В начале зимы 1450 года к Галичу-Мерьскому подступила московитская рать.

Князь Галич-Мерьский Дмитрий Шемяка, стоял на горе, что ныне зовут Шемякиной, в своем княжеском городце. С ним были не только его дружинники, но и те, кого в летописях не помнят, родовые князья Мерянской земли, хранители древних лесов от Галивона (Галича) до самой Шанги (Шарья).

Три дня дул северный ветер с озера, три ночи гадали меряне на костях. Старший из них, кугыз Он-Шинза (что значит «Владыка-Око»), привел в шатер Шемяки старейшин.

— Кярдезо (Владыка), ты звал нас на защиту Галивона, и мы пришли, ибо земля наша — твоя земля. Мы варили железо для твоих стрел, и наши руки стали твоим щитом. Но ночью я видел сон:

Слепой пёс пьёт воду из Нерон-озера (Галичского озера), а рыба в нём переворачивается брюхом кверху.

Шемяка, хмурый, как осеннее небо, отвечал ему, не поднимая глаз от карты на пергаменте:

— Твои сны, Он-Шинза, — это дым над озером. Завтра я разобью Василия Тёмного, и твои леса останутся твоими.

А если нет — бери своих людей и уходи к кугызу Каю на Ветлугу, там у черемис вас не найдут даже псы московского князя.

Но Он-Шинза покачал головой, и серебряная шолгама (фибула) звякнула о кольчугу:

— Мы не уйдём, княже. Мы уйдём — кто тогда вспомнит, что Галивон (Галич) зовётся Мерьским? Кто расскажет детям имена наших рек и озёр? Мы останемся. Но помни: если падёт твой град на горе — покачнётся и наша память.

И утром, когда московские полки пошли на приступ, меряне стояли в первых рядах. Их было немного — человек двести, не больше. Они пели песни на своём языке, от которого у московцев холодели спины.

Тӹнь-мере (Владыка) Шемяка проиграл битву, слишком неравными были силы. Через Судай и Тотьму князь ушел в Новгород, а с ним — и остатки его рати.

Утром следующего дня на Шемякиной горе остались только мёртвые. Говорят, что тела мерянских кугызов так и не нашли среди убитых. Под покровом ночи арбуи унесли их в лес — туда, где по сей день находят бронзовые фигурки многоногих коней, зарытых у корней священных сосен.

Тогда, после падения града, рыбаки с Нерон-озера видели странное: в тумане над льдами плыли белые лебеди, хотя был январь. Старики говорили, что это души кугызов остались в своей земле, чтобы сторожить её до тех пор, пока хоть один человек помнит слово — меря.

Так кончалась та зима 1450 года, а вместе с ней свобода мерянского народа.

А Галич-Мерьский и поныне стоит на берегу Нерон-озера, только ветер иногда приносит обрывки тумана с Толтуново и запах сосновой смолы — память тех, кто ушёл, но не исчез.

Текст: Анди Мерӓн (Андрей Мерянин). 2026.
Арт: «Тӹнь-мере Шемяка». Анди Мерӓн (Андрей Мерянин). 2026

Что претит в «мерянстве», что возбуждает против него здоровое русское самосознание?

Попробуем отрефликсировать. Прежде всего, сознательная анти-вертикальность, бесхребетность «мерянского» мировоззрения, проявляющаяся в маниакальном стремлении написать «историю не правителей (князей и царей), а народа». Но ведь именно княжеские военные корпорации и царское самодержавие заодно с Церковью (применительно к Северо-Востоку и Северу – это монастырская колонизация) конституируют народ, формируя из этнографической массы – служилую (прото)нацию. Колонизация – это образ жизни, что северного, что южного великоросса. «Мерянство» охолощает русское начало, убивает жизненный импульс, «элан виталь», которым жили наши предки.

Скимѣнъ ранѣный.

С точки зрения мерянского этнофутуризма, приведённая критика русского националиста Ф. Мамонова («Скимѣня ранѣного») выглядит как типичный пример государство-центричного взгляда, который отождествляет историю народа (народов) с историей государственных элит и институций.

Мерянский этнофутуризм же сознательно смещает фокус с «вертикали власти» на «горизонтальные сети» — локальные общины, промысловые артели, семейные кланы и территориально-родовые сообщества. Этнофутуризм не отрицает роли князей, царей и церкви, но утверждает, что народ конституируется не только «царёвой волей» и «колонизацией», но и повседневным опытом взаимодействия с землёй, языком, привычками, обрядами и памятью предков, т.е. со всем тем, что автор этого «этнополитического» пасквиля отождествляет с «этнографическим навозом» (тот самый «навоз Стеньки и Емельки» — старый мамоновский троп, озвученный им ещё в 2020 году в канале «Русская пустыня» в рамках дискуссии о «готторповском наследстве»).

Игнорировать этот пласт — значит обеднять историю, сводя её к хронике династий, дворцовых переворотов и войн, а не к живой ткани этносов и субэтносов, их быта и культурного обмена.

Критическое возражение вызывает сам тезис Мамонова о том, что «колонизация — образ жизни великоросса» и что мерянство «охолащивает русское начало».

Для этнофутуризма колонизация — это не естественный процесс, а насильственное наложение внешних, «царёвых» моделей, которое подавляло местные языки и верования, но не уничтожило их бесследно. Обращение верхневолжских русских к своему мерянскому субстрату — это не «бесхребетность», а попытка восстановить утраченные связи с почитанием собственных предков, родных земли, лесов и вод, с циклическим временем, которые дают иной источник жизненной силы — не агрессивной экспансии, а устойчивости, внутренней глубины и традиции (передачи).

В рамках нашей философии и практики «русский жизненный импульс» не угасает, а переосмысляется, когда мы понимаем, что великорусская идентичность всегда была полиэтничной и что мерянский след в топонимах, обрядах и диалектах — не ослабление, а дополнительное измерение, делающее эту идентичность более сложной и более человечной.

Ваш Kirbäs.

#фидбек #мерянство #мерянскийэтнофутуризм

Ответ «Скимѣну ранѣному», или кто такие новые Меряне.

О, не ждалось, не гадалось, но сомнительные лавры печальной памяти псевдо-историка (конъюнктурного «фокусника») Жиха вдруг не стали давать покоя Фёдору Мамонову («Скимѣнъ ранѣный»)! Ну, что ж... Придётся ещё раз напомнить: кто такие Меря, откуда они «вновь» взялись и чем «цепляют» души очень многих. В чём причина нашего успеха, так сказать...

Вначале, коротко, — историко-этнографический ликбез по мерянской теме.

Естественно, визави прекрасно известно, что с 1980-х годов академической наукой принято продолжение этнического бытия Меря и после X века, когда она была последний раз упомянута в летописи. История оперирует совокупностью письменных источников, а не нарочито выбранными отрывками.

Мы вовсе не отрицаем притока словенского и кривичского населения на мерянские земли. Особенности народных говоров Верхневолжья вполне органично воспроизводят элементы речи исходных славянских этногрупп. Мы лишь говорим, что этот поток не был определяющим в русификации мерян. Определяющим было административное давление, особенно со стороны церкви. И что в говорах Верхневолжья помимо славянских элементов и особенностей во множестве присутствуют финно-угорские. А в диалектах — значительные пласты непосредственно мерянской лексики.

В житии Авраамия Галицкого (события XIV в., запись XV в.) меря описана в качестве сельских жителей галичского Заозёрья. В противовес русскоязычным городским жителям самого Галича.

Источник? — Источник.
О Мере? — о Мере.

Далее — https://teletype.in/@kirbas_merja/kto-takie-novye-meryane

В.Ш. Июль 2026.

#метаполитика #меря #мерянизм #русскийнационализм

📚 Представьте библиотеку, в которой каждая полка ведёт в отдельный мир. На одной — античные философы. На другой — секреты советских архивов. Чуть дальше — Средневековье, Месопотамия, Русский Север, карты исчезнувших государств, современная наука и культура.
Именно так выглядит наша подборка гуманитарных Telegram-каналов. Не список ссылок, а маршрут для тех, кому интересно понимать мир немного глубже.

🎩 ЭСТЕТ  — Твой путеводитель по миру культуры, который подскажет «Что посмотреть?» и «Что почитать?».  Регулярные анонсы кинопремьер, новинки литературы и статьи о саморазвитии и образовании;

🪖 Стальной шлем – политическая история Нового и Новейшего времени. В основном, Европа и Северная Америка;

🏺Smart Babylonia — история и культура древней Месопотамии и курьёзные случаи из жизни ее обитателей от учёного-востоковеда;

🚩 USSResearch —  кандидат исторических наук находит архивные документы и свежие научные публикации про историю СССР. Помогаю разобраться в советском прошлом;

🏙 Москва. Было — стало — канал «Москва. Было — стало», совмещая старинные и современные фотографии, показывает как изменилась столица России за последние 100-150 лет;

📊 Research and data analysis — наука о людях и AI: когнитивистика, неравенство, демография и политология по данным из ведущих научных журналов;

⚙️ Механика истории — историческая аналитика: закономерности, логика событий и процессов, неочевидные моменты — с опорой на теорию сложности и междисциплинарность;

⛪️  Лаборатория Культур — научпоп канал про культуру, историю, религиоведение ➡️ подписывайся;

🗺 Вечерний картограф — карты всех эпох и жанров плюс многосерийные рассказы об истории, политике и путешествиях;

🛡 Записки о Средневековье — хочешь в средневековье? Заходи и узнаешь как там!;

🇩🇪 БундесБлог — канал, который изменит ваш взгляд на историю и язык. Коротко, остро и с юмором.;

🧛🏻‍♂️ Panfilov FM — когда реальность необычнее фэнтези и мифов. Канал историка, автора книг про восприятие прошлого, мифологию в искусстве и масскульте;

🐻 Заповедный Север — авторский канал о Русском Севере, да и о России в целом: история, архитектура, природа;

🏹 Арбалет и Аркебуза — военная история Позднего Средневековья и Нового Времени (с упором на XV-XVII века). Испанские терции, немецкие рейтары, военное дело Ренессанса, Тридцатилетняя война, эстетика "плаща и шпаги" и прочее.

💣 Lace Wars | Историк Александр Свистунов — канал известного историка. Статьи и циклы, а также авторские переводы иностранной литературы, которая едва-ли будет издана на русском;

🎭 Античная философия — Мудрость древних философов. Отрывки из античной литературы. Поэзия, история и философия Древней Греции и Рима;

🎠 РОСТОВСКАЯ ЗЕМЛЯ — социальная антропология Глубинной России. О славянской и финно-угорской истории, культуре, искусстве и метафизике "Замкадья" — свежо, весело и без понтов;

🪬Край, где чудится — изучение финно-угорского субстрата "Золотого кольца" России в его русском прошлом и настоящем. Меря, чудь и мурома исторические и этнофутуристические;

🧠 КультКод — Гуманитарная выжимка: культура, история, философия, смыслы. Всё важное — в одном канале.

Странное время, странный год, странное лето. Вот уж и август.

Многое уже случившееся и происходящее сейчас страшно само по себе, но в итоге это ещё и позволило увидеть мир чётче, точнее, яснее. Ну и узнать много правды - о себе, о воображавшихся до того "нас", о том, как все устроено на самом деле, и о том, что будет происходить дальше.

Из хорошего: разбирал дома всякое скопившееся за годы, нашел неожиданно для себя вот такую иконку, про которую ничего и не помню. Откуда вдруг? Чудеса.

Сохранность литья неплохая, да и качество тож, тоненькая, три эмали. Явно Север, нечего и гадать, и на бумажном конверте, в котором она лежала, надпись чьим-то незнакомым почерком - "Карелия". Ну да, поморское, околовыговское что-то, и сам сюжет со створки выговского складня-"девятки" - Ангел Хранитель и соловецкие святые Зосима и Савватий.

Вот вам всякого синего беломорского, про надежду и про надёжность.

Аким Трефилов.

#православие #север #поморье #литье #XIXвек

Мерянские исторические имена — первый шаг ревитализации

Когда мы говорим о возрождении народов Европы — чехов в XIX веке, финнов-суоми, литовцев, латышей и эстонцев на рубеже XIX–XX веков — мы часто сводим всё к филологии: словари, эпосы, грамматики, сказки. Но филология была дли них инструментом, а мотором — этническое имя.

Вспомним: активисты тех лет не просто учили родной язык. Они уходили в архивы, изучали старые хроники и крестьянские переписи, выуживая забытые антропонимы. Они брали себе древние имена своих предков — чешские, финские, литовские, латышские, эстонские. И этот магический жест был важнее любого политического манифеста.

В исторической национальной публицистике принято говорить о «языке», «истории этноса» или «археологии» как о фундаменте возрождения. Но на практике любое этническое пробуждение начинается с интимного, почти магического акта — акта имянаречения.

Почему именно имянаречение?

• Во-первых, имя — это идентификация без посредников — https://teletype.in/@kirbas_merja/meryanskie-imena-shag-k-revitalizaczii

Арбуй. Владимир.

#мерянскиеимена #идентичность

Мерянский именослов. I. Архаический (протомерянский) период (середина I тыс. до н. э. — V в. н. э.).

Продолжение.

В среде первобытных финно-угорских племен доминирующей формой общественного сознания являлся тотемизм. Его суть заключалась в вере в тождество членов рода или фратрии с определенным видом животных, птиц или растений. Тотемизм служил инструментом социальной идентификации: он наглядно демонстрировал внутреннее единство коллектива и его коренное отличие от иных групп. В основе этой веры лежало представление о единой плоти и крови всех сородичей. Таким образом, каждый представитель общины отождествлялся с тотемным животным, а само животное воспринималось как полноправный член коллектива.

Поскольку жизнь древних финно-угров была неразрывно связана с добычей лесных, луговых, водяных животных, рыб и птиц, наиболее значимые представители фауны обрели статус родовых тотемов. Для лесной полосы Северного Поволжья, по мнению историков, тотемными животными являлись лось, олень, дикий бык, медведь, кабан, волк, заяц, мышь; из птиц — утка, лебедь, глухарь, рябчик, ласточка, дрозд; из рыб — щука, окунь; из пресмыкающихся — змея.
 
Исследователи сходятся во мнении, что в глубокой древности у финно-угорских народов доминировал культ водоплавающих птиц — утки, лебедя, гагары и дикого гуся. Это почитание было обусловлено не только промысловой охотничьей магией, но и тем, что водоплавающим подвластны три сферы нашего мира — они живут на земле, обитают на воде и под ней, летают в поднебесье. Высокая плодовитость пернатых также способствовала их восприятию как носителей особой сакральной силы. Древние люди верили, что водоплавающие птицы выступают посредниками между мирами, общаясь с духами всех сфер и являясь земным воплощением душ предков.
 
В словаре представлена целая серия антропонимов, связанных с именами этих священных птиц-тотемов, в частности:
 

Вара́ш, м: «ястреб», «ястребиный»;
Варе́ш, м: вар. Вараш;
Вару́с, м: вар. Вараш;
Варакса́, м: «ласточка»;
Варака́, м: «ворона»;
Вайша́, м: «вид утки»;
Кады́, м: «голубь», «горлинка», «горлица»;
Киса́, м: «синица»;
Кучка́, м: «орёл», «беркут», «орёл»;
Кучко́, м: вар. Кучка;
Па́скэ, м: «ласточка»;
Тохта́, м: «гагара», «крупная водоплавающая птица»;
Уржу́м, м: «стриж»;
Циба́к, м: «цыпленок-курочка», «курица»;
Юс, м: «лебедь», «лебединый», «лебяжий».

Данные археологии, этнографии и фольклористики подтверждают, что в ритуальной практике древних финно-угров исключительное значение имел культ медведя. В архаическом эпосе и легендах это животное наделялось статусом кровного родственника человека — деда по отцовской линии, выступающего сакральным покровителем всего рода. В мифологическом сознании образы медведя и человека были взаимозаменяемы, что отражало веру в их общее происхождение.
 
В архивных документах XVI–XVII вв. зафиксирован пласт древнемерянских тотемных антропонимов, возникших на почве почитания медведя:
 

Конда́, м: «медведь», «медвежий»;
Конда́к, м: «медведь», «медвежий»;
Маска́, м: «медведь», «мишка»;
Моска́т, м: «медведь», «медвежий».

 
Эти имена непосредственно связаны с антропонимией древних мари и мордвы, в которой немало имен, сходных с мерянскими: Маска, Маскай, Маскуш; Москай, Москов, возникших в эпоху финно-волжской общности.
 
Культ медведя в тотемной антропонимии волжских финнов сближает их с угорскими народами, также считавшими это животное своим сакральным покровителем и ведшими от него свое происхождение.

Отрывок из книги А.М. Малышев-Мерянин. Мерянская историческая ономастика. О мерянских именах.

Скачать книгу https://www.academia.edu/170981969/%D0%90_%D0%9C_%D0%9C%D0%B0%D0%BB%D1%8B%D1%88%D0%B5%D0%B2_%D0%9C%D0%B5%D1%80%D1%8F%D0%BD%D0%B8%D0%BD_%D0%9C%D0%B5%D1%80%D1%8F%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F_%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F_%D0%BE%D0%BD%D0%BE%D0%BC%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B0_%D0%9E_%D0%BC%D0%B5%D1%80%D1%8F%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%B8%D1%85_%D0%B8%D0%BC%D0%B5%D0%BD%D0%B0%D1%85

#меря #мерянскиеимена #историямеря #антропонимия

Завораживаться ходят на раскрестки в поле и на раскрестки близ урочищ или мест, где „чудится“.

Перед тем, как идти завораживаться которой нибудь из девушек нужно запастись: огарком лучины, ложкой или мутовкой. Обыкновенно эти вещи должны быть краденые или просто взятые так, чтобы никто из домашних не видел. Самое завораживанье состоит в том, что одна из девушек встает на раскрестки, а другая обводит три раза круг так, чтобы первая оставалась посреди него. Обводя ‘круг, девушка наговаривает, вернее кричит:

„Васильевские черти, идите к нам“, повторяя это три раза.

Как только заворажат, т. е. обведут круг и призовут чертей, так все остальные девушки делятся на партии по трое или больше и расходятся в стороны слушать звуки зимней ночи.

Через несколько времени все девушки сбираются к завороженной, и та девушка, которая завораживала, теперь развораживает, обводя мутовкой или огарком кругом завороженной в обратную сторону три раза, отгоняя чертей:

„Васильевские черти, уходите от нас!“

Как только разворожат, так каждая группа начинает рассказывать то, что слышала. Если слышен стук или, как говорят, хлопают в доски —то помрешь, если лают собаки, то осмеют; звонят колокольцы — замуж выдадут; полоз скрипит—сваты едут и т. д.

Отдельный оттиск из XLI вып. „Трудов Костр. Н. Общества“. Кострома: Госуд. типо-литография „Красный Печатник“, 1927.

#этнография #гадания #постмеряне #кострома

Смирнов, Василий. Народные гаданья в Костромском крае (Очерк и тексты).

Отдельный оттиск из XLI вып. „Трудов Костр. Н. Общества“. Кострома: Госуд. типо-литография „Красный Печатник“, 1927.

#этнография #гадания #постмеряне #кострома

Вы когда-нибудь слышали про мерю? Если нет — вы точно не в тренде.

А если да — то уже знаете, что меря постепенно становится одним из самых интересных эстетических трендов. И нет, я не про очередной скандинавский минимализм. Я про настоящую, древнюю, сакральную ДоРусь — ту самую, что была в Верхнем Поволжье задолго до Рюриков.

Пока одни спорят о патриотизме, этнофутуристы уже который год носят на шее шумящие подвески, украшают одежды мерянскими узорами и снимают клипы в костюмах, вдохновлённых уральской культурой.

Нашёл в VK потрясающий арт-объект — кулон из реальной зооморфной подвески IX–XI веков.

Современные мастера заново открывают нашу эстетику. Не копируют слепо, а переосмысляют. Берут древние формы, соединяют с современными материалами и создают вещи, которые хочется носить каждый день.

Так что если увидите на улице девушку с подобной бронзовой утиной лапкой на груди — знайте: она не просто красиво оделась. Она — меря, мещера, мурома и носит в себе целый мир.

Скажите ей — ёлусь па ёлусь!

Малышев про тренды. ☝️

Мы переступили порог начала этнического ренессанса. Славянское язычество уже многим приелось (хотя оно тоже по-своему прекрасно), а вот субстратный пласт финно-угорской культуры — это ещё непаханое поле. Там и образы, и орнаменты, и мифология — всё свежее, не заезженное.

Меря, мещера, мурома — лишь пример культурного ренессанса. За ними тянутся весь, чудца, тепра, чудь заволочская — народы, которые тоже оставили после себя удивительные памятники. И сейчас, когда мы ищем свои корни, мы наконец-то обращаем внимание на них.

Это не просто этнофутуристическая мода. Это возвращение нашей памяти.

Ваш Kirbäs.

#этнофутуризм #дизайн #ревитализация #идентичность