Если ты измотался в академических изысках, сносках на сноски и доказательных базах, то взгляни, как Флоренский в философско-богословском трактате цитирует купчиху: «капитал-то всякий видит, а разум еще надо доказывать».

@lichoifilosof #лихойфилософ

Где твоя эффективность, друг? – шепчет тебе мир. Что с того, что ты специалист по Флоренскому? Нам нужен специалист по fpv. Ты вздыхаешь и становишься специалистом по fpv, и несется органопроекция на крыльях твоего летуна, и поет она о технике, затронутой грехом. И мечтает она, вслед за Флоренским, о технике, им не затронутой.

Где твоя докторская, брат? – вопиет к тебе ученый мир. Что с того, что ты колесил своими грязными ботинками бесчисленные топи? Это может каждый, у кого есть две ноги. Ты вздыхаешь, и скрипит твой карандаш, шелестят твои труды, стучит электричка под балконом и желает твоя предвечерняя Москва хорошей рабочей ночи.
Лето в самом разгаре, а пограничные существа опять отправляются на вахту всенощных бдений.

@lichoifilosof #лихойфилософ

Ученые ведут потаенную жизнь. Непризнанность, уединение,  не знание друг друга – особый род их мученичества. Вот сидят они, согбенные подле зеленых потрескивающих ламп, тянет к ним мысль свое хрупкое тело, остывает кофе в картонном стакане.

Иной раз шалая думка залетит в блаженную голову, – плюнет братец такой на древнегреческий да и  займется IT. А через год его уже и не узнаешь – совсем нездешний стал, глядит иначе, кроссовки скрипят по-другому, что-то нашептывает про продуктивность и ипотечные дела.  Где мука твоя? Где твои труды? Горели труды мои синем пламенем, кому сейчас нужна Византия?, – отвечает он. И тихая грусть сидит в уголке его глаза – это его позаброшенная Византия, так он с ней и умрет. 

Уединенные труды часто не знают своей ценности. Добросовестные братцы регулярно преумаляют себя, по пыльным углам себя растаскивают, не зная, как они хороши. Иной брат пол дня занят самобичеваниями – гремят на нем вериги,  растет пояс из конского волоса прямо в тело.
Цените этих упоенных, други, пока они еще упоены. Их шаги тихие, их молчаливый труд суров и изматывающ. Иной раз скажет им кто, что их дела не напрасны – так они потом десять лет с блаженной улыбкой ходят, и никаких IT им не надобно.

@lichoifilosof #лихойфилософ

Вот иногда поражаешься, какие новые тактики наши пацаны применяют: на шайтан-машинах гоняют; на каких-нибудь мотоциклах рассекают так, что их не успевает поймать ни  fpv-шка, не стрелковое; на электросамокатах в штаб носятся, что пыль столбом. Где-то фишки из Сирии, где-то еще что. Думаешь вот ведь восточные сказки, ковры-самолеты, затейливые какие, ишь! Застоя нет, фантазия работает. А потом – хлобысь и наши каналы  публикуют колонны нашей техники, в то время как уже каждый еж в лесу знает, что колоннами ходить нельзя. Что даже провод на фоне неба снимать бывает опасно (ибо геолокация, тени, время съемки, все дает врагу прямую наводку куда бить). Поэтому и выкладывают "как будто сегодня" снятое пару дней назад, снятое далеко в тылу и т.д. Сколько раз уже такое было – и вот опять под Рыльском в Курской области, на тебе. С этой всей изобретательностью сочетается какая-то кондовая и невыносимо тяжеловесная логика командира-самоубийцы. С такой логикой пора завязывать.

Война логик, будь она неладна.

@lichoifilosof #лихойфилософ

У человека два режима: режим мягенькой ватрушечки и режим чрезвычайной ситуации. Быстро переключаются специально обученные для этого люди, для остальных это чрезвычайно болезненно. Сейчас к белогородской экзистенции присоединились жители Курска, и  тумблер медленно перемыкает на уровне коллективного переживания в сторону хлебнувших лиха регионов.

Если с военным все ясно, с мирными не ясно ничего: у них нет подготовки, нет инструкции; вопрос как себя вести, в случае чего, витает в зыбком мареве.  Пережидать – опасно; уехать чтобы где-то в Сибири вести уединенную жизнь, пока другие страдают – пакостно; всем уйти на войну – тоже не выход. Все воевать не могут и все не могут «не воевать».

От умения переключатся между «режимами» в час пик зависит выживание.  Будешь всегда на подъёме – сдуреешь, совершишь внутренний побег – сдуреешь еще быстрее. Шизить можно как в сторону «забвения» так и в сторону «тотальной мобилизации», и шизить изрядно.

А вот кто хорош: рождающийся коллективный ум возле войны, первочеловек  со светлой адекватностью на челе, встающий из пограничья меж лесов и рек. Он идет в твою сторону и говорит «хайре».

@lichoifilosof #лихойфилософ

Братец использовал изуверский интеллект нейросети для озвучки текстов лихого философа☝️
Вариантов было много, но в этом особая меланхоличность: хочется за гаражи, чинить батин мотоцикл, чтобы уехать на нем навстречу солнцу.
В тексте: хипстеры, война, калики перехожие, лихие посвисты, все как мы любим.

@lichoifilosof #лихойфилософ

Лихой философ отправился в путешествие по русским весям. Держу в курсе🔥

@lichoifilosof #лихойфилософ

А между тем судьбическое всегда было выше логического. Об этом знал старинушка Хайдеггер, об этом знали древние греки, об этом знает каждый деревенский простачок - только мы не знаем об этом. «Где ты, смертушка моя?»– крякнет какой-то чудодей с шапкой набекрень из потаенных деревень вышедший. Крякнет от души, закурит, перекинет на другое плечо котомку и поковыляет дальше. А потом глядишь – вот он показался на автозаправке, вот он крутит руль буханки, в которой ты едешь, закупается в пятерочке, или курит у киоска, вот он сидит в окопе, разрывается на части, а потом словно снова выходит из лесу. И все вокруг него разверзается как великое происшествие, все связано со всем и все что-то значит. Оттого и понимает он свою страну.

А мы, киснущие в телефонах под властью акедии, большей частью не понимаем, и не можем решиться на свою же судьбу. Пока рак не свистнет, как говорится. А когда свистнет – так оно всегда поздно, не так ли? Почему судьбическое не дается нам, смертным?

Когда наблюдаю разговор военного с мирным все чаще кажется что говорят они примерно так:
«Мирный-которого-еще-ничто-не-затронуло», говорит: - "Я бессмертный. Война не то, что не есть, она не возможна! Просто вы плохие фу-фу-фу".
Военный говорит: - "Война возможна потому что она уже есть. Вокруг тебя одна сплошная эсхатология. Если ты это поймешь – то жизнь станет проще".

Но «Мирный-которого-еще-ничто-не-затронуло» этого не понимает, поэтому его жизнь так сложна. И разбиваются "волны судьбического" о его слегка-безумное "логическое", пока не накроют его с головой паникой вселенского масштаба. Бедные люди.

@lichoifilosof #лихойфилософ

Знакомый хирург проездом решил заскочить в женский монастырь (он там оперирует монашек, такое хобби у человека). И лежит там какая-то веселая старица, с пролежнями и многими болезнями. Поднимается наполовину и только благодаря ручке, напоминающей держалку в автобусе, от чего шутит что вечно куда-то едет. И вот у тебя, академического червя и повидавшего виды утомленного человека просто плавится мозг от ее радости. Твое молодое, цветущее, депрессивное тело посрамлено вот этим болящим и скорбящим, и так стыдно, братцы, так стыдно, – не передать! Вот не знаю почему, но чем более ты изломанный жизнью, старый и искалеченный – тем сильнее цветет твоя радость. Цените свою изломленность, братия и сестры, плохо вы ее понимаете, не цените совсем.
Глупо «доживать» свою жизнь после великих трагедий, – с трагедий все только и начинается, а греки считали что сам человек начинается с «плача по умершему», а до великих страданий он вообще непонятно кто.

@lichoifilosof #лихойфилософ

Чудно, как рождественские таинства переходят в рабочую неделю, и проходящий мимо москвич, спешно уносящий батон под мышкой, совмещает в себе оба измерения, не осознавая, какие чудеса он в себе носит. Рабочий люд, слегка выпустив пар, начинает переключаться с рождения Христа на инаугурацию Трампа и дела наши грешные.

Праздники – время сложное. Помимо семей, глубоко пустивших корни в салаты и ипотечные квартиры, вокруг кружат глубоко одинокие люди. Местный Дед Мороз, что на перекурах между детскими праздниками утешал отчаянных, теперь снова сантехник дядя Миша. Прохожие, что кивали тебе на Святки, словно делили с тобой одну тайну Христову, будь ты хоть калика перехожая или мойщик туалетов, – преображаются в редакторов газет, айтишников и менеджеров, спешащих на рабочий созвон. Из светлого марева выползают обратно привычные чудовища бытовых превозмоганий и ты улыбаешься им слегка, потягивая холодный кофий. Если рядом с печью Гераклита в малых делах «тоже были боги», то и подле твоего ноутбука вьется время тайн, стучась о негаснущий экран.

Долготерпение растет в тебе и ширится и вот ты уже киваешь новым испытаниям, которые ранее были для тебя непомерны – и говоришь, – мир вам. Может, скоро я сгожусь и для вас.

@lichoifilosof #лихойфилософ

Лихой философ возвращается после еще одной инициации.

@lichoifilosof #лихойфилософ

У всех, у кого работа жесткая, есть определенное ограничение на страдание. Негласный устав «не распускать себя», ведь в критический момент вопрос о том, умеешь ли ты справиться с собой может стоить жизни. Не сумел, горевал, истерил – умер. Правила просты. Вот тебе время – рыдай, а после – изволь радоваться. Наши «мягкотелые» работы, конечно, этого не знают. Они не приносят ни острого горя, ни острой радости. Поэтому томный интеллектуал не достигает истины веселого и жизнестойкого мужика, а терпеливый середняк оказывается эффективнее гения.

Недавно друг посоветовал книгу про «акедию» – ибо если ты связываешь себя с наукой, то легкий налет меланхолии, что кружится в офисах у книг и компьютеров, вместе с пылью оседает и на тебе. Сперва он тревожит тебя едва заметно, но вот ты уже врастаешь в библиотеку, в программный код, в «работу-дом» как в «часть корабля».

На жестких работах время на сомнения и меланхолию строго ограничено, а вопрос будущего квартиля твоей горемычной статьи не терзает тебе душу день ото дня. Просто делаешь, пока не получится, потому как хочешь жить и больше никаких лишних мыслей. А мы словно хотим карьеры больше жизни и лишние мысли копошаться в нас, как мошки над озером.

Ходите под Богом, не под общественным мнением, братцы и сестрицы, и будет вам нескончаемая радость, а эффективность труда – приложится.

@lichoifilosof #лихойфилософ

Согласно данным Росстата, за последние 10 лет число научных сотрудников в статусе кандидатов и докторов наук сократилось на 20%. Вымирающий вид?

С 2014го г. из моих знакомых многие, кто мог бы "грызть гранит", либо ушли на войну, либо в медиа, либо в полевое исследование ПТСР.

Остающиеся делятся на две категории:
1) грызущие гранит по инерции.
2) грызущие гранит по сверх-вдохновению.
Наибольшей отбитостью и рок-н-роллом для этих последних оказывается не уйти из науки, а в ней остаться, когда уже все ушли.

Вот первым помогло бы отправиться в скитания, омывать слезами раненых, и смотреть во все глаза на жизнь человеческую.

А для вторых это было бы слишком просто. Мол, бросить кабинеты и уйти в леса/ на маяк/ войну/ уехать на мотоцикле в закат и т.д. - может каждый, а чтобы остаться в кабинетах нужно особое мужество. Это какая-то сверхдерзость, дерзость не мальчика, но мужа.

Так вот, процент упал видимо, потому, что у нас все наоборот: первые не уходят смотреть жизнь человеческую, и остаются; а вторые - уходят (либо страдают), хотя им стоило бы остаться (и радоваться).

@lichoifilosof #лихойфилософ

У нас есть привычка не замечать перенесенные испытания, игнорировать красоту свою.

Вот лежат простаки под капельницами - кассирша автобуса, продавец марок с Почты России, проводник плацкартного вагона. Они переносят испытания так же просто, как просто переносят свою жизнь (сутки через двое, пол вагона уже в стельку, солнце шкварит, будто поезд идет не в Севастополь, а к центру земли, какой-то умник засунул телефон между двумя стеклами - иди спасай - и прочее)...

И вот забавный факт из реанимации: они стойко переносят сложные операции (можно на месте сочинять эпос о превозмогании), а потом морщатся, когда им берут кровь, вынимают катетер, окошко дует, и тому подобное. Думаешь - то есть когда тебя выворачивали наружу нормально было, а кровь берут - морщишься? Святая простота ты человеческая!

Вот так и мы по глупости запоминаем себя недовольными, малыми людьми в то время как мы огого какие.

@lichoifilosof #лихойфилософ

Фантомные боли академизма:

Боль: Теоретическая жизнь противоположна самой жизни.

Как ощущается:
Пока ты пытаешься легитимировать себя в академизме через опыт, успех, ученую степень, — вокруг тебя сражаются, рождаются и умирают люди. Пока ты ищешь границы правильного мышления, не замечаешь, что кругом бушует сплошное агональное начало. Даже в тебе, таком научно-отвлеченном имеет место не нейтральная, а когда-то победившая мысль. Ты не любишь, так как не имеешь на это времени. Ты лишен великих страстей и лютая волна адреналина гасит в тебе любой окситоцин, на котором зачинаются и рождаются дети.
Это сводит тебя с ума. Тебе кажется, что ты изгнан с праздника жизни, что ты живешь на отдельном острове на котором не смеются, что второго свидания никогда не будет, что ты законсервирован на старой полке в пробирке, где и пишешь свой злосчастный диссер. Временами ты ненавидишь себя, потому что только так становишься сам себе выносимым.

Обезбол: теоретическая жизнь — тоже жизнь.

Академизм, как и прочие муки, — часть судьбы мира. Просто ты стал той частью судьбы мира, которая дана в форме академизма, а кто-то работает в киоске, кто-то кладет кирпич или моет улицы. Ты так спешил оторвать и противопоставить себя жизни, что не заметил, какой ее частью ты был.
Противопоставляя академизм живой жизни, мы снимаем с себя задачу задумываться о том, какой именно формой жизни он является. Если это тоже жизнь - то ЧТО это за жизнь? И что за часть в самой жизни рождает академизм?

Пока нам это не ясно — академизм стоит воспринимать как и всякое ремесло. Подобно рабочим, что за окном кладут горячий асфальт, так и мы пишем свои научные тексты. В конце концов, не человек выберет то, что его призвало. И если его призвало нечто трудное — что с того? Не все ли равно в какой форме служить, если ты все равно служишь?

@lichoifilosof #лихойфилософ

Фантомный автор видит в уменьшении количества  академических элементов признак антропологической катастрофы.

Но быть может, нас просто ждет новый академизм? Академизм эволюционирует, как искусство, техника и человеческие особи. Может, сам академизм был окутан пеленой тайны и пришло время посмотреть ему в лицо - где он либо  сгорит, либо откроется с неожиданной стороны?

Впрочем, "отпразднуем охоту новой охотой", а наши традиционные субботние сетования на академизм новыми понедельничными статьями.

@lichoifilosof #лихойфилософ

https://xn--r1a.website/rusfantoms/777

Представители коренных культур Австралии и Амазонии описывают свое существование как существование “после конца света”. Особенно интересно об этом пишут аборигены-ученые: автохтоны Америки и коренные жители Австралии с учеными степенями.

Ларри Гросс (доктор университета Редлэндс в Калифорнии) из народа чиппева (индейцы Северной Америки), называет это явление постапокалиптическим стрессовым расстройством - когда культура переживает потрясение, после которого не может полностью восстановится. От этого случается “коллективный ПТСР”. Жизнь после того, как ваши смыслы умерли – это фактически конец мира, апокалипсис. Дальше можно существовать только неполноценно (помните это, когда посягают на ваши смыслы).

Тайсон Янкапорта, (основатель лаборатории систем аборигенного знания в Мельбурнском Университете Дикина (Австралия)), указывает, что музейная экзотизация культуры позволяет перевести ее в ранг уже умершей. Когда твоя культура - музейный экспонат, чистая экзотика (банки с мясом кенгуру, убиенных в неправильное время года) - твои байки про аборигенское бытие будут рады послушать. Но никогда не примут твое аборигенское мышление, твое аборигенское чувство, твою аборигенскую жизнь как нечто равноценное. Забавное, диковинное - да. Но онтологически несостоятельное.

Отношение к своей культуре как к экзотике, отделяет человека от неё. И это происходит не только с последними аборигенами. Если культура цветет только в праздники или в морализаторстве смотрителя музея - то мы постепенно перемещаемся в "мир после мира", в конец света.

Так что не верьте гаденьким вайбам постиронии, не стесняйтесь быть русскими аборигенами, и все у нас будет впереди, а не позади.

@lichoifilosof #другойакадемизм #аборигеныученые

Бедные аборигены-ученые!  Тлеющие угли, умирающие осколки аборигенной  культуры, все еще хранящие изначальное тепло своих общин. Как не могут они спокойно смотреть на умирание своих народов, так и не могут всецело перейти в новую реальность.
Никакая карьера в "просвещенном мире" не утешит тебя при созерцании того, как рушится твой мир.

И вот вопрос - что из сказанного ими действительно является частью аборигенного мышления, что является аборигенным-искаженным-после-колонизации, а что уже и вовсе идет не от них?

Не покидает чувство, что большие тиражи Янкапорты, лекции Ларри Гросса, фильмы "шамана-антрополога" Дави Копенавы и проч. популярны не за счет их самих, а за счет "программ по спасению дикарей", созданных их же захватчиками.

Ирония в том, что аборигены-ученые говорят в той нише "просвещенного мира", которую создал сам просвещенный мир. А вне его, их мудрость совершенно не требует научных степеней и званий.

Ну а что они говорят у костров, запасая жир угрей, воскуряя листья акации, или охотясь на дикого кабана - ведомо только австралийским небесам.

@lichoifilosof #другойакадемизм #аборигеныученые

Когда узнают о том, что Хайдеггер писал стихи, говорят нередко - мол не его это, хорошо, мол, что взялся за ум и предпочел философию. Кто из образованных немцев не баловался поэзией в юные годы, кто не писал про милых трактирщиц, элевсинские мистерии или благонравные памфлеты про второе пришествие? Хайдеггер не исключение.

Да, Хайдеггер писал стихи, но есть нюанс:

1) Со стихами Хайдеггер "не завязал".
В юности Хайдеггер писал стихи, которые публиковались в христианских журналах, некоторые из них имеются в русском переводе Бибихина. Стихотворение Wir wollen warten, например, полюбилось хайдеггероведам не только за понятную поэтичность, но и за особую акцентуацию warten (ожидания) грядущего.

Wir wollen warten

Vorm Tor zum Frühlingsgarten
wollen wir horchend warten,
bis die Lerchen steigen,
bis Lieder und Geigen,
das Murmeln der Quellen,
die silberhellen
Glocken der Herden
Zum Weltchoral der Freude werden.

Мы будем ждать

Перед воротами в весенний сад
будем, прислушиваясь, ждать,
когда поднимутся жаворонки,
когда песни и скрипки,
журчание ручьев,
серебряно-звонкие
колокольчики стад
станут всемирным хоралом радости. (пер. Бибихина)

Но если мы прочтем это стихотворение, не зная, что его написал Хайдеггер, то признаем, что его мог бы написать кто угодно, не обделенный талантом. Хайдеггер как нечто особенное в нем не читается. И если не знать какую роль играет warten в философии Хайдеггера - то это будет обычное warten. То ли дело поздние хайдеггеровские стихи, в которых черт голову сломит, и не ясно, это пентаграмма, таблица, фрагмент из словаря будущего или карта морского сражения.
Возьмем к примеру что-нибудь из 81го тома собрания сочинений в переводе Натальи Азаровой:

Der Ruf

Im fernen Gang der Nähe
wohne;
schone
ihrer wilden Jähe
milden Blick
im überewigten Geschick,
dem sie gehören
die den Ruf erhören:
»das Geschenk!«
dort birgt sich,
sich, wirbt
des Seyns Gelenk.

Зов

в далёком ходе близи
живи;
щади
её диких внезапностей
нежный взгляд
в сверхвечной судьбе,
которой они принадлежат
зов которой они слышат
дар!
там укрывается
открывает себя
сустав Бытия.

Seyns (Бытие через y) еще и перечеркнуто крестом (тг не передает). Тут уже читается Хайдеггер. Однако дело не в том, что у позднего Хайдеггера постоянно в стихах фигурируют специфические термины, вплетаясь не то в философские, не то в поэтические конструкции, An-Fang, Ver-Hältnis, Eignis и проч. Отчасти дело в особой текучести языка: он может напоминать язык юродивого, поэтические эксперименты Хлебникова, в особом отвлеченном тоне, обуреваемом Хайдеггера “судьбическом чувстве”, стремлении к отсутствию авторства. Если бы Хайдеггер написал еще 100+ томов, думаю это была бы своеобразная “Илиада” о бытии написанная подобным языком.
И вот тогда бы мы узнали, что значит “не считаться с читателем”, и все, что написано “после поворота”, показалось бы нам цветочками!

2) Поэзия у Хайдеггера - это не про стихи.
Хайдеггер писал стихи не потому, что был "искушен поэзией", по типу того, как музы искушали осужденного Боэция в тюрьме (пока их не разогнала философия, сверкая очами). Хайдеггер писал стихи потому, что в этом была языковая необходимость и необходимость “дела мышления”.

Задача состояла не в написании особых стихов, а в том, чтобы сделать сам язык - сплошняком такими нескончаемыми стихами. У этих стихов не было бы ни авторства, ни начала, ни конца. И было бы у них две вершины - не понятийная, а родственно-корневая связанность и удержание молитвенной тональности, исповедания исторического судьбического чувства.

@lichoifilosof #лихойфилософ

Еще немного фрагментов из стихов Хайдеггера:
GA 81, S. 243

Der Mensch ist vom Seyn
gebraucht
für den Tod.
Der Tod ist der Schlagschatten des
Seyns,
geworfen vom Wesen des
Menschen.

Человек нужен Бытию
для смерти.
Смерть это густая тень
Бытия,
отбрасываемая сутью
человека. (пер. Н. Азаровой)

@lichoifilosof #лихойфилософ