Пример №2
Теории флогистона и теплорода
В XVIII и XIX веках химики и физики объясняли горение и тепло как действие особых субстанций — флогистона и теплорода.
Считалось, что при горении из тел выделяется «флогистон». Теория теплорода рассматривала тепло как невесомый флюид. На базе этих «ложных» теорий были сделаны реальные открытия: например, Джозеф Пристли с помощью теории флогистона предсказал восстановительные свойства водорода. Джон Дальтон, опираясь на теорию теплорода, успешно предсказал равенство теплового расширения всех газов.
Почему от них отказались: Революция Лавуазье показала, что горение — это не выделение флогистона, а поглощение кислорода. Старые теории не могли объяснить, почему некоторые вещества при сгорании становятся тяжелее, что прямо противоречило идее потери флогистона.
Эти теории позволяли систематизировать накопленные факты и строить проверяемые гипотезы, которые приводили к верным результатам.
Теории флогистона и теплорода
В XVIII и XIX веках химики и физики объясняли горение и тепло как действие особых субстанций — флогистона и теплорода.
Считалось, что при горении из тел выделяется «флогистон». Теория теплорода рассматривала тепло как невесомый флюид. На базе этих «ложных» теорий были сделаны реальные открытия: например, Джозеф Пристли с помощью теории флогистона предсказал восстановительные свойства водорода. Джон Дальтон, опираясь на теорию теплорода, успешно предсказал равенство теплового расширения всех газов.
Почему от них отказались: Революция Лавуазье показала, что горение — это не выделение флогистона, а поглощение кислорода. Старые теории не могли объяснить, почему некоторые вещества при сгорании становятся тяжелее, что прямо противоречило идее потери флогистона.
Эти теории позволяли систематизировать накопленные факты и строить проверяемые гипотезы, которые приводили к верным результатам.
Пример № 3
Химия «атомных весов» (до открытия атомного номера)
До начала XX века фундаментальным принципом химии было убеждение, что главной характеристикой элемента является его атомный вес.
Именно на основе атомного веса Дмитрий Менделеев в 1860-х годах составил Периодическую таблицу. Это позволило ему успешно предсказать существование еще не открытых элементов, таких как германий или галлий, и оставить для них пустые места в таблице.
В начале XX века физики обнаружили существование изотопов — атомов одного и того же элемента, которые имеют разный атомный вес. Если бы вес оставался главным критерием, изотопы пришлось бы считать разными элементами, что разрушило бы всю химию. Ученые поняли, что настоящим «паспортом» элемента является атомный номер (заряд ядра или число протонов), а не вес.
Вес элементов сильно коррелирует с их зарядом ядра (номером). Менделеев добился успеха потому, что упорядочивание по весу в 95% случаев совпадает с упорядочиванием по номеру. Когда же возникали нестыковки (например, теллур тяжелее йода, но должен стоять перед ним), ученые просто игнорировали их или считали ошибками измерений, пока не появилась новая теория, где уже эти нестыковки отсутствовали .
Химия «атомных весов» (до открытия атомного номера)
До начала XX века фундаментальным принципом химии было убеждение, что главной характеристикой элемента является его атомный вес.
Именно на основе атомного веса Дмитрий Менделеев в 1860-х годах составил Периодическую таблицу. Это позволило ему успешно предсказать существование еще не открытых элементов, таких как германий или галлий, и оставить для них пустые места в таблице.
В начале XX века физики обнаружили существование изотопов — атомов одного и того же элемента, которые имеют разный атомный вес. Если бы вес оставался главным критерием, изотопы пришлось бы считать разными элементами, что разрушило бы всю химию. Ученые поняли, что настоящим «паспортом» элемента является атомный номер (заряд ядра или число протонов), а не вес.
Вес элементов сильно коррелирует с их зарядом ядра (номером). Менделеев добился успеха потому, что упорядочивание по весу в 95% случаев совпадает с упорядочиванием по номеру. Когда же возникали нестыковки (например, теллур тяжелее йода, но должен стоять перед ним), ученые просто игнорировали их или считали ошибками измерений, пока не появилась новая теория, где уже эти нестыковки отсутствовали .
Примеры № 4-9
4. Ряд сменяющих друг друга теорий света: В физике существовала целая цепочка теорий, каждая из которых была эмпирически успешной для своего времени, но позже признана ложной.
5. Корпускулярная теория Ньютона: Считала свет потоком частиц и успешно предсказывала многие оптические явления.
6. Волновая теория Френеля: Сменила теорию Ньютона и была невероятно успешной, давая верные предсказания о поведении света, хотя её представления об эфире как среде для волн были ложными.
7. Теория Максвелла: Также опиралась на существование эфира, который впоследствии был исключен из науки, несмотря на колоссальный успех самой теории в описании электромагнетизма.
4. Ряд сменяющих друг друга теорий света: В физике существовала целая цепочка теорий, каждая из которых была эмпирически успешной для своего времени, но позже признана ложной.
5. Корпускулярная теория Ньютона: Считала свет потоком частиц и успешно предсказывала многие оптические явления.
6. Волновая теория Френеля: Сменила теорию Ньютона и была невероятно успешной, давая верные предсказания о поведении света, хотя её представления об эфире как среде для волн были ложными.
7. Теория Максвелла: Также опиралась на существование эфира, который впоследствии был исключен из науки, несмотря на колоссальный успех самой теории в описании электромагнетизма.
8. Модель атома Бора: Нильс Бор предложил модель, где электроны движутся по четким орбитам, как планеты. Эта теория была триумфальной и позволила сделать множество точных предсказаний, однако современная квантовая механика показала, что свойства электронов (например, угловой момент) в этой модели описаны неверно.
9. Ньютоновская механика неверна с точки зрения общей теории относительности Эйнштейна (она не учитывает кривизну пространства-времени). Тем не менее, она остаётся феноменально успешной для предсказания движения объектов при скоростях, много меньших скорости света, и в слабых гравитационных полях. Её успех в этой области не означает её истинности как общей теории движения и гравитации.
9. Ньютоновская механика неверна с точки зрения общей теории относительности Эйнштейна (она не учитывает кривизну пространства-времени). Тем не менее, она остаётся феноменально успешной для предсказания движения объектов при скоростях, много меньших скорости света, и в слабых гравитационных полях. Её успех в этой области не означает её истинности как общей теории движения и гравитации.
Фокусируясь на вечном
Алекс О’Коннор (Cosmic Skeptic) уже не атеист, но еще не теист В недавнем видео Алекс О’Коннор демонстрирует значительные изменения в своём мировозрении и представляет извесатный аргумент первопричины (который в той или иной формулировке представляли Ибн…
В чём особенность этого признания со стороны Алекса О’Коннора (Cosmic Skeptic)?
Алекс О’Коннор, известный под именем Cosmic Skeptic, приобрел популярность благодаря видеороликам и дебатам, в которых последовательно и аргументированно пытался опровергнуть или поставить под сомнение космологический аргумент (аргумент от зависимости/первопричины). То есть, он знает этот аргумент как никто другой: отлично знаком со всеми его формулировками, типичными контраргументами, возражениями Юма, Канта, Бертрана Рассела и других философов.
Однако спустя несколько лет он, по сути, капитулировал — и публично озвучил позицию тех самых оппонентов, в полемике с которыми и построил свою репутацию.
Чтобы оценить масштаб этого интеллектуального поворота, можно провести аналогию: это как если бы Ричард Докинз не просто заявил, но начал активно доказывать, что сложная упорядоченность и несократимая сложность биологических организмов не позволяют считать их исключительно продуктом естественных процессов.
Единственное важное уточнение, которое делает О’Коннор: признавая силу аргумента в пользу разумного начала вселенной, он не спешит делать окончательный теологический вывод. Для него этот довод указывает на необходимое сущее, но оставляет открытым вопрос: является ли эта высшая причина именно личностным Богом.
Алекс О’Коннор, известный под именем Cosmic Skeptic, приобрел популярность благодаря видеороликам и дебатам, в которых последовательно и аргументированно пытался опровергнуть или поставить под сомнение космологический аргумент (аргумент от зависимости/первопричины). То есть, он знает этот аргумент как никто другой: отлично знаком со всеми его формулировками, типичными контраргументами, возражениями Юма, Канта, Бертрана Рассела и других философов.
Однако спустя несколько лет он, по сути, капитулировал — и публично озвучил позицию тех самых оппонентов, в полемике с которыми и построил свою репутацию.
Чтобы оценить масштаб этого интеллектуального поворота, можно провести аналогию: это как если бы Ричард Докинз не просто заявил, но начал активно доказывать, что сложная упорядоченность и несократимая сложность биологических организмов не позволяют считать их исключительно продуктом естественных процессов.
Единственное важное уточнение, которое делает О’Коннор: признавая силу аргумента в пользу разумного начала вселенной, он не спешит делать окончательный теологический вывод. Для него этот довод указывает на необходимое сущее, но оставляет открытым вопрос: является ли эта высшая причина именно личностным Богом.
Периодически натыкаешься на один и тот же поверхностный довод, который почему-то звучит очень уверенно из уст популистов от атеизма. Сводится он всего к одной-двум фразам, но от этого не становится весомее.
Наверняка вы слышали что-то вроде: «Какое значение имеет наша крошечная Земля в масштабах безграничной Вселенной?» или «Почему этот ничтожный человек так важен, что весь мир создан ради него?» — и весь подобный вздор.
Проблема в неверной точке отсчета.
Человек находится в удивительной «золотой середине» между мельчайшими составляющими материи и масштабами космоса.
· По размеру мы примерно в 10¹⁸ раз больше, чем кварки.
· А наблюдаемая Вселенная всего лишь в 10²⁷ раз больше нас.
То же самое — с аргументами о времени:
«Жизнь человека — мгновение по сравнению с возрастом Вселенной/Земли/животных». Но если уж мы сравниваем разумного человека с неразумными сущностями, опираясь лишь на время, то почему бы не сравнить нас с неразумными, но крайне недолговечными явлениями?
· Возраст человечества в 10²⁵ раз больше, чем время существования бозона Хиггса, возникшего в ранней Вселенной.
· Возраст наблюдаемой Вселенной больше возраста человечества всего в 46 000 раз.
Таким образом, в масштабах времени мы находимся далеко выше середины, и это факт. (Все расчеты, разумеется, оценочные).
Аналогичный слабый аргумент применяют и к религиям:
«Возраст "небесных религий" намного меньше возраста человечества». Это ещё бессмысленнее, ибо сводит религию лишь к тому, что нам известно из письменных источников.
Верующие же убеждены, что религия (в смысле связи с Творцом и поклонения) существует с момента появления первого человека, независимо от того, знаем ли мы имена всех пророков и тексты. У оппонента нет доказательств, что религия возникла поздно, а косвенных свидетельств обратного — множество. Но в данном случае достаточно и отсутствия доказательств у самой критики.
Вся эта проблематика в корне несостоятельна, особенно когда речь идёт не о слабом и подверженному скуке человеке, на которого влияют величина и длительность, а о Мудром Творце. Считать, что для Него наши масштабы или сроки имеют принципиальное значение, — странно.
Источник
Наверняка вы слышали что-то вроде: «Какое значение имеет наша крошечная Земля в масштабах безграничной Вселенной?» или «Почему этот ничтожный человек так важен, что весь мир создан ради него?» — и весь подобный вздор.
Проблема в неверной точке отсчета.
Человек находится в удивительной «золотой середине» между мельчайшими составляющими материи и масштабами космоса.
· По размеру мы примерно в 10¹⁸ раз больше, чем кварки.
· А наблюдаемая Вселенная всего лишь в 10²⁷ раз больше нас.
То же самое — с аргументами о времени:
«Жизнь человека — мгновение по сравнению с возрастом Вселенной/Земли/животных». Но если уж мы сравниваем разумного человека с неразумными сущностями, опираясь лишь на время, то почему бы не сравнить нас с неразумными, но крайне недолговечными явлениями?
· Возраст человечества в 10²⁵ раз больше, чем время существования бозона Хиггса, возникшего в ранней Вселенной.
· Возраст наблюдаемой Вселенной больше возраста человечества всего в 46 000 раз.
Таким образом, в масштабах времени мы находимся далеко выше середины, и это факт. (Все расчеты, разумеется, оценочные).
Аналогичный слабый аргумент применяют и к религиям:
«Возраст "небесных религий" намного меньше возраста человечества». Это ещё бессмысленнее, ибо сводит религию лишь к тому, что нам известно из письменных источников.
Верующие же убеждены, что религия (в смысле связи с Творцом и поклонения) существует с момента появления первого человека, независимо от того, знаем ли мы имена всех пророков и тексты. У оппонента нет доказательств, что религия возникла поздно, а косвенных свидетельств обратного — множество. Но в данном случае достаточно и отсутствия доказательств у самой критики.
Вся эта проблематика в корне несостоятельна, особенно когда речь идёт не о слабом и подверженному скуке человеке, на которого влияют величина и длительность, а о Мудром Творце. Считать, что для Него наши масштабы или сроки имеют принципиальное значение, — странно.
Источник
Фокусируясь на вечном
Периодически натыкаешься на один и тот же поверхностный довод, который почему-то звучит очень уверенно из уст популистов от атеизма. Сводится он всего к одной-двум фразам, но от этого не становится весомее. Наверняка вы слышали что-то вроде: «Какое значение…
Скажу от себя: сам факт того, что ничто в этой необъятной Вселенной, кроме нас, не способно её созерцать, познавать и осмыслять, уже указывает на нашу уникальность и качественное отличие.
Сам факт того, что в безжизненном пространстве неодушевленной материи, в этом океане холодных камней и раскалённого газа, есть наблюдатель — свободный, рациональный, эмоциональный и способный задавать вопросы о смысле, — уже является феноменом колоссального значения. Этот факт сам по себе делает бессмысленным вопрос о нашей «незначительности» в масштабах пространства.
Сам факт того, что в безжизненном пространстве неодушевленной материи, в этом океане холодных камней и раскалённого газа, есть наблюдатель — свободный, рациональный, эмоциональный и способный задавать вопросы о смысле, — уже является феноменом колоссального значения. Этот факт сам по себе делает бессмысленным вопрос о нашей «незначительности» в масштабах пространства.
Годами я как-то обходил космологический аргумент (аргумент от зависимости и первопричины) стороной. Здесь, на канале, в основном, звучали аргументы от дизайна (телеологический), от сознания и разума (как же так, что материя организовалась именно таким образом, что породила убеждения, которым можно доверять?).
Аргумент первопричины всегда казался мне тяжеловесным и чересчур умозрительным. Кто знает наверняка, требовался ли в каждом звене прошлой цепи независимый источник причинности? Однако со временем я осознал, что игнорировать его — значит подрывать саму основу рационального мышления.
Если мы допустим, что вещи могут просто быть — как грубый факт без всякого основания, возникать на свет без причины, — то рушится всё. Начиная с логики и заканчивая построением научных теорий и этических суждений.
Представьте такой диалог биологов:
— Почему кости динозавров лежат в палеонтологических слоях?
— Не задавай глупых вопросов. Они там всегда. Вещам не нужно объяснение, чтобы существовать.
Или следующие судебные прения:
— Почему ножевое ранение в спину указывает на преступный умысел?
— Странные вопросы. Вещи просто возникают и исчезают без оснований. Так и ножи в телах людей появляются. Не стоит искать причину.
Это звучит не просто неудовлетворительно, а абсолютно абсурдно. Мы так не живём и не мыслим. В основе нашего понимания мира лежит принцип достаточного основания: всё, что существует, всякое утверждение, всякое явление должно иметь объяснение, причину, почему оно именно таково, а не иначе.
Но как применить этот принцип к существованию всего? Здесь вступает в силу идея случайных и необходимых вещей.
Случайная вещь — это то, что может как быть, так и не быть (например, айфон, Моцарт или физический блок). Мир вокруг нас состоит именно из таких вещей. Основной тезис: Любая совокупность случайных вещей зависит от чего-то за пределами этой совокупности. Поскольку вся совокупность случайных вещей не может зависеть от другой случайной вещи (это было бы круговым рассуждением), она должна зависеть от необходимого основания, которое существует в силу своей природы и не может не быть.
С этим тезисом сразу возникает ряд возражений, в том числе, которые были и у меня. Вот основные из них и ответы на них, которые мне приходилось рассматривать.
1. Возражение: «Нет никакой «совокупности» (The "No Totality" Objection)».
· Суть: Возможно, нет одного «супер-объекта», объединяющего все случайные вещи.
· Ответ: Аргумент работает и для «множеств». Если один предмет не может возникнуть из ничего, то и группа из десяти предметов (или бесконечное множество) не может появиться без основания.
2. Возражение: «Ошибка композиции (Fallacy of Composition)».
· Суть: То, что части зависимы, не означает, что целое зависимо.
· Ответ: Это не чисто логический вывод, а вывод, основанный на нашем опыте. Группы зависимых вещей (как куски пластилина) при объединении создают еще большую зависимую структуру. В нашем опыте группы вещей не обретают независимость просто от увеличения их количества.
3. Возражение: «Бесконечный регресс (Infinite Regress)».
· Суть: Возможно, каждая случайная вещь вызвана предыдущей в бесконечной цепочке.
· Ответ: Возраст цепочки не объясняет самого факта её существования. Бесконечная цепочка случайных звеньев всё равно остается случайной в целом и требует объяснения, почему она есть, а не отсутствует.
4. Возражение: «Квантовая механика».
· Суть: Виртуальные частицы появляются «из ниоткуда», значит, возможно и беспричинное возникновение.
· Ответ: Есть разница между «отсутствием детерминированной причины» и «отсутствием зависимости». Виртуальные частицы зависят от квантовых полей и предшествующих состояний вселенной; наука не подтверждает, что что-то возникает из абсолютного «ничего».
5. Возражение: «Первое событие» уникально».
· Суть: Мы не можем применять земную логику причинности к самому первому событию во вселенной.
Аргумент первопричины всегда казался мне тяжеловесным и чересчур умозрительным. Кто знает наверняка, требовался ли в каждом звене прошлой цепи независимый источник причинности? Однако со временем я осознал, что игнорировать его — значит подрывать саму основу рационального мышления.
Если мы допустим, что вещи могут просто быть — как грубый факт без всякого основания, возникать на свет без причины, — то рушится всё. Начиная с логики и заканчивая построением научных теорий и этических суждений.
Представьте такой диалог биологов:
— Почему кости динозавров лежат в палеонтологических слоях?
— Не задавай глупых вопросов. Они там всегда. Вещам не нужно объяснение, чтобы существовать.
Или следующие судебные прения:
— Почему ножевое ранение в спину указывает на преступный умысел?
— Странные вопросы. Вещи просто возникают и исчезают без оснований. Так и ножи в телах людей появляются. Не стоит искать причину.
Это звучит не просто неудовлетворительно, а абсолютно абсурдно. Мы так не живём и не мыслим. В основе нашего понимания мира лежит принцип достаточного основания: всё, что существует, всякое утверждение, всякое явление должно иметь объяснение, причину, почему оно именно таково, а не иначе.
Но как применить этот принцип к существованию всего? Здесь вступает в силу идея случайных и необходимых вещей.
Случайная вещь — это то, что может как быть, так и не быть (например, айфон, Моцарт или физический блок). Мир вокруг нас состоит именно из таких вещей. Основной тезис: Любая совокупность случайных вещей зависит от чего-то за пределами этой совокупности. Поскольку вся совокупность случайных вещей не может зависеть от другой случайной вещи (это было бы круговым рассуждением), она должна зависеть от необходимого основания, которое существует в силу своей природы и не может не быть.
С этим тезисом сразу возникает ряд возражений, в том числе, которые были и у меня. Вот основные из них и ответы на них, которые мне приходилось рассматривать.
1. Возражение: «Нет никакой «совокупности» (The "No Totality" Objection)».
· Суть: Возможно, нет одного «супер-объекта», объединяющего все случайные вещи.
· Ответ: Аргумент работает и для «множеств». Если один предмет не может возникнуть из ничего, то и группа из десяти предметов (или бесконечное множество) не может появиться без основания.
2. Возражение: «Ошибка композиции (Fallacy of Composition)».
· Суть: То, что части зависимы, не означает, что целое зависимо.
· Ответ: Это не чисто логический вывод, а вывод, основанный на нашем опыте. Группы зависимых вещей (как куски пластилина) при объединении создают еще большую зависимую структуру. В нашем опыте группы вещей не обретают независимость просто от увеличения их количества.
3. Возражение: «Бесконечный регресс (Infinite Regress)».
· Суть: Возможно, каждая случайная вещь вызвана предыдущей в бесконечной цепочке.
· Ответ: Возраст цепочки не объясняет самого факта её существования. Бесконечная цепочка случайных звеньев всё равно остается случайной в целом и требует объяснения, почему она есть, а не отсутствует.
4. Возражение: «Квантовая механика».
· Суть: Виртуальные частицы появляются «из ниоткуда», значит, возможно и беспричинное возникновение.
· Ответ: Есть разница между «отсутствием детерминированной причины» и «отсутствием зависимости». Виртуальные частицы зависят от квантовых полей и предшествующих состояний вселенной; наука не подтверждает, что что-то возникает из абсолютного «ничего».
5. Возражение: «Первое событие» уникально».
· Суть: Мы не можем применять земную логику причинности к самому первому событию во вселенной.
· Ответ: Здесь работает принцип «неуместных различий». Если вещь зависима по своей природе (как стул), она останется зависимой, в какой бы момент времени (первый или последний) мы её ни поместили.
6. Возражение: «Проблема самозагрузки (Bootstrapping Problem)».
· Суть: Если причина необходима, то и следствие должно быть необходимым. Значит, Бог не мог создать «случайный» мир.
· Ответ: Необходимое основание может производить случайные эффекты через «спонтанное действие». Если основное необходимо, а следствие - нечто зависимое - это указывает на то, что Основание - Личность. Которая по своей воле создает.
7. Возражение: «Вселенная сама по себе необходима».
· Суть: Почему фундаментом не может быть сама материя или физический космос?
· Ответ: Важно разделять аргумент на две стадии. Первая стадия лишь доказывает наличие какого-то необходимого основания. Вопрос о том, является ли оно материальным, абстрактным, божественным или каким-либо ещё — это вторая стадия дискуссии. Сам аргумент от случайности совместим с разными вариантами на первом, фундаментальном этапе.
8. Возражение: «Аргумент слишком «высокомерен».
· Суть: Мы, ограниченные существа, не можем знать ничего о фундаментальных основах всей реальности.
· Ответ: Заявление о том, что мы точно не можем этого знать, столь же амбициозно и требует обоснования. Истинная мудрость — в сочетании интеллектуального смирения (признавая сложность вопроса) и смелого, последовательного поиска ответов, на которые указывает разум.
Итог
Таким образом, даже так любимые нами аргументы от дизайна или сознания в конечном итоге опираются на этот фундаментальный принцип достаточного основания. Они указывают на качество возможной первопричины (разум, замысел), в то время как космологический аргумент говорит о самой необходимости её существования. Игнорировать его — значит не просто отбросить один из теистических доводов, а сделать неявное допущение, что вся ткань реальности в своей основе иррациональна и необъяснима, что парализует саму возможность познания. А мы, как существа мыслящие, не можем на этом остановиться.
6. Возражение: «Проблема самозагрузки (Bootstrapping Problem)».
· Суть: Если причина необходима, то и следствие должно быть необходимым. Значит, Бог не мог создать «случайный» мир.
· Ответ: Необходимое основание может производить случайные эффекты через «спонтанное действие». Если основное необходимо, а следствие - нечто зависимое - это указывает на то, что Основание - Личность. Которая по своей воле создает.
7. Возражение: «Вселенная сама по себе необходима».
· Суть: Почему фундаментом не может быть сама материя или физический космос?
· Ответ: Важно разделять аргумент на две стадии. Первая стадия лишь доказывает наличие какого-то необходимого основания. Вопрос о том, является ли оно материальным, абстрактным, божественным или каким-либо ещё — это вторая стадия дискуссии. Сам аргумент от случайности совместим с разными вариантами на первом, фундаментальном этапе.
8. Возражение: «Аргумент слишком «высокомерен».
· Суть: Мы, ограниченные существа, не можем знать ничего о фундаментальных основах всей реальности.
· Ответ: Заявление о том, что мы точно не можем этого знать, столь же амбициозно и требует обоснования. Истинная мудрость — в сочетании интеллектуального смирения (признавая сложность вопроса) и смелого, последовательного поиска ответов, на которые указывает разум.
Итог
Таким образом, даже так любимые нами аргументы от дизайна или сознания в конечном итоге опираются на этот фундаментальный принцип достаточного основания. Они указывают на качество возможной первопричины (разум, замысел), в то время как космологический аргумент говорит о самой необходимости её существования. Игнорировать его — значит не просто отбросить один из теистических доводов, а сделать неявное допущение, что вся ткань реальности в своей основе иррациональна и необъяснима, что парализует саму возможность познания. А мы, как существа мыслящие, не можем на этом остановиться.
Когда рассматриваешь ту или иную причудливую черту живого организма, всегда возникает сакраментальный вопрос: как и для чего эволюция это произвела и — главное — сохранила? Речь зачастую идёт о невероятно сложных, замысловатых и, что важно, избыточных для простого выживания структурах.
И вот в чём парадокс: когда поборник теории естественного отбора даёт объяснение возникновению такой черты, он может практически не опираться на конкретные данные и тестировать гипотезу. Достаточно просто вообразить, как это могло бы возникнуть и почему это могло бы способствовать выживанию. И этого уже хватает, чтобы заявить: «раз возможно, значит, скорее всего, так и было». Фантазия, как известно, может придумать что угодно — вот уж где воистину включается «модальная логика возможных миров» )).
Ну а на худой конец, если логическое обоснование нужды органа или свойства не придумывается вовсе, всегда есть универсальная отмычка: «это рудимент». Когда-то, в далёком прошлом, в иной среде, это было нужно. Или же гармонировало с другими, ныне исчезнувшими чертами. Гипотетически. Удобно, не правда ли?
И вот в чём парадокс: когда поборник теории естественного отбора даёт объяснение возникновению такой черты, он может практически не опираться на конкретные данные и тестировать гипотезу. Достаточно просто вообразить, как это могло бы возникнуть и почему это могло бы способствовать выживанию. И этого уже хватает, чтобы заявить: «раз возможно, значит, скорее всего, так и было». Фантазия, как известно, может придумать что угодно — вот уж где воистину включается «модальная логика возможных миров» )).
Ну а на худой конец, если логическое обоснование нужды органа или свойства не придумывается вовсе, всегда есть универсальная отмычка: «это рудимент». Когда-то, в далёком прошлом, в иной среде, это было нужно. Или же гармонировало с другими, ныне исчезнувшими чертами. Гипотетически. Удобно, не правда ли?
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Визуализация развития эмбриона из одной клетки
Эмбриональная клеточная спецификация- клетка не делится, множа саму себя, как клетки рака, клетки специфицируются, рождая из стволовых, совершенно иные клетки кожи, костей, почек, печени и др.
ДНК не содержит всей информации для построения организма
Новая книга профессора Штернберга: "Платонова месть" о том, что ДНК не содержит всей информации для построения организма.
Эмбриональная клеточная спецификация- клетка не делится, множа саму себя, как клетки рака, клетки специфицируются, рождая из стволовых, совершенно иные клетки кожи, костей, почек, печени и др.
ДНК не содержит всей информации для построения организма
Новая книга профессора Штернберга: "Платонова месть" о том, что ДНК не содержит всей информации для построения организма.
Известный философ, атеист, Алекс Розенберг, в своей книге озвучивает печальные логические последствия нигилизма, если вы атеист-физикалист.
https://xn--r1a.website/intelligentdesign_ru/1098
https://xn--r1a.website/intelligentdesign_ru/1098
Может ли религиозная вера быть знанием?
В публичных дискуссиях часто утверждают, что религиозная вера — это не знание, а нечто иррациональное. Однако такое противопоставление плохо выдерживает философскую проверку. Если обратиться к эпистемологии — разделу философии, изучающему природу знания, — становится ясно: религиозная вера вполне может соответствовать критериям обоснованного знания.
Что вообще считается знанием?
Классически знание понимается как обоснованное убеждение.
Это означает три вещи:
1. человек принимает некоторое утверждение;
2. у него есть основания для этого принятия;
3. эти основания не являются произвольными или случайными.
Что важно, большая часть наших знаний не основана на личной эмпирической проверке. Мы принимаем исторические факты, научные теории, медицинские рекомендации, юридические нормы — полагаясь на аргументы, свидетельства и авторитеты. Это нормальная и неизбежная структура человеческого знания.
Рациональность веры в Бога:
Религиозная вера во многих случаях строится по вполне рациональной схеме. Человек может прийти к убеждению, что Бог существует, не потому что он «увидел» Бога, а потому что:
* существование мира требует объяснения (космологические аргументы);
* разумность и упорядоченность природы наводят на мысль о Разуме (телеологические аргументы);
* сознание, свобода воли, моральный опыт плохо объяснимы в рамках строгого материализма.
Во всех этих случаях используется абдуктивное рассуждение — вывод к наилучшему объяснению. Это тот же тип рациональности, который используется и в науке, и в истории. Человек принимает не абсолютную доказанность, а наиболее обоснованную позицию среди альтернатив.
Следующий шаг — принятие конкретной религии. И здесь снова речь идёт не о мистическом импульсе, а об аналитической оценке:
* исторической достоверности источников;
* личности пророка;
* целостности и непротиворечивости послания;
* объяснительной силы религии в отношении человека, общества и морали.
Мы постоянно признаём исторические факты, которые не можем проверить лично. Это считается знанием, а не верой «наугад». Принятие пророчества при наличии достаточных оснований укладывается в ту же эпистемическую модель.
Если человек рационально пришёл к выводу, что:
* Бог существует;
* пророк действительно является посланником Бога;
* пророк не является лжецом или обманщиком,
то дальнейшее принятие информации от этого источника — эпистемически оправдано и не требует постоянной эмпирической перепроверки каждого отдельного его утверждения. Таким образом, возникает эпистемическое право доверия его сообщению. В терминах современной эпистемологии это означает, что источник признан надёжным когнитивным процессом, что соответствует релайабилистскому критерию знания (по Голдману).
После установления надёжности источника принятие информации от него не требует постоянной эмпирической перепроверки. Это не эпистемический дефект, а нормальный механизм знания. Мы точно так же принимаем утверждения физики, медицины или истории, даже если не способны их проверить и даже если они выходят за пределы нашего интуитивного опыта, полагаясь на выводы авторитетного источника без личной проверки всех его заключений.
Следовательно, принятие религиозных утверждений, включая те, которые невозможно эмпирически верифицировать или которые противоречат текущим научным моделям, является эпистемически оправданным — при условии, что надёжность источника была рационально установлена на предыдущих этапах. Здесь вера выступает не как альтернатива знанию, а как его форма.
В публичных дискуссиях часто утверждают, что религиозная вера — это не знание, а нечто иррациональное. Однако такое противопоставление плохо выдерживает философскую проверку. Если обратиться к эпистемологии — разделу философии, изучающему природу знания, — становится ясно: религиозная вера вполне может соответствовать критериям обоснованного знания.
Что вообще считается знанием?
Классически знание понимается как обоснованное убеждение.
Это означает три вещи:
1. человек принимает некоторое утверждение;
2. у него есть основания для этого принятия;
3. эти основания не являются произвольными или случайными.
Что важно, большая часть наших знаний не основана на личной эмпирической проверке. Мы принимаем исторические факты, научные теории, медицинские рекомендации, юридические нормы — полагаясь на аргументы, свидетельства и авторитеты. Это нормальная и неизбежная структура человеческого знания.
Рациональность веры в Бога:
Религиозная вера во многих случаях строится по вполне рациональной схеме. Человек может прийти к убеждению, что Бог существует, не потому что он «увидел» Бога, а потому что:
* существование мира требует объяснения (космологические аргументы);
* разумность и упорядоченность природы наводят на мысль о Разуме (телеологические аргументы);
* сознание, свобода воли, моральный опыт плохо объяснимы в рамках строгого материализма.
Во всех этих случаях используется абдуктивное рассуждение — вывод к наилучшему объяснению. Это тот же тип рациональности, который используется и в науке, и в истории. Человек принимает не абсолютную доказанность, а наиболее обоснованную позицию среди альтернатив.
Следующий шаг — принятие конкретной религии. И здесь снова речь идёт не о мистическом импульсе, а об аналитической оценке:
* исторической достоверности источников;
* личности пророка;
* целостности и непротиворечивости послания;
* объяснительной силы религии в отношении человека, общества и морали.
Мы постоянно признаём исторические факты, которые не можем проверить лично. Это считается знанием, а не верой «наугад». Принятие пророчества при наличии достаточных оснований укладывается в ту же эпистемическую модель.
Если человек рационально пришёл к выводу, что:
* Бог существует;
* пророк действительно является посланником Бога;
* пророк не является лжецом или обманщиком,
то дальнейшее принятие информации от этого источника — эпистемически оправдано и не требует постоянной эмпирической перепроверки каждого отдельного его утверждения. Таким образом, возникает эпистемическое право доверия его сообщению. В терминах современной эпистемологии это означает, что источник признан надёжным когнитивным процессом, что соответствует релайабилистскому критерию знания (по Голдману).
После установления надёжности источника принятие информации от него не требует постоянной эмпирической перепроверки. Это не эпистемический дефект, а нормальный механизм знания. Мы точно так же принимаем утверждения физики, медицины или истории, даже если не способны их проверить и даже если они выходят за пределы нашего интуитивного опыта, полагаясь на выводы авторитетного источника без личной проверки всех его заключений.
Следовательно, принятие религиозных утверждений, включая те, которые невозможно эмпирически верифицировать или которые противоречат текущим научным моделям, является эпистемически оправданным — при условии, что надёжность источника была рационально установлена на предыдущих этапах. Здесь вера выступает не как альтернатива знанию, а как его форма.
Фокусируясь на вечном
Photo
Почему попытка объяснить разум как просто «работу мозга» не выглядит убедительной?
1. Проблема «фундаментального окна»
Все наши знания о мире — о звездах, планетах или клетках мозга — получены через «окно» нашего сознания. Пытаться объяснить само сознание с помощью науки — это все равно что пытаться рассмотреть стекло, через которое вы смотрите на мир. Научный метод сам по себе опирается на наблюдение, то есть на использование сознания. Возникает логическая петля: мы используем сознание, чтобы изучить механизм, который делает возможным это самое изучение.
2. «Трудная проблема»: Опыт против механики
Физика описывает мир через функции и структуры: как объекты двигаются и как они взаимодействуют. Но сознание — это не функция, это качество.
* Вы можете полностью изучить физику света и нейрохимию глаза, но в этих формулах не будет самого «ощущения» красного цвета.
* Вы можете описать все процессы в мозгу влюбленного человека, но в этом описании не будет «чувства» любви.
Сколько бы вы ни переставляли «бездушные» детали материального конструктора, непонятно, в какой момент и почему их движение должно превратиться в субъективное переживание.
3. Проблема «разрозненных деталей»
Материализм утверждает, что сознание возникает из сложности мозга. Но мозг — это миллиарды отдельных нейронов, посылающих разрозненные сигналы.
Возникает вопрос: как эти миллиарды независимых процессов объединяются в единое «Я»? В физическом мире нет центральной точки, где все эти сигналы сливаются в одну картинку. С точки зрения физики, вы — это облако частиц, но с точки зрения опыта — вы единый субъект. Логика «сборки» здесь не работает: частицы просто остаются частицами, сколько бы их ни было.
4. Лишний элемент: Проблема бесполезности
Если мир чисто материален и подчиняется только законам физики, то всё в нем (включая ваши действия) должно объясняться движением атомов.
Если химия вашего мозга сама по себе способна заставить ваше тело двигаться, говорить и есть, то зачем вообще нужно сознание? В чисто физической системе «осознание процесса» оказывается лишним, декоративным элементом. Если мы — лишь биороботы, то разум — это необъяснимая «тень», которая не имеет никакого смысла в рамках физикализма.
5. Математический тупик: мыслей больше, чем атомов
Существует математический аргумент, основанный на теории бесконечностей (теорема Кантора). Согласно ему, логически возможных типов мыслей гораздо больше, чем возможных конфигураций материальных частиц. Это означает, что разум невозможно полностью свести к материи, так как «пространство» наших мыслей шире, чем любой физический фундамент, на котором они могли бы основываться.
1. Проблема «фундаментального окна»
Все наши знания о мире — о звездах, планетах или клетках мозга — получены через «окно» нашего сознания. Пытаться объяснить само сознание с помощью науки — это все равно что пытаться рассмотреть стекло, через которое вы смотрите на мир. Научный метод сам по себе опирается на наблюдение, то есть на использование сознания. Возникает логическая петля: мы используем сознание, чтобы изучить механизм, который делает возможным это самое изучение.
2. «Трудная проблема»: Опыт против механики
Физика описывает мир через функции и структуры: как объекты двигаются и как они взаимодействуют. Но сознание — это не функция, это качество.
* Вы можете полностью изучить физику света и нейрохимию глаза, но в этих формулах не будет самого «ощущения» красного цвета.
* Вы можете описать все процессы в мозгу влюбленного человека, но в этом описании не будет «чувства» любви.
Сколько бы вы ни переставляли «бездушные» детали материального конструктора, непонятно, в какой момент и почему их движение должно превратиться в субъективное переживание.
3. Проблема «разрозненных деталей»
Материализм утверждает, что сознание возникает из сложности мозга. Но мозг — это миллиарды отдельных нейронов, посылающих разрозненные сигналы.
Возникает вопрос: как эти миллиарды независимых процессов объединяются в единое «Я»? В физическом мире нет центральной точки, где все эти сигналы сливаются в одну картинку. С точки зрения физики, вы — это облако частиц, но с точки зрения опыта — вы единый субъект. Логика «сборки» здесь не работает: частицы просто остаются частицами, сколько бы их ни было.
4. Лишний элемент: Проблема бесполезности
Если мир чисто материален и подчиняется только законам физики, то всё в нем (включая ваши действия) должно объясняться движением атомов.
Если химия вашего мозга сама по себе способна заставить ваше тело двигаться, говорить и есть, то зачем вообще нужно сознание? В чисто физической системе «осознание процесса» оказывается лишним, декоративным элементом. Если мы — лишь биороботы, то разум — это необъяснимая «тень», которая не имеет никакого смысла в рамках физикализма.
5. Математический тупик: мыслей больше, чем атомов
Существует математический аргумент, основанный на теории бесконечностей (теорема Кантора). Согласно ему, логически возможных типов мыслей гораздо больше, чем возможных конфигураций материальных частиц. Это означает, что разум невозможно полностью свести к материи, так как «пространство» наших мыслей шире, чем любой физический фундамент, на котором они могли бы основываться.
Forwarded from Фокусируясь на вечном
Список ученных со всего мира, пожелавших подписать петицию о том, что они крайне скептически относятся к утверждению о созидательных способностях случайных мутаций и естественного отбора [неодарвинизм] в объяснении возникновения всего биологического разнообразия. Здесь их более 1000 подписантов.
По этой ссылке каждый, имеющий степень доктора наук, может подписать петицию. Организаторы предупреждают, что данный шаг может отрицательно сказаться на научной карьере подписанта, поэтому тем, у кого имеются незавершенные цели в иерархии научной системы, стоит принять это во внимание.
По этой ссылке каждый, имеющий степень доктора наук, может подписать петицию. Организаторы предупреждают, что данный шаг может отрицательно сказаться на научной карьере подписанта, поэтому тем, у кого имеются незавершенные цели в иерархии научной системы, стоит принять это во внимание.
Предлагаю Вашему вниманию серию лекций по абиогенезу Джеймса Тура
1-00 — Причины создания этого курса лекций
1-01 — Введение в абиогенез
1-02 — Первичный бульон
1-03 — Шумиха
1-04 — Гомохиральность
1-05 — Углеводы
1-06 — Строительные блоки из строительных блоков
1-07 — Пептиды
1-08 — Нуклеотиды
1-09 — Промежуточный итог и обращение к коллегам
1-10 — Липиды
1-11 — Спиновая селективность, обусловленная хиральностью
1-12.1 — Построение клеток и проблема сборки, часть 1
1-12.2 — Построение клеток и проблема сборки, часть 2
1-13 — Резюме и прогнозы
https://rutube.ru/plst/1416846
1-00 — Причины создания этого курса лекций
1-01 — Введение в абиогенез
1-02 — Первичный бульон
1-03 — Шумиха
1-04 — Гомохиральность
1-05 — Углеводы
1-06 — Строительные блоки из строительных блоков
1-07 — Пептиды
1-08 — Нуклеотиды
1-09 — Промежуточный итог и обращение к коллегам
1-10 — Липиды
1-11 — Спиновая селективность, обусловленная хиральностью
1-12.1 — Построение клеток и проблема сборки, часть 1
1-12.2 — Построение клеток и проблема сборки, часть 2
1-13 — Резюме и прогнозы
https://rutube.ru/plst/1416846
RUTUBE
Джеймс Тур АБИОГЕНЕЗ 1 – смотреть плейлист, все 15 видео подборки от "БЛИЖЕ, ЧЕМ ГДЕ-ТО РЯДОМ" онлайн в хорошем качестве на RUTUBE…
Джеймс Тур АБИОГЕНЕЗ 1 подготовил для Вас 15 видеороликов - смотри онлайн бесплатно!
Forwarded from Msaada Media | التصميم الذكي
ПРОБЛЕМА ПРОИСХОЖДЕНИЯ НОВИЗНЫ
Сегодня хочу написать пост о недавней опубликованной работе «The cellular substrate of evolutionary novelty», в которой исследователи поднимают один из самых трудных и до сих пор нерешённых вопросов эволюционной теории, а именно откуда вообще берутся принципиально новые биологические структуры. И тут речь идет о появлении новых типов клеток, тканей и функций, то есть о том, что обычно относят к макроэволюции.
Авторы этой работы прямо показывают, что классическая схема «мутации плюс отбор» не объясняет происхождение такой новизны. Изменение отдельных генов само по себе не создаёт новые формы организации. Вместо этого исследователи указывают на более высокий уровень, так называемые программы экспрессии генов, сложные согласованные системы, в которых десятки и сотни генов работают вместе как единое целое. Именно эти программы, а не отдельные мутации, становятся субстратом для появления новых клеточных состояний и структур. Но здесь, по моему мнению, возникает ключевая проблема. Эти программы не возникают из хаоса, ведь они требуют предварительной согласованности, устойчивости и интеграции в уже существующую архитектуру клетки. Новизна, таким образом, не появляется как результат случайного перебора вариантов, а возможна только внутри строго ограниченного пространства, заданного уже существующими регуляторными сетями и клеточной организацией.
Фактически тут признаётся, что эволюция работает не с бесконечным набором случайных возможностей, а с заранее структурированным набором допустимых состояний. Это означает, что эволюционный процесс не свободен, а глубоко зависим от внутренних ограничений, архитектуры и информационной организации живой системы.
Именно здесь материалистическое объяснение начинает испытывать трудности. Ведь если новизна возможна только благодаря уже существующим программам и структурам, то возникает вопрос не только о том, как меняется жизнь, но и о том, откуда взялась сама способность к таким согласованным изменениям. Эволюция описывает перераспределение и переиспользование, но не объясняет происхождение самой архитектуры, в рамках которой это перераспределение становится возможным.
Таким образом, современные исследования, которых мы часто приводим в наших публикациях, не опровергают микроэволюцию и не отрицают адаптацию живых организмов. Они показывают , что происхождение биологической новизны не является следствием случайных мутаций, а проблема организации, информации и внутренней структуры живого. И именно на этом уровне у редукционистского и материалистического подхода начинаются серьезные проблемы требующие объяснения, вот только они не спешат это делать, в силу пропаганды.
💬 MSAADA MEDIA
Сегодня хочу написать пост о недавней опубликованной работе «The cellular substrate of evolutionary novelty», в которой исследователи поднимают один из самых трудных и до сих пор нерешённых вопросов эволюционной теории, а именно откуда вообще берутся принципиально новые биологические структуры. И тут речь идет о появлении новых типов клеток, тканей и функций, то есть о том, что обычно относят к макроэволюции.
Авторы этой работы прямо показывают, что классическая схема «мутации плюс отбор» не объясняет происхождение такой новизны. Изменение отдельных генов само по себе не создаёт новые формы организации. Вместо этого исследователи указывают на более высокий уровень, так называемые программы экспрессии генов, сложные согласованные системы, в которых десятки и сотни генов работают вместе как единое целое. Именно эти программы, а не отдельные мутации, становятся субстратом для появления новых клеточных состояний и структур. Но здесь, по моему мнению, возникает ключевая проблема. Эти программы не возникают из хаоса, ведь они требуют предварительной согласованности, устойчивости и интеграции в уже существующую архитектуру клетки. Новизна, таким образом, не появляется как результат случайного перебора вариантов, а возможна только внутри строго ограниченного пространства, заданного уже существующими регуляторными сетями и клеточной организацией.
Фактически тут признаётся, что эволюция работает не с бесконечным набором случайных возможностей, а с заранее структурированным набором допустимых состояний. Это означает, что эволюционный процесс не свободен, а глубоко зависим от внутренних ограничений, архитектуры и информационной организации живой системы.
Именно здесь материалистическое объяснение начинает испытывать трудности. Ведь если новизна возможна только благодаря уже существующим программам и структурам, то возникает вопрос не только о том, как меняется жизнь, но и о том, откуда взялась сама способность к таким согласованным изменениям. Эволюция описывает перераспределение и переиспользование, но не объясняет происхождение самой архитектуры, в рамках которой это перераспределение становится возможным.
Таким образом, современные исследования, которых мы часто приводим в наших публикациях, не опровергают микроэволюцию и не отрицают адаптацию живых организмов. Они показывают , что происхождение биологической новизны не является следствием случайных мутаций, а проблема организации, информации и внутренней структуры живого. И именно на этом уровне у редукционистского и материалистического подхода начинаются серьезные проблемы требующие объяснения, вот только они не спешат это делать, в силу пропаганды.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Фокусируясь на вечном
Разумный Замысел для тех тех, кто не готов или не находит в себе силы оспаривать консенсусную природу Синтетической теории эволюции, а все аргументы против нее, ему видятся религиозно мотивированными https://xn--r1a.website/intelligentdesign_ru/1099 Механизм естественного…
Ещё одна формулировка аргумента от Дизайна (телеологии) биологических объектов, который актуален даже в условии истинности дарвинизма, как механизма производства этого дизайна.
I. Факт: Объективная насыщенность дизайном
P1. Биологический мир демонстрирует глубокую функциональную упорядоченность (от физических констант до биологических форм).
P2. Эта упорядоченность объективна: материя организована в сложные системы с конкретными функциями.
С1. Дизайн — это не субъективная иллюзия, а фундаментальная характеристика биологического мира.
II. Источник: Редукция к физике
P3. Биологический дизайн — лишь следствие физико-химических свойств и начальных условий вселенной.
P4. Следовательно, «чертеж» жизни заложен не в эволюции, естественном отборе, а в самих законах физики.
С2. Весь объем наблюдаемого дизайна сводится к первичной настройке физики.
III. Парадокс: Радикальная контингентность
P5. Физические законы и начальные условия контингентны (они логически не обязаны быть такими).
P6. Существует бесконечное множество «пустых» или хаотичных конфигураций законов, не порождающих порядок.
С3. То, что наш биологичечкий мир оказался именно «дизайнерски насыщенным», — это статистически невероятный и логически необязательный факт.
IV. Вывод: Проблема выбора
P7. Физика описывает механизмы, но не может объяснить, почему из всех вариантов реализован именно тот, который производит высокоупорядоченный результат.
P8. Выбор конкретной функциональной структуры из хаоса альтернатив — это атрибут разумного акта.
ИТОГ: Причинно-замкнутый, но контингентно «насыщенный дизайном» мир указывает на Трансцендентный Разум, задавший эти параметры на старте.
I. Факт: Объективная насыщенность дизайном
P1. Биологический мир демонстрирует глубокую функциональную упорядоченность (от физических констант до биологических форм).
P2. Эта упорядоченность объективна: материя организована в сложные системы с конкретными функциями.
С1. Дизайн — это не субъективная иллюзия, а фундаментальная характеристика биологического мира.
II. Источник: Редукция к физике
P3. Биологический дизайн — лишь следствие физико-химических свойств и начальных условий вселенной.
P4. Следовательно, «чертеж» жизни заложен не в эволюции, естественном отборе, а в самих законах физики.
С2. Весь объем наблюдаемого дизайна сводится к первичной настройке физики.
III. Парадокс: Радикальная контингентность
P5. Физические законы и начальные условия контингентны (они логически не обязаны быть такими).
P6. Существует бесконечное множество «пустых» или хаотичных конфигураций законов, не порождающих порядок.
С3. То, что наш биологичечкий мир оказался именно «дизайнерски насыщенным», — это статистически невероятный и логически необязательный факт.
IV. Вывод: Проблема выбора
P7. Физика описывает механизмы, но не может объяснить, почему из всех вариантов реализован именно тот, который производит высокоупорядоченный результат.
P8. Выбор конкретной функциональной структуры из хаоса альтернатив — это атрибут разумного акта.
ИТОГ: Причинно-замкнутый, но контингентно «насыщенный дизайном» мир указывает на Трансцендентный Разум, задавший эти параметры на старте.
Интеллектуальная цена отказа от разумной причины
Аргумент о дизайно-насыщенности мира показывает: чтобы отрицать разумную причину, приходится принимать ряд тяжёлых предположений.
Во-первых, нужно считать, что фундаментальные законы природы могли быть какими угодно, но случайно оказались совместимы со сложностью, жизнью и разумом — без какого-либо объяснения.
Во-вторых, приходится верить, что устойчивый функциональный порядок — от молекул до сознания — возник случайно, хотя мир при этом не направлен на появление функций
В-третьих, необходимо допустить, что семантическая информация, такая как генетический код, языки, может возникать без источника смысла, хотя во всех известных нам случаях коды и значения связаны с разумом
В-четвёртых, идея самоорганизации вынужденно расширяется до универсального объяснения порядка, функций и информации, несмотря на то, что сама она зависит от уже существующих законов
Наконец, гипотеза мультивселенной лишь переносит проблему, требуя механизма, создающего все возможные миры
Аргумент о дизайно-насыщенности мира показывает: чтобы отрицать разумную причину, приходится принимать ряд тяжёлых предположений.
Во-первых, нужно считать, что фундаментальные законы природы могли быть какими угодно, но случайно оказались совместимы со сложностью, жизнью и разумом — без какого-либо объяснения.
Во-вторых, приходится верить, что устойчивый функциональный порядок — от молекул до сознания — возник случайно, хотя мир при этом не направлен на появление функций
В-третьих, необходимо допустить, что семантическая информация, такая как генетический код, языки, может возникать без источника смысла, хотя во всех известных нам случаях коды и значения связаны с разумом
В-четвёртых, идея самоорганизации вынужденно расширяется до универсального объяснения порядка, функций и информации, несмотря на то, что сама она зависит от уже существующих законов
Наконец, гипотеза мультивселенной лишь переносит проблему, требуя механизма, создающего все возможные миры