Рекомендуем замечательную выставку «Александр Дейнека. Гимн жизни», которая идет в Корпусе Третьяковской галереи на Кадашёвской набережной.

Александр Дейнека (1899–1969) – выдающийся художник советской эпохи, живописец, график, педагог, скульптор и монументалист. Его работы наполнены энергией, динамикой и вниманием к человеку. Создав свой собственный стиль, он являет собой редкий пример советского мастера, всегда остававшегося в русле мирового художественного процесса.

Вас ждут более 200 произведений живописи, графики и скульптуры из собрания Курской картинной галереи имени А.А. Дейнеки и из коллекции Третьяковской галереи.

Особую роль в его работах занимает тема транспорта и логистики. Не случайно в нашей будущей книге "Искусство и Логистика" картины этого художника будут встречаться в разных главах и разделах.

#Раритет. Трогательная история Dymaxion: от Бакминстера к Норману. От архитектора к архитектору

Трёхколесный автомобиль Dymaxion, сияющий гладенькими боками, построенный в 1933 году как опытная модель, был отреставрирован английским архитектором Норманом Фостером — звездой современной архитектуры, чьи здания украшают все континенты мира. Архитектором, кто не боится экспериментов и летает выше облаков на собственном самолете, имея в кармане удостоверение пилота.

Всего было сделано три модели. В мире осталась одна, и то — в совершенно руинированном виде: ржавая и неприглядная, лишённая колес, интерьера, да и мотора тоже. Она, казалось бы, должна была исчезнуть, хотя бенефис опытного образца случился на Всемирной выставке в Чикаго в 1933 году, где Dymaxion был представлен публике как новое средство передвижения.

Автором проекта был Бакминстер Фуллер. Да-да, тот самый Фуллер, архитектор, дизайнер, инженер, писатель, футурист, изобретатель, который среди прочих придумал фуллерены — гигантские геодезические сферы, на основе которых можно было строить самые разнообразные по объёму куполообразные сооружения. Это был прорыв в органическую архитектуру, где в основе формообразования лежат рост, развитие, а точнее прорастание архитектуры на ландшафте любой сложности.

Автомобильный проект Фуллера получил название Dymaxion. Неологизм 1930-х годов. Это три слова, объединённых вместе: «dynamic, maximum, tension» (ред. — «динамика, максимум, напряжение»).

Идея трёхколесного автомобиля с вытянутой как у торпеды аэродинамической формой была уникальна, но не единственна. Однако дело не столько в идее, сколько в воплощении. Идея может валяться под ногами годами, а то и десятилетиями. Но только тот, кто возьмёт её в ладони, отряхнёт пепел безразличия и вырастит из этой идеи полноценный реализованный проект — только этот человек и может считаться автором идеи. Он дошёл до конца!

Два передних колеса — ведущие, заднее — управляемое, причём двигатель установлен сзади, т.е. это заднемоторный передний привод. Благодаря рулевому управление с помощью одного заднего колеса водитель мог делать разворот по всей длине автомобиля.

Для ведущего моста Фуллер использовал мост от автомобиля Ford… просто перевернув его, хотя с фордовским мотором мощностью 86 лошадиных сил не сделал ничего.

Автомобиль чуть больше 6 метров не столь прожорлив: всего 7,8 литров на 100 км. Максимальная заявленная скорость, которую мог развивать Dymaxion — 190 км/ч, но зафиксированная — 140 км/ч.

Возможно, проект дал бы новое направление в автомобилестроении, и мистер Форд кусал бы локти, кто знает? Но случилось непредвиденное. На выставке прототип попал в аварию, автомобиль перевернулся, водитель погиб, серьёзно пострадали два пассажира. Причину аварии выяснить не удалось. Однако Фуллер указывал, что причиной было несоблюдение дистанции между автомобилями, или попросту следовавший за Dymaxion автомобиль сел на хвост. Или не мог оторваться от невиданной доселе модели?

Инвестор Уолтер Крайслер отказался от проекта, обвинив в аварии систему управления автомобилем. Проект был закрыт. Хотя новые исследования, проведенные Артом Клейнером в 1980-х годах и опубликованные в его книге «Эра еретиков», доказывают, что реальной причиной отказа было падение спроса на уже произведенные и подержанные автомобили. Так необычное решение оказалось за бортом.

Норман Фостер, почти ровесник Dymaxion, после реставрации легендарной модели первое, что он сделал — сел за руль. «Вождение Dymaxion — это откровение, — сказал Фостер, — он необычайно хорошо амортизирован и больше похож на лодку, чем на автомобиль».

Так линия сердца «от архитектора к архитектору» позволила оставить миру память о необычном эксперименте Бакминстера Фуллера.