Причём, когда ты это слышал, то как-то сразу лучше концентрироваться на задаче начинал, да косячить меньше. Прям магия какая-то.

Важно понимать, что на видео только небольшие записи геноцида граждан Сирии. То есть там нет ведущего или каких-то героев, рассказывающих о происходящем. Только жестокий монтаж из снятого на телефоны и уличные камеры.

Смотреть действительно тяжело, особенно видя с какой лёгкостью и бесчеловечностью вставшие во главе нового правительства САР террористы расправляются с гражданскими.

https://xn--r1a.website/Oleg_Blokhin/72172

Новая реальность военной журналистики

Достаточно часто приходится слышать мнения, что военкоры «сдулись». Раньше ходили со штурмами, а теперь съемки ограничиваются позициями операторов БПЛА. Отрицать очевидное не вижу смысла. Работа военкора за три года войны серьезно изменилась.

Самые красочные кадры получались в Мариуполе. Близкие контактные бои, вальс стальных монстров среди городских руин – это то, что хотел видеть зритель и наши военкоры и документалисты полностью удовлетворили его запросы. Затем началась битва за Бахмут.

Стрелковых боев было много, а вот бронетехника работала с солидных дистанций. Даже БМП опустошали боекомплект с расстояния в 2 км. На «нуле» все еще было можно работать, но наблюдать приходилось за артиллерийскими ударами и работой малых штурмовых групп. Наш фильм можете посмотреть здесь. Картинка все еще была интересной, но зрелищность постепенно пропадала.

С наступлением «беспилотной эры» правила игры изменились окончательно и бесповоротно. Вместо бронетехники штурмовики используют мотоциклы и багги. Кадры с поля боя стали напоминать «Безумного Макса».

С каждым днем на «нуле» становится все меньше людей. Четыре человека в посадке – это серьезная сила. На штурм деревни выделяют 10 бойцов. Самым опасным мероприятием во время боев стала логистика. Машины горят в 30 км от передовой. Путь от командира роты до «нуля» в среднем составляет двое суток.

Для того чтобы увидеть реальную передовую и взять интервью у штурмовика, нужно закладывать дней пять. Но самое важное состоит в том, что даже на «нуле» ничего зрелищного вы найти не сможете. Большинство целей уничтожаются дистанционно, штурмовики зачищают отдельные подвалы и блиндажи, но и это скоро уйдет в прошлое. В Газе подземные туннели уже зачищают дроны, а не бравые солдаты.

Самая информативная картинка сейчас получается с дронов. Беспилотники находят и поражают цели. Штурмовики не видят и десятой доли такой работы. Получается, что самое оптимальное место для работы военкора - рядом с оператором БПЛА. Поэтому вы и видите в многочисленных репортажах как журналисты сидят с ФПВшниками и наблюдают за экранами в подвале.

Но еще интереснее то, что высокоскоростной интернет уже делает бессмысленным нахождение оператора БПЛА на передовой. Если на точке взлета есть Starlink, то управлять дроном можно из любой точки мира. При наличии хороших отношений с подразделением наблюдать за боем под Красноармейском/Покровском военкор может хоть на Бали.

Да, я немного утрирую, но тенденция на повсеместную роботизацию очевидна. Уже сейчас корреспондент является бессмысленной обузой для тех смельчаков, что держат посадку на «нуле». Фильмы и острые репортажи в ближайшем будущем будут построены на безоператорных съемках. Военкору нужно будет переплетать истории немногочисленных штурмовиков с многочисленными кадрами с дронов. А значит контент будет другим и к нему постепенно привыкнут и военкоры, и зрители.

Александр Харченко

Все в сборе.

Проект «Бессмертный флот» на Премии «Россия – страна возможностей»

Фонд «Люди моря» представляет медиапроект, посвященный подвигам кораблей и судов, погибших, защищая Родину, на Премии «Россия – страна возможностей».

«В условиях информационной войны и намеренной фальсификации исторических фактов в медиапространстве проект «Бессмертный флот» опирается исключительно на достоверные сведения – материалы проходят проверку профессиональных историков. Наш контент отвечает на вызовы времени, сочетая документальный формат и художественный стиль подачи исторических фактов», – отметил автор проекта и видеограф команды Фонда «Люди моря» Евгений Рудаков.

В Премии также принимает участие исполнительный директор Фонда «Люди моря» Анна Радькова с проектом по развитию геоинформационного портала «Россия – от моря до моря», который открывает молодежи уникальные факты истории морского наследия нашей страны.

Поддержать Фонд «Люди моря» можно реакцией и комментарием, оставленными под видеовизитками в официальном сообществе социальной сети Вконтакте.

🎥 ГИС-портал «Россия – от моря до моря»
🎥 «Бессмертный флот»

#РоссияСтранаВозможностей #ПремияРСВ

О деньгах на сво

К сожалению, в нашей стране люди верят в то, что участники СВО получают огромные деньги. Действительно, если сравнивать зарплату штурмовика и разнарабочего в небольшом населенном пункте, то разрыв ощутим. Но дьявол, как обычно, кроется в деталях.

Не секрет, что от своей зарплаты военнослужащие солидную часть используют на нужды подразделений. Покупают стройматериалы, запчасти , бензин, газ, оплачивают доставки, скидываются на "мавики". Об этом часто говорят в телеграме. Но мало кто задумывался над тем, что современная экономика радикально поменяла отношения к деньгам на войне.

Это во время Великой Отечественной войны все ходили в одной форме с одинаковым снаряжением. Теперь двух одинаковых пехотинцев найти невозможно. Армия выдаёт форму, но за деньги и несколько дней ожидания ты можешь купить себе меммбранный комплект. С одеждой все понятно, но сейчас от денег сильно зависит твоя выживаемость. 80 лет назад штурмовику нужна была винтовка и патроны и они не продавались на рынке. Теперь можно купить дроны, тепловизионные прицелы, антидроновые покрывала, мотоциклы и прочее. Все это стоит дорого, но если у тебя есть нужная сумма, то любые вещи тебе привезут в течении дня.

Замечу, что наличие всех этих гражданских товаров сильно влияют на выживаемость личного состава. Если в подразделении нет дронов, которые продаются на маркетплейсе, то и солдатам не доставят еду, не собьют "Бабу-ягу" и не выявят штурмующего противника. В некоторых случаях для спасения бойцов нужны только деньги. Солидные деньги здесь и сейчас. И не редки случаи, когда нужной суммы просто нет в подразделении. В итоге вместо истории спасения мы видим трагический финал.

Такая сейчас ситуация на фронте. Помните об этом всякий раз, когда слышите, что участники СВО получают огромные деньги. Каждый раз отправляя жене и детям часть своего денежного довольствия, солдат понимает, что он его шансы на выживание снижаются. И с этой дилемой бойцы сталкиваются каждый раз, когда на их счёт приходит зарплата.

Александр Харченко

Звук, который вы слышите на этом видео, уже вошел в историю. По крайней мере, мою.

Он вырезан из моего репортажа в Белгородской области, набрал несколько миллионов просмотров в TikTok, и куча мамкиных пармезанов, в том числе из ВСУ, сняла под него видео в посадке. Мне не жалко. Но слушать его снова и снова не хочу. Немного обидно только, что сам репортаж не стал таким популярным, как звук нескольких жужжащих мразей.

Давно задумываюсь о том, чтобы убрать слово «Военкор» из названия канала.

Лично мне все еще сложно привыкнуть к тому, что больше задорно не побегать со штурмовиками на передовой (непосредственно в зоне контакта с противником). Как это было, например, в Бахмуте.

Работать стало объективно опасней и сложней, пешие маршруты до позиций, куда нам, сотрудникам СМИ, можно, стали в разы длиннее, дороги, которыми "по серой" можно заскочить на технике к позиции, можно сказать занесены в красную книгу.

А снимать бесконечные стреляющие пушки стало опасно наравне со съемками на нуле.

Но для себя я понял, что работать все равно нужно, несмотря на теряющийся интерес у населения к СВО. Рано или поздно на наших материалах потомки будут изучать этот непростой исторический период нашей страны. А может и нет, но о парнях-героях, которые тут, рассказывать необходимо.

Даже если пока больший интерес для массы представляют не их истории, а звук жужжащих мразей, которые натурально пытались меня убить.

Ладно, перекур закончен, пошел работать дальше.

@yaremshooter

Вчера узнал печальную для себя новость о том, что во дворе своего дома убили сына Муаммара Каддафи - Сейфа аль-Ислам Кадаффи.
В 2019 году во время исследований в Ливии, мы разговаривали со многим количеством людей и было понятно, что Сейф аль-Ислам Кадаффи помогал отцу во всех его проектах. Муаммар Кадаффи безусловно был видным лидером мирового масштаба, реализовал много социальных проектов и хотел больших изменений для Ливии. В Триполи до сих пор стоит социальное жилье для простых людей, которое он не успел достроить при жизни. Безусловно были и спорные моменты, но те условия, в которых люди оказались вынуждены жить после его смерти, заставляли их мечтать о возвращении тех времен, вспоминать их с ностальгией и мечтать о том, чтобы приемником отца в его деле стал его старший сын Сейф аль-Ислам Кадаффи.
В 2019 году мне довелось 3 раза встречаться с Сейфом аль-Ислам Кадаффи в его доме, в том же доме, в котором его вчера и убили. Его боялись, потому что боялись мести за отца.
Я бывал в этом доме, видел, как устроена охрана и с уверенностью могу сказать, что ничто там не предполагает случайных бандитских налетов или разборок. В этом доме было безопасно. А учитывая то, что в момент нападения и убийства все камеры в доме были отключены, четко прослеживается заранее спланированная операция по устранению Сейфа аль-Ислами. Это политический заказ, спланированный организованный и исполненный при участии хорошо подготовленных международных структур. Для меня это очевидно, также как и то, что одной из причин нашего захвата в плен в 2019 году была личная встреча с Сейфом аль-Ислам Кадаффи – нам вменяли организацию его поддержки на выборах, которых, кстати, до сих пор так и не было.

В связи с этим, я хочу выразить свои глубочайшие соболезнования всему ливийскому народу. Это большая потеря для них.