• Пока идёт активная фаза конфликта на Украине, ни о каких положительных изменениях здесь говорить невозможно, поскольку политика норвежского правительства в отношении России напрямую зависит от широкой военно-политической динамики вокруг Киева. Осло в любом случае будет продолжать искать баланс между сдерживанием и поддержанием добрососедства.

• Тот факт, что, несмотря на протест ЕС, Норвегия всё-таки согласовала новые квоты на 2026 год и тем самым сохранила соглашение о рыболовстве с Россией, говорит о том, что для неё это важное направление взаимодействия с восточным соседом. Такое сотрудничество будет продолжаться даже в условиях политической турбулентности.

• Россия намерена сохранять и укреплять присутствие на Шпицбергене. Хотя в целом отношения Москвы и Осло остаются в непростом состоянии.

• В 2025 год Абхазия вступила с ворохом экономических проблем, политическим кризисом — в третий раз за десять лет произошла смена власти через протестные акции — и застоем на международном треке. Как оценивать итоги 2025 года? За год «Страна души» существенно оживилась. Абхазия пережила президентские и муниципальные выборы, которые обошлись без митингов и уже привычного противостояния властей и оппозиции, стабилизировалась ситуация и в экономике.

• Большая работа была проделала в сельском хозяйстве, и она уже приносит свои плоды (в буквальном смысле): за январь — ноябрь 2025 года товарооборот аграрной продукции с Россией вырос на 17% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Это стало возможным благодаря действующей в республике программе «Развитие сельского хозяйства», которая предусматривает поддержку аграрного сектора не деньгами, а, например, техникой и саженцами.

• Ещё одним локомотивом абхазской экономики выступает туризм. Здесь наиболее значимыми событиями года стали открытие аэропорта Сухума и запуск электропоезда «Диоскурия». Однако для роста туристической привлекательности республики этого недостаточно: предстоит наладить работу аэропорта и проверку документов на российско-абхазской границе, чтобы сократить время ожидания туристов и встречающих. Кроме того, многих гостей не устраивает качество сервиса в республике, поэтому они отдают предпочтение другим направлениям. Для развития индустрии туризма в стране действует программа «Гостеприимная Абхазия».

• Политический кризис преодолён. По данным социологического исследования, организованного Абхазским государственным университетом летом 2025 года, почти 65% опрошенных положительно оценивает работу главы Абхазии. Президенту доверяет 77% граждан. Тем не менее нельзя сказать, что политическая стабильность наступила окончательно и бесповоротно: сохраняется проблема коммуникации между обществом и властью, в стране по-прежнему достаточно большое количество (35,6%) недовольных. Неоднозначный результат показали муниципальные выборы — снова не обошлось без политических скандалов.

• Некоторое оживление произошло и на внешнеполитическом треке. Сохраняется традиционно плотное взаимодействие с Россией. В 2025 году Абхазию регулярно посещал первый заместитель руководителя администрации президента РФ Сергей Кириенко. Кроме того, визиты в республику совершали представители центральных органов исполнительной власти и руководители регионов. Большинство упомянутых ранее программ было запущено в тесной кооперации с российской стороной.

• Начало перезагрузки абхазского проекта можно считать успешным. Абхазия — маленькая страна с населением до 244 тысяч человек, и даже один завод, обеспечивающий 70 постоянных рабочих мест, — значимый актив. Вопрос лишь в том, как распорядиться такими активами и российской помощью. В конечном счёте многое зависит от самих жителей республики: например, модернизация изношенных электросетей, а значит и бесперебойная подача электричества осуществляется в том числе за счёт коммунальных платежей местного населения.

• Новый год в Индии отмечают не только в январе: в зависимости от календаря и региона празднества проходят и в апреле, и в июне. Понимание времени в южноазиатской стране в целом носит не линейный, а цикличный характер. В этом свете подведение итогов именно в конце календарного года — скорее условность, так как жизненный цикл продолжается и впереди ещё много возможностей для изменений.

• Индия в 2025 году вела энергичную и разнообразную внешнюю политику, пытаясь укреплять связи с разными регионами. Моди посетил 23 страны — рекордный показатель за период его пребывания у власти, — проведя за рубежом в общей сложности 43 дня. Однако само количество поездок не обязательно свидетельствует о качестве развития глобальных связей Индии. В ведущей национальной газете The Hindu внешнеполитическая деятельность Моди в 2025 году была охарактеризована как «показная дипломатия».

• Основным вызовом для Индии стали разногласия с США после прихода к власти Трампа. Помимо негодования Индии из-за заявлений американского президента об «урегулировании» им весеннего конфликта между Индией и Пакистаном, отношения Нью-Дели и Вашингтона обострились из-за введения США 25%-х пошлин на товары из стран, закупающих нефть у России. Кроме этого, Трамп ужесточил условия выдачи рабочих виз индийским специалистам, что сократило важные для экономики Индии переводы денежных средств в страну. За недостаточно жёсткий диалог с Вашингтоном подвергся критике и министр иностранных дел Индии Джайшанкар.

• В 2025 году российские СМИ активно обсуждали, сохранит ли наш давний стратегический союзник свою приверженность добрым отношениям или поддастся на давление Вашингтона и прекратит закупать российскую нефть. Визит Владимира Путина в Нью-Дели под конец года будто бы развеял сомнения и поставил точку в этом споре. Встреча прошла в дружеской атмосфере, но без громких заявлений и дипломатических прорывов.

• Несмотря на ряд встреч по урегулированию пограничного спора между Китаем и Индией, каких-либо конкретных соглашений в этом вопросе достигнуто не было. Дружественным шагом можно назвать восстановление авиасообщения между странами, но говорить о потеплении в отношениях не приходится. Индия по-прежнему конкурирует с КНР не только в Южной Азии, но и в Индийском океане, демонстрируя свои амбиции посредством развития морских инициатив.

• 2025 год показал, что Индии необходимо диверсифицировать свои внешнеполитические связи и развивать технологический потенциал, что в перспективе будет способствовать экономическому развитию. США не являются предсказуемым партнёром, а закупка большей части нефти у России связано с рисками для экономической стабильности Индии. 2026 год также станет важным для региональной безопасности и выстраивания более эффективных отношений Индии с соседями.

• В результате президентских выборов 2024 года, прошедших по уже традиционному для Ганы мирному сценарию и в соответствии с установленными демократическими процедурами, президентом страны стал Джон Махама — представитель на тот момент оппозиционного Национального демократического конгресса (НДК). Накопившиеся при Нана Акуфо-Аддо экономические проблемы, включая стремительный рост инфляции и безработицы, не позволили Новой патриотической партии (НПП) сохранить власть в 2024 году и способствовали успеху Махамы.

• Главной задачей нового президента стало преодоление экономической стагнации и, в первую очередь, борьба с высоким уровнем инфляции и безработицы. Стратегия экономических преобразований во многом воплотилась в программе «круглосуточная экономика» ("24-hour economy").

• На первый взгляд правительству Махамы удалось менее чем за год добиться значительных успехов. Так, уровень инфляции в стране снизился с 23,8% до 11,5%, а уже в ноябре темпы инфляции сократились до 6,3%. Вместе с тем власти приняли ряд непопулярных мер, включая введение дополнительного налога на топливо и повышение тарифов на электроэнергию и воду с 1 января 2026 года — на 9,86% и 15,92% соответственно.

• Многолетней проблемой в Гане остаётся галамсей (galamsey) — незаконная добыча полезных ископаемых — с одной стороны, ведущий к росту теневой экономики и загрязнению окружающей среды, а с другой, создающий рабочие места для представителей локальных сообществ и, таким образом, обеспечивающий выживание отдельных групп населения.

• После избрания Джона Махамы и убедительной победы НДК в Парламенте — партия контролирует почти 2/3 депутатских кресел — у многих могло сложиться впечатление о глубоком кризисе в рядах НПП. Однако для НДК политическое будущее не столь однозначно, поскольку президент более не имеет право баллотироваться на этот пост, а в партии так и не был запущен процесс утверждения преемника.

• На ситуацию в Иране сейчас обрушена вся мощь информационных инструментов западных стран, поэтому первое, что нужно отметить: для оценок этой ситуации слишком мало объективной информации, чтобы эти оценки были в достаточно высокой степени релевантны. Это не говоря уже о явных признаках внешней агрессии с использованием того, что принято называть прокси.

• Неслучайно во всех комментариях руководителей самого Ирана чётко проводится разделение: участники протестов, порожденных социально-экономическими причинами, — это одно, а диверсионно-террористические атаки — совершенно другое. В нейтрализации беспорядков со стороны государства была взята некая пауза, дабы чётче проявилась эта фрагментация протестной массы.

• Сейчас любая внешняя агрессия — скажем, очередные ракетно-бомбовые удары со стороны Израиля, США, Азербайджана, их возможных соучастников непосредственно в регионе — может оказаться сильным основанием для значительно большей консолидации иранского общества, хотя она была и остаётся очень высокой.

• Заявления в поддержку руководства Ирана со стороны России, Китая, ряда других стран носят политический характер, всем же понятно целеполагание внешних организаторов, направленное не только против Тегерана, но и против интересов Москвы и Пекина. Точно так же объяснимы реакции из США или стран Европы, которые однозначно направлены на обострение ситуации и упредительно на оправдание возможной прямой военной агрессии в отношении Ирана со стороны Израиля и США, а возможно, и на собственное в этом участие.

• Поведение стран Центральной Азии в этой ситуации показательно: можно долго и много рассуждать о статусе «средних держав» или о своей растущей роли в мире. Но если страна не способна дать оценку событиям в стране, находящейся непосредственно по соседству, если у страны отсутствует основанная на своих интересах позиция, то грош цена суверенитету такой страны. Элиты центральноазиатских стран боятся испортить отношения с США, Израилем, Западной Европой. Притом что с точки зрения практических интересов любая нестабильность в Иране принесёт им только вред, никак не пользу.

• В 2025 году Германия продолжала попытки найти пути преодоления кризисных явлений в политике, экономике и общественной жизни. Основные надежды были связаны с досрочными выборами в бундестаг. Опросы показывали уверенное лидерство блока ХДС/ХСС под руководством Фридриха Мерца. И действительно, выборы завершились победой христианских демократов, довольно быстро договорившихся о формировании правящей коалиции с СДПГ.

• «Сто дней» Мерца и почти год его работы показали, что ожидания вокруг него были сильно завышены. Находясь в оппозиции, Мерц выглядел целеустремленным политиком с устоявшейся системой взглядов и готовым к решительным действиям. Его нарочитая самоуверенность резко контрастировала с парализованной внутренними противоречиями «светофорной» коалицией. Консерватизм Мерца, в чём-то чрезмерный даже для ХДС, выглядел залогом возврата к «старой доброй» Германии, где поезда приходят вовремя.

• В действительности антикризисные меры канцлера Мерца свелись к отдельным ограничительным шагам в миграционной политике и начатому ещё Шольцем раскручиванию милитаристской риторики. Преобразования в социально-экономической сфере пока выглядят точечными и половинчатыми. Они не смогли замедлить процесс роста банкротств немецких компаний. Дискуссия вокруг пенсионной реформы показала, что чёрно-красная коалиция не сильно отличается от кабинета Шольца с его серьёзными внутренними противоречиями.

• Бенефициаром дисфункциональности немецкого политического мейнстрима закономерно стали партии с крайних флангов немецкой политики. «Альтернатива для Германии» уверенно лидирует в опросах, преодолев планку в 20% и постепенно увеличивая разрыв с христианскими демократами. На противоположном фланге набирает обороты Левая партия, которую ещё в 2024 году были готовы окончательно списать со счетов.

• Партии политического мейнстрима пока сохраняют командные высоты, однако их прежде недосягаемое преимущество постепенно размывается. Неслучайно правящая коалиция из двух «народных» партий вопреки традиции более не именуется «большой». Парламентское большинство ХДС/ХСС и СДПГ составляет всего дюжину депутатов и уже проявило себя не с лучшей стороны во время процедуры избрания федерального канцлера.

• Проблемой остаётся идеологизированная максималистская позиция Берлина по украинскому конфликту. На фоне непростого, но продолжающего развиваться российско-американского диалога, воинственность ФРГ чем дальше, тем больше выглядит дипломатической близорукостью. Правительство Мерца не смогло выработать оптимальную стратегию выхода из конфликта, которая позволила бы Германии сохранить лицо и компенсировать затраты на поддержку Украины.

• Другая мера, которая обсуждается в Брюсселе, нацелена на то, чтобы сократить импортные квоты ЕС на российские удобрения. Если эта информация верна, то это чуть ли не единственное ограничение, которое имеет экономическое обоснование.

• Это связано с тем, что российские химики традиционно воспринимаются в ЕС как серьёзные конкуренты. В остальном очередной пакет санкций представляет собой символические попытки ЕС выразить свой протест в отношении политики России.

• Для Европейского союза введение санкций — это уже своеобразная инерция. С политической точки зрения продолжение давления основано на своеобразной «сериальной» логике, при которой единовременное введение ограничений, вызвав единожды громкий эффект, далее перестаёт будоражить аудиторию. В случае же перманентного, регулярного введения новых ограничений сохраняется видимость вовлечённости в процесс, создаётся впечатление активных действий на внешнем контуре.

• В 2025 году Бельгия и Нидерланды прошли через новый этап структурного кризиса, характеризующегося многоаспектностью и протяжённостью. Неспособность национальных правительств выстроить оптимальную иерархию приоритетов для решения целого пласта социально-экономических проблем и неготовность сил правительственных коалиций идти на компромисс традиционно лишь усугубляют общее кризисное состояние в двух странах, формируя ещё одно измерение кризиса — внутриполитическое.

• В экономической сфере в 2025 году Нидерланды вновь продемонстрировали более устойчивое развитие, чем Бельгия. Несмотря на наличие признаков структурного кризиса, следствием которого в том числе является замедление темпов роста, общие макроэкономические показатели Нидерландов выглядят более стабильно, чем в Бельгии и многих других странах ЕС. Можно сказать, что 2025 год для экономики Нидерландов стал периодом «скромного оптимизма на фоне старых проблем». В то же время сохраняются такие структурные вызовы, как жилищный кризис, энергетический переход, относительно низкая конкурентоспособность предприятий, старение населения.

• Экономика Бельгии в 2025 году традиционно продемонстрировала свою меньшую устойчивость. Одной из основных проблем бельгийской экономики в прошедшем году вновь стал кризис государственных финансов: основные макроэкономическое показатели демонстрируют негативную динамику (дефицит государственного бюджета может достичь порядка 5,3% ВВП при целевом показателе не более 3%, а государственный долг — около 107% ВВП при норме не более 60%).

• Особую остроту новому витку структурного кризиса в Бельгии и Нидерландах в 2025 году придали проблемы внутриполитического характера. Для этих стран с дробным политическим ландшафтом традиционно характерно формирование относительно неустойчивых правительственных коалиций, в состав которых часто входят партии, представляющие разные фланги политического спектра. В результате, нередким явлением в странах Бенилюкс является частая смена правительственных кабинетов, проведение досрочных выборов и долгий процесс формирования новых коалиций.

• В сфере внешней политики Нидерланды и Бельгия традиционно выступают в роли малых держав, не способных оказывать серьёзное самостоятельное влияние на решение ключевых вопросов международной повестки, при этом старающихся мультиплицировать свой вес за счёт участия в многосторонних форматах (включая интеграционные объединения). Внешняя политика двух стран в 2025 году, как и в предыдущие годы, выстраивалась вокруг нескольких основных направлений: украинского кризиса, ближневосточного конфликта и роста напряжённости в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

• Можно ожидать, что в 2026 году в Нидерландах и Бельгии сохранятся аналогичные проблемы социально-экономического характера. При этом эффективность преодоления кризисных явлений будет зависеть от действий национальных правительств: от того, в какой мере различным политическим силам удастся договориться между собой, и от того, насколько оптимальной будет выстроенная ими иерархия приоритетов в проведении социально-экономической политики. Во внешней политике двух стран «восточноевропейское», ближневосточное и азиатско-тихоокеанское направления, вероятно, останутся в числе приоритетных.

• Когда Россия говорит, что заинтересована в добрососедских отношениях с ЕС, это стратегическая установка. Акцент в выступлении президента намеренно размыт: речь не только о российских предложениях по европейской безопасности, выдвинутых в декабре 2021 года, а вообще обо всех российских инициативах по этой теме, выдвинутых ранее, включая инициативу договора о европейской безопасности 2008 года.

• Это выступление прозвучало сейчас, потому что военная риторика в ЕС достигла опасного уровня. Пока руководство союза и ведущих европейских стран всё громче заявляет о неизбежности вооружённого конфликта с Россией, Владимир Путин решил напомнить, что неизбежности нет и можно вернуться к диалогу, учтя прошлые ошибки, включая игнорирование Западом интересов России: «Об открытой двери надо оповестить».

• Нынешние заявления президента косвенно могут быть истолкованы и как приглашение европейским странам выдвинуть свои идеи по урегулированию украинского кризиса — естественно, если они будут конструктивными, а не бесконечными призывами накачивать оружием Киев и «наказывать» Россию. Не всё ведь обсуждать этот кризис с одними американцами. Если угодно, это приглашение Европе начать преодолевать её внешнеполитическое ничтожество за счёт диалога с Россией. Но вероятность, что европейцы воспользуются приглашением, невелика.

• Учёт пространственного фактора является необходимым условием сбалансированного социально-экономического развития регионов России. Игнорирование территориальной неоднородности и взаимовлияния регионов через культурно-информационные и социально-экономические потоки снижает эффективность управленческих решений.

• Методы пространственного статистического анализа — инструмент повышения эффективности управленческих решений. Они могут применяться на различных территориальных уровнях: группировка территорий, рейтингование и составление сводной оценки территорий; разработка мер государственной поддержки; анализ факторов механизмов, влияющих на успешность достижения ключевых показателей эффективности.

• Кластерный анализ — один из методов пространственного статистического анализа, позволяет учитывать как географическую, так и социально-экономическую близость регионов. Использование альтернативных подходов к группировке субъектов России с учётом отраслевой проблематики и географической близости может позволить оптимизировать управленческие решения и повысить эффективность федерального регулирования отрасли.

• Методы пространственного анализа позволяют учитывать фактор соседства и получать более объективные сравнения регионов. Расчёт пространственного лага или индекса Морана основывается на гипотезе о сходстве исходных условий у соседних территорий, что делает рейтинги и сопоставления межрегионального и муниципального уровня более точными.

• Пространственный фактор важен, но не обладает всеобъясняющей силой. Он играет важную роль в анализе социально-экономического состояния территорий, однако для управленческих решений его необходимо рассматривать в контексте конкретных целей и задач.