Ой, еще одна классическая история про страшных большевиков и их кровавые репрессии оказалась соплей на палочке, стоило только поднять документы. Как же так? 🧐

Подробный разбор дела Михаила Шамонина, якобы, расстрелянного за кражу двух буханок хлеба.
https://midgard-msk.livejournal.com/22791.html
https://midgard-msk.livejournal.com/23475.html
https://midgard-msk.livejournal.com/23645.html
https://midgard-msk.livejournal.com/23915.html
А на самом деле осужденного за убийство 1 человека и нанесения тяжких повреждений еще двум женщинам.

Заметьте, никто не говорит, что репрессий вовсе не было, и не обесценивает трагедию 1937-38 гг. Речь о другом. О том, что когда вы годами, десятилетиями вместо реальной правды о репрессиях скармливаете народу какие-то фанфики по мотивам, а потом вдруг они начинают один за другим лопаться, как мыльные пузырики, тень подозрения ложится на весь ваш нарратив в целом, по принципу "а что тут вообще не вранье?". Хотели запугать гулагом, а добились того, что над вами все смеются. Такая диалектика, котятки.

Иногда меня спрашивают, кто тот прекрасный человек, который каждый день проходится по всем моим новым постам и под каждым ставит дизлайк. Честно — не знаю. Но, как сказал мне однажды покойный Виктор Леонидович Топоров, если ты делаешь что-то в литературе и при этом тебя никто не ненавидит, — значит, ты делаешь что-то не то. 😉

Придумал универсальную маркировку: "Этот материал — ложь, пиздеж и провокация". Данной маркировкой следует снабжать каждую публикацию вообще везде.

Катруся чудесно распедаливает.

Я не филолог по образованию и не знаю, есть ли специальный термин для обозначения заимствованных конструкций.

Я имею ввиду не англицизмы как таковые, а буквальный перевод ряда устойчивых фраз из разговорного английского языка: что с тобой не так, в чём твоя проблема, давай сделаем это и т.д. и т.п.

Где-то читала, что вот такие обиходные фразы с новой силой хлынули в нашу речь с появлением культуры кустарных переводов в конце восьмидесятых-начале девяностых годов; когда фильмы, ставшие впоследствие культовыми, переводили любители.

Забавно, что этим явлением бездумного заимствования конструкций (в данном случае пропагандистских) можно описать и ситуацию с алармизмом правых нишевых консерваторов касательно «левой угрозы» с её 200 гендерами, деколонизацией, эко-активизмом и прочее и прочее. Это с Россией соотносится примерно также, как и естественность употребления какой-нибудь фразы из спагетти-вестерна в духе «стреляй, а не болтай» где-нибудь в средней полосе. То есть, возможно, конечно, но только как мем.

Так вот, Никсель-Пиксель с командой деколонизаторов под предводительством небезызвестного шахматиста это тоже мем. К подобной дичи за пределами нижнего твиттера всерьез не относится абсолютно никто, так как никаких предпосылок — ни исторических, ни культурных, ни каких бы то ни было ещё — просто нет. В тех же штатах воук-культура возникла не снизу, а была насаждена сверху в качестве субститута классовой борьбе в семидесятые-восьмидесятые годы.

Профсоюзы громили, а утешительным призом стала секулярная погремушка адресной помощи меньшинствам и эко-активистам.

Привилегированная либеральная элита спряталась за многочисленными
меньшинствами, что позволило ей проводить сугубо правую политику в той области, которая действительно имеет значение — в экономике.

Тот же самый Патрик Бьюкенен, которого очень любят цитировать наши консерваторы, когда речь заходит о соломенном чучеле левой угрозы, по факту слизал все у Геббельса с Розенбергом. «Культурный марксизм», которым по ночам пугают впечатлительных детишек с имперкой на аватарке ВКонтакте, по сути проистекает из геббельсовского «культуробольшевизма». Да и выстроен он был по тому же принципу — по принципу антисемитизма. Бьюкенен просто нашел нужные фамилии и принялся орошать воспаленные мозги республиканцев своими сомнительными трактовками Адорно, Маркузе и Лукача. Больше того, делал он это по принципу «не читал, но осуждаю». Это при том, что ни к сионизму, ни к воук-культуре никто из вышеперечисленных отношения не имел. Да и сама франкфуртская школа оформилась сильно раньше борьбы за права меньшинств, а в академическом плане занималась пестованием левого пессимизма. Борьба не имеет смысла, надо просто наблюдать упадок капитализма и умирать от тоски и т.д. и т.п. Кабинетные философы, короче.

Патрик Бьюкенен, кстати, своего рода является пассивным выгодоприобретателем от левой транс-повесточки, которую он критикует уже столько лет. Потому что, если бы не она, ему пришлось бы вести споры не в плоскости этой культурной шизы, а в плоскости экономики.

Такой вот культурный симбиоз, который позволяет демократам и республиканцам жрать друг друга на дебатах и ничего не делать.

В Питере на выходных есть куда сходить!

Таки напоминаю!

9 декабря (суббота). Уже сегодня!
Музей железных дорог России (Библиотечный пер., д. 4, к. 2, стр. 1). Олег Демидов и Алексей Колобродов. Разговор о советской поэзии 1930-х годов. Начало в 13:00.

10 декабря (воскресение).
Бар «Прекрасный Есенин» (ул. Чехова, 17/9). Олег Демидов и Алексей Колобродов расскажут о жизни и смерти Сергея Есенина, а заодно презентуют его книгу избранной православной лирики «Спаса кроткого печаль». Начало в 19:00.

Проглядывая очередную статью с подведениями итогов Бигбука, подумал вот что. У нас, как в том анекдоте про карлика и Макаревича ("я вырос на ваших песнях!"), на рецензиях ГЮ выросло целое поколение критиков, которые не умеют отвечать на вопрос, о чем книга. Точнее — их даже не научили задаваться этим вопросом. Это книга в таком-то жанре, это имярек meets имярека, этот роман написан изысканно/изобретательно/тонко, я пропракала всю ночь — это все сколько угодно. Но вопрос "о чем книга?" не ставится никогда.

Напомню, что ответ на вопрос "о чем книга?" не может быть вида "эта книга об этом" — он должен быть вида "эта книга о том, что". То есть сказать "это книга о памяти" недостаточно — нужно сказать "это книга о том, что историческая память не имеет никакого значения". Например.

Почему это так и зачем так сделано (не Бильбедергским клубом, само собой, сделано, а структурами, силовыми линиями индустрии) — в общем, понятно, сейчас нет времени подробно проговорить, может быть, потом.

Не могу всё-таки не заметить, что проблема с книгами Васякиной вовсе не в том, что они ЛГБТ. Они на самом деле о другом, эта тема там далеко не главная. Хотите создать Васякиной славу диссидентки по этому признаку - велкам, но настоящая проблема с ее книжками в другом. В чем - я уже вот тут коротко объяснял.

Ну вот надо про это и говорить. Мочить по принципу "ой, там про лесбух" - слишком удобная для той стороны подача, не надо так выгодно навешивать.

"А западная пресса писала потом, что в России писатели подвергаются гонениям со стороны властей". (с)

Я прочла рецензию

Вадим, то что кино - гумно, понятно и так. Премиальный литдыбр часто написан по-зулейховски. И даже должен быть написан так - настоящий талант в эти короткие списки не попадет.

Тут же забавна именно тошнотворная физиология лесбийского корявого секса и общая вонючесть текста, в котором то мочатся, то потеют, то разглядывают свою кожу, то изучают подмышечные и лобковые волосы

https://xn--r1a.website/leventallive/1917

Кстати, про литературу травмы у меня тоже был вполне себе смешной текстик.

Главная проблема т.н. «литературы травмы» в том, что она продает травму, но не продает ее решение, а предлагает этой травмой болезненно насладиться, как следует расчесав.

Очень модно.

Литература по-хорошему вообще не должна ничего продавать, особенно травму. Но что имеем, то имеем: очередные «Ноги отчима» от Женсонессы Рысь, тьма, мрак, тлен и бесконечная жалость - вот он, современный литпроцесс.

Лесбо-карлики и свиньи-мизантропы пляшут на сцене. Опять же, модно. «Сейчас так носют».

Любо!

Кеша должен умереть 2023 Первый сезон. Режиссер Константин Богомолов, в главной роли Константин Богомолов. Сценарий Анна Козлова. Женщины – Александра Ребенок, Юлия Александрова, Юлия Снигирь, Василиса Перелыгина. Продюсерский центр Валерия Тодоровского, платформа KION.
Когда хочешь выглядеть умней, чем ты есть, ставь "Filiae maestae Jerusalem" (II Sileant Zephyri) Вивальди на титры – может и проканает. Может кто-то вспомнит про Наймана, Гринауэя и как он вырезал отовсюду Ренату Литвинову. Но никакой Пёрселл с Бетховеном не способны замаскировать тот факт, что сериал «Кеша должен умереть» - полная катастрофа, с чем мы KION и поздравляем.

Это просто невыносимое зрелище, где актеры говорят и двигаются так, словно только что наделали полные штаны – и в этом анально-фекальном фестивале лидирует сам Богомолов. У каждого каша во рту, им противно жить. Кто Богомолову сказал, что он актер? Он сам? Это катастрофа и профессиональная, и социальная – для вполне определенного полумосковского полуобразованного класса, который мнит себя элиткой в этой стране.

Прекрасная сценаристка Анна Козлова так дрейфанула на подиум, который ранее занимала только Виктория Токарева с ее бесконечными рассказами и повестями о том, что девушке все должны, пока она еще свежа, а позже торговаться будет нечем. У Виктории Токаревой эта тема продажного женского счастья носит, конечно, более раскидистый характер. Но Анне Козловой удалось великолепно унаследовать этот душный мир московских межполовых отношений в типа интеллигентной среде.
И от этого тошнит еще больше. И то, что тут сексуальным токсичным гигантом, а на деле -инфантильным мышиным жеребчиком, которому в реальной жизни может дать только девушка с огромными комплексами и еще большим self-underestimate (или как это будет по питерски?), совершенно не меняет вселенную Виктории Токаревой.

Гнусность русского бомонда смешно подчеркивает тот факт, что собственно, Валера Тодоровский – бывший родственничек Виктории Токаревой ( в этом городе давно уже все перееблись и переженились – в этом принцип сохранения стаи). Так что к сценарию претензий нет – он по причине таланта не только киноработа, но и вполне есть зеркало жизни отдельной прослойки.
Что-то вроде «Вишневого сада» для поверхностных чистоплюев , которые сами себя называют московским «креативным классом». Только вместо вишневого дерева – у них пластиковая елка, с которой стекает ядовитая сперма Богомолова. Или Кеши. Я их уже путаю. Красавицы русского кино Александра Ребенок, Юлия Александрова, Юлия Снигирь, Василиса Перелыгина отчего-то выглядят в кадре так, слово они смотрят на себя в зеркало в понедельник утром. Все плывет в зеленоватой мути.

«Состоявшийся кинокласс» a-la Тороровски-Jr решил показать класс и не сдержал сфинктер. В феерии молодой шпаны, которую вытаскивает ИРИ, мейнстримовая традиция постсоветского кино с обязательными наследниками в очередной раз показывает, что ее время ушло. Равно как уходит и время этого суб-класса с обосранными штанами и мышиными жеребчиками вместо нормальных мужчин, дамочек-нетвойнисток с закаченными в потолок глазами от ужаса жизни «в этой стране».
Чудовищно.
(Игорь Мальцев)

Придти к офтальмологу и, когда он начнет спрашивать, какие буквы видны, говорить: ерь, ять, юс малый, фита...

Вчера, уже под самую ночь, стучат в дверь мусора, требуют немедленно открыть, все дела. Открыл в недоумении – на словах-то я несистемный патриот, а на деле, сам знаю, – законопослушный мигрант из Средней Азии. Спрашивают, кем это я себя возомнил, уж не Жан-Полем Сартром ли каким-нибудь. Прошу ближе к делу, что мне вменяется, в чём обвиняюсь. Да пока ни в чём, говорят, но это легко исправить. Кем это я, мол, себя возомнил – все высказываются на острую тему, не считают это чем-то не стоящим внимания, а я, мол, молчу об лёд, типа с умным видом, типа над схваткой. Да в чём дело, спрашиваю, на какую хоть тему высказаться надо. А сериал, спрашивают так лукаво, никакой не смотрел в последнее время? Я им отвечаю, мол, клал я с прибором на эти сериалы, говорю что-то типа: читали бы вы мой канал повнимательнее, знали бы моё отношение ко всему жанру целиком, исключений не делаю. А всё-таки смотрел? – спрашивают, но и не совсем спрашивают – видно, что трафик отследили. Ну, я дурака включил, якобы всё ещё не понимаю: предъявите обвинение, или уходите, пожалуйста, мне ещё детей укладывать. Один другому говорит: ну точно под Жан-Поля ебаного косит – миллионники, соточники, рэперы, политики, патриоты, хохлы – всем есть, что сказать, а ему одному, значит, нечего. Это, спрашиваю, и есть обвинение? В этом я виноват? Другой первому возражает: нет, говорит, у нас тут не Сартр, смотри, это уже целый Жан-Поль Камю. Сейчас скажет, что о сериале не написал, потому что солнце так отсвечивало на дисплее. Вот скажи, – уже мне, – чего ты упираешься, ты же все эти вещи не понаслышке знаешь, изнутри, так сказать, – у вас же на севере Казахстана девяностые до середины нулевых длились, а ты, наверное, в какой-нибудь группировочке да состоял. Как вас называли? Мычу: Археевскими. Красиво, блин. А как так получилось? Вот об этом и расскажи, а там и о сериале как-нибудь вскользь... Лицемерить не просим, хочется похвалить – хвали, хочется критиковать – да расхерачь до самого основания – у нас свободная страна.
На прощание сказали, мол, это мне самому надо в первую очередь – чтобы не возгордился, чтобы не отрывался от коллектива и не отдалялся от народа, чтобы не возомнил себя каким-нибудь Жан-Полем ебучим. И я, честно говоря, и с ними согласен, и логику их принимаю.
Да обо всём этом не стоило бы и рассказывать, подумаешь, приходят подневольные люди, просят о чём-то зачем-то высказаться, с кем не бывает? Если бы не одно странное совпадение... Уже вполудрёме дёргая мой правый, особенно жидкий, ус, старший сын спросил как бы из ниоткуда: папа, а ты случаем не чушпан?

Что касается "Секса в большом городе", это, кажется, все-таки байка. Хотя я не специалист; мне поклонницы говорили. Зато святая правда относительно романа "Бремя страстей человеческих" Сомерсета нашего Моэма. Читашь и диву даешься, что за странные отношения у главного героя с этой вертлявой официанточкой. А потом вспоминаешь, зачем Моэму нужен был юный секретарь, — и все встает на свои места.

Есть известная история, что сценарий сериала «Секс в большом городе» написан двумя пожилыми гомосеками, поэтому героини сериала ведут себя как пожилые гомосеки.

А девочки которые избирают этих героинь себе в ролевые модели потом всю жизнь страдают, сами не понимая, от чего.

Хорошо что такой сериал появился наконец и у мальчиков, теперь девочки будут не вполне одиноки в своих страданиях.