Если кто-то следит за челленджером этого года, то этот кто-то помнит, что в июне мы читали первую книгу цикла или серии. Я, наконец-то, достала “Величайшее благо” Оливии Мэннинг, открывающую ее “Балканскую трилогию”, которая пылилась в меня в хотелках с прошлого года. И это какой-то невероятный восторг. Наверное, впервые с начала года я полностью потерялась в книге и вылезать из нее решительно не желала.

Это история молодоженов Гая и Гарриет Прингл, которые приехали из Англии в Румынию, в славный город Бухарест, в 1939 году, когда на пороге… Это мы сейчас знаем, что там стояло на пороге, а в случае Польши, так и вовсе уже сапогом выбило дверь и топталось по полной. Но в тогдашней Румынии еще ничего не понятно. Со всей Европы туда стеклась пестрая публика, потому что Бухарест — это восточный Париж.

Нищий аристократ, который клянчит у всех деньги в обмен на истории из своей насыщенной жизни и тут же их проедает и пропивает; хитрая Софи, которая и сама была бы рада оказаться женой Гая в погоне за британским гражданством; британские же дипломаты, которые, скорее всего, занимаются шпионажем и многие-многие другие — это все части цветастой мозаики высшего света Бухареста. Они закатывают пиры на фоне сгущающихся над Европой туч.

В этой же время Гарриет начинает по-настоящему узнавать своего мужа, ведь они поженились очень скоро. Вот эта смесь исторических перипетий и личных, казалось бы, мелких эпизодов создает водоворот, в который Мэннинг погружает сразу же. Выплывать из него не хочется. Каждый персонаж в какой-то момент заставляет морщить нос в осуждении, однозначно хороших тут нет. От этого еще интересней.

«Где же тогда “величайшее благо”?» — спросите вы. И писательница ответит:

«Жизнь — вот величайшее благо. Ее надо сберечь».

Перевод: Дарья Горянина. Жанр: Историческая. Изд.: Ad Marginem. Стр.: 304.

Пишите, что вы прочитали в рамках челленджера.

#челленджер2024

Первая половина только что, казалось бы, начавшегося 2024 уже позади. Книг прочитано немало, почти все хорошие, но хочется подвести некий промежуточный, так сказать, негативный итог, то есть вспомнить о книгах, которые меньше всего понравились. А раз хочется, надо делать:

▪️“Срок” Луизы Эрдрич — в самом начале эта книга показалась многообещающей, ведь должна была быть история бывшей заключенной, которая вроде бы, наконец-то, нашла покой в книжном магазине, но тут ее настигает призрак надоедливой покупательницы. Завязка романа тоже очень по-хорошему трешовая, но в какой-то момент в жизнь героев (и, видимо, самой Эрдрич) ворвался ковид и спутал все карты. В итоге смешался винегрет из переживаний обо всем на свете: от подростковой беременности до судьбы коренных американцев. Получилось очень тревожно и слегка бестолково.

▪️“И Маркс молчал у Дарвина в саду” Илоны Йергер — если у Эрдрич происходит все и сразу, то в этой книге не происходит почти ничего. Писательница решила пофантазировать, какой могла бы быть встреча двух великих бородачей в реальности, ведь они и правда жили в одно время в одном месте (и даже переписывались, но немного и недолго). По замыслу Йергер они встречаются тогда, когда оба уже пребывают в очень преклонном возрасте, а общий знаменатель, то есть знакомый, у них — это врач. Половину книги оба мыслителя кряхтят, борются с несварением и мучаются затяжным кашлем. А однажды, после совместного ужина, выходят в сад, где Маркс выразительно молчит.

▪️“Виндзорский узел” С. Дж. Беннет — детектив, в котором главным образом серые клеточки напрягает только королева Великобритании, та самая Елизавета II. Казалось бы, что тут может быть плохого? На самом деле ничего, если бы вокруг не была разбросана та самая ненавистная многими клюква. Причем в случае “Виндзорского узла” русская клюква перемежается с британской (или какая там ягода). Получилось не ужас-ужас, но довольно наивно

В комментариях можете пожаловаться на то фуфуфу, что успели прочитать за эти полгода.

Ааааааа, лето пролетело…

Ладно, ладно, еще не все, а всего лишь треть. Давайте посмотрим, о чем писал “Книжный гриб” в июне:

▪️Как разрешить себе выкидывать книги;
▪️Премия “Лицей” 2024: мнения и победители;
▪️“Нож: размышления после покушения на убийство” Салмана Рушди: разговор двух ангелов на плече писателя;
▪️Новинки июня;
▪️Событие месяца — «Я специально выбрала такую профессию, где не надо лишний раз общаться с людьми — просто рай для воробушка-социофобушка»: интервью с литературной переводчицей Анной Гайденко;
▪️“Элена знает” Клаудии Пиньейро: притворяйся, пока это не станет правдой;
▪️Гид по творчеству Кафки (не мой, переведенный);
▪️Международный Букер этого года — «Кайрос», Дженни Эрпенбек: нет времени лучше, чем сейчас;
▪️Настоятельная рекомендация читать “Путешествие к вратам мудрости” Джона Бойна;
▪️Пост-жалоба на не очень удачные книги, прочитанные с начала этого года.

Напоминаю, что все еще идет сбор хороших книг на лето, оставляйте в комментариях или в форме по ссылке, скоро опубликую список:

https://forms.gle/28WHaqfREWkvNC856

Расчехляем челленджер, выбираем книгу на июль!

В этом месяце читаем книги, в названиях которых упоминается город, любой. И вспомнился мне вот этот пост годичной давности: результаты исследований на тему, какой же город чаще всего встречается в книгах, написанных с 1920 по 2019 год. Победителем стал Лондон, за ним идут Париж, Рим, Берлин и Москва. Первая двадцатка по ссылке.

Что же можно почитать в июле:
▪️“Ночь в Лиссабоне”, Эрих Мария Ремарк
▪️“Амстердам”, Иэн Макьюэн
▪️“Ночной паром на Танжер”, Кевин Барри
▪️“Стамбул. Город воспоминаний”, Орхан Памук
▪️“Следующий год в Гаване”, Шанель Клинтон
▪️“Иерусалим”, Алан Мур
▪️“Банда из Лейпцига”, Иоганнес Хервиг
▪️“Жребий Салема”, Стивен Кинг
▪️“Город Брежнев”, Шамиль Идиатуллин
▪️“Популярная музыка из Виттулы”, Микаэль Ниеми

Уверена, у вас есть еще целая куча прекрасных идей. Я же займусь “Джентльменом в Москве” Амора Тоулза.

#челленджер2024

Средневековье, Земноморье и тоннелье: что почитать летом — выбор подписчиков “Книжного гриба”

Друзья, готов наш список на лето, и неважно, что осталось всего два месяца из трех, ведь на самом деле осталось ЦЕЛЫХ два месяца из трех. Спасибо вам, что так серьезно подошли к моей просьбе, список просто огонь

↓ 1/2

▪️“Вино из одуванчиков”, Рэй Брэдбери — самая летняя из всех летний книг, атмосфера того самого детства в том самом лете.
▪️“Завет воды”, Абрахам Вергезе — толстая и масштабная новинка, как раз для долгих ярких вечеров с семейной драмой, Индией и чуточкой сверхъестественного.
▪️“Тоннель”, Яна Вагнер — книга, в которой летом совершенно не хочется оказаться, но которой можно знатно пощекотать себе нервы.
▪️“Ночной цирк”, Эрин Моргенштерн — мир волшебства со вкусом жареных каштанов и карамели, в котором можно заглядывать в самые потаенные закоулки цирка.
▪️“Дверь в лето”, Роберт Хайнлайн — здесь есть кот по имени Петроний Арбитр, других аргументов не надо.
▪️“Средневековые видения от VI по XII век”, Борис Ярхо — когда еще пытаться посмотреть на мир глазами средневекового человека, если не летом.
▪️“Волшебник Земноморья”, Урсула Ле Гуин — начало целой серии романов, которую можно растянуть до осени.
▪️“Вьюрки”, Дарья Бобылева — история, в которой поездка на дачу оказывается не летним развлечением, а настоящим кошмаром.
▪️“Убийства и кексики”, Питер Боланд — уютный агатакристивский детектив (который назвали аж два раза), где за дело беруться три бойкие старушки.

С чего начнем?

▪️2/2

“Амур и Психея. Развитие женских архетипов в античных мифах” Эриха Нойманна: испытания и любовь как средства познания себя

Перевод: Марина Виноградова, М. А. Кузмин. Жанр: Нон-фик, Психология, Мифология. Изд.: МИФ. Стр.: 224.

Эта книга вышла весной, но я отложила ее на лето, потому что мифы ассоциируются у меня со школьных лет с каникулами. Есть в этом что-то уютное и правильное.

Миф, или точнее, сказка об Амуре и Психее — это вставная новелла из романа Апулея «Метаморфозы, или Золотой осел», которая вроде не очень касается основного сюжета, но на самом деле, конечно же, вставлена не зря.

Этот миф вполне успешно можно рассматривать отдельно от “Метаморфоз”. Особенно, если вы знаменитый психолог и ученик Юнга по имени Эрих Нойманн. Вот он-то и взялся смотреть на историю любви между богом Амуром (Эросом) и земной женщиной Психеей с точки зрения развития фемининного архетипа и женской психологии. Это издание состоит из двух частей: собственно работа Нойманна и сама новелла “Амур и Психея”.

↓ 1/2

Не знаю, насколько я проспойлерю вам сам миф, наверняка, многие его уже читали, но история там такая: из-за красоты Психеи люди стали совсем забывать Афродиту, перестали ей кланяться и молиться, а ревнивая и вспыльчивая богиня такого терпеть не собиралась. Она отправила своего сына Амура, только в мифе он скорее Эрос, мощный бог, а не Купидон с колчаном, чтобы тот ее погубил. Но в итоге между Эросом и Психей вспыхивает искра. Идиллию портят сестры Психеи. Они и раньше завидовали ее красоте, а теперь у них подгорает от удачного замужества.

Но в каждом раю есть свой змей...

Психея и Эрос разлучаются, но земная героиня сдаваться не собирается. Она, почти как Геракл, совершает подвиги, чтобы воссоединиться со своим возлюбленным, а Афродита придумывает все более и более жестокие и изощренные испытания для Психеи.

Это просто краткое изложение сюжета. Нойманн же концентрируется на тех метаморфозах, которые происходят с Психеей в ходе ее приключений. И главный аспект здесь фемининность, от которой героине в какой-то момент приходится отказаться. Психея, персонаж, с самого начала подвергаемый страданиям только из-за красоты, в течение мифа обретает самостоятельность и делает собственный активный выбор, который вначале приводит к мукам, но потом выводит и ее лично, и ее отношения с Эросом на совершенно новый уровень.

Мотив страданий, а то и смерти, после которой наступает возрождение, в мифе повторяется несколько раз. Особенно ярко Нойманн подчеркивает метафорическую смерть девушки, через которую она проходит в момент свадьбы (это сейчас не только про Психею), и следующее за ней возрождение уже как женщины и матери. Как здесь не вспомнить, например, Спящую Красавицу.

В противовес страданиям Нойманн приводит любовь, которая, как и Психея, становится взрослой и осознанной. По Нойманну, сильные партнерские чувства возникают не в момент непосредственного соединения возлюбленных, а через узнавание, которое приходит позже. Именно через такую “взрослую” любовь возникает и осознание себя как индивидуума.

Индивидуализированная любовь Психеи — это первый в мифологии мятеж против коллективного принципа упоения наслаждением, представленного в Афродите.

В работе Нойманна есть много чего еще интересного, например, можно узнать и мотивы из “Гарри Поттера”, не говоря уже о “Золушке”, и понять, почему закольцованные сюжеты, когда вначале герой от чего-то отказывается, а потом снова в этому приходит и окончательно побеждает всех своих врагов, доставляет читателю удовольствие. Интересно было бы еще почитать рассуждения на тему того, что Амур влюбляется в девушку, сильно похожую на его мать, но это уже совсем другая история и совсем другой психоаналитик.

▪️2/2
#отзыв

Сайт о книгах Book Riot на днях отобрал с полтора десятка лучших исторических романов, которые уже успели выйти в этом году.

Список очень даже любопытный. Например, там есть новинка от Кристин Ханны (она написала “Четыре ветра” и “Соловей”) под названием “Женщины” (The Women), переосмысление истории Гекльберри Финна от Персиваля Эверетта под названием “Джеймс” (James), который уже взяли на экранизацию, а также дебютный роман ирландца Фердия Леннона “Славные подвиги” (Glorious Exploits) с офигенной обложкой, которая выше.

Именно такими стали мои глаза, когда я дошла до конца списка и увидела последнюю книгу. Это литературный дебют продюсера документального кино Эсси Дж. Чемберс под названием “Свифт Ривер” (Swift River). Короче, действие книги происходит в 1987 году, аллё! Это у нас уже считает исторической прозой, оказывается.

Что-то я к тому оказалась пока не готова. Ладно бы начало 80-х, так нет же, самый конец, а уже история, почти что древняя. Не знаю, как вас, а меня это слегка удивило. Что думаете?

Аватар Холмса, необычный библиотекарь, Самость и безбилетница на мистическом поезде — герои новинок июля

1. “Последнее дело Шерлока Холмса”, Артуро Перес-Реверте
Перевод: А. Богдановский. Жанр: Детектив. Изд.: Иностранка. Стр.: 384.

Какая профдеформация может случиться с актером, который много раз играл Шерлока Холмса? Оказавшись на острове, с которого невозможно выбраться из-за шторма, и обнаружив труп одного из постояльцев, Хопалонг Бэзил, тот самый актер, посчитал, что у него достаточно квалификации, чтобы вывести убийцу на чистую воду. Ну что ж, проверим.

2. “Разочарованные”, Мари Варей
Перевод: Валерия Фридман. Жанр: Современная, Детектив Изд.: Дом Историй. Стр.: 368.

В спокойном прибрежном французском городке 20 лет назад пропала девушка. Дело закрыли быстро, осудив за убийство сводного брата жертвы. Фанни не была в городке много лет, но все еще помнит этот случай, ведь ее сестра когда-то дружила с пропавшей девушкой, пока они сильно не разругались. И что-то подсказывает Фанни, что в том самом деле что-то совсем не чисто, а в шкафах жителей города много скелетов.

3. “Литораль”, Ксения Буржская
Жанр: Современная. Изд.: Альпина Проза. Стр.: 168.

«Литораль» — история доппельгангера, мистер Хайд и доктор Джекил на новый лад и с женскими персонажами. Одной женщине кажется, что она всем должна. Вторая — свободная и знает, что хочет, но не может выпустить свое “я” до конца. Они встречаются под покровом нескончаемой мурманской, вернее, полярной ночи. И где-то в этой всей истории должна быть любовь, но от этого не легче.

4. “Библиотекарист”, Патрик де Витт
Перевод: Эвелина Меленевская. Жанр: Современная. Изд.: Corpus. Стр.: 384.

Боб Комет до недавнего времени работал в библиотеке, но пора на пенсию. И все равно, свободное время он проводит за чтением книг. Кажется, что жизнь его была не особо примечательной и вспомнить нечего. Но случайная встреча заставляет его взглянуть на прошлое совсем по-другому. В жизни Боба все же было много, о чем сейчас он может вспомнить. Кое-что с грустью, кое-что с теплотой.

5. “Эго и архетип. Сознание и бессознательное в мифе, религии и культуре”, Эдвард Ф. Эдингер
Перевод: Валерий Зеленский. Жанр: Мифы, Психология. Изд.: МИФ. Стр.: 448.

Продолжение серии, в которой большие ученые и психологи анализируют древние мифы. На этот раз ученик и последователь Юнга по фамилии Эдингер исследует Самость и описывает, как развивается сознание на пути к целостности. Мифы здесь служат не столько литературными артефактами, сколько отражением внутренних психологических процессов человека, выраженных в искусстве.

6. “Территория Территория чудовищ. Путеводитель для осторожных туристов”, Сара Брукс
Перевод: Сергей Удалин. Жанр: Мистика, Фэнтези. Изд.: Иностранка. Стр.: 448.

Преодолеть одичавшую местность можно только на экспрессе, едущем по Транссибирской железной дороге. Поезд этот известен не только своим роскошеством, но и опастностями, которые подстерегаю пассажиров в пути. В прошлой раз в поезде случилось что-то ужасно, но никто не может вспомнить, что именно. Сейчас, когда на него поднимаются новые пассажиры, загадка может либо разрешиться, либо закрутиться еще сильней.

#новое

“Кадавры” Алексея Поляринова: если старательно не смотреть на мертвеца, он все равно посмотрит в ответ

Жанр: Современная, Фантастика. Изд.: Inspiria. Стр.: 288. 18+

Алексей Поляринов — человек с большим спектром литературных способностей. Он может и в эссе, и в романы (“Риф”), и в перевод (“Однажды в Голливуде” Квентина Тарантино и “Бесконечная шутка” Дэвида Фостера Уоллеса говорят по-русски именно его словами). Буквально пару месяцев назад вышел его очередной роман “Кадавры”, в котором он упражняется во всех этих (и других) своих талантах, а еще, видимо, с помощью креативного письма пытается понять мир в очень широком смысле.

↓ 1/2

Итак, год 2027. Даша и ее брат Матвей разъезжают по югу измененной, или скорее фантастической, России, где около 10 лет назад начали появляться постмортальные аномалии. Это такие мертвые дети, которые ни с того ни с сего появляются рандомно в рандомных местах и просто там стоят. Никто не знает что они такое, какова причина их появления и как от них избавиться. Есть, меж тем, одна особенность — если кадавра обидеть, из него выделяется соль, которая отравляет почву и делает ее бесплодной.

Даша уже какое-то время живет в Германии и совершенно не собиралась приезжать в Россию, если б ее не отправили в научную экспедицию по изучению этих самых аномалий, они же кадавры. Матвей — ее старший брат, который согласился быть при ученой Даше водителем. Их дорожное путешествие — это еще и путешествие по волнам памяти, которые бросают Дашу на жесткие скалы детских и взрослых травм. Какие-то нанесли ей, какие-то нанесла она. Вот они и бродят, изучая кадавров, разговаривая с местными, наблюдая за тем, как постепенно что-то вокруг меняется, но в то же время остается тем же.

Поляринов решил показать, что он может и так, и эдак, и еще немножечко вот так. В полотно истории о Даше и кадаврах врываются главы, которые являются якобы выписками из научных статей об этих аномалиях. Потом там возникает перечень литературных произведений, в которых художественно осмысляется происшедшее (среди авторов есть Виктор Пустота и Майя Лескова). И иногда, буквально на секунду, из Поляринова-писателя выглядывает Поляринов-переводчик (“руины зубов” — такое без опыта перевода не придумаешь).

Конечно, и наблюдения Даши, и якобы какие-то предыдущие работы о кадаврах — это все очень интересно, но читателю хочется узнать, откуда они взялись, не говоря уже про “почему”. Если вы читали до этого отзывы о романе, то, возможно, натыкали на то, что ответа в романе авторы отзывов не увидели. На самом же деле, это совершенно неважно. Кадавры — это что-то не очень приятное и отчасти ужасно грустное, что появилось помимо воли людей и без их участия. Но им с ними жить. Им их как-то для себя объяснять. Им на них смотреть из окошка и через огромное усилие воли делать вид, что их нет, что все нормально, что никак эти кадавры на их повседневную жизнь не влияют. Мне кажется, это самое главное, что Поляринов хотел сказать своими аномалиями и их появлением.

Еще один вопрос, конечно же, про соль: почему они выделяют соль? На ум сразу же приходит библейский соляной столп, в который превратилась жена Лота за то, что посмела оглянуться на Садом. Ее наказали за любопытство. Если так, то соль в “Кадаврах” кажется очень логичной, ведь кто на свете всех любопытней? Конечно, дети. А еще соль — это слезы. Слезы неживых детей по утраченному будущему, по обрубленному любопытсву, по миру, где не должно быть жестокости.

В этом романе вообще-то очень много тем: вынужденная миграция, семейные отношения, чувство вины, даже политико-географические перипетии. Они все волнуют автора, на них на всех он пытается смотреть вроде бы со стороны, но все же иногда подбирается слишком близко, и тогда из Поляринова-писателя появляется Поляринов-человек, что, на самом деле, очень даже освежает.

▪️2/2
#отзыв

Если у вас были бурные выходные, в течение которых вы знатно так перебрали с увеселительными напитками, то вот ваш знак бросить пить. И даю его вам не я, а Реймонд Карвер — один из самых значимых авторов англоязычной короткой прозы XX века. Оригинал статьи тут, ниже мой перевод.

2 июня 1977 года Реймонд Карвер, в то время автор единственного сборника рассказов “Прошу тебя, замолчи” (Will You Please Be Quiet, Please?, 1976), решил бросить пить.

Со слов биографа Карвера по имени Кэрол Скленицка:

“...алкоголь руководил жизнью Карвера дольше, чем он готов был признать. Врач сказал ему [после припадка, связанного с абстинентным синдромом], что он рискует получить необратимое повреждение мозга, если продолжит пить; и первая книга могла оказаться для него последней. Несмотря на страшное предупреждение, Карвер еще два года пил, проходил курсы детоксикации и затем снова срывался… И все же Карвер, наконец, изменил свою жизнь, став одним из редких исключений в длинном ряду безнадежных алкоголиков среди американских авторов.”

Писательница, переводчица и эссеистка Тесс Галлахер в своей статье о жизни и исцелении Карвера пишет:

“Одним из результатов его трезвости оказалось то, что он стал всемирно уважаемым мастером коротких рассказов, писателем, которого после смерти газета London Times назвала ‘американским Чеховым’... Если бы решала я, то эту дату я бы объявила ​​праздником всех тех, кто выбрался из алкоголизма.”

Всё так. Сборники, которые он опубликовал в 80-х, перед смертью от рака легких в 1988 году, — особенно “Когда речь идёт о любви” (What We Talk About When We Talk About Love, 1981) и “Собор” (Cathedral, 1983) — закрепили за ним репутацию не только американского Чехова, но и одного из самых любимых и широко прославленных писателей своего поколения, а также “отца минималистской прозы”. Он был настоящим мастером краткой формы и, возможно, самым влиятельным ее американским практиком.

Упомянутая выше Галлахер пишет:

“Думаю, в конце концов Рею удалось заменить интоксикацию, которая убивала его, на интоксикацию языком и сторителлингом. Рэй был в запое двадцать пять лет, прежде чем окончательно бросил. Ему потребовалось множество мгновений уязвленной грации, чтобы освобождаться постепенно, и позже, в возрасте пятидесяти лет, наконец, взойти на вершину горы десятилетней трезвости. Он считал решение бросить пить наиважнейшим событием в своей жизни”.

Бросай курить и пить, вставай на лыжи садить за рассказ или роман.

#литбайка