Лучший в мире, самый быстрый, бесперебойный и наглухо заблокированный интернет.

Если вы читаете это — вы и есть сопротивление запретобесию.

Друзья, времена непростые, но призываю все же сохранять оптимизм!

Заявления Трампа и Рубио о возможном выходе США из НАТО больше похожи на запугивание разбалованных еврогнид, которые много о себе возомнили.

Но помечтать, конечно, невредно, шанс на такой исход с каждым днём все более ощутимый.

Америка - становой хребет военной мощи НАТО, её выход вызовет фактический распад альянса. Даже если оставшиеся страны юридически сохранят организацию, фактически начнется фрагментация, где каждый окажется сам за себя — кто побежит скорее дружить с Россией и Китаем, страны покрупнее объявлять о создании микроальянсов.

А это значит - Прибалтика останется предоставлена сама себе. Даже если подпишется на какое-нибудь локальное военное соглашение с Польшой и/или Финляндией, по итогу - это будет лишь формальность - ни та ни другая физически не смогут распределить оборону ещё на три страны.

Это, хоть и гипотетично, но прекрасно, поскольку хочется только одного, чтобы мелкие прибалтийские твари страдали, каялись, платили, визжали от страха, снова страдали, снова платили и снова каялись.

А больше ничего не хочется.

Есть два вида нацистов:

Первые постоянно носят документ о том, что они не евреи.

Вторые постоянно носят документ о том, что они евреи.

https://xn--r1a.website/insect_life/25944

Иные события заслонили 170-летнюю годовщину окончания Парижского конгресса (30 марта 1856 года по новому стилю) и заключение Парижского мирного договора, который подвел итог неприятной для нас Крымской войны.

(иллюстрация «Подписание Парижского мирного договора», Луи-Эдуард Дюбюф. 1856 год)

Но история эта в свете идущих переговоров актуальна. Ведь сейчас, как и 170 лет назад, мир пытаются нащупать на основе очень неопределенных военных результатов.

Несомненно, ход войны для России был неудачен и Парижский конгресс на этом выглядит как блестящая победа русской дипломатии. Но не в дипломатии одной дело.

Да, пошли на болезненные уступки – отдали часть Бессарабии, нейтрализовали Черное море – демилитаризовали крепости и распустили Черноморский флот. Но изначальные требования стран-победителей были несоизмеримо большие, кроме территориальных и политических уступок хотели и контрибуций, в которых было решительно отказано.

Более того, конфигурация итогов Парижского конгресса заложила основы успеха русской дипломатии на 70 лет вперед.

Во-первых, за счет противоречий между Австрией, Великобританией и Францией удалось развалить антирусскую коалицию в Европе, создать весомые предпосылки для денонсации неприятного договора.

Во-вторых, конгресс заложил основы для создания двух новых государств – Италии и Румынии (в пользу которой и отдали часть Бессарабии). Румыния потом станет нашим союзником в русско-турецкой войне, Италия и Румыния вступят в Первую мировую на стороне Антанты (обе оказались так себе союзниками, но тем не менее).

В-третьих, главным проигравшим на конгрессе фактически оказалась Австрия, которую удалось изолировать и перенаправить на неё вектор агрессивной политики Франции и Сардинии, а потом и Пруссии.

Конечно, это было проявление искусства наших дипломатов, прежде всего Александра Михайловича Горчакова, который формально не входил в русскую делегацию, но на конгрессе присутствовал и будучи послом в Австрии подготовил всю архитектуру публичных и закулисных договоренностей.

Но основа победы русской дипломатии – героизм русской армии.

Русская революционная пропаганда, а потом и идеологизированная советская историография Крымскую войну преподносят как катастрофу Николаевской России, позор и разгром.

Правда, дело в том, что наши оппоненты ровно такого же мнения, но о своих успехах.

В своей книге «Расцвет империи: от битвы при Ватерлоо до Бриллиантового юбилея королевы Виктории» английский историк Питер Акройд описывает отношение британских дипломатов и военных к войне как поиски точного определения где-то между национальным унижением и национальным позором.

Чарльз Гревилл писал в то время: «Наша армия гибнет под неприступными стенами Севастополя, и после всех наших омытых кровью побед и подвигов невероятной доблести мощь русских как будто ни капли не уменьшилась и не ослабла».

Небывалая до того времени десантная операция, стоившая огромных денег и потерь, окончилась весьма скромными успехами – захвачена небольшая полоска берега в Крыму и половина Севастополя. Продолжать войну не было никакой возможности, коалицию откровенно пугала дальнейшая перспектива.

Эта перспектива и развязала руки русским дипломатам.

Как правильно заметили подписчики, британские военкоры Крымской войны буквально один-в-один наши, качающиеся на эмоциональных качельках от «гойды» до «всё пропало».

Собрал ещё немного цитат британской прессы для более объемного понимания ситуации.

В закрытом тг-канале "роскошный историк"

И в его зеркале на площадке Gapi

Многие интересуются, почему в 2022 году в рамках санкционного давления на Россию из AppStore разом снесли кучу российских приложений, а мессенджер Мах не сносят?

Думаю, ответ очевиден: наличие мессенджера Мах вполне соответствует ключевой задаче санкциий – ухудшить жизнь россиян.

Был у нас Интернет и Интернет 2.0.

Один потеряли, другой сломали.

Есть ли в мировой истории аналог развернувшейся на наших глазах принудительной децифровизации России?

Есть.

К концу XV века до Османской империи добралось книгопечатание, повергнувшее в шок высшее руководство страны, мусульманское духовенство и влиятельную ремесленную корпорацию.

Новая технология, которая в разы ускоряла тиражирование, а значит, масштабы распространения информации, напугала османские элиты –- империя вот только была создана, на новоприобретённых землях было неспокойно, во что бы то ни стало требовалось пресечь саму возможность неподконтрольного распространения информации.

Исламское духовенство увидело в этом угрозу для монополии на обладание сакральными знаниями.

А влиятельная корпорация константинопольских каллиграфов-переписчиков Корана, коих, по разным сведениям, было от 30 до 100 тысяч человек, угрозу своему бизнесу.

(Турецкая миниатюра 1597 года. Каллиграфы в мастерской султана Мехмеда III)

И под давлением трёх этих сообществ султан Баязид II в 1485 г., а за ним и Селим I в 1515 году в два приема запретили книгопечатание: сначала священных текстов на арабском, а потом и вообще всё.

Строгий запрет держался до 1727 года, а потом начали потихоньку ослаблять. Сначала разрешили печать книг за исключением религиозных – их продолжали переписывать от руки, потом и для священных исламских текстов сделали послабление – ввели гибридную печатно-рукописную технологию. Полностью разрешили только в эпоху реформ Танзимата в 1839 году.

Таким образом, запрет на книгопечатание продержался 350 лет.

Он и похоронил Турцию.

Могущественная империя сгнила заживо, хотя в качестве трофея ей досталась уникальная Византийская цивилизация, культура и технологии которой стояли на вершине европейского развития. За короткий срок система передачи этих знаний была прервана. После взятия Константинополя буквально за 100-150 лет пришли в негодность византийские водопроводы, а османы разучились строить здания уровня Святой Софии, всё больше откатываясь на культурную и технологическую периферию.

Уже к концу XVII века отставание Турции от европейских стран стало очевидно, экспансия остановилась, в империи начали преобладать центробежные тенденции, а XIX век страна встретила в статусе «больного человека Европы».

А всего лишь сломали интернет запретили книгопечатание.

В связи запретом проката и демонстрации на интернет-площадках фильмов, способных дискредитировать традиционные духовно-нравственные ценности Российской Федерации, поступило предложение следующим образом скорректировать знаменитую сцену из х/ф «Брат».

Деревня Большие Пупцы исчезла у тебя на глазах.

А ты остался таким же как был…

Мы рождены, чтоб Кафку сделать былью.

Больше всего меня удивляет/раздражает то, что в заблокированных соцсетях продолжается освоение госбюджетов.

Заблочили Твиттер/Инсту/Фейсбук/Ютуб/Телеграм – всё, забудьте, нет таких, работайте на разрешенных платформах, взаимодействуйте там с аудиторией, создавайте иллюзии и положительные образы чего и кого угодно. Чё вы сюда ползете? Валите в Одноклассники!

Но нет, всё равно где-то есть прятанные перепрятанные кошелечки госпропаганды, в которых лежат законспирированные бюджетики на кампании в заблоченных соцсетях: блогерам денежку занести, ботов в голосовалку залить, проектик замутить.

То есть, с одной стороны РКН льет кучу денег на блокировку, а с другой стороны откуда-то со стороны Старой площади идет встречный поток денег на отработку повестки, там где официально никаких интересов у Российской Федерации уже нет и быть не может.

Таким образом из одного бюджетного контура финансируют вывод людей с нежелательных платформ, а из другого поддерживают на этих платформах активности, которые мотивируют граждан оставаться.

Вон даже Пашкет Дуров охренел – пришел в камменты к Картавых обсудить заливку ботов.

И нет у этой К И Б Е Р К А Ф К И ни начала, ни конца.

В тг-канале «роскошный историк» немного о том, что запрет технологий, в качестве инструмента государственной цензуры – эффективная мера, как минимум на короткой дистанции. Особенно если технологии чужие.

А если свои?

То в длину – это и проблема культуры, и политики, и технологического отставания.
Такая ситуация произошла в Советском Союзе, когда, испугавшись своего же хай-тека, уничтожили все перспективы для производства высокотехнологичной продукции и даже опытный образец.

Канал «роскошный историк» в тг: https://xn--r1a.website/tribute/app?startapp=sp4

Также «роскошный историк» на площадке Gapi: https://gapi.ru/alcohistory

Ознакомился с новой пьесой Эдварда Чеснокова «Каталония будет свободной» с подзаголовком «Чудовищная пьеса», который, видимо, определяет жанр. Хотя, конечно, это трагикомедийный фарс.

Если коротко, то основа сюжета – путь украинского офицера Юрия Андреевича Чикатило (реальный персонаж, сын того самого Чикатило, погиб, воюя за ВСУ), украинской военной по имени Джавелина и французского философа Бернара Анри-Леви, идущих казнить русского военнопленного с позывным "Драматур"г, причем не просто казнить, а в качестве оккультного жертвоприношения – при помощи ритуального ножа Аненербе, чтобы принести ВСУ удачу в наступлении.

Сама пьеса достаточно причудливая смесь: говорящие фамилии, образы массовой культуры и политической пропаганды, которые отсылают нас к таким произведениям, как «Маленькая жизнь Стюарта Кельвина Забужко» Константина Крылова или «Дню отличника» Максима Кононенко; это и сатира, и пародия, и самостоятельное произведение, основанное на деконструкции пропагандистских нарративов, всё это нанизано на принципы абсурдистской драматургии в стиле Ионеско или Беккета.

Насколько такое произведение вообще подлежит инсценировке – большой вопрос.
Наслоение смыслов и отсылок требует отдельного списка пояснений, что в формате театра затруднительно.

Но как пьеса для чтения – это вполне жизнеспособное произведение.