Иран и Израиль

Определяющими чертами столкновения этих стран являются:
а) географическая изоляция сторон, полностью исключающая возможность сухопутной войны;
б) критическая ассиметрия в возможностях воздушного нападения и средств ПВО между сторонами.

При такой конфигурации позиции Ирана в вооруженном конфликте с самого начала были заведомо проигрышными.

Причем эта ассиметрия в средствах воздушного нападения до поры оставалась в тумане - о реальных возможностях ракетных сил Ирана можно было только строить предположения.

Однако в начале апреле и октябре 2024-го Иран нанес ракетные удары по Израилю (результаты которых мы подробно разбирали), которые и открыли все карты.
Главным итогом этих ударов стала наглядная демонстрация двух проблем иранских баллистических ракет: очень низкая точность (вероятное отклонение около 1 километра) и очень маленький забрасываемый вес.

Эту проблему для Ирана мы отмечали еще в сентябре 2024-го:
"Что же касается средств воздушного и ракетного нападения, то Израиль способен наносить успешные, но ограниченные по количеству удары, а Иран - массированные, но с очень низкой результативностью (как мы уже наблюдали 14 апреля 2024 года)."

Можно обоснованно предположить, что именно после иранского ракетного удара по авиабазам в октябре Израиль понял, что бояться ему в сущности нечего.
Фактически Иран собственноручно передал своему главному врагу исчерпывающую информацию о возможностях своих ракет.

Напомним еще два наших тезиса из 2024 года:
- обладание ядерным оружием не защитит Иран от локальных ударов, однако приведет скорее к ослаблению, а не укреплению его политических позиций в регионе (апрель 2024-го);
- наиболее рациональным шагом Израиля будет до поры проигнорировать тогдашние удары Ирана, а сосредоточиться на борьбе с "Хезболлой" (октябрь 2024-го).

Фактически ситуация развивалась именно по этой линии - стратегически неблагоприятной для Ирана.
К этому добавилось еще и падение правительства Сирии в декабре 2024-го года и захват власти в ней террористической группировкой "Хайят-Тахрир-аш-Шам"*, отрицательно настроенной к Ирану - это исключило даже самую призрачную гипотетическую возможность переброски войск на границу с Израилем и навязывание ему сухопутной войны.

Рациональным ответом на превосходство противника в средствах воздушного нападения было бы создание мощной эшелонированной ПВО и специализированных истребителей-перехватчиков.
Именно этим путем в свое время пошел СССР - создав знаменитую линейку ЗРК С-125/200/300 и непревзойденные до сих пор по сумме характеристик тяжелые перехватчики МиГ-31.

Ставка Ирана на баллистические ракеты невысокого технологического уровня и потенциально ядерную бомбу - не сработала.

Три урока для России из израильского нападения на Иран:

1) Мощная эшелонированная система ПВО - причем в части и обнаружения, и поражения - вопрос выживания, когда вероятный противник имеет мощные средства воздушного нападения.

СССР это отлично понимал, в связи с чем был мировым технологическим лидером в областях ЗСУ ("Шилки" и "Тунгуски"), ЗРК (линейка С-125/200/300 в их вариантах для территориальной, войсковой и морской ПВО) и тяжелых истребителях-перехватчиках (МиГ-31).

Сплошное радиолокационное поле на основных угрожаемых направлениях - европейском и дальневосточном - тоже необходимая, хоть и очень дорогостоящая вещь.

2) Потенциал воздушно-ракетного наступления с использованием обычных вооружений огромен при сочетании трех компонентов - массирования, точности и системности поражения.

Имея качественное преимущество в средствах воздушного и ракетного нападения, его нужно реализовывать.
Мосты через Днепр, электроподстанции на сети 750 кВ, железнодорожные депо и места нахождения высшего командного состава ВСУ все еще ждут своего часа.

3) Необходим комплексный ответ на новые вызовы в диверсионной деятельности, которыми стали барражирующие боеприпасы и дроны-камикадзе.

- Усиление и переоснащение обороны периметра объектов. Детекторы дронов (вроде отечественного "Булата"), автоматические дробовики против легких дронов, зенитные пулеметы против тяжелых, РЭБ, в перспективе - лазеры на стационарных позициях.

- Максимальное использование хотя бы легких укрытий для техники, а также ложных позиций и макетов для введения в заблуждение диверсантов.

- Техника, которую невозможно укрыть (например, РЛС ПВО на боевом дежурстве), должна быть зарезервирована укрытой. Выбили РЛС или пусковую установку на позиции - выводим резервную из укрытия на запасную позицию.

"На самом деле этот приказ [о подготовке ударов по Ирану] я дал руководству оборонных структур более шести месяцев назад, в ноябре 2024 года."
- из заявления Нетаньяху

Что и требовалось доказать.

Знали ли иранцы об объективных проблемах своих ракет и том, что вряд ли смогут нанести критичный военный урон Израилю? Конечно.
Знал ли об этом Израиль до октября 2024-го? В лучшем случае только предполагал по данным агентуры, но не имел полной информации.

Занимательная география:

"Азербайджан ни в коем случае не позволит использовать свое воздушное пространство или территории для атак на Иран или другие страны"
- МИД Азербайджана

Версия о том, что агрессию Израиля против Ирана могла поддержать Грузия, выглядит уж слишком маловероятной.

Ни Израиль, ни Иран не смогут поддерживать текущую интенсивность взаимных воздушных и ракетных ударов длительное время - расходуют боеприпасы обе стороны со всей очевидностью быстрее, чем могут восполнять запасы.
Маловероятно, что продолжать боевые действия в таком же режиме они смогут больше пары недель, поэтому в течение этого срока стороны либо начнут переговоры (возможно непрямые, например при посредничестве России), либо существенно снизят боевую активность.

Для России, конечно, произошедшее тактически выгодно по двум причинам.

Во-первых, внимание США теперь надежно отвлечено от Украины (давно превратившейся в "чемодан без ручки") на принципиального союзника в лице Израиля.

Во-вторых, как и любой крупный военный конфликт на Ближнем Востоке война Израиля и Ирана уже спровоцировала рост цен на нефть.
При этом сегодня обе стороны уже успели нанести удары по нефтеперерабатывающим заводам друг друга, а Иран сделал ряд заявлений о том, что рассматривает возможность перекрыть Ормузский пролив - то есть блокировать движение танкеров из Персидского залива.
Поэтому в понедельник с открытием бирж можно ждать продолжения ценового ралли.

Если же посмотреть с точки зрения глобальной политики, то перед нами очередной пример того, как систематическое попустительство со стороны Запада порождает агрессивный радикальный режим.

Отправной точкой здесь можно считать неспособность Совбеза ООН добиться исполнения резолюции № 497 от 1981 года с требованием вывода оккупационных войск Израиля с Голанских высот, принадлежащих Сирии.
Несмотря на то, что саму резолюции единогласно поддержали все страны, какие-либо санкционные меры в отношении Израиля за ее злостное невыполнение регулярно блокировались.

А после того, как мировое сообщество в очередной раз оказалось бессильно защитить жителей Газы от продолжающегося с 2024 года фактического геноцида, нынешнее правительство Израиля окончательно уверилось в своей вседозволенности.

Стоит отметить, что это не единственный такой пример.
Отношение Запада к действиям террористической группировки "Хайят-Тахрир-аш-Шам", которая захватила власть в Сирии и вместе со своими подельниками занялась этническими чистками и террором против алавитов - ничем не отличается от отношения к действиям Израиля.

А восходит все это еще к "Мюнхенскому сговору" 1938 года, когда Британия и Франция открыто позволили Германии аннексировать часть территории Чехословакии, а попытка СССР оказать ей военную помощь была блокирована Польшей, состоявшей в негласном сговоре с Британией и Францией по этому вопросу.

Да и 8 лет, в течение которых наблюдатели от ОБСЕ и стран Запада делали вид, что не понимают, откуда летят снаряды по Донецку или Горловке - проявление все того же порочного подхода, который не ведет ни к чему кроме разжигания конфликтов.

Иран, правда, тоже несет свою долю ответственности. Воинственная и радикальная риторика, ставшая его характерной чертой после Исламской революции 1979 года, никогда не добавляла аргументов в пользу его добрососедских намерений и мирно-оборонительного характера ядерной программы.

Нам, кстати, от Ирана тоже перепала своя доля агрессивной риторики: в принятой после Исламской революции неформальной терминологии аятоллы Хомейни СССР именовался "меньшим сатаной" - занимая промежуточное положение между "большим сатаной" США и "маленьким сатаной" Израилем.
Но это, как говорится, уже совсем другая история.

В ряде источников появилась информация о сейсмической активности в иранском регионе Белуджистан, в которых заподозрили подземные ядерные испытания.

Спешим разочаровать.
Иран - вообще сейсмичная зона, и подземные толчки там происходят с завидной регулярностью.

По данным Института геофизики Тегеранского университета только за 15 июня в разных районах страны зафиксировано 8 сейсмических событий, никак не связанных с ядерными испытаниями и боевыми действиями.

Помимо концептуальных вопросов военного строительства разгоревшаяся воздушно-ракетная война между Израилем и Ираном дает России уникальный шанс получить реальный боевой опыт противодействия наиболее современным американским истребителям F-35, стоящим на вооружении Израиля.

Тот факт, что Россия официально поставляла Ирану зенитно-ракетные комплексы, вполне позволяет перебросить туда несколько современных ЗРК с нашими расчетами, закамуфлировав их под иранские.

При этом успешное уничтожение израильских истребителей в небе над Ираном позволит нам получить еще и их обломки, среди которых может сохраниться оборудование, представляющее интерес с точки зрения как разработки мер противодействия, так и использования для совершенствования наших самолетов.

По аналогичной схеме СССР во время войны в Корее в 1951-м году получил подбитый советским летчиком и совершивший аварийную посадку передовой на тот момент американский истребитель F-86.
Причем и действовали советские летчики в тех событиях под опознавательными знаками КНДР.

Конечно, в случае Ирана речь может идти только о совсем небольшой группе российских военных, поскольку, во-первых, для нас абсолютно неприемлемо раскрытие информации о таком участии, а во-вторых - потому что ЗРК нужны нам самим на украинском направлении.

Но и упускать такой уникальный шанс нельзя.
Да и Иран в будущем не забудет даже самой небольшой помощи, оказанной в тяжелый момент.

Превратности энергетического сотрудничества

17 июня произошло событие, которое осталось почти незаметным на фоне мировых новостей, однако стало очень показательным примером проблем в отношениях на постсоветском пространстве.

Парламент Таджикистана ратифицировал подписанный в апреле этого года протокол о внесении изменений в межправительственное соглашение между Россией и Таджикистаном об использовании Сангтудинской ГЭС, которая была построена Россией, получившей 75%-ную долю в компании-операторе.

По этому протоколу Россия списала Таджикистану долг за поставки электроэнергии со станции в 297 млн. долларов (23 млрд. рублей) и пересмотрела тарифы на электроэнергию, сократив их практически в 2 раза до уровня существенно ниже внутрироссийских.

Надо отметить, что история станции вообще была долгой и непростой.

Строительство началось еще в 1986 году, однако в 1992 году, когда была выполнена большая часть подготовительных работ и около 10% общего объема строительства, оно было заморожено остановлены на фоне развала СССР.

Вернулись к вопросу в 2005 году, когда между Россией и Таджикистаном было заключено соглашение о строительстве станции.
При этом в уставный капитал оператора строительства со стороны Таджикистана были внесены объекты незавершенного строительства (т.е. то, что было построено при СССР), а его доля в компании составила 25%.
Россия со своей стороны вложила в строительство ГЭС около 16 млрд. рублей, которые должны были окупиться к 2034 году.

ГЭС была торжественно введена в эксплуатацию в 2009 году, однако уже через пару лет на горизонте возникла проблема - хронические неплатежи за электроэнергию с таджикской стороны.
Проблема неплатежей обсуждалась даже на уровне глав государств, однако так и не была решена.
В результате последние годы таджикская сторона оплачивала только около трети потребленной электроэнергии, накопив к 2025 году те самые 297 млн. долларов задолженности.

Теперь эта задолженность будет прощена, а тариф на электроэнергию снижен с 3 центов за кВт*ч до 1,5 центов за кВт*ч с постепенной индексацией до 2,2 центов к 2032 году и до 3,3 центов с 2033 года.
За счет этого плановый срок выхода на окупаемость проекта откладывается еще на 15 лет - до 2048 года.

Для сравнения, в регионе с самой дешевой электроэнергией в России - Иркутской области, где она преимущественно вырабатывается как раз на ГЭС - электричество для населения будет стоить 2,2 цента за кВт*ч уже со второй половины 2025 года.
А, например, в Свердловской области тариф на вторую половину 2025 года для населения составит 8,3 цента за кВт*ч.
Для промышленных потребителей тариф, как правило, выше.

Возникает резонный вопрос: если российский потребитель не будет оплачивать две трети счетов за электроэнергию в течение 10 лет - ему тоже простят долги и дадут скидку 50% к тарифу?

Что интересно: в счет погашения части долга можно было бы взять долю Таджикистана в компании-операторе - она оценивается в 211 млн. долларов, то есть 70% от суммы долга.
Тогда списание оставшейся части уже не выглядело бы столь беспрецедентно, а могло бы считаться разумным шагом в условиях безнадежности к взысканию.
Однако это решение либо не рассматривалось вовсе, либо было отклонено нашими уважаемыми партнерами-должниками в ходе переговоров.

Примечательно, что в марте 2025 года курирующий энергетику вице-премьер Александр Новак сказал в интервью, что Россия заинтересована в участии в строительстве новых электростанций в Таджикистане.
Интересно, какие гарантии защиты от неплатежей могут быть при столь неоднозначном имеющемся опыте.

При этом Таджикистан, так же как и другие страны Средней Азии преследует своих граждан, участвовавших в СВО в качестве добровольцев.
Еще в сентябре 2022 года посольство Таджикистана в России официально уведомило о привлечении их к уголовной ответственности на родине за участие в боевых действиях.

В целом, как мы уже не раз отмечали, концепция отношений России с другими странами на постсоветском пространстве требует пересмотра - от односторонней благотворительности к сбалансированному взаимовыгодному сотрудничеству.

Спутниковые снимки авиабазы "Неватим" (которая уже была целью обстрелов 1 октября 2024 года) днем 13 июня и 18 июня 2025 года.

При первичном рассмотрении признаков попаданий иранских ракет на территории базы в отличие от прошлого раза не просматривается.

Авиабаза "Хацор" к юго-востоку от Ашдода.

А здесь похоже были три попадания, которые, впрочем не нанесли серьезного урона.

В целом, по предварительным данным даже с учетом низкого разрешения доступных нам из независимого первоисточника снимков (раз, два, три) можно сделать вывод, что каких-либо серьезных разрушений на основных израильских авиабазах нет.

Это вполне соотносится с тем фактом, что авианалеты на Иран продолжаются ежедневно.

Несмотря на то, что именно авиабазы являются самым уязвимым звеном израильской агрессии против Ирана, вывести их из строя не удалось, либо такая задача вообще не ставилась.

При этом Иран выпустил по Израилю в общей сложности около 400 баллистических ракет, и даже при низкой точности этого количества должно было бы хватить для надежного поражения нескольких аэродромов.

Такая ситуация ухудшает оценку ситуации для Ирана с точки зрения перспектив воздушной войны.
Пока размен ударами складывается не в его пользу.

Председатель правления "Сбербанка" Герман Греф в ходе ПМЭФ-2025 рассказал, что на самом деле не управляет компанией:

"Есть иллюзия того, что я управляю Сбербанком. Это иллюзия. Сбербанком управляет рынок, рыночная конкуренция".

Капитан сказал, что кораблем управляет не он, а ветер и волны...

Но как ни странно, в пункте 11.11 Устава ПАО "Себрбанк" утверждается обратное: "К компетенции Президента, Председателя Правления Банка относится решение всех вопросов текущей деятельности Банка, в том числе Президент, Председатель Правления Банка обеспечивает выполнение Стратегии развития Банка, решений Общих собраний акционеров и Наблюдательного совета Банка".

Получается, что Герман Греф не выполняет обязанности, возложенные на него уставом, а лишь создает иллюзию их выполнения?

Неолиберальная идеология "рыночного фундаментализма" начиналась с отрицания планирования строительства и развития экономики - а в своей предельной форме закончилась отрицанием корпоративного управления.

На Петербургском экономическом форуме сегодня прозвучали три знаковых комментария в поддержку нашей позиции о необходимости скорейшего снижения ключевой ставки Банка России - от представителей финансового сектора, промышленности и правительства.

Уже упомянутый Герман Греф отметил, что высокая ключевая ставка стоит в первом ряду факторов риска для экономики России и является угрозой для экономического роста не только в текущем году, но и в перспективе двух-трех лет.

Как мы не раз говорили, стоимость капитала, кратно превышающая рентабельность, приводит к сокращению инвестиционных проектов в производстве, эффект от которых должен был бы проявиться в будущие годы.

Кстати, Греф упомянул и другой наш тезис - об отставании от ведущих стран в производительности труда в среднем на 40%, которую нам предстоит преодолеть.
Единственное, о чем он не сказал - что при тех темпах долгосрочного равновесного роста, которые закладывает в свои модели ЦБ РФ, на это уйдет 45 лет.

Четкую позицию о необходимости немедленно приступать к существенному снижению ставок представил и отвечающий за экономику вице-премьер Александр Новак:

"Индикаторы показывают необходимость снижать ставки, необходимо уже переходить от управляемого охлаждения к, наоборот, нагреву экономики. Для этого нужно не пропустить тот момент, когда это нужно сделать.

Уже пора снижать. На мой взгляд, нужно быстрее принимать решения, которые позволят экономику не заморозить, а дать ей возможность идти вперед"

Признаки распространения негативных тенденций в экономике, угрожающих переходом в спад, отчетливо проявились месяц назад, правда о том, что настало время решительно снижать ставки говорили еще в апреле этого года.

Генеральный директор "КАМАЗа" Сергей Когогин высказался о снижении ставки на 1% в том же ключе, что и мы: "Это ни о чем".
По его мнению, доступность капитала для развития производства в России сегодня "равна нулю", и это главное препятствие для экономики.

Единый фронт, выстроившийся против политики Банка России, которая уже со всей очевидностью подрывает экономику нашей страны, по-видимому, обратил на себя внимание и президента.

Выступая на пленарном заседании ПМЭФ, Владимир Путин особо отметил, что слышал дискуссии по этому вопросу, и поставил задачу настраивать денежно-кредитную политику, в первую очередь - на поддержку и стимулирование роста.

Насколько эти призывы повлияют на политику Банка России, мы увидим уже в ближайшее время.
А если не повлияют - то, по нашему мнению, это будет говорить о необходимости уже кадровых решений на высшем уровне.

США возобновили с 20 июня воздушные поставки военных грузов в восточную Польшу, однако сменили аэродром назначения.

20 и 21 июня два зафрахтованных Пентагоном грузовых Боингов-747 прибыли с авиабазы Довер (США) в польский Люблин к северу от Жешува.
Туда же 20 июня прилетел и Ан-124 украинских "Авиалиний Антонова" из американского города Портсмут.

Из Люблина также как и из Жешува есть прямая железнодорожная линия на Украину - только не до Львова, а до Ковеля.

Плюсов у этой линии два.

Во-первых, от границы до самого Ковеля проходит совмещенная колея, благодаря чему нет необходимости перегружать вагоны перед границей как в случае с линией Жешув-Львов.

Во-вторых, в отличие от магистральной линии из Львова в Польшу на ней мало гражданского движения, что упрощает планирование расписания перевозок и уменьшает количество посторонних глаз.

Минус в том, что сама линия от приграничного города Хелм в Польше до Ковеля - неэлектрифицированная, а до Луцка и выхода на магистральную сеть - однопутная.
Однако в условиях низкой интенсивности движения эти проблемы не столь существенны.

А плюс для нас в том, что уже в самом Ковеле в 300 метрах до сортировочной станции эта железная дорога проходит по мосту через реку Турья, который можно вывести из строя.

Угроза Ирана перекрыть Ормузский пролив выглядит неоднозначно с точки зрения интересов самого Ирана.

Все иранские нефтяные терминалы, включая главный экспортный терминал на острове Харк, а также порт им. Хомейни, Ассалуйе и Бендер-Аббас, находятся к западу от пролива.
Экспортных трубопроводных линий из Ирана нет, поэтому морской маршрут через Ормузский пролив для самого же Ирана является безальтернативным.

Наивно ожидать, что в случае перекрытия пролива для судов других стран, танкерам, следующим в иранские порты и из них, дадут свободно пройти.
Таким образом, Иран окажется в собственной ловушке.

Возможно расчет авторов идеи строится на том, что экономика Ирана окажется более устойчивой к прекращению нефтяного экспорта, чем экономика США, ЕС и Китая - к скачку цен на нефть, а страны Персидского залива окажут на них дополнительное давление.

Однако нужно учитывать, что перекрытие Ормузского пролива не полностью блокирует нефтяной экспорт как минимум из Саудовской Аравии, ОАЭ и Ирака.

У Саудовской Аравии есть крупный экспортный нефтяной терминал в Джидде на побережье Красного моря, а также нефтепровод с восточного побережья до него.
У ОАЭ есть нефтяной терминал в Фуджейре на берегу Оманского залива уже за Ормузским проливом, к которому также идет нефтепровод из западных районов страны.
У Ирака есть сухопутный экспортный нефтепровод в Турцию в порт Джейхан.

Конечно, пропускная способность экспортных поставок при выбытии терминалов в Персидском заливе и для Саудовской Аравии, и для ОАЭ, и для Ирака существенно упадет, однако полной блокады не случится.

В наихудшем положении (помимо самого Ирана) окажутся Кувейт и Катар, для которых маршрут через Ормузский пролив является безальтернативным.

Другой вопрос, сможет ли Иран действительно надолго блокировать судоходство в Ормузском проливе.

Схожий эпизод имел место в ходе Ирано-Иракской войны 1981-1988 годов - так называемая "танкерная война", в ходе которой Иран, и Ирак атаковали в общей сложности несколько сотен судов.
В тот раз проблема была в целом решена путем организации военно-морского эскорта силами формально нейтрального американского флота и к остановке судоходства в Персидском заливе это не привело.

Очевидно, что иранский ВМФ какого-либо серьезного сопротивления войскам США оказать не сможет, поэтому единственным возможным способом блокировать движение по проливу будет обстрел кораблей противокорабельными ракетами с берега.

Однако в условиях контроля воздушного пространства американской авиацией это будет неизбежно вести к постепенной потере пусковых установок, на которые будет объявлена охота.
Поэтому длительной и надежной блокады пролива, скорее всего, у Ирана не выйдет при всем желании.

Тем не менее, прямым следствием напряженности вокруг Персидского залива становится неизбежный рост рейтинга России как надежного поставщика нефти и сжиженного природного газа, а Северного морского пути - как транспортного коридора между Европой и Азией с наилучшим соотношением протяженности и безопасности.

Иран запустил несколько ракет по крупнейшей авиабазе США на Ближнем Востоке - Аль-Удейд в Катаре.

Учитывая стремящуюся к нулю результативность иранских ракетных ударов по израильским авиабазам как в 2024-м, так и в 2025-м годах, ожидать успешного поражения американской базы в Катаре тоже не приходится.

При минимальном (или вовсе нулевом) ущербе позиция США будет с большой долей вероятности зависеть от оценки результативности ударов по ядерным объектам Ирана, в первую очередь - обогатительным заводам в Натанзе и Фордо.

Если американские удары достигли своей цели и надежно вывели из строя эти объекты, то для США резонно проигнорировать нерезультативные пуски ракет по своим базам, чтобы не увязнуть в обмене ударами без видимой перспективы.

Если же по результатам анализа ударов 22 июня США придут к выводу о том, что обогатительные заводы в значительной степени сохранили функциональность, то ракетный обстрел может быть использован как предлог для повторного налета в ближайшее время.

Как именно отреагируют США, сказать сложно, особенно учитывая личные особенности их нынешнего руководства.
Но по этой реакции можно будет достаточно обоснованно судить именно о результативности налета на иранские ядерные объекты.

Наше предположение по обстрелу базы Аль-Удейд подтвердилось.
Трамп объявил, что США не станут отвечать на него, сославшись на отсутствие ущерба или потерь, а также отметив уничтожение обогатительных заводов в Иране.

Исходя из этого можно сделать вывод, что предприятиям действительно был нанесен серьезный ущерб и они если и не полностью разрушены, то как минимум требуют длительного восстановления.
Причем если разрушены были не только обогатительные фабрики, но и заводы по производству центрифуг для них, то это восстановление затянется еще сильнее.

Безусловно, все стороны будут представлять события как свою победу.
Израиль - потому что смог нанести внезапный удар, успешно подавить ПВО и поразить большинство запланированных целей.
США - потому что подтвердили способность результативно проецировать силу по всему Земному шару и нейтрализовать важнейшие объекты иранской ядерной программы.
Иран - потому что не оставил агрессию без ответа, причинил ощутимый урон Израилю, "забил гол престижа" американцам и в целом оказался в морально выигрышной позиции.

С точки зрения изначальных целей и промежуточных итогов кампании "победу по очкам" получают США и Израиль.

Ирану нужно сделать серьезные выводы из нее для дальнейшего военного строительства и внешнеполитической линии.
Иметь слабое ПВО, когда твой противник делает ставку на авиацию - недопустимая уязвимость.
А от громкой воинственной риторики с часами "до уничтожения Израиля" на городской площади лучше воздерживаться - по крайней мере, до завершения работ по созданию ядерного оружия (да и после его получения - тоже).