению Гая в НКВД. Это очень характерно для восприятия Сталиным реальности в целом.
Во-вторых, Сталина заботит сфера полномочий НКВД. Для поимки Гая чекисты привлекли добровольцев из числа местного населения. Сталин возмущен:
«Спрашивается, кому нужна Чека и для чего она вообще существует, если она вынуждена каждый раз и при всяком пустяковом случае прибегать к помощи комсомола, колхозников и вообще всего населения? Понимает ли НКВД, какой неблагоприятный для правительства шум создают подобные мобилизации? Наконец, кто дал право НКВД на самочинную мобилизацию партийцев, комсомольцев и колхозников для своих ведомственных потребностей?»
Наше внимание справедливо останавливается на знакомой речевой конструкции — КТО ДАЛ ПРАВО НКВД. Именно эта конструкция использована Сталиным годом ранее в резолюции на письме Бухарина с сообщением об аресте Мандельштама: «Безобразие. КТО ДАЛ ИМ ПРАВО арестовать Мандельштама?»
Эта сталинская резолюция вызывала долгое время своего рода ступор у интерпретаторов — видевших в ней «иронию», и/или «сарказм», то есть неуместную, казалось бы, в данном случае эмоциональную реакцию.
Между тем, сталинское письмо Ягоде об истории с Гаем показывает, что данное языковое клише прочно связано у вождя с проблематикой превышения ОГПУ/НКВД своих четко очерченных полномочий и вписывает сталинскую резолюцию на письме Бухарина во вполне стандартный ряд сталинских озабоченностей — никоим образом не связанных с литературой, но исключительно со сферой деятельности спецслужб. Лишний раз доказывая, что восприятие Сталиным кейса Мандельштама, к счастью для поэта, оказалось целиком связано с вопросом контроля над чекистами, а не с не заинтересовавшим Сталина на этом фоне (и оставшимся ему неизвестным) «литературным» поводом этого ареста.

https://www.nlobooks.ru/books/kritika_i_esseistika/28784/ Предзаказ!

Как сказал художник Толстый писателю В. Е. Максимову, показывая свежевышедший выпуск альманаха Мулета и отвечая на вопрос «Где взять?» - «Купите!»

К годовщине

Хороший материал

https://telegra.ph/Istoriya--nauka-ili-propaganda-Kto-perepisyvaet-uchebniki-istorii-i-zachem-Desyat-naivnyh-voprosov-istoriku-09-23

Повторил азы

https://snob.ru/literature/proslavim-vlasti-sumrachnoe-bremia-polnaia-istoriia-gibeli-mandelshtama-i-ego-liubvi-nenavisti-k-stalinu/

Мы получили из типографии книгу Глеба Морева «Иосиф Бродский: годы в СССР» — первую научную биографию Иосифа Бродского!

Выезд из СССР в 1972 году разделил жизнь и литературную биографию Иосифа Бродского на две автономные части. Книга Глеба Морева посвящена советскому периоду, на который пришлось становление литературной карьеры, формирование социокультурной позиции и этических установок поэта. В центре книги оказываются несколько сюжетов — от замысла побега из СССР на самолете или знаменитого суда за тунеядство до ссылки в Архангельскую область и выезда за границу.

Автор фокусируется на анализе узловых моментов творческого пути поэта и подвергает эти ключевые эпизоды детальной реконструкции и новому осмыслению. Привлекая богатый документальный материал и погружая его в широкий исторический контекст эпохи, Глеб Морев ищет ответ на главный вопрос: в чем заключается неординарность и радикальность литературного и жизненного проекта Иосифа Бродского в 1960–1970 х годах?

Глеб Морев — филолог и историк культуры, автор работ по поэтике русского модернизма.

Книгу можно приобрести на сайте и в магазине «НЛО» в Москве. А совсем скоро она появится в лавке «НЛО» в Санкт-Петербурге и в других книжных.