StudioCanal анонсировали 4К-реставрацию «Охотника на людей» Майкла Манна, шедевра формализма, в котором впервые на экране появился Ганнибал Лектер.
«Охотник» провалился в прокате, а критики невзлюбили его за излишнюю цветастость, — фильм строится на выразительной цветовой драматургии и использовании цветовых фильтров, включая характерные для Манна оттенки синего.
Оператор Данте Спинотти отмечал, что эти цветовые решения были призваны вызывать различные эмоциональные состояния в зависимости от настроения сцены: холодные синие тона использовались в эпизодах с Уиллом Грэмом и его женой Молли, тогда как тревожные зеленые и пурпурные оттенки сопровождали сцены с убийцей Фрэнсисом Долархайдом.
Переоценка случилась только в начале 00-х, когда критики внезапно начали наперебой заявлять, что этот «стильный» триллер — лучший из всей серии про Лектера, а центральная тема использования судебной экспертизы и криминалистики в расследованиях мощно повлияла на кучу последующих фильмов и сериалов: от «CSI: Место преступления» до «Секретных материалов».
Сам Манн говорит про реставрацию следующее:
«Охотник» провалился в прокате, а критики невзлюбили его за излишнюю цветастость, — фильм строится на выразительной цветовой драматургии и использовании цветовых фильтров, включая характерные для Манна оттенки синего.
Оператор Данте Спинотти отмечал, что эти цветовые решения были призваны вызывать различные эмоциональные состояния в зависимости от настроения сцены: холодные синие тона использовались в эпизодах с Уиллом Грэмом и его женой Молли, тогда как тревожные зеленые и пурпурные оттенки сопровождали сцены с убийцей Фрэнсисом Долархайдом.
Переоценка случилась только в начале 00-х, когда критики внезапно начали наперебой заявлять, что этот «стильный» триллер — лучший из всей серии про Лектера, а центральная тема использования судебной экспертизы и криминалистики в расследованиях мощно повлияла на кучу последующих фильмов и сериалов: от «CSI: Место преступления» до «Секретных материалов».
Сам Манн говорит про реставрацию следующее:
«Сорок лет назад, даже несмотря на то, что в основе фильма лежал прекрасный роман Томаса Харриса «Красный дракон», тематика «Охотника» — психологический профайлинг серийных убийц — была чем-то совершенно новым, одновременно шокирующим и жестоким. Работая над экранизацией, я хотел, чтобы сама манера повествования давала зрителям ощущение постоянной угрозы и эмоционального напряжения.
Неотъемлемой частью стали визуальный стиль и саундтрек, в котором песни порой выполняли роль своеобразного либретто. Мы тщательно отреставрировали фильм, стремясь воссоздать оригинальную атмосферу и интенсивность восприятия, усилив их за счет звука, восстановленного с оригинальных аналоговых 35-миллиметровых мастер-лент формата 5.1. Эта новая версия фильма наконец-то полностью меня устраивает».
❤3
На фоне этих режиссерских просчетов западная пресса (включая академичный Sight & Sound) ударилась в привычный идеализм, заливая ленту дежурным елеем, сравнивая с параноидальным вайбом «Разговора» Копполы и пафосно провозглашая, что «по-настоящему свободное кино всегда будет представлять собой серьезную угрозу для авторитарной власти». Звучит красиво, но изнутри каирского контекста — запредельно наивно. Просвещенные критики забывают старый, циничный закон номенклатурного рынка: кто девушку ужинает, тот её и танцует.
В сети можно найти финал «Каирской трилогии» шведского режиссера египетского происхождения Тарика Салеха. «Орлы Республики» — постмодернистский балаган с цитатами из Беккета, забредающий в самое богемно-номенклатурное болото.
Илья Миллер объясняет, почему в понимании этого фильма так важен политический контекст и почему он работает как важнейшее наглядное пособие по анатомии конформизма.
❤1👏1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Первый трейлер «Социальной расплаты» Аарона Соркина — сиквела «Социальной сети» Дэвида Финчера
Сюжет построен вокруг расследования журналистов Wall Street Journal о токсичной среде внутри социальной сети Марка Цукерберга, а также ее негативном влиянии на пользователей. Марка Цукерберга играет Джереми Стронг, в остальных ролях — Майки Мэдисон и Джереми Аллен Уайт.
Трейлер выглядит откровенно сомнительно, но, возможно, способен вдохновить кого-то пересмотреть оригинал Финчера.
Сюжет построен вокруг расследования журналистов Wall Street Journal о токсичной среде внутри социальной сети Марка Цукерберга, а также ее негативном влиянии на пользователей. Марка Цукерберга играет Джереми Стронг, в остальных ролях — Майки Мэдисон и Джереми Аллен Уайт.
Трейлер выглядит откровенно сомнительно, но, возможно, способен вдохновить кого-то пересмотреть оригинал Финчера.
🔥3
KNMN. Нам нравится смотреть 👀
На этой неделе — то ли к сожалению, то ли к счастью, — закончилась «Эйфория». По поводу третьего сезона было много споров, шуток, мемов и разговоров, — одни называли его худшим в истории, другие просто пожимали плечами в недоумении. Про феномен сериала мы…
Почему человеку постоянно кажется, что следующая покупка, следующая любовь, следующая публикация, следующая тысяча долларов или следующая доза наконец позволят почувствовать полноту жизни? Цифровая эпоха многократно усилила этот голод: теперь новая версия себя требуется постоянно. Именно здесь возникает связь между креативными индустриями и криминальной экономикой, которую описывает весь третий сезон. Обе индустрии существуют вокруг ускоренного обмена желаниями, используют человеческую боль как ресурс и продают изменённые состояния. И обе оставляют после себя чувство, что удовлетворение находилось совсем рядом, но снова ускользнуло.
Как обещали — рассказываем об «Эйфории» подробнее.
Когда шоу Сэма Левинсона дебютировало в 2019 году, оно ощущалось манифестом нового поколения — тревожного, зависимого от внимания, бесконечно рефлексирующего и убеждённого, что любая боль заслуживает быть увиденной и объяснённой. За семь лет производства изменились не только герои и авторы.
Кинокритик Алиса Таёжная размышляет о том, почему третий сезон выглядит одновременно логичным и невыносимым и как экономика внимания связала между собой креативные индустрии, наркотики, секс, криминал и Голливуд. А главное — почему зрительские реакции на финал так разделились, и какую неудобную правду это говорит о нас.
❤🔥5
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
And now for something completely different — трейлер пижонского мокьюментари «Chapter 51» с Коулманом Доминго, Эмили Айлин Линд и Абигейл Бреслин.
Сюжет разворачивается вокруг создания грандиозного кинопроекта стоимостью 500 миллионов долларов. Во время съемок загадочный преступник, известный как «Голливудский убийца», убивает трех актрис, но производство фильма не останавливается, ему просто меняют режиссера.
Режиссер Тайлер Шилдс снимал картину сразу на множестве форматов: 8 мм, 16 мм, 35 мм, VistaVision, Ultra Panavision, IMAX, а также на специально разработанную для проекта систему анаморфотных объективов IMAX. То есть перед нами фильм о голливудских мечтах, насилии и одержимости, который создавался с использованием практически всей палитры технологий и визуальных текстур из истории кинематографа.
Сюжет разворачивается вокруг создания грандиозного кинопроекта стоимостью 500 миллионов долларов. Во время съемок загадочный преступник, известный как «Голливудский убийца», убивает трех актрис, но производство фильма не останавливается, ему просто меняют режиссера.
Режиссер Тайлер Шилдс снимал картину сразу на множестве форматов: 8 мм, 16 мм, 35 мм, VistaVision, Ultra Panavision, IMAX, а также на специально разработанную для проекта систему анаморфотных объективов IMAX. То есть перед нами фильм о голливудских мечтах, насилии и одержимости, который создавался с использованием практически всей палитры технологий и визуальных текстур из истории кинематографа.
❤3✍2👏2
Марама негодует, и тут актриса Ариана Осборн, и так напоминающая Киру Найтли, так сильно пучит глаза и двигает челюстью, что сходство становится устрашающим. А уж когда она истово исполняет народный танец хаки в громоздком красном платье, трудно удержаться от улыбки.
В сети можно найти «Мараму» — новозеландский готический хоррор, попутешествовавший по разным жанровым фестивалям.
Дмитрий Карпюк пытается понять, хорошо это или плохо, любуется танцем хака и углубляется в размышления на тему культурной апроприации и колониализма.
❤2
🎬 На этой неделе в кино — третья часть «Холопа», лучший дебют фестиваля «Маяк», док про скалолазку, снятый скалолазом, и финальные серии завораживающе красивого аниме.
В сети — юридическая драма из Таиланда, драмеди от сценаристки «Сексуального просвещения», экранизация романтического бестселлера и треий сезон «Интервью с вампиром».
#премьеры
В сети — юридическая драма из Таиланда, драмеди от сценаристки «Сексуального просвещения», экранизация романтического бестселлера и треий сезон «Интервью с вампиром».
#премьеры
❤2
Сказка с эсхатологическими мотивами у режиссёра превращается в пафосное и злободневное высказывание на тему «особого пути» страны. Как-то даже слишком актуальны и монолог капитана про Русского Военного Бога и то, как тысячу лет нас никто не любит, и угрюмая сцена с потерянным Иваном, бредущим на войну. Возможно, горечью этого посыла можно объяснить скудную роспись в кинотеатрах фильма, который, конечно, стоит смотреть именно на большом экране.
В прокате идет «Ветер» — красивая и мрачная сказка по сценарию Петра Луцика и Алексея Саморядова, авторов «Окраины».
Дмитрий Карпюк вспоминает их наследие и рассуждает, насколько режиссёр Сергей Члиянц справился с материалом.
❤2
Сегодня не стало Дэвида Хокни — великого британского художника, любителя такс, автора самой дорогой работы, проданной с аукциона прижизненно, и просто человека, значительно повлиявшего на визуальный стиль множества режиссеров.
Анна Сотникова рассказывает о фильме «Большой всплеск» (1978) — экспериментальной биографической документалке о том, как Хокни писал одноименную картину, навсегда изменившую мир современного искусства.
«Большой всплеск» довольно точно фиксирует все, чем был Дэвид Хокни. Сюжет предельно прост — после тяжелого брейкапа художник потерял вдохновение. Куратор грядущей выставки упорно названивает и спрашивает, где новые картины, Хокни упорно избегает этого разговора и просто мается: ходит на вечеринки, в одни гости, в другие гости, в третьи гости, бесцельно выпивает с разными (подчас не самыми интересными или попросту не очень хорошими) людьми, и никак не может закончить хотя бы одну работу.
«Для того, чтобы написать картину, требуется полгода праздного безделия и две недели интенсивной работы». В конце концов так и происходит, — картина будет написана и, более того, станет одной из самых известных поп-арт работ в истории. Вероятно, ради этого стоило пережить очень тяжелый брейкап и немного помаяться.
«Всплеск» изящно чередует документальные кадры в стиле fly on the wall c сюрреалистическими игровыми вставками в духе работ самого Хокни. В итоге получается, возможно, самая экспериментальная кинобиография, которую можно увидеть, — более того, максимально авангардно смонтированная.
Посмотрите ее на этих выходных. И не пугайтесь праздного безделия, — оно тоже может приносить пользу.
Анна Сотникова рассказывает о фильме «Большой всплеск» (1978) — экспериментальной биографической документалке о том, как Хокни писал одноименную картину, навсегда изменившую мир современного искусства.
«Большой всплеск» довольно точно фиксирует все, чем был Дэвид Хокни. Сюжет предельно прост — после тяжелого брейкапа художник потерял вдохновение. Куратор грядущей выставки упорно названивает и спрашивает, где новые картины, Хокни упорно избегает этого разговора и просто мается: ходит на вечеринки, в одни гости, в другие гости, в третьи гости, бесцельно выпивает с разными (подчас не самыми интересными или попросту не очень хорошими) людьми, и никак не может закончить хотя бы одну работу.
«Для того, чтобы написать картину, требуется полгода праздного безделия и две недели интенсивной работы». В конце концов так и происходит, — картина будет написана и, более того, станет одной из самых известных поп-арт работ в истории. Вероятно, ради этого стоило пережить очень тяжелый брейкап и немного помаяться.
«Всплеск» изящно чередует документальные кадры в стиле fly on the wall c сюрреалистическими игровыми вставками в духе работ самого Хокни. В итоге получается, возможно, самая экспериментальная кинобиография, которую можно увидеть, — более того, максимально авангардно смонтированная.
Посмотрите ее на этих выходных. И не пугайтесь праздного безделия, — оно тоже может приносить пользу.
🔥8💔2❤1🥴1😨1