Кстати, сейчас ситуация с книжками осложняется вот этой прекрасной дамой.

Я молюсь всем богам, что найду ей классную семью, но пока она живет под пристальным надзором кота.

Читаю крутые пересказы греческих мифов и смотрю как он воспитывает молодое поколение.

Порывы сердца, безрассудные и даже идиотские поступки это волшебно наивно, но так далеко от меня. Где-то на уровне «бросить всё, чтобы заняться тренировкой самых ловких вомбатов». И всё же, вот она, кошка, сидит и пырит на меня своими огромными желтыми глазами.

Что сказать? Да ничего… надо читать.

«Сердца трех» Джека Лондона аккумулировал в себе двести пятьдесят тысяч авантюрных поступков на квадратный сантиметр. И самый первый это написать этот роман или сценарий. Роман-сценарий? Ах, какая бы вышла нетфликсовская адаптация…

Кажется, что менять сюжет особо не нужно: наследник невероятного состояния Френсис Морган забавы ради отправляется на поиски сокровища майя. В процессе, он случайно встречается со своим дальним родственником Генри и его невестой Леонисией*. Ну и на самом деле всё.

Забавно, что в ходе почти трехсотстраничного повествования не меняется НИЧЕГО. Да, это многосерийный фильм и это максимально странно. Странно, читая Лондона думать не о грустном, о языке, о холодном воздухе, который покалывает щеки, а о взрывах, огромных глазах Леонисии и… нет времени объяснять, за мной погоня.

То есть, здесь форма постоянного экшена полностью съела содержание. Кажется, что это окей, просто знаешь… как-то вот соскучилась по северному стоицизму.

*мне не нравится это имя настолько, что я мысленно всю книгу заменяла его на Багз Банни.

В прошлый визит к ветеринару, коту посоветовали сбросить вес.

Он думал, что диета, это худшее что случалось в его жизни, пока не столкнулся вот с этим существом.

А еще я дочитала трилогию «Дракон и Буревестрик» Тома Белла.

Перед прочтением у меня был ряд ложных представлений об этой книге. Поэтому важно тебя предупредить:

1) это не перевод, писатель изначально писал на русском!

2) это скорее любовный роман, чем приключенческое фэнтези;

3) в нем намного больше сложных вопросов о судьбе человека, чем я ожидала. И я бы сказала, что они даже классно вплетены в сюжет;

4) лучше меньше метафор, чем больше. Возможно, лучше вообще без них.

Вот. Как то больше и сказать нечего.

Я прочитала «Воздушные змеи» Ромена Гари.

Я давно так не плакала над книгой и, если честно, то я не жалею ни одной слезинки.

Больше мне и ничего сказать.

Ненавижу чтение книг. Остановиться не могу, но продолжать больнее и больнее. Но остановится не могу.

Может люди со временем становятся тоньше, хрупче, как старая бумага? Даже ветер может унести, порвать, испачкать.
Берусь за новую книгу и она меня как будто изнутри ест. Я стала меньше, слабже, уже и не выношу и половины того, что приносят мне страницы.

Однажды проснусь, и вот мой удел это «Улисс».

Или книга правил по настолке. Хотя на ней я тоже расплачусь.

Я, кстати, всё равно много прочитала за последний месяц. Но сюда принесу «Сезон отравленных плодов» Веры Богдановой. А вдруг я не одна пострадала? Может, создадим клуб несчастных миллениалов, читавших «Сезон…» и задохнувшихся на середине чтения?
Вступительный взнос — счёт от психолога и ведро слёз.

То есть я хочу сказать, пусть и не очень внятно: (не) надо читать эту книгу. Там будет больно. Особенно если ты попадаешь в целевую аудиторию: чувствительный мешочек травм в районе тридцати.

Книга кажется простой, всего два болезненно плотных слоя: насилие и внутренний мир трёх ключевых героев — Жени, Даши и Ильи. Любовный треугольник важен для контекста, но всё самое ценное разворачивается вокруг — в сценических складках, а не на первом плане.

Поколенческий роман? Думаю, он к этому стремится. Отсылок к 90-м и ранним 2000-м мне показалось многовато, хотя я была куплена ещё на этапе флёра пригородной электрички и сельской дискотеки. Но дело не в отсылках.

По наивности или по глупости я никогда не смотрела по сторонам своей жизни. Что хранится в подполье памяти, что мелькает на периферии зрения, но не выходит? Родители, друзья, школа — а за ними-то что? Серое небо, вечная бесцельность и полное ощущение небезопасности. Как будто жизнь в любой момент может раздавить.

И вот если тебе это знакомо — не надо туда возвращаться, не надо туда заглядывать, не надо читать «Сезон…»! Потому что тазик слёз за нас двоих я уже наплакала.

Всего-то.

Похоже теперь у кота есть кошка.

Отдать её не получилось, да она и сама не очень то и хотела.

Надо установить, выгнать всех и жить в своей персональной библиотеке.

МУХАХАХАХАХА!

https://youtu.be/gsNA-pYy9LY?si=JLeDavMgrtyexVt_

Смотри, Билл Сайфер* и Сэм Роквелл в одном фильме!

*треугольник из Гравити Фолз

Я приняла волевое решение, выкатить невероятное полотнище текста 2ого января.

А пока с Новым годом!

Чёрт с ним с Новым годом.

Я перечитала всего Бакмана.
А он возьми и новую книгу выпусти.
Что подтверждает простую истину: пиши посты, женщина! новое неизбежно.

Новое приходит, захватывает пространство, высасывает весь воздух, и я медленно задыхаюсь, потому что даже лёгкие сопротивляются новому.

Я же простой, чёрт возьми, человек.
У меня мигрени, счета, два кота, а тут еще и новая книга. В отместку, я напишу о Бакмане всё что думаю. Как есть.

Фредерик Бакман невероятно талантлив в том, что он делает. Думаю он один из самых талантливых писателей в жанре трагикомической прозы. И есть вероятность, что он ещё и человек приятный.

И его новая книга… знаешь, я к ней предвзята.
Я на клеточном уровне против того, чтобы критиковать книгу о море, любви и искусстве.

Сюжет в «Мои друзьях» существует в двух временных линиях.
В первой, главная героиня Луиза бежит от одиночества к искусству. И одиночество здесь то самое – мучительное, бесхозное, несчастное. Знакомое.
Героиня использует сюжетную ниточку, ведущую во вторую временную линию. Там любовь к творчеству сопротивляется хтоническому бытию.

И с этим сложнее.
У Бакмана дружба это общность. Взаимность. Поддержка. Четверка подростков формирует общие ценности, вопреки обстоятельствам. А в конце… будто проигрывает. Как будто их дружба растворяется в истории Луизы, замыкаясь на ней. И сердце моё не выдерживает.

Я старая, понимаешь? Я дружбу то уже и не помню. Как она там, существует ли ещё? На фоне этого бескрайнего, поглощающего, глубокого моря нашей жизни, есть ли еще люди, что держатся друг за друга на берегу?г

Я сначала раза в три сократила оригинал поста, а потом и вовсе переписала.

Так что не такое и полотнище, сорри.