Микрозаймы под нож: миллионы россиян теряют доступ к деньгам
С 1 января 2026 года рынок микрофинансирования ждёт резкое сжатие. Около 15 млн россиян могут лишиться возможности оформлять займы «до зарплаты» из-за запрета МФО использовать собственные модели оценки доходов. Об этом главу Центрального банка России Эльвиру Набиуллину предупредил председатель Национального совета финансового рынка Андрей Емелин.
По оценке НСФР, жёсткое нововведение отрежет от микрокредитов значительную часть заёмщиков с неформальными или нестабильными доходами. Емелин предложил отложить запрет до 1 июля 2027 года и вовсе не распространять его на займы до 30 тыс. рублей. Аналогичное обращение направила и саморегулируемая организация «Мир», которая оценивает потенциальные потери аудитории МФО в 5–7,5 млн человек.
Регулятор, однако, отступать не намерен. В ЦБ подтвердили получение обращений, но заявили, что сроки пересматривать не будут. Решения о возможной корректировке подходов пообещали принять лишь по итогам первого квартала 2026 года.
Суть реформы — переход к оценке платёжеспособности исключительно на основе официальных данных. МФО и банки должны будут получать сведения о доходах через Федеральную налоговую службу и Социальный фонд России с использованием сервиса «Цифровой профиль гражданина». Формально это подаётся как борьба с закредитованностью, фактически — создаёт риск вытеснения с рынка самых уязвимых заёмщиков.
С 1 января 2026 года рынок микрофинансирования ждёт резкое сжатие. Около 15 млн россиян могут лишиться возможности оформлять займы «до зарплаты» из-за запрета МФО использовать собственные модели оценки доходов. Об этом главу Центрального банка России Эльвиру Набиуллину предупредил председатель Национального совета финансового рынка Андрей Емелин.
По оценке НСФР, жёсткое нововведение отрежет от микрокредитов значительную часть заёмщиков с неформальными или нестабильными доходами. Емелин предложил отложить запрет до 1 июля 2027 года и вовсе не распространять его на займы до 30 тыс. рублей. Аналогичное обращение направила и саморегулируемая организация «Мир», которая оценивает потенциальные потери аудитории МФО в 5–7,5 млн человек.
Регулятор, однако, отступать не намерен. В ЦБ подтвердили получение обращений, но заявили, что сроки пересматривать не будут. Решения о возможной корректировке подходов пообещали принять лишь по итогам первого квартала 2026 года.
Суть реформы — переход к оценке платёжеспособности исключительно на основе официальных данных. МФО и банки должны будут получать сведения о доходах через Федеральную налоговую службу и Социальный фонд России с использованием сервиса «Цифровой профиль гражданина». Формально это подаётся как борьба с закредитованностью, фактически — создаёт риск вытеснения с рынка самых уязвимых заёмщиков.
Солнце как главный драйвер энергоперехода — и российское отставание
Солнечная энергетика в 2025 году окончательно стала ключевым фактором изменений в мировом производстве электроэнергии. По итогам первых трёх кварталов прирост генерации за счёт солнца оказался кратно выше, чем у любых других источников. Это уже не «зелёная мода», а структурный сдвиг: именно солнечные мощности формируют основной прирост глобального энергобаланса.
Ветроэнергетика остаётся единственным другим источником с заметным ростом, но и она уступает солнцу по масштабу вклада. Ядерная генерация показывает умеренный плюс, гидроэнергетика — спад, а ископаемые источники в целом теряют позиции.
На этом фоне Россия выглядит выпадающей из ключевого тренда. Страна фактически игнорирует развитие солнечной и ветровой генерации, несмотря на то, что стоимость электроэнергии внутри страны выше китайской и сопоставима с Канадой и рядом штатов США. В таких условиях отказ от ВИЭ выглядит стратегическим просчётом с отложенными последствиями.
Солнечная энергетика в 2025 году окончательно стала ключевым фактором изменений в мировом производстве электроэнергии. По итогам первых трёх кварталов прирост генерации за счёт солнца оказался кратно выше, чем у любых других источников. Это уже не «зелёная мода», а структурный сдвиг: именно солнечные мощности формируют основной прирост глобального энергобаланса.
Ветроэнергетика остаётся единственным другим источником с заметным ростом, но и она уступает солнцу по масштабу вклада. Ядерная генерация показывает умеренный плюс, гидроэнергетика — спад, а ископаемые источники в целом теряют позиции.
На этом фоне Россия выглядит выпадающей из ключевого тренда. Страна фактически игнорирует развитие солнечной и ветровой генерации, несмотря на то, что стоимость электроэнергии внутри страны выше китайской и сопоставима с Канадой и рядом штатов США. В таких условиях отказ от ВИЭ выглядит стратегическим просчётом с отложенными последствиями.
Тридцать лет расхождения: что показывает ВВП на душу населения
Сравнительный график ВВП на душу населения за 1990–2019 годы для Украины, Беларуси, России и Польши читается без иллюзий. При схожем старте в начале 1990-х траектории стран разошлись радикально, а разрыв к концу периода стал системным.
Польша демонстрирует наиболее устойчивую модель роста: после рывка начала 2000-х экономика стабильно росла, мягко проходя кризисы 2008 и 2014 годов, и к 2019 году вышла на уровень около 15,6 тыс. долларов на человека.
Россия в 2000-х росла быстрее всех за счёт сырьевого цикла, достигнув пика в 2012–2013 годах — 15–16 тыс. долларов. После 2014 года последовал спад и лишь частичное восстановление до 11,6 тыс., без возврата к прежней траектории.
Беларусь и Украина замыкают ряд. Беларусь после подъёма к 2014 году ушла в стагнацию, Украина демонстрирует самый рваный профиль. Итог прост: решающим оказался не старт, а институциональный выбор и модель развития.
Сравнительный график ВВП на душу населения за 1990–2019 годы для Украины, Беларуси, России и Польши читается без иллюзий. При схожем старте в начале 1990-х траектории стран разошлись радикально, а разрыв к концу периода стал системным.
Польша демонстрирует наиболее устойчивую модель роста: после рывка начала 2000-х экономика стабильно росла, мягко проходя кризисы 2008 и 2014 годов, и к 2019 году вышла на уровень около 15,6 тыс. долларов на человека.
Россия в 2000-х росла быстрее всех за счёт сырьевого цикла, достигнув пика в 2012–2013 годах — 15–16 тыс. долларов. После 2014 года последовал спад и лишь частичное восстановление до 11,6 тыс., без возврата к прежней траектории.
Беларусь и Украина замыкают ряд. Беларусь после подъёма к 2014 году ушла в стагнацию, Украина демонстрирует самый рваный профиль. Итог прост: решающим оказался не старт, а институциональный выбор и модель развития.
Китайская кампания против российских ПВО: конкуренция без иллюзий
Развёртывающаяся информационная кампания по дискредитации российских систем ПВО, поставляемых Индии, не является ни случайной, ни спонтанной. Это классический пример китайской информационной операции, направленной на подрыв конкурентных позиций России на одном из ключевых рынков высокотехнологичного вооружения.
Речь идёт не только о конкретных комплексах, но о технологическом суверенитете в сфере стратегической противовоздушной и противоракетной обороны, где в мире фактически существует всего два полюса. Российская линейка, венцом которой является С-500, и китайский перспективный аналог, находящийся в стадии активного продвижения.
Конкуренция здесь не рыночная, а экзистенциальная. Такие системы формируют архитектуру будущих войн, включая космическое измерение, перехват гиперзвука и контроль ближнего космоса.
На этом фоне атаки на репутацию российских ПВО в Индии выглядят логично. Индия не просто крупный покупатель, а референтный рынок. Любые сомнения в надёжности, эффективности или технологическом заделе автоматически масштабируются на третьи страны.
Именно поэтому китайская пропаганда и аффилированные с ней «экспертные» площадки педалируют тезисы о якобы устаревших технологиях, уязвимостях и несоответствии современным угрозам. Это не анализ, а информационное подавление конкурента.
При этом Китай продолжает позиционировать себя как стратегического партнёра России, когда ему это выгодно. На уровне риторики «многополярный мир», «антизападная коалиция», «взаимное уважение».
На практике ‒ жёсткая борьба за рынки, сферы влияния и технологическое первенство, включая прямые удары по российским интересам.
Дискредитация российских решений сегодня это попытка завтра представить Китай как единственный надёжный источник подобных технологий для стран Азии, Африки и Ближнего Востока.
В мире высоких технологий, стратегического оружия и космического доминирования дружбы не существует. Существуют интересы. И Китай это понимает предельно ясно. Пекин рассматривает Россию не как равного союзника, а как удобного конкурента, которого можна использовать, но и при необходимости ‒ оттеснить.
Развёртывающаяся информационная кампания по дискредитации российских систем ПВО, поставляемых Индии, не является ни случайной, ни спонтанной. Это классический пример китайской информационной операции, направленной на подрыв конкурентных позиций России на одном из ключевых рынков высокотехнологичного вооружения.
Речь идёт не только о конкретных комплексах, но о технологическом суверенитете в сфере стратегической противовоздушной и противоракетной обороны, где в мире фактически существует всего два полюса. Российская линейка, венцом которой является С-500, и китайский перспективный аналог, находящийся в стадии активного продвижения.
Конкуренция здесь не рыночная, а экзистенциальная. Такие системы формируют архитектуру будущих войн, включая космическое измерение, перехват гиперзвука и контроль ближнего космоса.
На этом фоне атаки на репутацию российских ПВО в Индии выглядят логично. Индия не просто крупный покупатель, а референтный рынок. Любые сомнения в надёжности, эффективности или технологическом заделе автоматически масштабируются на третьи страны.
Именно поэтому китайская пропаганда и аффилированные с ней «экспертные» площадки педалируют тезисы о якобы устаревших технологиях, уязвимостях и несоответствии современным угрозам. Это не анализ, а информационное подавление конкурента.
При этом Китай продолжает позиционировать себя как стратегического партнёра России, когда ему это выгодно. На уровне риторики «многополярный мир», «антизападная коалиция», «взаимное уважение».
На практике ‒ жёсткая борьба за рынки, сферы влияния и технологическое первенство, включая прямые удары по российским интересам.
Дискредитация российских решений сегодня это попытка завтра представить Китай как единственный надёжный источник подобных технологий для стран Азии, Африки и Ближнего Востока.
В мире высоких технологий, стратегического оружия и космического доминирования дружбы не существует. Существуют интересы. И Китай это понимает предельно ясно. Пекин рассматривает Россию не как равного союзника, а как удобного конкурента, которого можна использовать, но и при необходимости ‒ оттеснить.
Поставки газа в Китай превысили контракт
Газпром в 2025 году поставил в Китай 38 млрд кубометров газа по магистрали «Сила Сибири». Этот объём оказался почти на 800 млн кубометров выше контрактных обязательств. Об этом сообщает Reuters со ссылкой на главу концерна Алексея Миллера. Фактически речь идёт о выходе на уровень, который ранее рассматривался как предельный.
По данным источника агентства, знакомого со статистикой поставок, экспорт трубопроводного газа из России в КНР в текущем году может составить 38,6–38,7 млрд кубометров. Для сравнения: в 2024 году этот показатель находился на уровне около 31 млрд кубометров. Таким образом, рост за год оказался существенным, а фактические объёмы превысили проектную годовую пропускную способность газопровода.
Поставки по газопроводу «Сила Сибири», соединяющему месторождения Восточной Сибири с китайским рынком, начались в конце 2019 года. С тех пор маршрут стал ключевым элементом разворота российского газового экспорта на Восток. Превышение контрактных объёмов подчёркивает как высокий спрос со стороны Китая, так и стремление Москвы обеспечить долгосрочную загрузку инфраструктуры на фоне стагнации поставок в Европу.
Газпром в 2025 году поставил в Китай 38 млрд кубометров газа по магистрали «Сила Сибири». Этот объём оказался почти на 800 млн кубометров выше контрактных обязательств. Об этом сообщает Reuters со ссылкой на главу концерна Алексея Миллера. Фактически речь идёт о выходе на уровень, который ранее рассматривался как предельный.
По данным источника агентства, знакомого со статистикой поставок, экспорт трубопроводного газа из России в КНР в текущем году может составить 38,6–38,7 млрд кубометров. Для сравнения: в 2024 году этот показатель находился на уровне около 31 млрд кубометров. Таким образом, рост за год оказался существенным, а фактические объёмы превысили проектную годовую пропускную способность газопровода.
Поставки по газопроводу «Сила Сибири», соединяющему месторождения Восточной Сибири с китайским рынком, начались в конце 2019 года. С тех пор маршрут стал ключевым элементом разворота российского газового экспорта на Восток. Превышение контрактных объёмов подчёркивает как высокий спрос со стороны Китая, так и стремление Москвы обеспечить долгосрочную загрузку инфраструктуры на фоне стагнации поставок в Европу.
Обеление с наценкой: чем обернётся отказ от серого импорта
Отказ от серого импорта может привести к росту цен на товары на 30%, прежде всего в сегментах электроники и одежды, активно продающихся через маркетплейсы. Именно эти категории в последние годы во многом держались за счёт параллельных поставок, позволяя сдерживать стоимость и расширять ассортимент на фоне санкционных ограничений.
Импульсом к ужесточению стала установка Владимира Путина на «обеление» экономики. Речь идёт об усилении контроля на границах, в логистических цепочках и на внутренних рынках. Формально задача выглядит логично: сокращение нелегального оборота, борьба с контрафактом, рост налоговых поступлений. Фактически же это означает пересборку всей модели потребительского импорта.
Крупные официальные поставщики воспринимают происходящее как шанс. Устранение серых схем снижает ценовую конкуренцию и укрепляет позиции легальных игроков. Однако для конечного потребителя эффект будет менее радужным: рынок станет чище, но дороже. Быстро заменить серые каналы без потери по цене и выбору вряд ли получится, а значит, период адаптации неизбежно ляжет на кошелёк покупателей.
Отказ от серого импорта может привести к росту цен на товары на 30%, прежде всего в сегментах электроники и одежды, активно продающихся через маркетплейсы. Именно эти категории в последние годы во многом держались за счёт параллельных поставок, позволяя сдерживать стоимость и расширять ассортимент на фоне санкционных ограничений.
Импульсом к ужесточению стала установка Владимира Путина на «обеление» экономики. Речь идёт об усилении контроля на границах, в логистических цепочках и на внутренних рынках. Формально задача выглядит логично: сокращение нелегального оборота, борьба с контрафактом, рост налоговых поступлений. Фактически же это означает пересборку всей модели потребительского импорта.
Крупные официальные поставщики воспринимают происходящее как шанс. Устранение серых схем снижает ценовую конкуренцию и укрепляет позиции легальных игроков. Однако для конечного потребителя эффект будет менее радужным: рынок станет чище, но дороже. Быстро заменить серые каналы без потери по цене и выбору вряд ли получится, а значит, период адаптации неизбежно ляжет на кошелёк покупателей.
Налоговый каток: дорожные подрядчики уезжают в банкротство
В России набирает обороты волна банкротств среди крупных дорожных подрядчиков. Компании, участвовавшие в строительстве ключевых магистралей — от трасс федерального значения до объектов в Москве и Петербурге, — столкнулись с масштабными доначислениями налогов. Федеральная налоговая служба потребовала доплатить в бюджет 9,5 млрд рублей по итогам проверок, выявив схемы фиктивного взаимодействия с контрагентами и системный уход от налогов.
Судебная практика складывается однозначно: в 95% случаев арбитражи поддерживают позицию ФНС. Для бизнеса это означает не просто штрафы, а фактический разрыв финансового контура. Блокировка счетов, остановка расчётов с поставщиками и отсутствие оборотных средств быстро переводят налоговый спор в плоскость неплатёжеспособности.
По оценкам участников рынка, около 30% проверенных подрядчиков уже подали заявления о банкротстве. Примерно столько же находятся в зоне риска и могут прекратить деятельность в 2026 году, если ситуация не изменится. При этом речь идёт не о мелких фирмах-однодневках, а о компаниях, задействованных в реализации знаковых инфраструктурных проектов последних лет.
Формально государство наводит порядок в налоговой сфере, но побочный эффект очевиден: дорожная отрасль теряет значимую часть исполнителей. В условиях сокращения числа подрядчиков и ужесточения финансового контроля это может обернуться ростом стоимости работ и срывами сроков на будущих стройках.
В России набирает обороты волна банкротств среди крупных дорожных подрядчиков. Компании, участвовавшие в строительстве ключевых магистралей — от трасс федерального значения до объектов в Москве и Петербурге, — столкнулись с масштабными доначислениями налогов. Федеральная налоговая служба потребовала доплатить в бюджет 9,5 млрд рублей по итогам проверок, выявив схемы фиктивного взаимодействия с контрагентами и системный уход от налогов.
Судебная практика складывается однозначно: в 95% случаев арбитражи поддерживают позицию ФНС. Для бизнеса это означает не просто штрафы, а фактический разрыв финансового контура. Блокировка счетов, остановка расчётов с поставщиками и отсутствие оборотных средств быстро переводят налоговый спор в плоскость неплатёжеспособности.
По оценкам участников рынка, около 30% проверенных подрядчиков уже подали заявления о банкротстве. Примерно столько же находятся в зоне риска и могут прекратить деятельность в 2026 году, если ситуация не изменится. При этом речь идёт не о мелких фирмах-однодневках, а о компаниях, задействованных в реализации знаковых инфраструктурных проектов последних лет.
Формально государство наводит порядок в налоговой сфере, но побочный эффект очевиден: дорожная отрасль теряет значимую часть исполнителей. В условиях сокращения числа подрядчиков и ужесточения финансового контроля это может обернуться ростом стоимости работ и срывами сроков на будущих стройках.
Новогодний архетип: Путин как персонаж сказки
Попытка разыграть архетипы и представить Владимира Путина в роли почти сказочного персонажа — условного Деда Мороза конца года — выглядит как осознанный ход по смещению образа. Фигура президента, давно утратившая возможность опираться на демонстративную физическую силу, всё заметнее переводится в плоскость «сакральной стабильности»: не герой действия, а гарант порядка и ритуала. Возраст здесь перестаёт быть проблемой, если власть подаётся как внебиографическая.
Очевидно, что авторы этого хода хорошо знакомы с работами Владимира Проппа. Однако «Морфология волшебной сказки» не отвечает на ключевой вопрос современной политики: что делать, когда разрыв между декларируемым и реальным не сокращается, а год за годом углубляется. Архетип работает лишь до тех пор, пока аудитория готова принимать условность игры.
Именно в этом контексте показателен выход новогодней серии мультсериала «Простоквашино» под названием «Настоящий Новый год» на платформе Okko. По сюжету кот Матроскин и пёс Шарик отправляются на Красную площадь проверить, заранее ли записывается президентское обращение, и там лично встречают Владимира Путина. Финал — коллективное поздравление, где президент включён в привычный и безопасный детский мир.
Характерно и то, что персонажа озвучивает Дмитрий Грачёв — известный пародист. Это подчёркивает двойственность образа: между официальной сакральностью и лёгкой иронией. Но даже самый выверенный архетип не способен бесконечно компенсировать нарастающее расхождение между сказкой и реальностью.
Попытка разыграть архетипы и представить Владимира Путина в роли почти сказочного персонажа — условного Деда Мороза конца года — выглядит как осознанный ход по смещению образа. Фигура президента, давно утратившая возможность опираться на демонстративную физическую силу, всё заметнее переводится в плоскость «сакральной стабильности»: не герой действия, а гарант порядка и ритуала. Возраст здесь перестаёт быть проблемой, если власть подаётся как внебиографическая.
Очевидно, что авторы этого хода хорошо знакомы с работами Владимира Проппа. Однако «Морфология волшебной сказки» не отвечает на ключевой вопрос современной политики: что делать, когда разрыв между декларируемым и реальным не сокращается, а год за годом углубляется. Архетип работает лишь до тех пор, пока аудитория готова принимать условность игры.
Именно в этом контексте показателен выход новогодней серии мультсериала «Простоквашино» под названием «Настоящий Новый год» на платформе Okko. По сюжету кот Матроскин и пёс Шарик отправляются на Красную площадь проверить, заранее ли записывается президентское обращение, и там лично встречают Владимира Путина. Финал — коллективное поздравление, где президент включён в привычный и безопасный детский мир.
Характерно и то, что персонажа озвучивает Дмитрий Грачёв — известный пародист. Это подчёркивает двойственность образа: между официальной сакральностью и лёгкой иронией. Но даже самый выверенный архетип не способен бесконечно компенсировать нарастающее расхождение между сказкой и реальностью.
Социальный фон без иллюзий: как россияне оценивают перемены
Оценка динамики социально значимых сфер за 2017–2024 годы фиксирует устойчивое ощущение стагнации. В большинстве позиций доминирует ответ «осталась прежней», однако доля тех, кто говорит об ухудшении, часто сопоставима или выше позитивных оценок. Это формирует общее недоверие к самим изменениям.
Наиболее негативно воспринимаются нематериальные сферы. Ухудшение межнациональной напряжённости отмечают 57,1% респондентов при лишь 6% позитивных оценок. Почти половина опрошенных считает, что моральное состояние общества стало хуже. Эти данные указывают на глубокие социальные и ценностные разломы.
Экономика и уровень жизни выглядят менее драматично, но оптимизма немного: ухудшение состояния экономики фиксируют 36,9%, улучшение — 19,1%. Примерно треть респондентов говорит об ухудшении жизненной ситуации и бедности. Личная безопасность воспринимается стабильнее, однако позитивные оценки остаются минимальными.
Оценка динамики социально значимых сфер за 2017–2024 годы фиксирует устойчивое ощущение стагнации. В большинстве позиций доминирует ответ «осталась прежней», однако доля тех, кто говорит об ухудшении, часто сопоставима или выше позитивных оценок. Это формирует общее недоверие к самим изменениям.
Наиболее негативно воспринимаются нематериальные сферы. Ухудшение межнациональной напряжённости отмечают 57,1% респондентов при лишь 6% позитивных оценок. Почти половина опрошенных считает, что моральное состояние общества стало хуже. Эти данные указывают на глубокие социальные и ценностные разломы.
Экономика и уровень жизни выглядят менее драматично, но оптимизма немного: ухудшение состояния экономики фиксируют 36,9%, улучшение — 19,1%. Примерно треть респондентов говорит об ухудшении жизненной ситуации и бедности. Личная безопасность воспринимается стабильнее, однако позитивные оценки остаются минимальными.
Газпром-2025: инфраструктурный гигант в ловушке одного покупателя
Итоги 2025 года для ПАО «Газпром» фиксируют не конъюнктурные колебания, а последствия смены базовой управленческой модели. Компания, десятилетиями выстроенная как системный поставщик для нескольких рынков, за короткий срок перешла к экспортной логике, которая структурно противоречит её инфраструктуре. Масштаб, ранее дававший переговорное преимущество, превратился в источник издержек и уязвимости.
Наследие системы: инфраструктура советского масштаба
Советская газотранспортная система создавалась под логику долгосрочной стабильности и системного доминирования. Это капиталоёмкая, инерционная сеть, рассчитанная на десятилетия эксплуатации и одновременную работу с несколькими рынками.
До 2022 года эта модель обеспечивала рекордные доходы за счёт диверсификации — гибкого распределения потоков между десятками премиальных потребителей в Европе, долгосрочности — контрактов на 10–20 лет с высокой предсказуемостью, и паритета — статуса системного поставщика, позволявшего вести переговоры с позиции равного.
Такая инфраструктура эффективна только при высокой загрузке и распределённом спросе. В этой логике её масштаб был оправдан.
Модель после 2022 года: монопсония вместо рынка
После 2022 года управленческая логика была изменена радикально. Фактический выход с рынка ЕС означал не просто потерю клиентов, а разрушение всей контрактной архитектуры и отказ от модели диверсифицированного экспорта.
Экспорт оказался сведён к одному крупному покупателю — Китаю. Это не адаптация прежней модели, а её замена: вместо рынка — монопсония, вместо переговоров — принятие условий, вместо долгосрочного паритета — ценовые скидки как базовое условие доступа.
Китай в этой конфигурации выступает единственным покупателем, диктующим параметры сделки. Прогнозируемый ценовой разрыв в 2025 году составляет около 38%: 248,7 доллара за тыс. кубометров для КНР против 401,9 доллара на остатках западных направлений.
Инфраструктура как экономическая нагрузка
В новой управленческой модели инфраструктура советского масштаба утратила функциональность.
Мощности, рассчитанные на экспорт свыше 150 млрд кубометров в год в западном направлении, простаивают, требуя миллиардных затрат на обслуживание и консервацию. При дефиците операционных денежных потоков чистый долг компании достиг 5,7 трлн руб. Прибыль по Международным стандартам финансовой отчётности (МСФО) в размере 1,2 трлн руб. формируется в основном за счёт нефтяного сегмента и консолидации активов, а не газового экспорта.
Газовая инфраструктура, созданная для системного поставщика, в модели «один покупатель — одна труба» перестала быть источником ренты и превратилась в фиксированную нагрузку.
Итог: зафиксированный управленческий разрыв
Итог года для ПАО «Газпром» — это не просто снижение экспортной выручки. Это утрата переговорной позиции и переход в статус ведомого игрока. Масштаб больше не усиливает позицию компании, а увеличивает цену управленческих ошибок.
Стратегический эффект смены модели очевиден: переход от равноправных долгосрочных контрактов к асимметричной зависимости, при которой инфраструктура перестаёт работать как преимущество.
Ключевой управленческий вопрос, который фиксирует этот разрыв, формулируется прямо: как из модели стабильных десятилетних контрактов с Европейским союзом — модели, под которую строилась инфраструктура советского масштаба, — добровольно прийти к ситуации, где компания с этой же инфраструктурой зависит от одного покупателя и вынуждена принимать любые скидки и любые условия?
Именно этот вопрос, а не текущие цифры отчётности, и является главным итогом года для ПАО «Газпром».
Итоги 2025 года для ПАО «Газпром» фиксируют не конъюнктурные колебания, а последствия смены базовой управленческой модели. Компания, десятилетиями выстроенная как системный поставщик для нескольких рынков, за короткий срок перешла к экспортной логике, которая структурно противоречит её инфраструктуре. Масштаб, ранее дававший переговорное преимущество, превратился в источник издержек и уязвимости.
Наследие системы: инфраструктура советского масштаба
Советская газотранспортная система создавалась под логику долгосрочной стабильности и системного доминирования. Это капиталоёмкая, инерционная сеть, рассчитанная на десятилетия эксплуатации и одновременную работу с несколькими рынками.
До 2022 года эта модель обеспечивала рекордные доходы за счёт диверсификации — гибкого распределения потоков между десятками премиальных потребителей в Европе, долгосрочности — контрактов на 10–20 лет с высокой предсказуемостью, и паритета — статуса системного поставщика, позволявшего вести переговоры с позиции равного.
Такая инфраструктура эффективна только при высокой загрузке и распределённом спросе. В этой логике её масштаб был оправдан.
Модель после 2022 года: монопсония вместо рынка
После 2022 года управленческая логика была изменена радикально. Фактический выход с рынка ЕС означал не просто потерю клиентов, а разрушение всей контрактной архитектуры и отказ от модели диверсифицированного экспорта.
Экспорт оказался сведён к одному крупному покупателю — Китаю. Это не адаптация прежней модели, а её замена: вместо рынка — монопсония, вместо переговоров — принятие условий, вместо долгосрочного паритета — ценовые скидки как базовое условие доступа.
Китай в этой конфигурации выступает единственным покупателем, диктующим параметры сделки. Прогнозируемый ценовой разрыв в 2025 году составляет около 38%: 248,7 доллара за тыс. кубометров для КНР против 401,9 доллара на остатках западных направлений.
Инфраструктура как экономическая нагрузка
В новой управленческой модели инфраструктура советского масштаба утратила функциональность.
Мощности, рассчитанные на экспорт свыше 150 млрд кубометров в год в западном направлении, простаивают, требуя миллиардных затрат на обслуживание и консервацию. При дефиците операционных денежных потоков чистый долг компании достиг 5,7 трлн руб. Прибыль по Международным стандартам финансовой отчётности (МСФО) в размере 1,2 трлн руб. формируется в основном за счёт нефтяного сегмента и консолидации активов, а не газового экспорта.
Газовая инфраструктура, созданная для системного поставщика, в модели «один покупатель — одна труба» перестала быть источником ренты и превратилась в фиксированную нагрузку.
Итог: зафиксированный управленческий разрыв
Итог года для ПАО «Газпром» — это не просто снижение экспортной выручки. Это утрата переговорной позиции и переход в статус ведомого игрока. Масштаб больше не усиливает позицию компании, а увеличивает цену управленческих ошибок.
Стратегический эффект смены модели очевиден: переход от равноправных долгосрочных контрактов к асимметричной зависимости, при которой инфраструктура перестаёт работать как преимущество.
Ключевой управленческий вопрос, который фиксирует этот разрыв, формулируется прямо: как из модели стабильных десятилетних контрактов с Европейским союзом — модели, под которую строилась инфраструктура советского масштаба, — добровольно прийти к ситуации, где компания с этой же инфраструктурой зависит от одного покупателя и вынуждена принимать любые скидки и любые условия?
Именно этот вопрос, а не текущие цифры отчётности, и является главным итогом года для ПАО «Газпром».
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
ОПК на военных рельсах: рост производства и его цена
Владимир Путин заявил о кратном увеличении выпуска вооружений по сравнению с 2022 годом. По его словам, предприятия оборонно-промышленного комплекса работают в стабильном режиме, а рост носит системный характер. В числе ключевых направлений — бронетехника, авиация, артиллерия и боеприпасы, где показатели измеряются уже не процентами, а кратными величинами.
Производство танков выросло в 2,2 раза, лёгкой бронетехники — в 3,7 раза, авиационной техники — в 4,6 раза, ракетно-артиллерийского вооружения — почти в 9,6 раза. Выпуск средств связи и РЭБ увеличился в 12,5 раза, индивидуальной бронезащиты — почти в 18 раз, боеприпасов и средств поражения — более чем в 22 раза.
Опыт СВО используется для формирования нового облика войск и ВПК с акцентом на автоматизацию. Оборонная промышленность вновь позиционируется как локомотив экономики. Однако за официальными цифрами остаётся вопрос устойчивости такой модели и её цены для гражданских отраслей.
Владимир Путин заявил о кратном увеличении выпуска вооружений по сравнению с 2022 годом. По его словам, предприятия оборонно-промышленного комплекса работают в стабильном режиме, а рост носит системный характер. В числе ключевых направлений — бронетехника, авиация, артиллерия и боеприпасы, где показатели измеряются уже не процентами, а кратными величинами.
Производство танков выросло в 2,2 раза, лёгкой бронетехники — в 3,7 раза, авиационной техники — в 4,6 раза, ракетно-артиллерийского вооружения — почти в 9,6 раза. Выпуск средств связи и РЭБ увеличился в 12,5 раза, индивидуальной бронезащиты — почти в 18 раз, боеприпасов и средств поражения — более чем в 22 раза.
Опыт СВО используется для формирования нового облика войск и ВПК с акцентом на автоматизацию. Оборонная промышленность вновь позиционируется как локомотив экономики. Однако за официальными цифрами остаётся вопрос устойчивости такой модели и её цены для гражданских отраслей.
«Человек года» без героя: симптом 2025-го
Опрос показал нетипичную картину: главным ответом на вопрос о «человеке года» стало его отсутствие. 35% россиян заявили, что не могут назвать никого — больше, чем доля любого конкретного кандидата. Это указывает не на конкуренцию фигур, а на дефицит символического лидера и размытость общественных ориентиров.
Среди персон лидирует Владимир Путин — 33%, однако и этот результат уступает совокупному варианту «никто». Дональд Трамп набрал 4%. Далее следуют ответы, смещённые в частную сферу: муж или жена — 3%, по 2% — «я сам», дети и мать.
Публичные фигуры второго плана — Лариса Долина, Илон Маск, Сергей Лавров, Александр Овечкин — упоминались эпизодически, в пределах статистической погрешности. В итоге 2025 год для многих оказался временем без общего «лица» и с преобладанием личных смыслов над публичными.
Опрос показал нетипичную картину: главным ответом на вопрос о «человеке года» стало его отсутствие. 35% россиян заявили, что не могут назвать никого — больше, чем доля любого конкретного кандидата. Это указывает не на конкуренцию фигур, а на дефицит символического лидера и размытость общественных ориентиров.
Среди персон лидирует Владимир Путин — 33%, однако и этот результат уступает совокупному варианту «никто». Дональд Трамп набрал 4%. Далее следуют ответы, смещённые в частную сферу: муж или жена — 3%, по 2% — «я сам», дети и мать.
Публичные фигуры второго плана — Лариса Долина, Илон Маск, Сергей Лавров, Александр Овечкин — упоминались эпизодически, в пределах статистической погрешности. В итоге 2025 год для многих оказался временем без общего «лица» и с преобладанием личных смыслов над публичными.
Авиасообщение как рычаг: Вашингтон увязывает небо с Украиной
Попытки Москвы вернуть прямое авиасообщение с США вновь упёрлись в жёсткую позицию Вашингтона. Переговоры, которые российская сторона ведёт с февраля на фоне обсуждений украинского урегулирования, не дали результата: Белый дом отказывается обсуждать этот вопрос до прекращения боевых действий.
Как сообщил замглавы МИД РФ Сергей Рябков, США прямо предлагают последовательность «сначала Украина — потом небо». Он отметил, что сдвигов именно по авиасообщению нет, несмотря на регулярное поднятие темы в контактах с американской стороной.
Закрытие воздушного пространства для российских авиакомпаний было введено США и Евросоюзом сразу после начала СВО и стало частью санкционной архитектуры, в рамках которой транспортные ограничения используются как элемент давления. В этом контексте отказ Вашингтона выглядит не техническим, а политическим решением — сигналом о нежелании разрывать связку между санкциями и украинской повесткой.
Фактически авиасообщение превращено в разменную монету. Для Москвы это вопрос одновременно практический и символический; для США — дополнительный рычаг в переговорах. Пока конфликт продолжается, небо, по всей видимости, останется закрытым, а разговоры — без результата.
Попытки Москвы вернуть прямое авиасообщение с США вновь упёрлись в жёсткую позицию Вашингтона. Переговоры, которые российская сторона ведёт с февраля на фоне обсуждений украинского урегулирования, не дали результата: Белый дом отказывается обсуждать этот вопрос до прекращения боевых действий.
Как сообщил замглавы МИД РФ Сергей Рябков, США прямо предлагают последовательность «сначала Украина — потом небо». Он отметил, что сдвигов именно по авиасообщению нет, несмотря на регулярное поднятие темы в контактах с американской стороной.
Закрытие воздушного пространства для российских авиакомпаний было введено США и Евросоюзом сразу после начала СВО и стало частью санкционной архитектуры, в рамках которой транспортные ограничения используются как элемент давления. В этом контексте отказ Вашингтона выглядит не техническим, а политическим решением — сигналом о нежелании разрывать связку между санкциями и украинской повесткой.
Фактически авиасообщение превращено в разменную монету. Для Москвы это вопрос одновременно практический и символический; для США — дополнительный рычаг в переговорах. Пока конфликт продолжается, небо, по всей видимости, останется закрытым, а разговоры — без результата.
Петербург вырвался в лидеры тревожности
Санкт-Петербург впервые за шесть лет возглавил российский индекс тревожности, обогнав Москву. Город, традиционно считающийся более спокойным и «интеллигентным», неожиданно оказался на первом месте по уровню общественного беспокойства. В тройку самых тревожных регионов также вошёл Краснодарский край, что указывает на системный, а не локальный характер происходящего.
Причины тревоги у респондентов вполне приземлённые и потому особенно чувствительные. На первом месте — инфляция и рост повседневных расходов, следом идёт высокая ипотечная ставка, фактически закрывающая доступ к покупке жилья для значительной части горожан. Отдельным раздражителем стали перебои с мобильным интернетом, которые в мегаполисе воспринимаются не как временный сбой, а как угроза нормальному ритму жизни и работы.
Дополняет картину резкий рост киберпреступности и череда громких мошеннических схем. Финансовая нестабильность, цифровая уязвимость и ощущение отсутствия контроля над базовыми сервисами формируют устойчивый фон напряжения. Петербург в этой ситуации выступает скорее индикатором: если самый «холодный» город страны начал нервничать, значит уровень системного стресса в обществе действительно вышел на новый уровень.
Санкт-Петербург впервые за шесть лет возглавил российский индекс тревожности, обогнав Москву. Город, традиционно считающийся более спокойным и «интеллигентным», неожиданно оказался на первом месте по уровню общественного беспокойства. В тройку самых тревожных регионов также вошёл Краснодарский край, что указывает на системный, а не локальный характер происходящего.
Причины тревоги у респондентов вполне приземлённые и потому особенно чувствительные. На первом месте — инфляция и рост повседневных расходов, следом идёт высокая ипотечная ставка, фактически закрывающая доступ к покупке жилья для значительной части горожан. Отдельным раздражителем стали перебои с мобильным интернетом, которые в мегаполисе воспринимаются не как временный сбой, а как угроза нормальному ритму жизни и работы.
Дополняет картину резкий рост киберпреступности и череда громких мошеннических схем. Финансовая нестабильность, цифровая уязвимость и ощущение отсутствия контроля над базовыми сервисами формируют устойчивый фон напряжения. Петербург в этой ситуации выступает скорее индикатором: если самый «холодный» город страны начал нервничать, значит уровень системного стресса в обществе действительно вышел на новый уровень.
Военно-промышленный спад: ресурсы заканчиваются быстрее лозунгов
Поступающие данные указывают на нарастающее торможение российского военного производства, напрямую связанное с исчерпанием бюджетных возможностей. В ноябре государственные расходы сократились на 12%, и это почти сразу отразилось на ключевых секторах, обслуживающих ВПК. Речь идёт уже не о замедлении роста, а о переходе к отрицательной динамике.
Наиболее заметно просело производство готовых металлических изделий — боеприпасов, миномётов и стрелкового оружия. К октябрю 2025 года выпуск снизился на 19% по сравнению с предыдущим месяцем и оказался на 1% ниже уровня ноября 2024 года. Иначе говоря, отрасль впервые демонстрирует прямое падение год к году, что для военной экономики считается тревожным сигналом.
Менее резкое, но всё же существенное снижение зафиксировано в сегменте электроники и оптических систем — минус 5%, частично объясняемый календарным фактором. Самый же жёсткий обвал наблюдается в производстве бронетехники и других автотранспортных средств военного назначения: минус 21% к октябрю, при этом темпы роста к прошлому году сократились в четыре раза. С учётом реальной инфляции физические объёмы выпуска выглядят ещё скромнее, чем в официальной статистике. Итог очевиден: финансовый предел военной мобилизации экономики становится всё более осязаемым.
Поступающие данные указывают на нарастающее торможение российского военного производства, напрямую связанное с исчерпанием бюджетных возможностей. В ноябре государственные расходы сократились на 12%, и это почти сразу отразилось на ключевых секторах, обслуживающих ВПК. Речь идёт уже не о замедлении роста, а о переходе к отрицательной динамике.
Наиболее заметно просело производство готовых металлических изделий — боеприпасов, миномётов и стрелкового оружия. К октябрю 2025 года выпуск снизился на 19% по сравнению с предыдущим месяцем и оказался на 1% ниже уровня ноября 2024 года. Иначе говоря, отрасль впервые демонстрирует прямое падение год к году, что для военной экономики считается тревожным сигналом.
Менее резкое, но всё же существенное снижение зафиксировано в сегменте электроники и оптических систем — минус 5%, частично объясняемый календарным фактором. Самый же жёсткий обвал наблюдается в производстве бронетехники и других автотранспортных средств военного назначения: минус 21% к октябрю, при этом темпы роста к прошлому году сократились в четыре раза. С учётом реальной инфляции физические объёмы выпуска выглядят ещё скромнее, чем в официальной статистике. Итог очевиден: финансовый предел военной мобилизации экономики становится всё более осязаемым.
Автопродление водительских прав: льгота сворачивается, путаница остаётся
С 1 января 2026 года в России прекращается действие временной меры по автоматическому продлению водительских удостоверений. Права, срок которых истекает после этой даты, придётся менять в стандартном порядке — с подачей заявления, оплатой госпошлины и, при необходимости, прохождением медкомиссии. Эксперимент, запущенный в пандемийный период и затем продлённый на фоне санкционных ограничений, фактически закрывается.
При этом сохраняется важное исключение. Водительские удостоверения, срок действия которых закончился в период с 2022 по 2025 год, по-прежнему считаются действительными ещё три года с даты формального окончания. Однако речь идёт исключительно о внутреннем использовании: за пределами России такие права юридической силы не имеют и при пересечении границы могут быть признаны недействительными.
Таким образом, система остаётся двуслойной. Для одних водителей действует отсрочка, для других — уже нет, а ключевым фактором становится конкретная дата окончания прав. Власти рассчитывают, что к 2026 году накопленный «хвост» будет постепенно исчерпан, но на практике это означает рост нагрузки на подразделения ГИБДД и неизбежную путаницу среди автомобилистов.
Итог простой: автоматическое продление было временным послаблением, а не новой нормой. Тем, у кого срок подходит к концу после 1 января 2026 года, лучше заранее готовиться к обычной процедуре — без иллюзий и с учётом бюрократических реалий.
С 1 января 2026 года в России прекращается действие временной меры по автоматическому продлению водительских удостоверений. Права, срок которых истекает после этой даты, придётся менять в стандартном порядке — с подачей заявления, оплатой госпошлины и, при необходимости, прохождением медкомиссии. Эксперимент, запущенный в пандемийный период и затем продлённый на фоне санкционных ограничений, фактически закрывается.
При этом сохраняется важное исключение. Водительские удостоверения, срок действия которых закончился в период с 2022 по 2025 год, по-прежнему считаются действительными ещё три года с даты формального окончания. Однако речь идёт исключительно о внутреннем использовании: за пределами России такие права юридической силы не имеют и при пересечении границы могут быть признаны недействительными.
Таким образом, система остаётся двуслойной. Для одних водителей действует отсрочка, для других — уже нет, а ключевым фактором становится конкретная дата окончания прав. Власти рассчитывают, что к 2026 году накопленный «хвост» будет постепенно исчерпан, но на практике это означает рост нагрузки на подразделения ГИБДД и неизбежную путаницу среди автомобилистов.
Итог простой: автоматическое продление было временным послаблением, а не новой нормой. Тем, у кого срок подходит к концу после 1 января 2026 года, лучше заранее готовиться к обычной процедуре — без иллюзий и с учётом бюрократических реалий.
Спокойствие вкладчиков снова объявляют «управляемым». В Госдуме уверяют: инфляция может расти, ставки — падать, но паники не будет. Проблема в том, что в России доверие к деньгам ломается не по формулам, а по памяти. И она у людей очень длинная.
Telegram
Критик новостной ленты
Спокойствие вкладчиков - иллюзия системы
В Госдуме снова уверяют, что всё под контролем. Инфляция, мол, может ускоряться, ставки по депозитам - снижаться, но россияне якобы останутся спокойными и никуда не побегут. Глава думского комитета по финансовому…
В Госдуме снова уверяют, что всё под контролем. Инфляция, мол, может ускоряться, ставки по депозитам - снижаться, но россияне якобы останутся спокойными и никуда не побегут. Глава думского комитета по финансовому…
Конец предсказуемой ренты: системный тупик российской нефтяной модели
Российская экономическая архитектура, десятилетиями опиравшаяся на стабильный приток нефтяных доходов, утратила ключевое условие устойчивости — предсказуемость. Период 2022–2025 годов стал временем демонтажа прежней рентной модели. Эмбарго Европейского союза и ценовой потолок в $60 за баррель превратили экспорт нефти из источника управляемой ренты в высокорискованную и затратную операцию для Россия.
Цифры: сжатие рентной базы
Данные 2025 года фиксируют структурный сдвиг. Если в 2024 году нефтегазовые доходы бюджета составили 11,1 трлн рублей, то за январь–ноябрь 2025 года они снизились до 8,0 трлн рублей. Падение на 22,4% в годовом выражении отражает не временную волатильность, а устойчивое снижение маржинальности экспорта.
Рост ненефтегазовых доходов до 24,9 трлн рублей (+11,3%) не означает диверсификации экономики. Он во многом отражает фискальную компенсацию выпадающей ренты за счёт внутренней базы. Бюджет всё меньше зарабатывает на внешних рынках и всё больше опирается на перераспределение внутри страны.
При этом сохраняющийся структурный разрыв между доходами и расходами всё в большей степени закрывается через бюджетный дефицит, который из временного инструмента фактически становится постоянным элементом финансовой архитектуры.
Обход санкций и цена логистики
Переориентация экспорта на Азию и расширение «теневого флота» позволили сохранить физические объёмы поставок, но резко снизили их экономическую эффективность. Удлинение логистических маршрутов, рост страховых и транзакционных издержек, устойчивые ценовые дисконты стали постоянными элементами модели.
В условиях, когда цена Urals опускается ниже $55 за баррель, бюджетные потери становятся прямыми. Экспорт сохраняется, но контроль над ценой и горизонтом планирования утрачен. Рента становится волатильной и плохо прогнозируемой, что подрывает основу долгосрочного бюджетного управления.
Архитектура управления: реакция без трансформации
Снижение стабильности нефтяных доходов объективно требует структурных изменений — роста производительности, расширения инвестиционной базы, институциональных реформ. Однако фактическая реакция системы ограничивается возведением «потёмкинских деревень».
Импортозамещение во многих секторах остаётся витринным проектом — «переклеиванием шильдиков» на азиатской продукции. Рост оборонного заказа не трансформируется в эффективность гражданской экономики. Управление носит ручной характер, где лояльность и перераспределение остатков ренты подменяют институциональные решения.
Управленческая развилка
Сокращение и волатильность нефтяной ренты означают конец прежней модели управляемой устойчивости. Перед системой встаёт принципиальный выбор: либо переход к реальным реформам, затрагивающим рентную основу, либо окончательное закрепление «потёмкинской экономики», в которой внешние витрины и пиар-отчёты о «росте» подменяют системную деградацию.
Ключевой вопрос остаётся открытым: способно ли нынешнее руководство перейти от управления убывающей рентой к трансформации самой экономической модели, или пределом адаптации останется имитация изменений без изменения архитектуры системы.
Российская экономическая архитектура, десятилетиями опиравшаяся на стабильный приток нефтяных доходов, утратила ключевое условие устойчивости — предсказуемость. Период 2022–2025 годов стал временем демонтажа прежней рентной модели. Эмбарго Европейского союза и ценовой потолок в $60 за баррель превратили экспорт нефти из источника управляемой ренты в высокорискованную и затратную операцию для Россия.
Цифры: сжатие рентной базы
Данные 2025 года фиксируют структурный сдвиг. Если в 2024 году нефтегазовые доходы бюджета составили 11,1 трлн рублей, то за январь–ноябрь 2025 года они снизились до 8,0 трлн рублей. Падение на 22,4% в годовом выражении отражает не временную волатильность, а устойчивое снижение маржинальности экспорта.
Рост ненефтегазовых доходов до 24,9 трлн рублей (+11,3%) не означает диверсификации экономики. Он во многом отражает фискальную компенсацию выпадающей ренты за счёт внутренней базы. Бюджет всё меньше зарабатывает на внешних рынках и всё больше опирается на перераспределение внутри страны.
При этом сохраняющийся структурный разрыв между доходами и расходами всё в большей степени закрывается через бюджетный дефицит, который из временного инструмента фактически становится постоянным элементом финансовой архитектуры.
Обход санкций и цена логистики
Переориентация экспорта на Азию и расширение «теневого флота» позволили сохранить физические объёмы поставок, но резко снизили их экономическую эффективность. Удлинение логистических маршрутов, рост страховых и транзакционных издержек, устойчивые ценовые дисконты стали постоянными элементами модели.
В условиях, когда цена Urals опускается ниже $55 за баррель, бюджетные потери становятся прямыми. Экспорт сохраняется, но контроль над ценой и горизонтом планирования утрачен. Рента становится волатильной и плохо прогнозируемой, что подрывает основу долгосрочного бюджетного управления.
Архитектура управления: реакция без трансформации
Снижение стабильности нефтяных доходов объективно требует структурных изменений — роста производительности, расширения инвестиционной базы, институциональных реформ. Однако фактическая реакция системы ограничивается возведением «потёмкинских деревень».
Импортозамещение во многих секторах остаётся витринным проектом — «переклеиванием шильдиков» на азиатской продукции. Рост оборонного заказа не трансформируется в эффективность гражданской экономики. Управление носит ручной характер, где лояльность и перераспределение остатков ренты подменяют институциональные решения.
Управленческая развилка
Сокращение и волатильность нефтяной ренты означают конец прежней модели управляемой устойчивости. Перед системой встаёт принципиальный выбор: либо переход к реальным реформам, затрагивающим рентную основу, либо окончательное закрепление «потёмкинской экономики», в которой внешние витрины и пиар-отчёты о «росте» подменяют системную деградацию.
Ключевой вопрос остаётся открытым: способно ли нынешнее руководство перейти от управления убывающей рентой к трансформации самой экономической модели, или пределом адаптации останется имитация изменений без изменения архитектуры системы.
Стрелков о Купянске: поражение как следствие управленческой иллюзии
Последняя оценка Игоря Стрелкова ситуации в Купянске укладывается в его привычную логику: происходящее не стало неожиданностью и выглядит результатом системных ошибок, а не единичного сбоя. По его мнению, противник сознательно дождался истощения российских штурмовых подразделений, после чего перешёл к контрудару, сохранив резервы. Попытка переломить ситуацию за счёт масштабных усилий и высоких потерь результата не дала, лишь подчеркнув ограниченность выбранной тактики.
Отдельный акцент делается на информационной составляющей. Автор прямо указывает на отсутствие у него оперативных данных, однако версия об «очковтирательстве» — завышении реальных успехов в докладах наверх — выглядит, по его словам, правдоподобной и уже не новой для этой войны. Речь идёт о попытке выдать желаемое за действительное, объяснив поражение не системными просчётами, а якобы случайным сбоем.
Ключевая претензия касается публичного расхождения между официальным объявлением о победе и последующим фактом тактического поражения. В такой ситуации удар приходится не столько по фронту, сколько по управленческой вертикали. Когда Верховному главнокомандующему докладывают о взятии Купянска и ряда сёл, а спустя несколько дней выясняется обратное, вопрос ответственности становится неизбежным.
Финальный вывод предельно жёсткий: либо руководство не владеет реальной картиной, либо сознательно подменяет её удобными отчётами. Без кадровых и организационных выводов, подчёркивает Стрелков, подобные «победы» и дальше будут оборачиваться поражениями.
Последняя оценка Игоря Стрелкова ситуации в Купянске укладывается в его привычную логику: происходящее не стало неожиданностью и выглядит результатом системных ошибок, а не единичного сбоя. По его мнению, противник сознательно дождался истощения российских штурмовых подразделений, после чего перешёл к контрудару, сохранив резервы. Попытка переломить ситуацию за счёт масштабных усилий и высоких потерь результата не дала, лишь подчеркнув ограниченность выбранной тактики.
Отдельный акцент делается на информационной составляющей. Автор прямо указывает на отсутствие у него оперативных данных, однако версия об «очковтирательстве» — завышении реальных успехов в докладах наверх — выглядит, по его словам, правдоподобной и уже не новой для этой войны. Речь идёт о попытке выдать желаемое за действительное, объяснив поражение не системными просчётами, а якобы случайным сбоем.
Ключевая претензия касается публичного расхождения между официальным объявлением о победе и последующим фактом тактического поражения. В такой ситуации удар приходится не столько по фронту, сколько по управленческой вертикали. Когда Верховному главнокомандующему докладывают о взятии Купянска и ряда сёл, а спустя несколько дней выясняется обратное, вопрос ответственности становится неизбежным.
Финальный вывод предельно жёсткий: либо руководство не владеет реальной картиной, либо сознательно подменяет её удобными отчётами. Без кадровых и организационных выводов, подчёркивает Стрелков, подобные «победы» и дальше будут оборачиваться поражениями.
ЛикбеZ
Не Max: Почему главным бенефициаром блокировки WhatsApp станет Telegram Развивая логику публикации «От меню до мессенджеров: как «цифровой суверенитет» превратился в систему тотальных запретов», мы наблюдаем переход запретительной модели к финальной стадии…
Фактическая блокировка WhatsApp в России: сбои без шума
Резкий рост сбоев в работе WhatsApp в России указывает на его фактическую блокировку. Уровень отказов превысил 90%, а мессенджер перестал стабильно работать без VPN. Речь идёт не о краткосрочных неполадках, а о системных ограничениях, затронувших значительную часть страны.
Проект «На связи» сообщает об усилении ограничений как минимум в 42 регионах. Там фиксируются проблемы со звонками, регистрацией новых пользователей и доступом к веб-версии сервиса. Передача сообщений пока сохраняется, однако их загрузка часто сопровождается задержками и сбоями. Это соответствует модели «мягкой блокировки», когда ключевые функции деградируют постепенно.
Независимое подтверждение даёт платформа OONI Explorer: с начала недели почти все измерения фиксируют аномалии, характерные для блокировок. При этом парадоксально, что сервисы мониторинга сбоев не видят всплеска жалоб. По данным Downdetector и «Сбой.рф», число обращений заметно ниже, чем в начале недели.
Отсутствие массовой реакции объясняется просто: предновогодняя суета и эффект привыкания. Пользователи заняты офлайн-делами и уже адаптировались к ухудшению сервиса. Блокировка, по сути, произошла — просто без привычного шума.
Резкий рост сбоев в работе WhatsApp в России указывает на его фактическую блокировку. Уровень отказов превысил 90%, а мессенджер перестал стабильно работать без VPN. Речь идёт не о краткосрочных неполадках, а о системных ограничениях, затронувших значительную часть страны.
Проект «На связи» сообщает об усилении ограничений как минимум в 42 регионах. Там фиксируются проблемы со звонками, регистрацией новых пользователей и доступом к веб-версии сервиса. Передача сообщений пока сохраняется, однако их загрузка часто сопровождается задержками и сбоями. Это соответствует модели «мягкой блокировки», когда ключевые функции деградируют постепенно.
Независимое подтверждение даёт платформа OONI Explorer: с начала недели почти все измерения фиксируют аномалии, характерные для блокировок. При этом парадоксально, что сервисы мониторинга сбоев не видят всплеска жалоб. По данным Downdetector и «Сбой.рф», число обращений заметно ниже, чем в начале недели.
Отсутствие массовой реакции объясняется просто: предновогодняя суета и эффект привыкания. Пользователи заняты офлайн-делами и уже адаптировались к ухудшению сервиса. Блокировка, по сути, произошла — просто без привычного шума.
Интернет по пропуску: детям — «белый список», взрослым — ответственность
В Госдуму внесён законопроект, предполагающий фактический запрет социальных сетей и свободного интернета для несовершеннолетних. Документ уже готовится к первому чтению и, в случае принятия, вступит в силу с 1 сентября 2026 года. Формально речь идёт о «защите детей», но по сути — о выстраивании новой модели цифрового контроля.
Ключевое новшество — обязанность родителей указывать при покупке SIM-карты, что ею будет пользоваться ребёнок. Для таких пользователей предполагается отдельный режим доступа: ограниченный «белым списком» сайтов, утверждённым регулятором. Всё, что за пределами списка, автоматически становится недоступным — без объяснений и апелляций.
Отдельный блок требований адресован соцсетям. Платформы обяжут проверять реальный возраст пользователей и блокировать доступ несовершеннолетним. Как именно будет подтверждаться возраст — через документы, биометрию или иные механизмы — в законопроекте не уточняется, но ясно, что без усиления идентификации дело не обойдётся.
В сухом остатке — ответственность перекладывается на родителей и сервисы, а государство получает ещё один инструмент сегментации интернета. Под видом заботы о детях формируется инфраструктура, которую при необходимости можно масштабировать и на другие группы пользователей. Логика знакомая: сначала «для защиты», потом — «для порядка».
В Госдуму внесён законопроект, предполагающий фактический запрет социальных сетей и свободного интернета для несовершеннолетних. Документ уже готовится к первому чтению и, в случае принятия, вступит в силу с 1 сентября 2026 года. Формально речь идёт о «защите детей», но по сути — о выстраивании новой модели цифрового контроля.
Ключевое новшество — обязанность родителей указывать при покупке SIM-карты, что ею будет пользоваться ребёнок. Для таких пользователей предполагается отдельный режим доступа: ограниченный «белым списком» сайтов, утверждённым регулятором. Всё, что за пределами списка, автоматически становится недоступным — без объяснений и апелляций.
Отдельный блок требований адресован соцсетям. Платформы обяжут проверять реальный возраст пользователей и блокировать доступ несовершеннолетним. Как именно будет подтверждаться возраст — через документы, биометрию или иные механизмы — в законопроекте не уточняется, но ясно, что без усиления идентификации дело не обойдётся.
В сухом остатке — ответственность перекладывается на родителей и сервисы, а государство получает ещё один инструмент сегментации интернета. Под видом заботы о детях формируется инфраструктура, которую при необходимости можно масштабировать и на другие группы пользователей. Логика знакомая: сначала «для защиты», потом — «для порядка».