Я ни­ког­да не дис­си­дент­ст­во­вал. За­чем мне за­лу­пать­ся? Я все­гда бе­рег свою зад­ни­цу. У ме­ня та­лант на шее ви­сит.

Оле­га Гри­го­рь­е­ва я еще маль­чиш­кой знал. Мы дру­жи­ли, он ме­ня все­гда подъя… «Влад­лен, мы с то­бой два един­ст­вен­ных по­эта в Пи­те­ре. Ты — но­мер один, а я — но­мер два!» Ну что, ка­кие меж­ду на­ми мог­ли быть но­ме­ра…

Кар­ти­ны. Покупали наши кол­лек­ци­о­не­ры, фи­зи­ки, хи­ми­ки. Не­до­ро­го.
Пе­ре­ст­рой­ка! Столь­ко на­ко­пи­лось кар­тин, что я был рад из­ба­вить­ся. Но пер­вым ку­пил Рус­ский му­зей, три кар­ти­ны, за­пла­ти­ли хо­ро­шо.
А то, что ку­пи­ли в пе­ре­ст­рой­ку — одел­ся, же­ну одел, бо­тин­ки ку­пил, ме­бель. Раз­бо­га­тел.
А так ме­ня ре­бя­та снаб­жа­ли. Я не счи­тал за­пад­ло. Да­рят мне ко­с­тюм, я и но­шу ко­с­тюм.

Я не лю­бил по­этов-со­вре­мен­ни­ков. Пе­хо­та, не мо­ря­ки. Кро­ме Оле­га Гри­го­рь­е­ва.

По­след­нее ме­с­то ра­бо­ты — Ад­ми­рал­тей­ское пред­при­я­тие «Лен­теп­ло­э­нер­го», ма­ши­нист на­сос­ной стан­ции, пе­ре­улок Грив­цо­ва, дом но­мер шесть. Про­си­дел я там де­сять лет.
Как толь­ко ис­пол­ни­лось 60 лет, я от­ту­да уво­лил­ся, по­лу­чил ши­кар­ный ад­рес, где ме­ня бла­го­да­рят за до­б­ро­со­ве­ст­ную служ­бу, и пять­де­сят руб­лей пре­мии.
Пи­шу кар­ти­ны.

Юно­ше, об­ду­мы­ва­ю­ще­му жи­тье, ска­жу: иметь про­фес­сию, же­ла­тель­но не эко­но­ми­че­с­кую.
И обя­за­тель­но иметь бла­го­род­ное ув­ле­че­ние. К их чис­лу от­но­шу шах­ма­ты, кол­лек­ци­о­ни­ро­ва­ние, ри­со­ва­ние, со­чи­не­ние про­зы или сти­хов. Пусть они бу­дут для до­маш­не­го кру­га. Пи­ши в аль­бом. И чи­тай как мож­но боль­ше.

Владлен Гаврильчик.

Легка моя
сегодняшняя жизнь.
Не надо думать:
завтра на работу.
Хоть вовсе ночью
не ложись.
А утром выдумай
сама себе заботу.

Визиты к тетушке.
Поездка в ближний лес.
И томики стихов
в библиотеке.
На кладбище безлюдном бедный крест.
И вольная тоска
о милом человеке.

Как странно мне:
раскаянья не знаю.
Не думаю о совести своей.
Занятиям свободным посвящаю
Все дни.
Уж много-много дней.

Мне кажется, что так
и быть должно.
И что стихи родит
совсем другое:
Не труд и не дешевое вино
А безделье дорогое!

Татьяна Котович, 1971.