Текст хорошим не бывает... Просто есть момент, когда он не так плох, как раньше.

Жоэль Диккер

На этом фото не просто три очень красивые девушки. Это студентки МГУ 1950-х годов: Тамара Цагова - студентка истфака и дочь Нури Цагова, Рая Афаунова - студентка журфака и наша бабушка, и Евгения Белгорокова - тоже студентка журфака и будущая легенда газеты «Кабардино-Балкарская правда».

На этом фото они ещё не знают, что двоим из них уже очень скоро предстоит стать лицом республиканской журналистики, а третья станет историком и архивистом. Они ещё не знают, что впереди очень много тяжёлых испытаний и их достойных преодолений. Что вся их жизнь станет символом непреклонности и служения большой цели. Что вид на жизнь, отрывающийся с Воробьевых Ленинских гор, совсем не тот, что ждет в реальности. Но что их имена станут ориентиром для тех, кто ищет в людях достоинство, преданность, искренность и профессионализм...

Сейчас они ничего этого не знают, сейчас они просто три подружки, которые приехали учиться в Москву, живут очень бедно и очень счастливо, потому что умеют радоваться жизни, дружить, и быть настоящими. Поэтому и люблю это фото

Вечерний ветер

Прошло 24 года - и я сходила на Гарри Поттера в кино 🫶🏻

Вечерние часы перед столом.
Непоправимо белая страница.
Мимоза пахнет Ниццей и теплом.
В луче луны летит большая птица.

И, туго косы на ночь заплетая,
Как будто завтра нужны будут косы,
В окно гляжу я, больше не грустя,
На море, на песчаные откосы.

Какую власть имеет человек,
Который даже нежности не просит!
Я не могу поднять усталых век,
Когда мое он имя произносит.

Анна Ахматова
1913

Прочитала (точнее почти полностью прослушала) эту книгу по рекомендации. Дальше рекомендовать не буду (за меня это сделали уже Опра Уинфри, Барак Обама и прочие), и не потому что мне не понравилось. «Брак по-американски» читается легко и написан неплохо, там есть, за что зацепиться в содержании и форме, на яндекс книгах она очень хорошо озвучена... Но!

Но как же она вторична: после «Как все было» Джулиана Барнса она читается как-то не всерьез. Напоминает мем: Джонс просит у Барнса списать домашку, а он ей «ок, переписывай, только не точь-в-точь».

Нерегулярная рубрика «угадайте город»))

В этом ноябре я руковожу литературной сменой в «Антаресе», и сегодня ещё можно подать заявку на участие!

Я отыскала грань добра и зла: это фотографии курящего Джуда Лоу

Завтра в образовательном центре Антарес стартует литературная смена, тема которой Писатель vs. ИИ: Битва за текст. В течение этих двух недель мы с ребятами попытаемся не только ответить себе на вопрос, как живет литература сегодня, но и разобраться, что такое литература и зачем люди читают выдуманные другими людьми истории.

В Хронотопе думали об этом летом, когда обсуждали книгу Умберто Эко и Жан-Клода Карьера «Не надейтесь избавиться от книг». Но вообще-то гораздо больше мне хочется вспомнить одну историю из моего собственного опыта. Это было на заре моей туманной юности – на тот момент я преподавала только пару лет и была еще очень молодая и неопытная.

Работала я на кафедре русского языка и общего языкознания, и основной нагрузкой у меня был предмет «Родной язык» на межфаке. Проще говоря, мы целый год занимались русским языком со студентами, которые не ходили ни на кабардинский, ни на балкарский. Понятно, что это были очень разношерстные группы и часто очень сложные. Были у меня тогда и студенты-информатики. И под конец года, устав от однообразных занятий я предложила им компромисс: я даю им список из нескольких книг, они читают любую из них, отвечают по ней, а я за это ставлю зачет автоматом.

Кто-то согласился, кто-то решил, что лучше традиционный зачет, но дело потихоньку шло к аттестации. И вот однажды в конце пары подходит ко мне парень, который весь год намеренно мешал мне работать. Он не хамил и не срывал занятия, но говорил 90 минут со мной одновременно и довольно громко. Такое радио, к которому я уже почти привыкла – безвредное, но все же немного раздражающее (даже имя его до сих пор помню – Давид).

Словом, он ко мне подходит в конце очередного занятия и просит задержаться на минутку. Ну, думаю: что-то особенное он мне готовит… И когда все разошлись, Давид достает из внутреннего кармана куртки потрепанную книжку – покетбук «Над пропастью во ржи» Сэлинджера (он был в моем списке рекомендаций), и говорит:

Спасибо вам, Марина Владимировна, без вас я мог бы пройти мимо этой книги и даже не узнать, что она есть. Мне осталось несколько страниц – и я не хочу дочитывать, потому что не знаю, что делать потом.

Книга была действительно в таком виде, что было ясно: он с ней несколько дней не расставался. Я была так тронута его признанием и одновременно растеряна, что не нашлась сразу, что ответить, только пообещала, что на свете еще много прекрасных книг…

Столько лет прошло, а я дословно помню его слова и легкую грусть во взгляде. И когда заходят досужие разговоры о литературе и ее важности/неважности или полезности/бесполезности, я вспоминаю первокурсника Давида, который настолько прожил «Над пропастью во ржи», что даже мне досталось от этого впечатления – его благодарность…

Вечерний ветер

В конце месяца мы поговорим об этой невероятной книге. Пока можете попробовать угадать, кто будет ведущим встречи (Хронотоп в этом вопросе щепетилен).

А я до обсуждения отыщу свой текст о «Стоунере», написанный давно, но честно. И опубликую его здесь))

Я смотрю так много британских сериалов, что, когда вижу на экране машину с левым рулём, ощущение, что что-то не так))

День преподавателя высшей школы - не тот праздник, который принято широко отмечать. Да речь и не о праздниках и поздравлениях. Просто это хороший повод сказать о том, что в названии сегодняшнего дня главные слова - это «высшая школа». За привычным словосочетанием так много всего... Очень выразительно и ёмко умеет русский язык формулировать.

И поскольку я родилась в семье потомственных преподавателей, то знаю, что эта работа - настоящее призвание и требует невероятной отдачи. Надеюсь, Альма-матер помнит, с какой отдачей работали здесь и мой дедушка, и моя мама. И я невероятно горжусь как ими обоими, так и двумя своими сёстрами, которые сегодня продолжают пусть не династию (слишком много в ней разных фамилий для династии), но настоящее семейное дело - такое благородное, и такое непростое.

Вечерний ветер

100 дней до весны

Алина Кузамишева - моя гордость 🫶🏻
Ислам Ханипаев, начинаем собирать научную школу ханипаеведения?))