💬 Хорошо, что Министерство образования наконец начало реагировать на проблему дефицита преподавателей по стратегическим дисциплинам, о которой мы писали 19 мая 2026.
Повышение выплат до 375 тысяч леев — это уже сигнал, что государство осознало серьёзность ситуации.

❗️ Теперь главное — чтобы эта инициатива не превратилась в очередную красивую цифру для отчётов или PR компании.

🗓 Сегодня Ион Чебан фактически остался один в парламенте.

ℹ️ И проблема даже не в том, что ему не дали нормально выступить.
Проблема в другом: почти никто из так называемой «оппозиции» даже не попытался публично защитить само право слова.

🤔 И здесь возникает уже гораздо более опасный вопрос для всей страны: А у Молдовы вообще есть оппозиция?

💬 Потому что оппозиция — это не посты в Facebook, не громкие интервью о демократии и даже не бесконечные live в TikTok.
Оппозиция — это способность защищать принципы даже тогда, когда удар направлен не лично против тебя.
Поддерживать общие идеи даже тогда, когда их озвучил кто-то другой.

💬 Сегодня можно поддерживать Чебана или быть против него.
Но когда одному из ключевых оппозиционных политиков страны фактически блокируют трибуну парламента, а остальные молчат — это уже проблема не одного политика.

❗️ Это показатель состояния всей политической системы.

🤚 И главный риск для самой оппозиции в том, что она начинает выглядеть не как сила, способная взять власть, а как группа отдельных политиков, каждый из которых занят исключительно собственным выживанием.

👤 А общество в такие моменты делает очень простой вывод: «Если они даже друг друга защитить не могут — как они собираются защищать страну и граждан?»

📈 Именно так рождается апатия, недоверие и ощущение полной монополии власти.
А вместе с этим — запрос на радикальные сценарии и “жёсткую руку”.

❌ Но самое опасное для всей системы другое.

🧐 Когда власть видит, что оппозиция не способна даже к минимальной солидарности по базовым вопросам демократии — давление будет только усиливаться.

🫡 Потому что любую систему всегда проверяют на предел сопротивления.

И если реакции нет — границы дозволенного начинают двигать дальше.

🤔 Теперь главный вопрос:
способна ли молдавская оппозиция объединяться хотя бы по общим вопросам национального значения — таким как территориально-административная реформа, избирательный кодекс, защита местного самоуправления и демократических процедур?

Или каждый продолжит ждать, пока за ним придут отдельно?

P.S. На следующей неделе лично обсудим это с представителями оппозиционных партий.
Потому что молчание и разрозненность сегодня становятся главными союзниками власти.

Всех обнял 🤗

💬 План Б или признание проблем?
Чем чаще представители власти говорят об объединении с Румынией как о возможном «Плане Б», тем больше возникает вопросов к самому «Плану А».

🕔 Еще недавно гражданам обещали европейскую интеграцию к 2028 году. Сегодня все чаще звучат разговоры об альтернативных сценариях - В политике это всегда тревожный сигнал.
Если основной маршрут работает, обычно не начинают публично обсуждать запасной.

🤔 На мой взгляд, за этими заявлениями скрывается более серьезная проблема.
За последние годы европейская интеграция слишком часто превращалась в политический лозунг, тогда как реальные внутренние проблемы страны оставались без решения: демография, миграция, экономика, дефицит кадров, коррупция, недоверие к институтам.
Дополнительную сложность создает и отсутствие ясности относительно самого сценария вступления.
За последние годы обсуждались десятки вариантов:
✅ вместе с Украиной;
✅ вместе с Украиной и Грузией;
✅ отдельно от Украины;
✅ с Приднестровьем;
✅ без Приднестровья;
✅ через различные промежуточные механизмы.
В результате вместо одного понятного маршрута появилось множество конкурирующих моделей, каждая из которых сталкивается с серьезными политическими и юридическими препятствиями.

💬 Все это привело к тому, что, наиболее вероятным сценарием остается длительное сохранение нынешнего промежуточного статуса и затяжной переговорный процесс с ЕС без полноценного членства до 2040 года — около 30-40%.
💬 Полноценное вступление Молдовы в ЕС, в нынешних условиях и при нынешней политической элите до 2040 года оценивается лишь около 8% (возможно я ошибаюсь, и они смогут доказать обратное).
➡️ Что касается объединения с Румынией, вероятность которого оценивается в 2%, то здесь существует еще более важный вопрос.

👎 Проблема вовсе не в том, что согласно последнему исследованию Intellect Group лишь 4,5% граждан видят будущее Молдовы в составе Румынии и 1/3 населения были бы не против объединению. Несмотря на низкую поддержку самого объединения, значительно больше граждан видят для себя определенные преимущества такого сценария: доступ к рынку труда ЕС, социальным гарантиям, инвестициям, инфраструктуре и более эффективным государственным институтам.

👍 Проблема в том что, любое изменение границ в Восточной Европе создает международный прецедент.
✅ Сразу возникают вопросы вокруг Приднестровья и Гагаузии.
✅ Получают новые аргументы различные политические движения на Балканах.
✅ Усиливаются дискуссии вокруг исторических территорий в других странах региона.
✅ Венгрия, Польша, Балканы, Кипр и ряд других чувствительных точек Европы неизбежно начинают внимательно наблюдать за подобными процессами.
Именно поэтому разговоры об объединении выглядят намного проще в политических заявлениях, чем в реальной геополитике.

❗️ Главный вопрос сегодня заключается не в том, как быстрее попасть в Европейский Союз, а в том, сможет ли сама Молдова стать государством, которое будет достаточно сильным, чтобы самостоятельно определять свое будущее.
Потому что успешные государства вступают в союзы от силы.
Слабые государства начинают искать форму спасения.

P.S. Худшие сценарии анализируются не потому, что они неизбежны. Худшие сценарии анализируются для того, чтобы они никогда не стали реальностью.

🕔 В декабре 2025 года в интервью для Almanah Politic 2025 я говорил, что главный вызов 2026 года будет связан не столько с политическими событиями, сколько с накопленной усталостью общества. Спустя полгода можно констатировать: начинают реализовываться не отдельные прогнозы, а сами тенденции, которые тогда только формировались. Мы наблюдаем постепенный переход общества от состояния постоянной мобилизации к состоянию оценки результатов. Всё больше граждан оценивают происходящее через призму личного благополучия, экономической стабильности, качества государственных институтов и способности власти решать практические проблемы, а не через традиционные геополитические или идеологические конструкции.

Одновременно подтверждается и другой важный прогноз. Политика страха остаётся одним из ключевых инструментов управления общественным вниманием. Темы безопасности, внешних угроз, конфликтов и кризисов продолжают доминировать в публичном пространстве. Однако любой ресурс страха имеет ограниченный срок действия. После определённого порога общество начинает искать не новые поводы для тревоги, а рациональные ответы и понятные механизмы выхода из кризиса. Именно поэтому во многих странах усиливается запрос на компетентность, управляемость и предсказуемость вместо эмоциональной мобилизации.

Не менее актуальным оказался тезис о трансформации самого понятия безопасности. Сегодня всё очевиднее, что безопасность XXI века определяется не только армией и границами. Финансовая нестабильность порождает тревожность, социальная незащищённость — раздражение, а психологическая неустойчивость общества становится фактором радикализации и политической поляризации. Именно поэтому конкуренция всё чаще переносится из сферы геополитических споров в сферу качества жизни и эффективности государственного управления.

Отдельно стоит отметить прогноз относительно искусственного интеллекта и новых технологий анализа данных. AI уже перестал быть технологией будущего и стал частью политической, информационной и экономической реальности.

❗️ Но главный вывод спустя полгода остаётся прежним: основной дефицит Молдовы сегодня — не деньги, не ресурсы и даже не кадры. Главный дефицит — стратегическое мышление. Мы по-прежнему живём в логике реакции на события, тогда как современный мир всё быстрее переходит к управлению сценариями. Именно поэтому ближайшие годы станут соревнованием не между политиками и партиями, а между теми, кто объясняет прошлое, и теми, кто способен проектировать будущее.

Полная версия интервью опубликована в Almanah Politic 2025.

🤔 Розыгрыш пранкеров Вована и Лексуса не представляет ни политической сенсации, ни особого интереса.

💬 Многое из сказанного лишь подтвердило процессы, о которых мы с вами говорим уже несколько лет.

Прежде всего, это касается Приднестровья.

Парадокс заключается в том, что сегодня шансы Приднестровья оказаться ближе к европейскому пространству без Молдовы объективно выше, чем шансы Молдовы интегрироваться в Европу без решения приднестровского вопроса.

Более 70% приднестровского экспорта уже ориентировано на рынок Европейского союза. Значительная часть жителей региона имеет гражданство стран ЕС. Многие работают, учатся, получают документы и ведут бизнес через европейское пространство.

То есть экономическая и социальная интеграция Приднестровья с Европой давно идёт. Причём часто быстрее, чем политическая интеграция самой Молдовы.

И произошло это во многом благодаря ошибкам официального Кишинёва.

Первая ошибка — PAS превратилась в партию обратного эффекта.

Чем больше власть кричит о евроинтеграции, тем больше людей начинают задаваться вопросом: если всё настолько хорошо, почему приходится постоянно убеждать в этом население?

Вторая ошибка — политизация евроинтеграции.

Когда референдум по европейскому курсу совмещают с президентскими выборами, тема национального развития превращается в инструмент партийной борьбы.

В стране, где более 80% граждан негативно относятся к политическим партиям, это автоматически переносит часть недоверия и на саму тему, которую эти партии продвигают.

Третья ошибка — радикальная поляризация.

Когда годами обществу объясняют, что все, кто не поддерживает PAS, являются агентами Кремля, неизбежно запускается эффект «враг моего врага».

В результате часть евроскептиков не исчезает, а уходит в пророссийский лагерь.

Поэтому с определённой долей сарказма можно сказать, что PAS стала одним из самых эффективных инструментов дискредитации евроинтеграции за последние годы.

И наконец, подтвердилось ещё одно наблюдение.

На протяжении многих лет молдавскому обществу рассказывали о военной угрозе со стороны российских военных в Приднестровье.

Однако за более чем десятилетие реальность показала другое.

Главная проблема региона никогда не заключалась в нескольких сотен военнослужащих. Главная проблема заключалась в отсутствии политического решения, отсутствии доверия и неспособности элит предложить модель общего будущего.

Сегодня Приднестровье всё глубже интегрировано в европейскую экономику, а сама Молдова становится всё более расколотой по вопросу европейской интеграции.

И это, пожалуй, главный парадокс последних лет.

P.S. Чем больше PAS говорит о Европе, тем меньше в стране остаётся общественного консенсуса вокруг европейского проекта.

🥳 С Днём журналиста.

Единственная профессия, которая может одновременно испортить утро политику, обед олигарху и вечер чиновнику.

Не теряйте любопытства. Именно оно остаётся самым опасным оружием против любой глупости.

С праздником. Берегите себя и продолжайте задавать неудобные вопросы. Именно за это вас многие не любят и именно за это вас уважают.

P.S. Отдельные поздравления журналистке, которая сумела совместить две самые сложные профессии в мире — журналистику и воспитание самого классного пацана 😊