Как работает наше восприятие? По мнению Анила Сета, автора неизданной на русском книги «Быть собой», наше восприятие похоже не на отражение реальности, а на контролируемую галлюцинацию.

Наше восприятие окружающего мира формируется на основе предсказаний мозга, самых вероятных догадок о причинах происходящего. Это не новая идея, ее уже выражал Платон в виде аллегории пещеры, обитатели которой видят только тени, которые для них кажутся тем, что реально. Позднее Иммануил Кант понял, что без априорных концепций мы не смогли бы разобраться в мешанине сенсорных данных. В настоящее время существует множество подобных теорий, в основе которых лежит та же идея — восприятие зависит от имеющихся априорных умозаключений.

Мозг постоянно получает огромное количество сенсорных сигналов, поэтому автор называет содержание нашего сознания сном наяву, управляемой галлюцинацией.

Сет выделяет три основы такого видения восприятия как контролируемой галлюцинации.

Первая. Мозг постоянно делает предсказания о причинах сенсорных сигналов, эти предсказания проходят через иерархию восприятия мозга сверху вниз.

Вторая. Восходящие сенсорные сигналы, которые поступают в мозг снизу вверх (из внешней среды), помогают корректировать предсказания, обнаруживать разницу между ожидаемым и получаемым в реальности. Такая корректировка служит цели минимизации ошибок предсказания.

Третья. Субъективный сознательный опыт формируется благодаря нисходящим предсказаниям, а не восходящим сенсорным сигналам. По выражению автора, мы никогда не испытываем сами сенсорные сигналы, мы испытываем только их интерпретацию.

Эту идею сложно принять из-за самого термина «галлюцинация», который ассоциируется с чем-то ненормальным — психическими расстройствами или воздействием психоделиков. Автор указывает, что существует важное отличие нашего восприятия как нормальной галлюцинации от ненормальной галлюцинации, подобной паранойе. Оно состоит в том, что при восприятии наша картина мира связана с происходящим в мире и корректируется под его влиянием, а при ненормальной галлюцинации эта связь утрачивается, предсказания не обновляются, и человек не реагирует на ошибки предсказания. Восприятие представляет собой контролируемую галлюцинацию, а галлюцинация (как отклонение) представляет собой неконтролируемое восприятие, указывает автор.

Автор указывает, что все мы постоянно галлюцинируем, весь наш перцептивный опыт — это нейронная фантазия, которая остается связанной с миром посредством непрерывного создания и переделки перцептивных предположений. Когда мы согласны с нашими галлюцинациями, это и есть то, что мы называем реальностью. Однако это согласие нельзя назвать устойчивым. Мы не всегда согласны даже с такими очевидными вещами, как цвет платья, что показало вирусное распространение в интернете в 2015 году фотографии платья, которое одним пользователям казалось бело-золотым, а другим — сине-черным. Разница в восприятии цвета платья объяснялась тем, что на фото не было контекста, а также освещением, к которому привыкла зрительная система конкретного человека. «Платье» показало, что восприятие — это не отражение объективной реальности, а внутренняя конструкция, основанная на предположениях мозга, и она может отличаться у разных людей.

Рекомендуем к прочтению наш спринт «Быть собой: новая наука сознания». Вы узнаете о том, что такое сознание и как оно возникает, о биологической основе сознательного опыта и о научных ответах на вечные философские и духовные вопросы. https://makeright.ru/library/being-you-by-anil-seth-sprint/

В нашей библиотеке вдохновляющая новинка! Ключевые идеи книги Барбары Липски «Потерявшая разум».

Это история известного нейрофизиолога, которая погрузилась в безумие, спровоцированное агрессивной формой меланомы, распространившейся и на мозг. Барбара Липска всю профессиональную жизнь занималась исследованиями мозга больных психическими заболеваниями людей и, по иронии судьбы, сама погрузилась в состояние безумия. К счастью, благодаря интенсивному лечению болезнь отступила, и к Барбаре вернулись память и ясность мышления. В своей книге она делится своей удивительной историей и рассказывает о том, как тяжелая болезнь повлияла на ее отношение к жизни.

Барбара Липска — известный нейрофизиолог, она занимается изучением психических заболеваний. Карьерный путь Липска начала в родной Польше, а затем, эмигрировав в конце 1980-х гг. вместе с семьей в США, стала работать в Национальном институте психического здоровья. Автор специализируется на шизофрении, при которой больные живут в искаженном мире, не понимают, где разница между реальностью и фантазиями.

В 2015 году из-за метастазов ранее удаленной меланомы у Липски развились опухоли мозга. Она стала терять рассудок и погружаться в пугающий и незнакомый мир. Она была дезориентированной, подозрительной, жестокой к близким, потеряла эмпатию, да и саму свою личность. Несмотря на неблагоприятные прогнозы, болезнь отступила, и автор смогла вернуться к нормальной жизни. Липска признается, что ей очень повезло, ведь большинство больных с таким количеством опухолей и нанесенных ими повреждений, как у нее, не поправляются.

Читайте удивительную историю борьбы, надежды и исцеления Барбары Липски в нашем новом спринте «Нейроученый и потеря рассудка. История о безумии и исцелении»! https://makeright.ru/library/poteryavshaya-razum-barbara-lipski-sprint/

Эмиграция пробует людей на прочность, и те, кто не боится трудностей, добиваются успеха

Прочитайте увлекательную историю о том, как кофейный король Джеймс Хилл делал свои первые шаги на пути к богатству и независимости.

Прибыв в Сальвадор, Джеймс Хилл направился в город Сонсонате у подножия вулкана Исалько. Это был идиллический городок, сильно контрастирующий с Манчестером, где вырос Хилл. Глинобитные домики с черепичными крышами были окружены пальмами и деревьями какао. Нигде не было видно нищих, как в Англии, жители говорили на чистом английском языке, женщины модно одевались и умело поддерживали светскую беседу.
Хилл снял комнату в центре города и приступил к работе: забирал партии текстиля из порта и возил их по железной дороге и на повозках на продажу в Сонсонате и его окрестности. В Сальвадоре и без него хватало торговых агентов текстильных фирм, все они конкурировали между собой, а латиноамериканские покупатели хотели лучшего. Поэтому, чтобы продать товар, нужно было сначала расположить к себе потенциального заказчика: говорить с ним о делах, политике, семье, пока он не проникался симпатией к торговому агенту, что могло привести к покупке без торга.
Джеймс Хилл прибыл в Латинскую Америку в удачный момент, когда появилась возможность расширить кофейный бизнес в Сальвадоре. В других регионах ряд событий сильно его осложнил. Одним из них стал так называемый золотой закон об отмене рабства в Бразилии. Он перевернул основы бразильской экономики, основанной на рабском труде.

На кофейных плантациях трудились сотни тысяч рабов, но теперь невозможно было сделать их труд принудительным.

Бразильские плантаторы попробовали заместить рабов трудовыми мигрантами из Европы, но потерпели неудачу: наемные рабочие отстаивали свои права и нарушения трудовых контрактов, а в случае чего обращались в свои консульства за защитой. Те же проблемы возникли у гаитянских плантаторов, где кофейные плантации пришли в упадок после отмены рабства и свержения французского колониализма.
Джеймс Хилл перебрался в Санта-Ану, открыл портновскую мастерскую, торгующую тканями из Европы, и женился на дочери влиятельного местного помещика Берналя, получив в приданое кофейные плантации.
У пары родилось две дочери — Алисия и Мария, и сын Хайме (испанский вариант имени Джеймс). Глава семьи решил всерьез заняться кофейными плантациями. Он читал все, что мог найти, о кофе, о работе плантаций, тщательно изучал местное законодательство.
Он так хорошо вник во все юридические тонкости, что ему часто платили за консультации его собратья-плантаторы. Это было очень важно: с помощью закона можно было получить доступ к земле, пригодной для плантаций, привлечь для работы на них людей, потерявших собственную землю, и опереться на полицию в случае конфликтных ситуаций. Но одну проблему закон решить не мог: людей невозможно было заставить работать на кофейных плантациях.
Прежде чем кофейные деревья начнут хорошо плодоносить, должно пройти 5–7 лет. Через примерно 5 лет на деревце распускались первые цветы, похожие на белую розу. Когда лепестки опадали, появлялась зеленая ягода, по мере созревания краснеющая до темно-вишневого цвета — сигнал, что плоды готовы к сбору. Только тогда плантатор мог расслабиться, убедившись, что его труды окупились.
В ожидании плодов Хилл построил кофейную мельницу в долине и назвал ее Лас Трес Пуэртас. Он вырос среди мельниц Манчестера, и теперь у него появилась собственная.

Рекомендуем к прочтению спринт «Кофелэнд: создание нашего любимого наркотика». Вы узнаете об истории распространения кофе и о том, как этот напиток стал любимым наркотиком современного человека. https://makeright.ru/library/coffeeland-by-augustine-sedgewick/

Шесть вариантов использования микрообучения

Микрообучение — популярная тенденция в образовании, которая вызывает энтузиазм у специалистов в области обучения и предпринимателей в сфере образовательных технологий. 

Первый вариант — микрообучение, нацеленное на обдумывание. Оно лучше всего подходит для дополнения знаний, развития критического мышления и творческого решения проблем. При создании такого вида микрообучения задавайте учащимся вопросы, которые будут подталкивать их к обдумыванию проблем. Цель — помочь учащемуся сформулировать собственные выводы. Например, можно спросить, как проблему решают конкуренты или другие участники отрасли. Можно использовать вопросы, не относящиеся к делу, например: «В чем вы хорошо разбираетесь?». Такие вопросы помогают переключить внимание и способствуют творческому переосмыслению проблемы.

Второй вариант — микрообучение, нацеленное на повышение производительности. Оно используется для обучения конкретным навыкам — выполнению определенных шагов для достижения нужного результата. В качестве инструментов используются графика и видео. Благодаря наглядным решениям сотрудники могут осмыслить новый опыт, закрепить знания или исправить ошибку. Микрообучение может быть направлено на дополнение или усиление других программ обучения и быть внедрено как часть рабочего процесса.

Третий вариант — микрообучение, нацеленное на убеждение. Оно используется для изменения поведения или привычек. Так, компания с помощью ярких визуальных образов и емких формулировок может использовать убеждающее микрообучение, чтобы усилить бдительность сотрудников на рабочем месте.

Четвертый вариант — микрообучение «после обучения». Оно используется после основного обучающего курса для закрепления информации. Оно может дополнять крупную программу обучения, делая ее более доступной.

Пятый вариант — практическое, то есть микрообучение на основе практики. Оно используется как напоминание, чтобы побудить учащегося регулярно практиковаться и применять полученные знания в жизни. Исследования Андерса Эриксона показали, что для совершенствования навыков их необходимо разбить на небольшие, достижимые, четко определенные шаги. Благодаря регулярной практике учащийся дополняет, усиливает или корректирует свое обучение. Так, авторы приводят пример компании NBCU, сотрудники которой учатся ораторскому мастерству и ежедневно получают полезную информацию по теме выступлений в приложении для презентаций.

Шестой вариант — подготовительное микрообучение. Оно используется для подготовки к более крупному учебному мероприятию. Так, можно распределить материалы на небольшие фрагменты, которые учащиеся смогут изучать, не отрываясь от своих рабочих обязанностей.
Перед запуском программы микрообучения важно ответить на следующие вопросы:
• Почему вы хотите использовать этот тип обучения и какая у вас цель?
• На каких учеников вы нацелены?
• Какую тему вы хотите осветить?
• Как будет осуществляться доступ к контенту — куда и когда вы хотите его включить?
• Какие способы донесения информации вы хотите использовать (текстовые, визуальные, аудиальные и т. д.)
• Как вы будете измерять и оценивать результаты обучения?

Узнайте больше о том, что такое микрообучение, в чем его преимущества, когда оно эффективно и каких ошибок нужно избегать при его использовании, в нашем спринте «Микрообучение: коротко и ясно». https://makeright.ru/library/microlearning-by-karl-m-kapp-and-robyn-a-defelice-sprint/

«Сказали, значит надо идти». Обсуждаем психологический феномен коллективных иллюзий. Почему так сложно принимать самостоятельные решения и не идти на поводу у большинства.

Мы готовы пойти на многое, лишь бы оставаться в группе.

Принять неверное решение или непроверенные факты на веру для мозга ничего не стоит. Действуя инстинктивно в социальных ситуациях, наш мозг зачастую не дает нам осознать разницу между внешним, создаваемым для чужих глаз, и реальностью. Мы готовы пойти на многое, лишь бы удовлетворить свое желание чувствовать психологическую и эмоциональную согласованность с группами, к которым так или иначе принадлежим. Когда мы ощущаем принадлежность, мозг активно вырабатывает «гормон привязанности» окситоцин. Этот же гормон побуждает нас ставить интересы нашей группы, друзей, семьи, сообщества, выше собственных.

С другой стороны, мы испытываем глубокую тревогу, связанную с угрозой остракизма.

В нас сидит биологический страх перед социальной изоляцией, особенно если мы уже инвестировали значительное количество времени и усилий в то, чтобы попасть в группу и суметь в ней удержаться. Склонность к подтверждению и неосознанная тяга к соглашательству с членами своей группы будут особенно сильны, если участие в группе стало частью нашей идентичности.

Известный социальный психолог Соломон Аш в серии экспериментов по психологии конформизма в группах, а позднее доктор Грегори Бернс из Эморийского Университета, нашли подтверждения теории о том, что из всех видов животных на планете, человек — самое социальное. Следовать за группой — функция, «вшитая» в наш мозг настолько глубоко, что мы готовы отказаться от доказательств, которые видим собственными глазами, в пользу приводимых группой, пусть даже противоречащих объективной реальности. Исследования показали, что на биологическом уровне мы запрограммированы сравнивать свое поведение, взгляды и даже желания с другими и корректировать их в угоду группе совершенно неосознанно. Описанные учеными особенности функционирования мозга — одна из причин, по которой люди так легко поддаются влиянию коллективных иллюзий.

О психологии коллективных иллюзий рекомендуем прочитать наш спринт «Коллективные иллюзии: наука о том, почему мы принимаем плохие решения». Вы сможете понять, почему в наших суждениях о других очень многое основано на ложных предположениях, и о том, как они приводят к неверным решениям и делают нас несчастными. https://makeright.ru/library/collective-illusions-by-todd-rose-sprint/

«Мы надеемся, что это все скоро закончится.» В 2022 году вышла книга экономиста и политолога Кристофера Блаттмана «Почему мы воюем». В своей книге автор рассматривает идеи о причинах возникновения войн и о возможностях их предотвращения. Публикуем довольно любопытную идею книги.

Неопределенность может привести соперников к войне.

Когда противоборствующие группы знают силу друг друга, им легче оценить свои возможности в случае конфликта. Это в какой-то мере сдерживает их воинственные намерения. Но нередко никто из врагов не обладает такой информацией. Они не знают, что за оружие у соперника, насколько он храбр в бою, насколько лояльны его бойцы. В таких условиях невозможно объективно оценить свой выигрыш или проигрыш.

Даже если у соперников есть какая-то договоренность о мире, они не могут быть в ней уверены, особенно если у них разные убеждения. В таких случаях некоторые противники получают информацию в бою самым непосредственным образом.

Такого рода войны, как правило, долго не длятся, — ровно до тех пор, пока соперники не выяснят силы друг друга. Иногда это бывает в первые же дни, и тогда, если силы примерно равны, они, обменявшись ударами, расходятся. До тех пор будет существовать так называемый «туман войны», по выражению прусского генерала фон Клаузевица.

Обе стороны всегда хотят, чтобы их оценки были как можно точнее. Они пытаются улучшить информацию и коммуникацию. Над правильной оценкой работают дипломатические и разведывательные службы, стараясь рассеять туман возможной войны.

Каждый старается получить как можно более точную оценку сил противника, при этом напуская как можно больше тумана на собственное положение дел, демонстрируя свирепость и готовность идти на крайние меры. Помимо прочего, такое поведение дает понять любым врагам, что с ним лучше не шутить.

Примеры такого поведения можно найти в животном мире: животные издают устрашающие звуки, скалят зубы или шипят. Люди могут делать это военными парадами, демонстрацией современного вооружения (наличие которого не обязательно должно быть правдой) и прочими атрибутами воинственной силы.

Сегодня к подобным уловкам прибегают и государства. Они испытывают оружие, замораживают банковские счета своих врагов, проводят военные парады. Если это не помогает, прибегают к коротким стычкам: ограниченным пограничным рейдам, захватам отдельных единиц техники, например кораблей, или кибератак. На таких небольших стычках они учатся, но лучше учиться на них, чем на полноценной войне.

В свое время Саддам Хусейн успешно создавал атмосферу неопределенности, чтобы внушить страх своему главному врагу — США. И Америка, и Ирак соревновались за то, кто будет определять политику в Персидском заливе и на Ближнем Востоке. Речь шла о таких вопросах, как цены на нефть, статус Израиля, безопасность и права шиитов и курдов. Хусейн воевал с Ираном, вторгался в Кувейт, и хотя обе этих войны закончились его поражением, он успешно подавил внутренних врагов. Его поведение настораживало США. Чтобы создать впечатление собственной мощи, он начал убедительно говорить о том, что обзавелся оружием массового уничтожения. Он действительно пытался это сделать, но не успел: к моменту американского вторжения программа по созданию ядерного и химического оружия уже перестала существовать — не хватило ресурсов. Но Саддам Хусейн до последнего делал хорошую мину при плохой игре, пугая ядерной бомбой. Первое время это ему помогало, но в результате ускорило конец режима и самого Саддама Хусейна.

Об истоках войны и о том, как человечество может прийти к миру, читайте в нашем спринте «Почему мы воюем: истоки войны и пути к миру». https://makeright.ru/library/why-we-fight-by-christopher-blattman-sprint/

«Думали, что войны в развитых странах невозможны, что мы будем идти светлым путем развития и технологий. Но в мире до сих пор царит хаос, агрессия, необразованность и беспросветная тьма». Сегодня разбираем феномен проактивной агрессии. Почему одна группа людей может напасть на другую без какого-либо повода? Какой в этом смысл и причины?

Проактивная агрессия гораздо чаще проявляется по отношению к посторонним, чем внутри группы.

Гораздо чаще животные атакуют другие группы. Это может быть конкуренция за скудные источники пищи, за территории, из страха, что если не будет упреждающей проактивной агрессии, то чужаки могут напасть первыми. Такое же поведение мы можем видеть у современных людей во время современных войн, когда одна страна нападает на другую, решив нанести упреждающий удар.

Некоторые антропологи считают охотников-собирателей миролюбивыми людьми, которым чуждо насилие по отношению к человеку. Но это верно только для определенного типа охотников-собирателей. Так, современные племена хадза и джу-хоанси живут рядом со скотоводами, с которыми иногда вступают в браки, и мирно сосуществуют уже сотни лет. Причина в том, что скотоводы намного сильнее и в случае конфликта перевес был бы на их стороне. Охотники-собиратели понимают, что их шансы при нападении практически равны нулю, и миролюбие тут ни при чем.

Иногда набеги на соседние племена были грабительскими, с целью добычи скальпов или захвата рабов. Конные скотоводы, такие как монголы или мавры, врывались в фермерские поселения, чтобы грабить, насиловать и убивать. Современные государства планируют неожиданные бомбардировки. Успешное нападение — внезапное, с превосходящей силой, когда противники терпят поражение и сдаются в плен или погибают. Это коалиционная упреждающая агрессия.

Коалиционная проактивная агрессия у людей прошла эволюционный путь. Сначала она была направлена на членов других групп, как это бывает у волков, шимпанзе и других млекопитающих. У наших предков, когда они достаточно развили язык и сотрудничество, она проявлялась и внутри группы, руками правящей коалиции, убивающей слишком агрессивных или других изгоев. Но в первую очередь проактивная агрессия была направлена на внешнего врага.

Упреждающая агрессия у людей может привести к разным формам деспотизма, когда побежденная сторона должна демонстрировать послушание, а власть победившей коалиции становится абсолютной. Животные умеют подчиняться, но не умеют отдавать приказы, — это прерогатива людей.

Коалиционная упреждающая агрессия на нашем эволюционном пути принесла нам и огромную способность к добру, и огромный вред. Изгнание и убийство наиболее агрессивных самцов с помощью коалиции привело к одомашниванию человека. В то же время с помощью коалиционной упреждающей агрессии совершаются казни, ритуальные жертвоприношения, пытки, политические чистки и бандитские войны. Коалиции отдают приказы, распоряжаются жизнями и содержат охранников, защищающих их власть. Тирания кузенов в современном мире эволюционировала в правящие группы, состоящие из диктаторов и их окружения.

Настоятельно рекомендуем к прочтению наш спринт «Парадокс доброты». Ключевые идеи неизданной на русском книги «The Goodness Paradox». В своей книге антрополог-исследователь Ричард Рэнгем анализирует роль агрессии в нашей эволюционной истории, объясняя, почему человеческая доброта может сочетаться с жестокостью и насилием. https://makeright.ru/library/the-goodness-paradox-by-richard-wrangham-sprint/

Колдовство, цыгане и предрассудки в предвоенной Германии

Сегодня разбираем феномен веры человека в потусторонние силы. Почему и какие последствия могут быть, если целая нация начнет верить в сверхъестественное.

В традиционных воззрениях простых немцев магическая сила имела двойственную природу. Она могла исходить напрямую от Бога и, например, быть дарована некоторым священникам, чьи молитвы исцеляли страждущих и оберегали города от эпидемий. Такой же силой обладали христианские святыни. Магическая сила могла также исходить от дьявола и иметь вредоносную природу. Колдуны и ведьмы, служащие дьяволу, насылали болезни на людей и скот, разоряли семьи, вызывали демонов и творили всяческое зло.

Вера в магию была своего рода спасительным психологическим приемом для обычного немца. Влияние «злых сил» позволяло ему избегать болезненного осознания собственных ошибок. Куда проще было переложить вину за бедность или неудачи в делах на «колдуна», чем признать ответственность за плохой результат.

Чем сложнее была ситуация в Германии в тот или иной исторический период, тем больше судебных процессов над ведьмами проводилось в стране. Возможность пострадать от магического вреда вызывала у людей иррациональный ужас.

В вопросах колдовства ключевую роль играло доверие к ближнему. Честные бюргеры, живущие по соседству, вызывали куда больше доверия, чем «другие» люди — цыгане, французы, евреи и даже немцы, приехавшие из других городов. Именно пришлых людей чаще обвиняли в колдовстве, при этом «чужак» мог проживать в городе десятилетиями, но все равно не до конца принимался местным сообществом. Обычный сосед-немец также мог быть обвинен в колдовстве, если демонстрировал «ненормальное» поведение. Обвинения в колдовстве могли обрушиться спустя много лет на головы его детей и даже внуков, потому что, согласно верованиям, магический дар передается по наследству. Желая избежать такой участи для себя и детей и продемонстрировать свою добропорядочность, обычный немец всегда был открыт для ближайших соседей.

Во многих городках не принято было даже вешать шторы или закрывать окна ставнями: соседи всегда могли заглянуть и увидеть, что в доме ничего предосудительного не происходит, никто не читает колдовских книг и не варит магическое зелье.

Сложнее всего немцы относились к евреям. Во-первых, они были «чужими» людьми с иной верой, что само по себе было подозрительно. Во-вторых, евреи в течение нескольких веков развивали банковское дело в Европе, и многие из них были очень богатыми и влиятельными людьми, что вызывало зависть у простых немцев. В-третьих, ненависть к евреям среди простых людей вполне сознательно подогревала христианская церковь, называя евреев «врагами Господа». В-четвертых, с раннего Средневековья по всей Европе евреи традиционно считались людьми, тесно связанными с магией и оккультными практиками. Частично это было связано с книжной традицией и Каббалой, а частично с невероятно популярной «Моисеевой книгой».

За несколько столетий подозрения в отношении евреев и их связи с черной магией прочно вошли в сознание людей и стали частью их представления о мире и его устройстве, наряду с верой в колдовство. Поэтому, после Первой мировой войны, когда Германия находилась в жесточайшем кризисе, в стране ярко вспыхнули антисемитские настроения, на которых власть затем играла несколько десятилетий, умело манипулируя иррациональными страхами простых немцев. Совсем как в Средние века, в стране началась самая настоящая «охота не ведьм», только в роли «злых людей» (то есть колдунов и ведьм) выступали евреи. Вместо пылающих костров инквизиции, немцы использовали печи крематориев, а вместо виселиц — газовые камеры. Архетипический страх перед колдовством обрел новое воплощение в Третьем Рейхе.

О послевоенной Германии и о колоссальных предрассудках, которые царили в ней еще совсем недавно, рекомендуем прочитать в нашем спринте «Населенная демонами земля». https://makeright.ru/library/naselennaya-demonami-zemlya/

Как идеология способствует дегуманизации

Дегуманизация — методы расчеловечивания, которые используют, чтобы оправдать насилие.

Идеология порождается культурой и распространяются подобно эпидемиям. В качестве примера рассмотрим идеологию белого превосходства. Оно имело свои корни в работорговле и колониализме. Идеология превосходства белой расы распространилась в результате подъема капиталистической экономики. В результате этого подъема белые накопили огромные богатства, эксплуатируя труд чернокожих и коренных американцев. Идеология помогала оправдывать их порабощение и жестокое обращение, способствовала угнетению этих народов. На все южные штаты трудилось около 4 миллионов черных рабов, и их экономика процветала. Но не только помещики и плантаторы наживались на рабах. За счет рабов богатели судостроители, торговцы, кузнецы и все, кто использовал их труд на производстве.

Не стоит думать, что те, кто наживался на рабстве, были монстрами. Это были обычные люди своей эпохи, которая, кстати, провозглашала идеалы свободы и универсальных прав человека. Если бы они рассматривали чернокожих как людей, у них неизбежно бы возник внутренний моральный конфликт: ведь они превратили представителей своего вида в рабов. Но не будь рабов, не было бы их экономического процветания. Конфликт между сочувствием к собратьям и любовью к деньгам привел к расистской идеологии, к вере в то, что черные — не вполне люди, и потому их можно безнаказанно эксплуатировать.

Никто не придумывал нарочно идеологию белого превосходства. Просто белые охотно подхватывали веру в неполноценность черных: эта вера была и полезна, и привлекательна для собственного оправдания. Чем больше появлялось колоний, тем крепче становилась эта вера, которая, как вирус, распространялась среди всего белого населения.

Многим кажется, что они невосприимчивы к таким влияниям, что живи они в Германии времен нацизма или на американском Юге, они бы ни за что не стали владеть рабами или одобрять уничтожение евреев. А будь они из африканского народа хуту, они бы никогда не стали уничтожать соседей-тутси. Возможно, это так, но, скорее всего, нет. Легко представлять себя героем в мечтах. Но дегуманизация — не сознательный выбор, не то, что мы всегда можем проконтролировать и разоблачить. И не стоит недооценивать ее ужасную силу.
Дегуманизированные идеологии могут засыпать на время, на десятилетия или даже столетия.

Но они вновь просыпаются и отравляют все вокруг, когда созреет подходящий политический климат.

Так, например, происходит с отношением к цыганам в современной Европе, в частности в Венгрии.

Популярный венгерский журналист Жолт Байер, личный друг Виктора Орбана и один из основателей партии «Фидес», в 2013 году опубликовал статью под названием «Кого не должно существовать?». В ней он утверждал, что цыгане большей частью не могут жить рядом с другими людьми, они больше похожи на животных и ведут себя как животные, их язык напоминает нечленораздельные звуки, а понимают они только насилие.

Представления о цыганах слились в идеологию и сохраняются в коллективном сознании европейцев по сей день. Их считают вороватыми, грязными недочеловеками, преступными и больными. Их изгоняют, устраивают самосуды, сжигают их дома, иногда вместе с обитателями. Все дегуманизированные группы представляются преступными, угрожающими убийствами и изнасилованиями, паразитами на теле общества, претендующими на льготы и привилегии, которые они не заслужили. Они размножаются, их становится все больше, и скоро местным жителям совсем не останется места. Чтобы таких журналистов, как Жолт Байер, не обвиняли в языке ненависти и дискриминации, они намеренно не говорят, что имеют в виду всех цыган — лишь некоторую их часть.

Читайте наш спринт с ключевыми идеями неизданной на русском книги «О расчеловечивании: дегуманизация и как ей противостоять» («On Inhumanity», 2020 год, на русском языке не издавалась) ученого и писателя Дэвида Ливингстона Смита. https://makeright.ru/library/on-inhumanity-by-david-livingstone-smith-book-sprint/

«Третья цифровая война» — ключевые идеи бестселлера Гийома Питрона в нашей библиотеке!

В своей книге Гийом Питрон рассказывает о том, какой сложный выбор стоит перед человечеством. Нам необходимо все большее количество редких металлов для перехода на экологичные новые технологии, для производства электроники, средств коммуникации, электромобилей. Проблема в том, что добыча редких металлов сильно загрязняет окружающую среду — у «зеленых» технологий есть и темная сторона. Получение редких металлов из горных пород и очистка их от примесей связаны с вредными процедурами, которые западные страны передали в Китай и ряд развивающихся стран. Кроме того, редкие металлы слишком сложно перерабатывать для повторного использования.

Другая проблема — действия Китая, на территории которого расположено большинство месторождений редких металлов и который фактически обладает статусом монополиста, навязывая свои условия другим странам. Китай не только добывает, но и активно использует редкие металлы. Именно Китай — основной производитель батарей для электромобилей. По данным на 2020 год, батареи китайского производства стоят на 80% всех продаваемых в мире электромобилей. Передав Китаю грязные производства, западные страны попали в ловушку и оказались в зависимом положении от восточной страны.

Читайте новый спринт с ключевыми идеями книги Гийома Питрона в нашей библиотеке!

https://makeright.ru/library/the-rare-metals-war-gijom-pitron-sprint/

В чем опасность краткосрочного мышления? Публикуем выдержку из нашего спринта с ключевыми идеями книги «Хороший предок» философа и писателя Романа Кржнарика.

В краткосрочном мышлении скрыта угроза будущим поколениям

Краткосрочность мышления свойственна не только современному миру: например, в 1929 году к краху Уолл-стрит привели бездумные и безудержные спекуляции, о последствиях которых никто не думал. Иногда нужно действительно думать быстро, особенно в экстренных случаях: кого-то нужно срочно доставить в больницу, отреагировать на стихийное бедствие или эпидемию.

Вредность краткосрочного мышления проявляется, когда быстрое решение проблемы просто представляется более удобным, чем устранение ее причин. Так, правительства предпочитают продолжать инвестировать в угольную промышленность вместо того чтобы начать переход на возобновляемые источники энергии. Социальные и экономические предпосылки преступности устранять намного сложнее, чем отправить за решетку очередного преступника. Реструктурировать финансовую систему долго, тяжело и страшно, куда проще выделить деньги неплатежеспособным банкам.

Такая краткосрочность мышления привела к возникновению экзистенциальных рисков, вызванных новыми технологиями. Системы искусственного интеллекта, не контролируемые людьми, такие как автономное оружие, могут нести угрозу человечеству, так же, как ядерная война или искусственная пандемия, на которые могут пойти государства-изгои.

Недостаточный контроль за молекулярными нанотехнологиями может привести к тому, что крошечными наноботами могут завладеть террористы и использовать их в разрушительных целях. Некоторые эксперты по экзистенциальным рискам считают, что для человечества вероятность не дожить до конца ХХI века без катастрофических жертв составляет 1 к 6.

Разрушение экологических систем может привести к цивилизационному краху. Мы отравляем океаны, выкачиваем ископаемое топливо и уничтожаем виды, и последствия этого становятся все ближе. При этом никакого запасного аэродрома вроде новой планеты, пригодной для жилья, у нас нет.

Потребность в долгосрочном мышлении требует его появления прямо сейчас, пока не стало поздно. Иначе последствия катастроф, основы которых заложены уже сегодня, почувствуют не только люди будущих столетий, но уже наши дети и внуки.

Автор считает, что идеальный временной горизонт долгосрочного мышления — примерно сто лет. Это примерная продолжительность долгой человеческой жизни, срок, который мы в силах себе представить, и в то же время выводящий за пределы нашей смертности. Мы можем представить будущее, на которое в силах повлиять, хотя и знаем, что не примем в нем непосредственного участия. Маленький дубок, посаженный нами, будет расти еще долго после нашего ухода, и мы можем это представить. Так что, мысля долгосрочно, нужно иметь в виду ближайшие 100 лет.

Рекомендуем к прочтению наш спринт с ключевыми идеями неизданной на русском книги «Хороший предок». Вы узнаете о том, почему людям стоит перестроиться с краткосрочного на долгосрочное мышление и чаще задавать себе вопрос о том, будут ли они хорошими предкам. https://makeright.ru/library/the-good-ancestor-by-roman-krznaric-book-sprint/