Дискуссия о сохранения ташкентского модернизма. На сцене лучшие люди: Рем Колхас, Жан-Луи Коэн, Gayane Umerova, Екатерина Головатюк.
Сохранение модернизма — парадоксальная тема. Сохранение как городской сюжет во многом обязан своим развитием разрушениям, которые принес модернизм. И вот мы оказались в точке, где уже сами модернистские здания оказываются под катком нового социально-экономического режима.
Задача сохранения модернизма позволяют шире посмотреть на часто консервативную повестку наследия. Что собственно мы сохраняем? Что находится под угрозой? В дискуссии Колхас говорит о архитектурном репертуаре социальной демократии, который сегодня вместе со зданиями готов пойти под ковш экскаватора. Мне нравится эта мысль. Социальное жилье, школы, театры, библиотеки, рынки — не просто здания, но часть попытки построить более эгалитарное общество (возможно его не существовало в реальности, но тем не менее). Сохранение модернизма — сюжет, который может в равной степени говорить, как о домиках, так и ценностях, которые они воплощают.
P.S. Мне кажется, что центральная задача сохранения модернизма — выработка адекватного языка, который позволит описать предмет сохранения. В условной системе районных библиотек важны не аутентичность, а масштаб, универсальность, демократичность, доступность и т.д.
Сохранение модернизма — парадоксальная тема. Сохранение как городской сюжет во многом обязан своим развитием разрушениям, которые принес модернизм. И вот мы оказались в точке, где уже сами модернистские здания оказываются под катком нового социально-экономического режима.
Задача сохранения модернизма позволяют шире посмотреть на часто консервативную повестку наследия. Что собственно мы сохраняем? Что находится под угрозой? В дискуссии Колхас говорит о архитектурном репертуаре социальной демократии, который сегодня вместе со зданиями готов пойти под ковш экскаватора. Мне нравится эта мысль. Социальное жилье, школы, театры, библиотеки, рынки — не просто здания, но часть попытки построить более эгалитарное общество (возможно его не существовало в реальности, но тем не менее). Сохранение модернизма — сюжет, который может в равной степени говорить, как о домиках, так и ценностях, которые они воплощают.
P.S. Мне кажется, что центральная задача сохранения модернизма — выработка адекватного языка, который позволит описать предмет сохранения. В условной системе районных библиотек важны не аутентичность, а масштаб, универсальность, демократичность, доступность и т.д.
YouTube
Preserving Modernism
Preserving Modernism
The talk between Gayane Umerova, Rem Koolhaas, Jean-Louis Cohen moderated by Ekaterina Golovatyuk is a joint reflection on preservation of the recent past and an occasion to present the Tashkent.Modernism XX/XXI project. Modernity and…
The talk between Gayane Umerova, Rem Koolhaas, Jean-Louis Cohen moderated by Ekaterina Golovatyuk is a joint reflection on preservation of the recent past and an occasion to present the Tashkent.Modernism XX/XXI project. Modernity and…
🔥15🕊2
Англичане норм. New York Post сообщает, что неизвестные украсили газон, где состоится вечеринка по случаю коронации принца Чарльза. По-моему так даже и лучше. Добавляет потенции монархии что ли.
Газон к слову весьма знаменитый. Лужайка часть георгианского жк в английском Бате. Комплекс состоит из 30 домов, которые вместе формируют монументальный фасад-полумесяц. Интересно, как различаются публичный фасад и задние дворы комплекса. На публике аристократия выступает единым фронтом. С частной стороны видно, что за единством скрыто 30 индивидуальных домов со своим дизайном, участком и забором. Архитектор проекта — Джон Вуд младший, год постройки — 1774.
Газон к слову весьма знаменитый. Лужайка часть георгианского жк в английском Бате. Комплекс состоит из 30 домов, которые вместе формируют монументальный фасад-полумесяц. Интересно, как различаются публичный фасад и задние дворы комплекса. На публике аристократия выступает единым фронтом. С частной стороны видно, что за единством скрыто 30 индивидуальных домов со своим дизайном, участком и забором. Архитектор проекта — Джон Вуд младший, год постройки — 1774.
🔥23🕊4
На днях ходил по Амстердаму и слушал подкаст Закат империи про выпуск National Geographic о России от 1914 г. Кроме прочего там рассказывают о системе навигации, когда вывески в зависимости от типа магазина или заведения красили определенным цветом. Это было связано с тем, что многие ямщики не умели читать и могли не понимать даже номеров домов. Байка журнальная, но ведущий как будто подтвердил. Такое рождение модернизма из пены неграмотности.
Сегодня встретил похожий сюжет в знаковом комплексе социального жилья Het Schip (Michel de Klerk, 1919 г.). Надпись на двери говорит, что входить туда не стоит. Для тех, кто не умеет читать тот же месседж повторяет кулак с дубинкой.
Сегодня встретил похожий сюжет в знаковом комплексе социального жилья Het Schip (Michel de Klerk, 1919 г.). Надпись на двери говорит, что входить туда не стоит. Для тех, кто не умеет читать тот же месседж повторяет кулак с дубинкой.
🔥14🤡2
В Турции второй тур! С началом войны в Турцию перебрались куча друзей и знакомых. Стамбул превратился в один из главных хабов российской эмиграции. Болеем за турецкую демократию и учим фамилию Кемаля Кылычдароглу 🇹🇷
По случаю хвастаюсь главным открытием из стамбульского модернизма.
Пансионат семьи Pilevneli. Построен в 1961 г.
Pilevneli — семья художников. На одном из снимков можно увидеть их мастерскую. Отель сохранил оригинальные интерьеры и практически не перестраивался. Кажется, что этим мы обязаны бэкграунду семьи. Видно, что в управлении бизнесом решения принимаются не только исходя из выгоды.
Архитектура пансиона говорит словами универсального модернистского словаря: стекло, бетон, эксплуатируемая кровля и т.д. Высказывание впрочем получается аутентичным. Комнаты-лоджии с занавесками из деревьев — это Стамбул. Размытая граница между интерьером и экстерьером тоже Стамбул (в оригинале внешнюю террасу и интерьер первого этажа соединял искусственный ручей 🤯).
Фото. Иван Ерофеев
По случаю хвастаюсь главным открытием из стамбульского модернизма.
Пансионат семьи Pilevneli. Построен в 1961 г.
Pilevneli — семья художников. На одном из снимков можно увидеть их мастерскую. Отель сохранил оригинальные интерьеры и практически не перестраивался. Кажется, что этим мы обязаны бэкграунду семьи. Видно, что в управлении бизнесом решения принимаются не только исходя из выгоды.
Архитектура пансиона говорит словами универсального модернистского словаря: стекло, бетон, эксплуатируемая кровля и т.д. Высказывание впрочем получается аутентичным. Комнаты-лоджии с занавесками из деревьев — это Стамбул. Размытая граница между интерьером и экстерьером тоже Стамбул (в оригинале внешнюю террасу и интерьер первого этажа соединял искусственный ручей 🤯).
Фото. Иван Ерофеев
🔥30🤡2
Критик и преподаватель школы МАРШ Саша Острогорский запустил facultative, площадку с авторскими курсами об архитектуре. Формат — 6 занятий по 2 часа. Записываемся, платим 6к рублей и вперед.
Хочу прочитать курс «Модернити в отсталой стране». Название — калька с главы посвященной Петербургу из великой книги Маршалла Бермана «Все твердое растворяется в воздухе». Работа Бермана — основа курса. Берман описывает напряжение между попыткой модернизации и одновременным желанием этой модернизации не допустить. Материал Бермана — Петербург и его литература. Он пишет о городе через его тексты. Берман показывает, как связаны Невский проспект и разгуливающие по нему Носы. Всё это по-прежнему актуально. Сюжеты Бермана не растворились в воздухе, как бы нам того не хотелось.
Бонусом можно будет посмотреть на другие «Города будущего» по Бруку, Бомбей, Шанхай и Дубай. И наконец, посмотреть на Москву последних 10 лет.
❗️Хотите такой курс?
🤡 Жмем на клоуна, если да.
Хочу прочитать курс «Модернити в отсталой стране». Название — калька с главы посвященной Петербургу из великой книги Маршалла Бермана «Все твердое растворяется в воздухе». Работа Бермана — основа курса. Берман описывает напряжение между попыткой модернизации и одновременным желанием этой модернизации не допустить. Материал Бермана — Петербург и его литература. Он пишет о городе через его тексты. Берман показывает, как связаны Невский проспект и разгуливающие по нему Носы. Всё это по-прежнему актуально. Сюжеты Бермана не растворились в воздухе, как бы нам того не хотелось.
Бонусом можно будет посмотреть на другие «Города будущего» по Бруку, Бомбей, Шанхай и Дубай. И наконец, посмотреть на Москву последних 10 лет.
❗️Хотите такой курс?
🤡 Жмем на клоуна, если да.
www.facultative.archi
Гуманитарное знание для архитекторов. Авторские курсы, сообщество единомышленников, критический взгляд на профессию.
🤡39🕊3
В Венеции стартовала архитектурная биеннале. Шоу называется Laboratory of the Future. Руководит лабораторией кураторка из Шотландии\Ганы Lesley Lokko. Пишут, что показывают много Африки, постколониальных штук и мало архитектуры.
По случаю биеннале Патрик Шумахер выступил в фб в жанре белого мужика, которого бомбит. Архитектуру не показывают. Показывают рисерч на темы, где архитекторы не компетентны. В публичном поле профессию захватили артисты и кураторы... И все в таком духе.
Шумахер занимает интересную позицию в архитектурном комьюнити. Он единственный, кто публично топит за правую неолиберальную повестку (все остальные просто на нее работают). Например, топит за приватизацию и либерализацию стройки, как способ решить жилищный кризис в Лондоне. Не мой герой, но читать весело.
По случаю биеннале Патрик Шумахер выступил в фб в жанре белого мужика, которого бомбит. Архитектуру не показывают. Показывают рисерч на темы, где архитекторы не компетентны. В публичном поле профессию захватили артисты и кураторы... И все в таком духе.
Шумахер занимает интересную позицию в архитектурном комьюнити. Он единственный, кто публично топит за правую неолиберальную повестку (
🕊14🤡8🔥4
Продолжаем про страдания белых мужиков. В комментариях к посту Шумахера наш соотечественник Сергей Скуратов КАПСОМ ЗА.
Сергей Скуратов — прекрасный архитектор. Он делает дорогие, качественные, штучные проекты. Скуратов знаменит тем, что бескомпромиссно бьется за свой дизайн, еще он любит жженый кирпич и может высказаться в том духе, что Москва — это недолюбленная женщина.
Скуратова принято записывать в модернисты. По-моему это не верно. Скуратов делает салон, дорогую архитектуру для богатых людей со вкусом. Этим исчерпывается ее смысл и содержание. В этом нет вины архитектора. Скуратов блестящий. Это общая ситуация.
Архитектура биеннале гонится за смыслом (с большим или меньшим успехом), потому что когда-то он в профессии был. Был в модернизме. Корбю или Белопольский важны не красотой домиков, а тем, что они предлагали обществу образ и дизайн прогресса. В Беляево Белопольского можно жить, в научной библиотеке РАН работать, в РУДН учиться. Я никогда не был внутри дома по проекту Сергея Скуратова.
Сергей Скуратов — прекрасный архитектор. Он делает дорогие, качественные, штучные проекты. Скуратов знаменит тем, что бескомпромиссно бьется за свой дизайн, еще он любит жженый кирпич и может высказаться в том духе, что Москва — это недолюбленная женщина.
Скуратова принято записывать в модернисты. По-моему это не верно. Скуратов делает салон, дорогую архитектуру для богатых людей со вкусом. Этим исчерпывается ее смысл и содержание. В этом нет вины архитектора. Скуратов блестящий. Это общая ситуация.
Архитектура биеннале гонится за смыслом (с большим или меньшим успехом), потому что когда-то он в профессии был. Был в модернизме. Корбю или Белопольский важны не красотой домиков, а тем, что они предлагали обществу образ и дизайн прогресса. В Беляево Белопольского можно жить, в научной библиотеке РАН работать, в РУДН учиться. Я никогда не был внутри дома по проекту Сергея Скуратова.
🔥50🤡7
Детский дом по проекту Альдо Ван Эйка, 1955-60 гг. Про биеннале пишут, что Венецию захватили грибы. Дом — архитектурный мицелий из 60-х. Органическая структура, собранная из ограниченного количества элементов, свободно разрастающаяся по участку.
Про приют можно сказать много чего. Это очень известный проект. Напишу про два личных впечатления.
Первое про панельки. В натуре в здании впечатляет то, как почти советская скудность не мешает праздновать качество архитектуры. Швы между блоками, как в пятиэтажке, но расчерчены так будто это Новый музей в Берлине. Альдо Ван Эйк — Чипперфильд для бедных.
Второе про Стамбул. Для меня кубики-модули с куполом — это медресе при мечете в Стамбуле. Ассоциация не совсем точная, но не бессмысленная. Исследователи пишут, что Ван Эйк вдохновлялся архитектурой Мали. В дискуссии про ташкентский модернизм Жан-Луи Коэн рассказывал, что кафе Голубые купола наследует Ван Эйку. Советские архитекторы придумывали модернистский Восток, глядя на Запад, который грезил Африкой.
Про приют можно сказать много чего. Это очень известный проект. Напишу про два личных впечатления.
Первое про панельки. В натуре в здании впечатляет то, как почти советская скудность не мешает праздновать качество архитектуры. Швы между блоками, как в пятиэтажке, но расчерчены так будто это Новый музей в Берлине. Альдо Ван Эйк — Чипперфильд для бедных.
Второе про Стамбул. Для меня кубики-модули с куполом — это медресе при мечете в Стамбуле. Ассоциация не совсем точная, но не бессмысленная. Исследователи пишут, что Ван Эйк вдохновлялся архитектурой Мали. В дискуссии про ташкентский модернизм Жан-Луи Коэн рассказывал, что кафе Голубые купола наследует Ван Эйку. Советские архитекторы придумывали модернистский Восток, глядя на Запад, который грезил Африкой.
🔥21