Наши коллеги из Института макроэкономических и региональных исследований при Кабинете министров Узбекистана подготовили видеоролик по итогам нашего совместного семинара

На прошлой неделе модерировал сессию, посвященную экономической безопасности, на конференции клуба «Валдай» по евразийской безопасности (видео - здесь).

Тема экономической безопасности вышла на первый план по причине хаотизации международных экономических отношений, а также все более широкого использования зависимостей и активов (доллара, ресурсов, технологических товаров, логистических каналов, доступа на рынки и др.) в качестве оружия.

Есть несколько стратегий, по которым евразийские страны обеспечивают свою экономическую безопасность в этих условиях: развитие альтернативной инфраструктуры, диверсификация торговых и инвестиционных партнерств и снижение внешних зависимостей в развитии стратегических отраслей. Собственно, выступающие из Узбекистана, России, Ирана и Китая прекрасно показали, как эти стратегии реализуются у них в странах.

Кстати, повсеместная интеграция вопросов экономической безопасности в механизм принятия решений имеет огромное значение для экономической науки: экономический мейнстрим как минимум с 1960-1970-х гг. исходил из того, что экономические решения принимаются исходя из критерия эффективности (соотношения монетарных выгод и затрат), что позволяет максимизировать прибыли фирм и благосостояние государств. Всегда было понятно, что реальность сложнее, тем не менее, предполагалось, что другие мотивациями в целом можно пренебречь. Сегодня же вопрос состоит в том, какую долю решений крупных компаний и государств в вопросах мировой экономики реально описывают экономические модели, базирующиеся на примате эффективности?

В свободном доступе размещен третий номер журнала «Современная мировая экономика» за 2025 год. Он тематический - посвящен вопросам декарбонизации в мире и в России.

Сергей Бобылев, Наталия Кошкина и Анастасия Барабошкина (МГУ) предлагают инструмент сопряженных индикаторов для оценки климатической политики, в том числе в России. Игорь Башмаков (ЦЭНЭФ-XXI) дает критический анализ оценок перспектив декарбонизации российскими экспертными центрами и объясняет причины свойственного многим из этих оценок консерватизма (здесь он написал про основные выводы своей работы). Алексей Кокорин (Фонд "Природа и люди") и Матвей Чистиков (НИУ ВШЭ) отслеживают эволюцию международных климатических переговоров и констатируют, что они вошли в новый этап своего развития, связанный с более активной ролью стран Глобального Юга. Антон Цветов (ICVCM) анализирует основные тренды добровольных углеродных рынков и объясняет, почему их участники сохраняют оптимизм, несмотря на не очень хорошую динамику последних лет. Я и Егор Муравьев (НИУ ВШЭ) объясняем, почему развитие ВИЭ в США при Трампе вряд ли претерпит существенные изменения, так как ключевые решения принимаются на уровне штатов и определяются экономикой и природным потенциалом. Наконец, Вадим Кузнецов (Корпоративная академия Росатома) показывает различия интересов стран в вопросах доступа к металлам и минералам, важным для развития низкоуглеродных технологий.

В Вышке реализуется большой стратегический проект по прогнозированию. На его сайте вышло мое большое интервью о роли нашего Института в этом проекте.

Поговорили о наших флагманских продуктах: базе данных BRICS Climate, большом сценарном докладе, ежеквартальных мониторингах и консенсус-прогнозе. Но вместе с тем и о многом другом: Целях устойчивого развития, скорости перестройки энергетических систем, международном климатическом регулировании и роли БРИКС, "черных лебедях" и искусственном интеллекте.

Мы продолжаем второй сезон подкаста "Поворот к природе". Гость второго выпуска - Ирина Стрельникова – директор Центра междисциплинарных исследований Арктики Института экономики природных ресурсов и изменения климата НИУ ВШЭ. В последние полтора десятилетия Арктика оказалась в центре большого разговора о будущем: о ресурсах, маршрутах, санкциях, климате и новом устройстве мира. Вопрос в том, что на самом деле стоит за растущим интересом к северу и выживет ли международное сотрудничество в Арктике в эпоху санкций и политической турбулентности? Отдельно обсуждается роль России и вопрос, который все чаще звучит между строк: что значит «пустить» в Арктику Китай и других новых игроков – и нужно ли это делать. Почему интерес к Арктике проявляют страны, не имеющие к ней прямого доступа, и что они там ищут – ресурсы, статус или участие в новом глобальном проекте? И, наконец, зачем вообще России арктическая политика: это стратегическая необходимость или дорогостоящая привычка смотреть на север?

Этот выпуск, скорее, про осторожное всматривание в территорию, которая перестает быть окраиной и все больше становится зеркалом глобальных процессов.

Подкаст доступен на следующих платформах:

Apple Podcasts
Яндекс.Музыка
Spotify
ВК
Другие платформы

Неделю назад выступил на Международной школе БРИКС в Нижнем Новгороде. С прекрасной международной аудиторией поговорили о Целях устойчивого развития и о том, как может выглядеть следующая их итерация. В посте по ссылке неправильно названа моя должность, но содержание изложено отлично. Будем продолжать дискуссии о будущем ЦУР на разных площадках

10 КЛЮЧЕВЫХ ТРЕНДОВ РАЗВИТИЯ МИРОВОЙ ЭКОНОМИКИ 2025 г.

Год назад я выделил 10 ключевых трендов развития мировой экономики в 2024 г. Все до одного остались актуальны и сегодня. Но департамент мировой экономики НИУ ВШЭ продолжает следить за эволюцией глобальных экономических процессов – и в рамках мониторингов мировой экономики и международного бизнеса, и на страницах журнала «Современная мировая экономика», и на полях ежегодной конференции по мировой экономике. Выделю 10 главных трендов, которые принес миру 2025 г.

1️⃣ Официальный конец западноцентричной глобализации. Замедление международной торговли наблюдается с 2008-2009 гг., тогда же произошел обвал международного движения капитала и начал набирать обороты современный протекционизм. Однако одно дело статистические показатели, а другое – прямые заявления лидера крупнейшей страны мира. США породили современную глобализацию, теперь сами же ее убивают. Трамп – не причина этого явления, но его главный симптом, а одновременно катализатор. Глобализация экономики, гравитационный центр находится в центре Евразии, не может развиваться по тем же законам, что и глобализация с центром в Евроатлантике. Вот мы и видим слом старых законов. Вопрос только в том, когда появятся (и появятся ли) новые.

2️⃣ Хаотизация международной торговли. Пару лет назад модно было говорить о ее фрагментации: есть два блока стран, активно торгующих внутри себя и все меньше – между собой, а все остальные – в лагере неприсоединившихся. Трамп сломал эту модель. Нет больше блоков: есть торговая война США против всех, при этом сила и направления ударов непредсказуемы, а ответы различны и практически не координированы. Складывается мир, в котором экономическая безопасность (минимизация рисков) подминает под себя эффективность в качестве мотивов управленческих решений.

3️⃣ Резильентность международной торговли. Несмотря на беспрецедентные таможенные пошлины США (средневзвешенный размер которых вырос за полгода с 1,5 до 17%), геополитическую напряженность и огромную неопределенность, а также вопреки многим апокалиптическим прогнозам, темпы роста международной торговли товарами в этом году выросли на вполне приличные 2,5% - не сильно меньше, чем за прошлый год. Часть специалистов объясняет это накоплением запасов в ожидании пошлин, в связи с чем последние имеют отложенные эффект. Мне же кажется, что мы систематически недооцениваем резильентность международной торговли – несмотря на самые жесткие барьеры, она все равно пробивает себе путь. И будет пробивать дальше.

4️⃣ Рутинизация применения силы и ее экономические последствия. Важно не то, сколько Трамп закончил войн, а то, сколько при нем начались. Ели бы не фон, создаваемый Украиной и Газой, удары Израиля по Ирану, а потом и Катару были бы главным событием года. Индийско-пакистанский и вьетнамо-камбоджийский конфликты также демонстрируют, что страны готовы добиваться своих интересов силой. А блокада Венесуэлы США грозит окончательно сделать эту готовность мейнстримом. В этих условиях международное право окончательно превращается в условность, как и принципы нерушимости границ. В экономической же плоскости мы видим рост военных расходов и реорганизацию экономик под требования современной войны. Войны, где FPV-дроны становятся аналогом снарядов для трехдюймовок в эпоху Первой мировой: способность массово их производить – необходимое условие для выживания в современном мире.

5️⃣ Милитаризация Европы. Европейские страны, проваливаясь по всем фронтам, ищут новые источники экономического роста. На эту роль сегодня поставлена полномасштабная милитаризация, дополнительно подталкиваемая еще и кризисом в евро-атлантических отношениях. Наверное, в отдельных случаях милитаризация может быть драйвером экономического роста. Однако чтобы это проверить, ее надо для начала осуществить. И проблема даже не в деньгах, а в необходимости политической консолидации и делегировании масштабных полномочий по распоряжению этими деньгами на уровень ЕС, к чему объединение объективно не готово. Тем не менее, попытки будут продолжаться.

6️⃣ Откат назад в развитии цифровых валют центральных банков (ЦВЦБ). В прошлом году казалось, что за ЦВЦБ будущее. Все больше стран заявляли о своей готовности развивать этот формат. Продвигаемый Китаем проект MBridge, а также разрабатываемая в рамках БРИКС инициатива BRICSBridge, казалось, могли создать основу для дедолларизации международных платежей. Но прорыва не произошло. Наоборот, в 2025 г. можно говорить скорее об откате назад. Запрет на ЦВЦБ в США привел к отказу от этого формата ряда других развитых стран, а параллельно принятый закон о стейблкойнах под прекрасным названием GENIUS Act стал заявкой США на то, чтобы цифровые платежи оставались доллароцентричными.

7️⃣ Конкуренция моделей искусственного интеллекта. Капитализации компаний, связанных с искусственным интеллектом, пробивают новые потолки, как и инвестиции в эту сферу, получившие дополнительный импульс от нового президента США. Влияние ИИ на рынок труда уже существует, но пока его осмысление находится в начальной стадии, типичной для любый новых технологий: краткосрочные эффекты преувеличиваются, долгосрочные – недооцениваются. На мой взгляд, главное событие года в сфере ИИ – это запуск китайской модели DeepSeek. Во-первых, он перевел гонку ИИ из сферы энергетических мощностей и размера чипов в сферу алгоритмов. Во-вторых, позволил с новой силой поднять вопрос о конкуренции моделей с закрытым и открытым кодом. Вероятно, эти «во-первых» и «во-вторых» задают главные развилки развития ИИ в ближайшие годы.

8️⃣ Прорыв солнечной энергетики. Десять лет назад мощности солнечной энергетики в мире были меньше, чем у атомной. По итогам 2025 г. это источник энергии номер один в мире по установленным мощностям, при этом с огромным потенциалом дальнейшего расширения. Революция солнечной энергетики, произошедшая в Китае, перекинулась в развивающийся мир. Этому невольно способствовали США и ЕС, отгородившиеся от Китая запретительно высокими таможенными пошлинами. Дешевые китайские панели, производимые на избыточных мощностях, теперь идут в Глобальный Юг. Символом этого похода стал Пакистан, который за календарный год импортировал из Китая солнечных панелей на 17 ГВт – это в семь раз больше, чем все мощности солнечной энергетики России.

9️⃣ Перевернутая декарбонизация. Развивающийся и развитый мир буквально за год поменялись местами: по предварительным оценкам, выбросы парниковых газов в Китае в 2025 г. снизились на 1,2%, в то время как в США возросли на 2,7%. Но еще удивительнее другое: в Индии в этом году выбросы, похоже, выросли меньше, чем в Европе – и это при 8%-м росте ВВП! С одной стороны, развитые страны вчистую проиграли Китаю конкуренцию на рынке всех низкоуглеродных технологий. С другой – развивающиеся страны постепенно учатся расти без роста выбросов, весь прирост спроса на энергию обеспечивая чистой генерацией. Если этот тренд окажется устойчивым, зеленую трансформацию мировой экономики ждет в ближайшие годы еще большее ускорение.

🔟 Острый кризис глобальных экономических институтов. ВТО погрузилась в глубокий кризис еще в 2010-е гг. МВФ и Всемирный банк уже давно под шквалом критики. Но в этом году полноценный бюджетный кризис разворачивается в системе институтов ООН, уверенно движущейся к банкротству. А под конец года стал очевиден и конец Группы двадцати, по крайней мере в текущем виде. При передаче председательства от ЮАР к США (если это можно назвать передачей) сломалась и преемственность, и сама логика формата, выстраиваемого в последние годы развивающимися странами как площадка для взаимодействия Глобального Юга и Глобального Севера. У развивающегося мира более не остается других вариантов, кроме как сплачиваться вокруг БРИКС. Оправдает ли он надежды – один из важнейших вопросов в сфере глобального регулирования ближайших лет.

Дорогие читатели канала!

С наступающими праздниками!
Прошедший год был увлекательно интересным, пусть и не всегда подпитывал наш природный оптимизм. Новые года сейчас легкими не бывают, но пусть 2026 г. мы все будем чуточку счастливее, а заодно и чуточку добрее к себе, окружающим, стране и планете. А те ответят нам взаимностью!

До встречи в Новом году!

​Первый подкаст "Мировой факультет" наступившего года. Вместе с Федором Лукьяновым и Анастасией Лихачевой начали про итоги прошлого года, но плавно перетекли к перспективам следующей четверти века

В третьем выпуске второго сезона подкаста "Поворот к природе" - разговор о новой роли США в международной климатической повестке с моим непосредственным участием. Подкаст записывали еще до выхода США из Рамочной конвенции ООН об изменении климата, и с тех пор все сказанное там стало еще актуальнее.

С постоянными ведущими Федором Алексеевым и Елизаветой Смоловик поговорили о том, станут ли США тормозом глобального зеленого перехода, почему бизнес в США живет своей жизнью независимо от Белого дома и правда ли, что международная климатическая политика зашла в тупик. А еще – о неожиданном повороте в риторике Билла Гейтса, о бедности против климата и о том, кто вообще сегодня задает правила игры в мире, где изменение климата продолжается, даже если кто-то (пусть и очень влиятельный) в него не верит.

Подкаст можно послушать на нескольких платформах:
Apple Podcasts
Яндекс.Музыка
Spotify
ВК
Другие платформы

Национальная сеть Глобального договора ООН и университет "Сириус" записали трехчасовой марафон - сессию-подкаст под названием "Где границы климата?". Фактически это четыре последовательных диалога между экспертами на ключевые темы климатической повестки российского бизнеса - от пограничного углеродного регулирования до устойчивых цепочек поставок.

Я сыграл одну из ведущих ролей в первом диалоге под названием "Есть ли территориальные границы у климата?", где в качестве модератора вел дискуссию с Татьяной Ларионовой из РСПП. Пусть точки зрения на многие аспекты проблемы у нас расходились, но, по-моему, получилось весьма содержательно.