• Визит Верховного правителя Малайзии стоит рассматривать как знак особого уважения и интереса к российской культуре. Отношения двух стран в последние несколько лет развиваются очень динамично — в прошлом году Верховный правитель Малайзии уже посещал Россию.

• Россия и Малайзия прорабатывают вопросы расширения образовательных обменов, способы стимулирования взаимной торговли и туристических обменов. Малайзия стала одним из партнёров БРИКС и рассматривает сотрудничество с этим объединением как один из способов диверсификации своих международных связей и увеличения стратегических возможностей в условиях глобальной турбулентности.

• Страны объединяет интерес к более справедливому глобальному управлению, взаимодействие мусульманских общин. Кроме того, есть заинтересованность в развитии экономических связей.

• Подписание торгового соглашения между ЕС и МЕРКОСУР 17 января выглядело как долгожданный реванш евробюрократов. Но на фоне повсеместного торжества национального эгоизма в торгово-экономических отношениях с подачи администрации президента США Трампа новые шаги в сторону формирования самой большой в мире зоны свободной торговли кажутся запоздалым приветом из недавнего прошлого.

• На фоне бушующих по всему миру торговых войн, санкций и пошлин ЕС и МЕРКОСУР смогли прийти к компромиссу и подписать соглашение о свободной торговле. Однако ожидаемого триумфа европейского мультилатерализма не произошло. Во-первых, текст документа содержит множество оговорок и ограничений. Для отдельных категорий товаров сохраняются пошлины, действуют квоты, предусмотрен переходный период отмены ограничений. При этом новые акции европейских фермеров показывают, что они по-прежнему не считают свою интересы в полной мере учтёнными.

• Во-вторых, депутаты Европарламента проголосовали за то, чтобы торговое соглашение с МЕРКОСУР получило юридическое заключение Европейского суда о соответствии европейскому законодательству. Это решение рискует затянуть ратификацию документа. Примечательно, что результат голосования был обеспечен в том числе депутатами от немецкой «Альтернативы для Германии» (АдГ), находящейся под брандмауэром у себя дома. Вместе с ними за передачу соглашения в суд проголосовали ярые противники АдГ из числа немецких «зелёных».

• Голосование, касающееся крупнейшего в истории ЕС торгового соглашения, переговоры вокруг которого длились больше четверти века, стало демонстрацией продолжающейся поляризации европейских политических сил. На первый взгляд, консенсусной инициативе не хватило критической массы поддержки для быстрого перехода от слов к делу.

• Своеобразный бунт флангов против некогда мощного политического центра завершился успехом, который, безусловно, вдохновит оппозиционные силы в государствах ЕС на те или иные форматы скоординированной активности против мейнстрима.

В случае серьёзной нестабильности в Иране это затронет коридор «Север — Юг» и все коммуникации, проходящие через территорию Ирана и не только ИРИ. В любом случае это дестабилизирует гораздо более обширный регион.

• Несколько лет назад верховный лидер ИРИ принял фетву, объявляющую противоречащим исламу создание и использование ядерного оружия. Фетва — основополагающий документ религиозного характера, который регламентирует те или иные действия, в данном случае политического, военного характера.

• Однако действия США и Израиля только подталкивают Иран к той же модели безопасности, которую успешно используют в КНДР. КНДР создала ядерное оружие и, если проследить на протяжении нескольких лет динамику противоречий отношений западных стран к Северной Корее, то эта динамика пошла на убыль. Потому что ядерное оружие ещё со времён холодной войны является оружием сдерживания.

• Все, включая США, дважды подумают, прежде чем предпринимать какие-либо агрессивные действия против страны, обладающей даже минимальными запасами ядерных боеголовок, минимальными запасами ядерного оружия. Таким образом, Иран просто подталкивают к тому, чтобы ускорить разработку ядерного оружия.

• В последние три десятилетия в результате успешно проведённых либеральных реформ заметно возросла экономическая мощь Индии, а страна превратилась в один из влиятельных центров современного мирового хозяйства. По итогам 2024 года южноазиатская республика сохранила за собой третье место в мировом рейтинге стран-лидеров по объёму ВВП по ППС и пятое — по ВВП по обменному курсу.

• Солидные темпы экономического роста вкупе с финансовой устойчивостью и успешным решением социальных проблем, обеспечивающиеся эффективным использованием как внутренних факторов, так и внешних, а также успехами в реализации инфраструктурных проектов, позволили Индии стать одним из ведущих игроков из числа «новых» доноров.

• В последние три десятилетия Индия обозначила себя в качестве серьёзного финансового донора развивающихся государств, в особенности Южной и Юго-Восточной Азии, а также Африки. Специфической чертой индийского механизма предоставления помощи является преимущественная ориентация на двусторонний формат взаимодействия, в то время как лишь незначительная её часть направляется по многосторонним каналам и посредством международных структур.

• В общем объёме предоставляемой индийским правительством помощи, преимущественно носящей «связанный» характер, сокращается доля льготных кредитов и растёт доля грантов. Всё это позволяет Индии более эффективно реализовывать свои внешнеэкономические и иные интересы.

• Заметное увеличение объёма индийской помощи и количества реализуемых в развивающихся странах проектов даёт возможность Индии усиливать свои экономические позиции в странах-реципиентах, обеспечивая благоприятные условия для зарубежной деятельности индийских компаний, создавая серьёзный задел на будущее для расширения двусторонних торгово-экономических, политических, военно-технических и иных связей с этими государствами.

• В условиях роста потребности в сырьевых и, в первую очередь, энергетических ресурсах Индия в обозримой перспективе при увеличении объёмов помощи государствам Южной и Юго-Восточной Азии, Африки и Латинской Америки будет исходить исключительно из насущных потребностей индийского государственного и частного секторов, стремясь охватить своим воздействием всё большее число располагающих ощутимыми запасами природных ресурсов стран-реципиентов.

• Внутри Европейского союза на данный момент сложились три условные группы политиков, которые преследуют разные подходы по отношению к американской администрации. Есть политики, которые стремятся выстроить диалог с трамповской администрацией, это как раз лидеры Словакии и Венгрии, которые во многом идейно близки команде Трампа и, конечно, пытаются использовать эту ситуацию в своих интересах.

• Есть те, кто считают, что Трампа нужно переждать, как пережидали его первый срок, дождавшись президентства Байдена, которое во многом откатило все то, что сделал Трамп, в первый свой срок, и сейчас они считают, что получится сделать то же самое — нужно только подождать. И, наконец, третья группа — это те, кто стремится противодействовать американской администрации, даже если это может грозить определёнными рисками как для ЕС в целом, так и для отдельных государств, а также для Североатлантического альянса.

• Эти три позиции внутри ЕС пытаются как-то между собой договориться, взаимодействовать, и отсюда возникают разного рода кризисные ситуации, связанные с информационными кампаниями, и, вероятно, эта ситуация никуда не исчезнет не только до того момента, пока Трамп не покинет Белый дом, но и она в той или иной форме сохранится при преемнике Дональда Трампа.

• Не важно, кто конкретно это будет, представителем какой партии будет новый президент, поскольку многие изменения в отношениях между ЕС и США выходят явно за рамки действующей американской администрации и являются долгосрочным трендом мировой политики.

• Пространство СНГ — это очень разные страны, которые идут разными путями. Даже если мы оставим в стороне союзников России по ОДКБ, участников ЕАЭС, много ли общего у повестки российской внешней политики на направлении Молдавии и на направлении Узбекистана? Хотя формально Молдавия до сих пор остаётся в СНГ.

• Следующий вопрос, а что мы называем СНГ? Идёт ли речь о тех, кто регулярно принимает участие во встречах на высшем уровне? Или идёт речь о странах, которые когда-то выступили учредителями СНГ? Или речь идёт о странах, которые участвуют до сих пор в каких-то соглашениях, которые были заключены в рамках СНГ. СНГ — десятки соглашений по очень многим вопросам, которые затрагивают практическую жизнь граждан наших стран. В зависимости от этой рамки ответ по поводу перезагрузки может быть разным.

• Есть аберрация российского взгляда на СНГ в медийно-политическом пространстве. В России существует ожидание, и не вполне оправданное, что, с одной стороны, специальная военная операция на Украине — время некоторой паузы в российской внешней политике на остальных направлениях. С другой стороны — есть ожидание, что победа России в СВО изменит всё на постсоветском пространстве, решит все прочие внешнеполитические проблемы России, по крайней мере, на постсоветском пространстве.

• Во-первых, жизнь не даёт возможность ставить внешнюю политику на других направлениях на паузу. Во-вторых, не стоит ожидать, что победа в СВО, когда она наступит, радикально изменит отношения России с соседями.

• В той или иной степени бывшие советские республики переживают те же самые сдвиги, которые переживает весь мир — тренд на консерватизм, на приоритизацию суверенитета и на национализм. И то, на что очень остро и, на мой взгляд, оправданно остро реагируют в России — те или иные внутриполитические сдвиги в бывших советских республиках, которые направлены на националистическую сторону, всякого рода борьба с русским языком и другие подобные вещи, будут с нами надолго.

• Надо определить, что мы понимаем под перезагрузкой, если мы обсуждаем её целесообразность. Далее вопрос — это откат до заводских настроек или поверхностная перезагрузка, которая освобождает «оперативную память».

• Стоит говорить о некоторой донастройке на двух уровнях. Первый уровень — уровень целеполагания. Принципиальный момент заключается в том, что российская политика на протяжении постсоветского периода прагматична, речь идёт о вопросах безопасности, экономического развития, Россия подчёркнуто не обращается к техникам морализаторства. В таком смысле это нормальная, традиционная политика, направленная на сохранение статус-кво.

• Экономический прагматизм — это хорошо и необходимо, но этого недостаточно. Особенно недостаточно в условиях роста междержавного соперничества, когда отношения между государствами периодически «штормит», происходит подъём национализма. В гуманитарной сфере всё далеко не так оптимистично. На уровне донастройки целей вопросы гуманитарного взаимодействия, прав соотечественников, прав русскоязычных граждан стран СНГ, ситуация в СМИ — вопросы первостепенной важности, которые требуют внимания.

• Второй момент — донастройка на уровне инструментов. Здесь есть хороший резерв для роста и развития. Например, сейчас в России обучается около 400 тысяч иностранных студентов, из них больше половины — граждане стран СНГ. С одной стороны, это вклад России в дело развития сотрудничества, потому что значительная часть этих студентов обучается за счёт федерального бюджета России. С другой стороны, это ресурс, который можно более активно задействовать для укрепления взаимопонимания, в том числе на уровне совместных инициатив со странами СНГ.

• Принятие Россией предложения по энергоперемирию сделано для благоприятного фона не столько в переговорах с Украиной, сколько с США. Иными словами, в Кремле пошли навстречу Трампу по наименее значимому для Москвы вопросу, чтобы укрепить позиции по более значимым.

• В ситуации с энергоперемирием января — февраля 2026 года есть как минимум два отличия от моратория марта — апреля 2025 года. Первым отличием является то, что весной прошлого года от России требовали перемирия по линии боевого соприкносновения, а односторонний мораторий на некоторые удары был средством уйти от этого давления. Сейчас российская переговорная позиция скорее наступательная, задача дипломатии Москвы состоит в том, чтобы избежать возвращения Вашингтона к байденовской политике.

• Вторым отличием от ситуации с энергоперемирием марта — апреля 2025 года является то, что в марте прошлого года в Киеве думали, что обмен ударами по инфраструктурным объектам может быть симметричным. Но сейчас о симметрии речь не идёт.

• Пока из-за недостатка информации затруднительно судить, достигнуты ли поставленные для ударов по украинской энергетике цели. Но точно можно сказать, что мораторий с 29 января по 1 февраля практически не связывает военным руки. По длительности он сопоставим с обычными паузами между крупными атаками.

• Политически Евросоюзу важно найти относительно чувствительные для санкций сферы деятельности Москвы. Конкретные сроки введения рестрикций против российской атомной отрасли будут сильно зависеть от состояния украинского конфликта и экономики самих стран ЕС.

• Кроме того, в Евросоюзе есть по крайней мере две страны, от которых можно ждать серьёзных возражений: Венгрия, где «Росатом» строит энергоблоки «Пакш-2», и Франция, энергетический баланс которой завязан на атомную энергию (около 70% электрогенерации).

• В ближайшей перспективе не исключено принятие какого-то декларативного, рамочного решения в этой области, которое, однако не будет ставить жёсткие юридические условия. В отдалённой перспективе возможно создание более серьёзного ограничительного режима, но, скорее всего, как это часто бывает в практике Евросоюза, с наличием оговорок и исключений, касающихся энергетической безопасности отдельных рынков.

• Политически Евросоюзу важно найти относительно чувствительные для санкций сферы деятельности Москвы. Конкретные сроки введения рестрикций против российской атомной отрасли будут сильно зависеть от состояния украинского конфликта и экономики самих стран ЕС.

• Кроме того, в Евросоюзе есть по крайней мере две страны, от которых можно ждать серьёзных возражений: Венгрия, где «Росатом» строит энергоблоки «Пакш-2», и Франция, энергетический баланс которой завязан на атомную энергию (около 70% электрогенерации).

• В ближайшей перспективе не исключено принятие какого-то декларативного, рамочного решения в этой области, которое, однако не будет ставить жёсткие юридические условия. В отдалённой перспективе возможно создание более серьёзного ограничительного режима, но, скорее всего, как это часто бывает в практике Евросоюза, с наличием оговорок и исключений, касающихся энергетической безопасности отдельных рынков.

• Январский визит большой правительственной делегации ФРГ во главе с канцлером Мерцем в Рим взбодрил германо-итальянские отношения. Переговоры завершились подписанием ряда соглашений в сфере экономического сотрудничества и безопасности. Согласно утечкам из немецкой и итальянской делегаций, Мерц и Мелони быстро нашли общий язык и договорились о координации позиций на общеевропейском треке по ключевым вопросам реформирования ЕС.

• Успешный вояж Мерца в «Вечный город» вызвал разговоры о желании Берлина найти замену строптивой Франции в качестве основного европейского партнёра. Франко-германский тандем, традиционно выступавший базовой несущей конструкцией европейской интеграции, переживает в последние годы нелучшие времена. Реформаторский пыл президента Франции Макрона был в основном проигнорирован экс-канцлером Германии Меркель. Пандемия коронавируса и украинский конфликт также не смогли вдохнуть во франко-германское сотрудничество новую жизнь.

• Итальянский маневр Мерца выглядит логичным шагом, демонстрирующим Франции, что незаменимых в ЕС нет, и у Берлина хватает сил на внутриевропейскую многовекторность. Италия как крупная промышленная держава готова поддерживать немецкие подходы в экономической и торговой политике без французских великодержавных замашек. Есть у Берлина и Рима и общее видение по внешнеполитическим вопросам.

• Тем не менее, «итальянский поход» Фридриха Мерца сам по себе не способен совершить рокировку между Парижем и Римом в иерархии приоритетов немецкой дипломатии. Хотя диалог с Францией переживает нелучшие времена, его структурные основы остаются неизменными. Франко-германский тандем — это не только союз двух крупнейших экономик ЕС, но и сплав интересов в политике, безопасности, идейном целеполагании.

• Впрочем, если смотреть на отношения в треугольнике Берлин-Париж-Рим вне подчёркнуто конфронтационной логики, то подключение Италии к франко-германскому тандему может усилить возможности всех участников этого союза. Такая перспектива открылась ещё в 2021 году после заключения Квиринальского трактата между Францией и Италией. На фоне новой волны разговоров о европейской стратегической автономии крупнейшие европейские государства будут заинтересованы в развитии новых форматов сотрудничества внутри ЕС.

• Первые поселенцы в Гренландии — инуиты, выходцы из Канадской Арктики. Коренные народы начали заселять территорию острова примерно за 2500 лет до нашей эры. Считается, что первым из европейцев Гренландии достиг Эрик Рыжий в 982 году. Он основал там первые поселения викингов, которые просуществовали несколько столетий.

• В XVIII веке началась датская колонизация острова. После распада Датско-норвежской унии в 1814 году Гренландия осталась за Данией и формально стала колонией. Лишь в 1953 году остров стал полноценной частью Датского королевства.

• Впервые США предложили купить Гренландию после приобретения Аляски у Российской империи в 1867 году. Следующая попытка была уже в годы Первой мировой войны. Впоследствии Штаты неоднократно предлагали купить остров: в 1930-х годах, в 1946-м году. И совсем недавно к этой идее вернулся Дональд Трамп.

• Во время Второй мировой войны американцы разместили более десяти военных баз по всей территории Гренландии. С этого момента начинается постоянное военное присутствие США на острове. В годы холодной войны американская авиабаза Туле стала ключевым элементом противоракетной обороны всей Северной Америки.

• Сегодня можно выделить две составляющие американского интереса к Гренландии. Объективно остров имеет большое значение для национальной безопасности США, богат природными ресурсами. Тем не менее субъективный фактор сейчас перевешивает. Наблюдается личное стремление Трампа войти в историю. Он переносит свои предпринимательские стратегии в политику: выдвигает заведомо нереалистичные требования и оказывает моральное давление на европейцев.

• Дания не готова уступать Гренландию, поскольку для неё это жизненный интерес. Здесь важен фактор арктической идентичности Дании, поскольку без Гренландии она перестанет быть арктической державой. История Северной Атлантики с XIX века — это, по сути, история распада Датского королевства. Они потеряли Норвегию и Исландию, а Фареры и Гренландия стали автономиями. Если они отделятся, что тогда останется от самой Дании?

• Сегодня Гренландия — это суверенная территория Дании, которая обладает автономным статусом. У неё есть собственные органы законодательной и исполнительной власти. Большинство внутриполитических вопросов отданы в ведение Гренландии, однако оборона и безопасность остаются прерогативой датской короны.

• В Гренландии в целом довольно сильны сепаратистские настроения. «Гренландская мечта» — это обретение независимости. У Гренландии есть юридическая возможность выйти из состава королевства. Тем не менее сама Дания не заинтересована в отделении острова, а у гренландцев пока что нет ни экономических, ни военно-политических ресурсов, чтобы эту независимость поддерживать.

• Пауза была рассчитана Москвой до запланированных на 1 февраля переговоров. С переносом встречи продление моратория потребовало бы новой договорённости с США. У Москвы в отсутствие ответного «жеста доброй воли» со стороны Киева угасла мотивация к пролонгации паузы.

• Сообщения о том, что пауза достигнута в дискуссиях Украины с Россией в Абу-Даби — ложный вброс Киева ради демонстрации эффективности своих переговорщиков. Зеленский отрицает удары России по энергообъектам Украины, так как не хочет «разрушать» то, что уже де-факто объявил успехом. Кроме того, Дональд Трамп просил Владимира Путина именно о паузе для Киева и по нему действительно до сих пор не бьют.

• Перенос второго раунда переговоров с 1 февраля на четыре дня может быть обусловлен тем, что Украина не хотела проводить переговоры в Абу-Даби без участия США, а теперь подтверждается, что 4–5 февраля будет именно трёхсторонняя встреча. Но обнадёживающие факторы — само продолжение переговоров по тому же механизму рабочих групп, которые предложила Россия.

• Зачастую можно встретить формулировку о том, что торговые переговоры между Индией и ЕС велись около 20 лет. Действительно, начало переговорам было положено в 2007 году, но уже в 2013 году они были приостановлены из-за разногласий между странами по поводу интеллектуальной собственности, виз для высококвалифицированных кадров из Индии, нежелания Нью-Дели снижать импортные пошлины для ряда товаров, нетарифных барьеров со стороны ЕС. Обсуждения были возобновлены в 2022 году, когда на международной арене наступил новый период неопределённости и геополитической нестабильности.

• Лишь в конце января этого года было объявлено о завершении переговоров. Индия снизит пошлины на 96,6% товаров из ЕС, ЕС — на 99,5% товаров из Индии в течение семи лет. Вступление соглашения в силу планируется к 2027 году после ряда неотъемлемых бюрократических шагов: публикации проекта соглашения, подробного анализа текста на соответствие законодательствам, перевода документа на все языки ЕС, его принятия Советом ЕС, подписания, а затем получения одобрения от Парламента ЕС и Совета на вступление договора в силу, после чего последует ратификация Нью-Дели и Брюсселем.

• Очевидно, что экономическим отношениям Индии и ЕС есть куда расти, однако на фоне повышения Вашингтоном торговых пошлин и роста влияния Китая как ЕС, так и Индии необходима диверсификация связей. Значение торговой сделки между Индией и ЕС шире, чем достижение договорённостей по регламентации продажи и покупки ряда товаров. Она служит инструментом экономической безопасности и стратегической автономности.

• Отдельного внимания заслуживает механизм углеродной корректировки. Это так называемый налог на импорт товаров, произведённых с большим выбросом СО2. Индия не получила послаблений, однако Брюссель и Нью-Дели договорились о том, что послабления для других стран будут автоматически распространяться и на Индию. Кроме этого, ЕС пообещал предоставить финансовую поддержку (500 млн евро) и обеспечить техническую экспертизу для декарбонизации сталелитейной и алюминиевой промышленности Индии.

• Для России соглашение между ЕС и Индией является вызовом в среднесрочной и долгосрочной перспективах. Несмотря на то что Москва не ведёт с Нью-Дели прямых переговоров о зоне свободной торговле, в 2025 году ЕАЭС и Индия заключили соглашение о намерениях её создания. В ноябре прошлого года состоялся первый раунд переговоров, замедления в которых могут привести к снижению роли России не только во внешней политике Индии, но и в Южной Азии в целом.

• Торговая сделка между Индией и ЕС — ещё одно проявление выстраивания новой архитектуры безопасности на международной арене. Экономические переговоры тесно связываются со стратегической и экономической безопасностью, а былые экономические противоречия преодолеваются за счёт общих политических интересов.