Кому, как не Борису Малкину, порассуждать о русской косоворотке? Но не будем пристрастны: скоро лето, и сейчас как раз стоит задуматься над летним гардеробом. Не забывайте: лучше всего к косоворотке идут ледерхозе и кломпы.

#китеж #лонгрид #борисмалкин #косоворотка

От жары уровень озера Светлояр опустился, и вновь показались крыши Китеж-града. Павел Мицкевич написал экспрессивный (и чуть-чуть дидактический) рассказ о том, что не стоит употреблять магические порошки. А коль уж решились на такое, будьте готовы: ангелы и бесы раскроют Книгу Страшного суда с инвентаризацией всех ваших греховных радостей.

#китеж #рассказ #павелмицкевич

Самые коварные и опасные враги — внутренние. Это не только враги внутри редакции, но и враги внутри самих основателей — редакторов, публицистов, поэтов, писателей. Сейчас это всего два человека, поэтому можете себе представить накал страстей! Битва закончилась изгнанием внутреннего цензора и ещё нескольких ленивых бесов. Так что мы терпеливо выждали осень, почти всю зиму, и на пороге скорых значительных событий возобновляем эфир. Снова будем бубнить, шутить, вспоминать, критиковать, публиковать и пытаться воссоздать наш подводный Китеж. Первый блин комом, а второй — с начинкой. Если вы нас еще ждали — спасибо. А если уже попрощались — сюрприз. Поехали!

Артефакт древних времен. Газета датирована 2009 годом, но вот с группой «Злой Ой» (а также её фронтменом) я познакомился раньше — почти 20 лет назад!

«Злой Ой» теперь кажется анахронизмом из-за жуткого несоответствия нашему праведному и правильному времени. Тут вам и нацизм, и гомосексуализм, и упоминания Гитлера с Муссолини, и мизогиния, и вообще много ужасного и крамольного. Можно сколько угодно рассуждать, что это такой стёб, что это пародия... Но с чувством юмора нынче не очень.

Ну да ладно! Главное, что тесты песен я помню до сих пор слово в слово. Интересно, почему? Я ведь и Гёте помню в оригинале. Но Гёте я учил в школе, а эти песни слушал без конца.

Голый драйв, хлёсткие выкрики-лозунги, хохочущий абсурд. Одной песней я распугал девочку, которой нравился. Конечно же, это была песня «Ненавижу женский клитор», а я был просто чудовищно пьян из-за смеси вина и самодельного абсента.

Помянем!

17 февраля 1864 год — первая в истории результативная атака подводной лодки в ходе Гражданской войны в США. Ходим не только по водам, но и под водой!

Очень нравится слово "вайб". Еще больше нравится, что когда его произносишь, люди рядом начинают воспламеняться и бегать. Как в компьютерной игре Postal 2.
Какой вайб у канала "Китеж"? Что я чувствую, когда открываю панель управления канала и ничего туда не пишу? У меня внутри стихотворение русского поэта Иосифа Бродского. "Колыбельная Трескового мыса".

Восточный конец Империи погружается в ночь. Цикады
умолкают в траве газонов. Классические цитаты
на фронтонах неразличимы. Шпиль с крестом безучастно
чернеет, словно бутылка, забытая на столе.
Из патрульной машины, лоснящейся на пустыре,
звякают клавиши Рэя Чарльза.

Переводная литература — дело коварное. Кого вы читаете — автора или переводчика? Про поэзию вовсе молчу!.. И всё же, для меня литература — настолько русское явление, ремесло, искусство и сила, что читать на английском просто не хочется (а на французском и не можется). Поэтому почти всё зарубежное вынужденно переходит в категорию ознакомительного, увы и ах.

С американской прозой знакомиться я начал ещё подростком. Первыми писателями были те, что отыскались в пёстрой библиотеке родителей, собранной в начале 1990-х. А это были все книги, которые появились в магазинах. Вдруг снова запретят? Берём! Так в библиотеке преспокойно соседствовали Фромм, Бердяев, Булгаков, Фрейд, Драйзер, Миллер... Так что сразу после благопристойного Драйзера я взялся за Миллера. Идеальный автор для пубертатного возраста — взрослым же читать такое уже просто не стоит ввиду бессодержательности. Далее в очередь встали О'Генри, Твен, Бредберри, Апдайк, Хемингуэй, Стейнбек, Берроуз и Буковски.

А благодаря Владимиру Лорченкову я познакомился с ещё двумя писателями — Норманом Мейлером («Американская мечта)» и Лесли Уоллером («Банкир»). Хотя читал я их в разное время, оба романа оставили какое-то одинаковое послевкусие. И понятно, почему! Оба героя — взрослые мужики, прошедшие войну. Оба крутят романы на стороне, оба оказываются в крайне непростой ситуации, и оба идут абсолютно на всё, чтобы решить проблему. На всё — не преувеличение. Так вот, это послевкусие — бесстыдство. И пишу это без негативной коннотации — герои бесстыдны так же, как и благородные дикари. Почему-то вспомнился российский фильм «Кремень», где бесхитростный главный герой постоянно идёт на аморальные поступки.

В общем, понравилось, хотя я и остался в некотором недоумении. На волне американских романов решил взяться за Пинчона. Пинчон оказался сильнее меня — я купился на прекрасное название «Радуга тяготения», но засыпал каждый раз, когда количество прочитанных страниц перевалило за пятнадцать. Действовало настолько безотказно, что я перестал по вечерам пить ромашку. Признав поражение, я взялся за второго известного постмодерниста — Уоллеса. И тоже купился на отличное название — «Бесконечная шутка». Как уже можно догадаться, у ромашки не было никаких шансов, так что книгу я тоже отложил.

Из-за профессионального прошлого я стараюсь придерживаться сразу нескольких версий. Согласно одной из них, я просто туп. Принимаю это так же, как принимаю зиму, войны и старость. Но для утешения я держу и вторую версию — американские постмодернисты — товар экспортный. А что, если эти господа награждались и продвигались в пику Европе? Мол, у нас с литературой всё окей, поэл, blya?! Всё-таки Апдайка и Буковски я нежно люблю, и, помимо прочего, за то, что они не пытаются пустить пыль в глаза.

А как у вас дела с американской литературой?

Борис Малкин вышел из запоя, чтобы прийти в ужас от роликов с извинениями, упомянуть Мишеля Фуко, сослаться на британского раввина и свалить всё на нейросети.

Как же красиво выглядит дореволюционная орфография! Увы, в практическом отношении она избыточна и непоследовательна, и те же современники, например, находили запутанными правилами употребления «Ѣ».

А ещё до конца XIX века произношение ряда окончаний не совпадало с их написанием.Неудивительно, что реформу обсуждали задолго до революции. Как раз на днях читал про Белинского, но его вариант хотя и отличался радикальностью, едва ли что-то упрощал. Про переход на латиницу и вовсе молчу.

Уверенное соблюдение всех правил орфографии было проблемой. И хотя советская реформа явно перестаралась (замечательно же, что можно было различать слова «есть» и «ѣсть», «мир» и «мiр»), для массового обучения это куда более удобоваримый результат. Не говоря уже про распространение языка за пределы страны.

Видимо, в будущем придётся упростить язык ещё сильнее, до пиджн рашена — несмотря на автокорректоры в мессенджерах и почте, текстовые редакторы и вообще интернет русские люди умудряются писать так, как пишут романтично настроенные таджики в «Одноклассниках».

P.S. Интересный документ еще и с точки зрения рекламы. Выглядит невероятно объёмным и бестолковым пережёвыванием одной единственной мысли. Сейчас из этого прочтут первые три слова и скомкают. А может, так и надо было — не спеша писать, не спеша читать?

Как сказал Сергей Летов, Курёхин едва ли вписался бы реалии 1990-х годов. И тем более сложно было бы представить его в 2000-е и 2010-е.

Однако пофантазировать можно. И есть примеры-аналогии. Возьмем того же соратника Курёхина по партии — товарища Дугина, который эволюционировал от скомороха (без уничижительной коннотации, в прямом смысле) до человека, изображающего философа.

Безусловный талант музыканта и шоумена Курёхина невозможно сравнить с дугинскими экзирсисами в учоной мысли. Но оба в 1990-х скакали в каком-то непрекращающемся хэппенинге.

Курёхин закончил скакать магически (по мнению Третьякова из «Церкви Детства») — доигрался в ритуалы и вышел вон. В самом деле, умер Курёхин от крайне редкого заболевания (а по экзотичному мнению Галковского — от СПИДа).

Дугин же скакать не прекратил, но смог пережить мутно-загульное время 1990-х и перейти с брейкданса на почтенную сарабанду.

Кстати, как и многие другие люди того времени и схожей биографии, Дугин выбрал наиболее простой, универсальный и удачный вектор — ушёл в религию. Для кого-то это стало убежищем, а для кого-то — социальным лифтом.

Если что, то это крайне расхожий сюжетный поворот (тут вам и кинематографические примеры есть — фильмы «Монашки в бегах» и «Мы не ангелы»). Так, некогда развесёлый журналист, актёр и шоумен Охлобыстин принял сан. Да и тот же Стерлигов, авантюрист, сколотивший состояние благодаря чекистской крыше, в какой-то момент тоже решил спасти себя (скорее, тело, нежели душу) в «религиозном» просветлении.

Так что, видится мне, и Курёхин, не проведи он самоубийственный ритуал на последнем концерте «Поп-механики», наверняка написал бы что-нибудь религиозное или даже патриотическое. И не воробьиную, а, например, донецкую ораторию.

Отдохнули? Мы тоже нет. Какой уж отдых с таким холодным маем? Борис Малкин, южный человек, даже со всей южной растительностью изрядно помёрз и пустился в пространные рассуждения — а почему нам важно, что думают об СВО всякие нагиевы?

В спотифае случилось чудо — наконец-то подвезли Black Magick SS. То ли колдуны решили наконец вкусить gloria mundi, то ли шведские гомосексуалисты согласились на некоторый компромисс.

А компромисс возмутительный: кто-то учинил свастонопад, и все хитрые четырехконечные загогулины были удалены с обложек альбомов.

Борис Малкин рад, говорит, что это правильно, но что ж правильного, если пришлось прогнуться под спрута? Пожалуй, стоит обратиться к Бастрыкину.

Новый рассказ Павла Мицкевича про разложение и распад человеческой личности. Никогда ничего не бойтесь, друзья. Лучше попытаться и потерпеть неудачу, чем потом остаток жизни вздыхать о той кареглазой девушке из ночного автобуса.

https://telegra.ph/Sashenka-10-09-16