"Весьма наивно полагать, что объявив Telegram террористическим или экстремистским ресурсом, количество каналов экстремистов, мошенников и террористов сократится, напротив, их количество скорее вырастет и в геометрической прогрессии. Интересанты закрепления за мессенджером Telegram статуса «вне закона», полагают, что репрессивные меры исправят ситуацию, не предполагая, что такие меры приведут к обратному результату. А «национальный мессенджер» МАХ, который пока весьма далек от идеала, станет самой привлекательной целью для международных групп хакеров и аферистов самого разного уровня. И сливы данных будут, и рост числа мошенничеств (это же нацмессенджер, значит ему и доверия больше), и новые средства коммуникации через МАХ украинские террористы тоже наладят, и очень быстро. Как итог, все весьма печально. Кремлевские администраторы, которые должны были воспринимать Telegram как единственную платформу, где Россия одерживает реальные информационные победы, решили оставить его, предоставив противникам полную свободу действий, да еще и поругавшись с Дуровым, который был Российской Федерации очень лоялен".

“Основой сближения и будущих договоренностей РФ и Украины может стать совпадение позиций сторон в вопросе неприятия Telegram. Претензии к популярному мессенджеру у властей двух противостоящих друг другу стран одинаково серьезны и бескомпромиссны, сопоставима и степень оказываемого на Telegram давления. В другой геополитической обстановке сложившаяся ситуация наверняка характеризовалась бы как взятие опального мессенджера в клещи или как открытие второго союзнического фронта. Но с учетом реалий и нюансов ударный дуплет против Телеги имеет особую логику и едва ли проходил согласование в противоположных центрах принятия решений. Telegram хоть и задумывался как инструмент мира, но в конце концов оказался между московским молотом и киевской наковальней, демонстрируя одинаковую уязвимость к ударам как с востока, так и с запада. Заодно мессенджер становится удобной боксерской грушей для геополитических левшей и правшей и даже такой общей высокой целью, достижение которой при определенных условиях могло бы способствовать аналогу водяного перемирия в джунглях. Если мира возможно достичь путем одновременного принесения Телеги на два алтаря по разные стороны линии соприкосновения, то многомиллионному пользователю мессенджера стоило бы задуматься об отказе от эгоистических представлений о Telegram”.

“Есть стойкое ощущение, что Китай не только подмял под себя некоторые направления нашего импорта (нашего рынка) и диктует политику по экспорту, но уже пошел дальше, подминая под себя нашу промышленность уже на нашей территории. И пойдет еще дальше в этом направлении (...) сейчас, когда Россия сама, своими руками, фактически отдала многое на откуп Китаю, полагаю, Китай весьма заинтересован еще больше влезть к нам. Его интересует сырье и энергоносители, только они. И очень он желает их получить дешево. Это для Китая «база». Россия у Китая под боком. И очень хорошо изучена. И очень в уязвимом положении на текущем отрезке времени (...) Вопрос больше к нам, что мы планируем с этим всем делать. Китай, влияя на ситуацию в нашей экономике, вполне в состоянии постепенно и осознанно влиять на нашу внутреннюю социальную политику. Ведь по сути Китаю удобнее будет работать с гражданами и «элитами» живущих в тех же социальных рамках и аналогичной социальной политикой, что он выстраивает и у себя. Это касается и социальных рейтингов, «социальной полезности», ранжира по «социальной значимости», иерархии, доступа к благам и информации и т.д. Понятно, что для части наших чиновников это близко, но вот нужно ли это нашему обществу, гражданам и Государству? Я не про здесь и сейчас, я про долгосрочную перспективу”.