Концепция доминирующего дизайна: Как стандарты властвуют над миром?
В эпоху цифровых титанов платформ, сковывающих свободу творчества, зарождается идея доминирующего дизайна — маяк в море хаоса, устанавливающий порядок среди бесконечного разнообразия технологических решений. Этот феномен не просто складывается из пикселей и интерфейсных решений, он воплощает в себе битву за душу инноваций, где победитель забирает всё: внимание масс, лояльность потребителей и, как ни парадоксально, право задавать новые правила игры.
Но что же скрывается за этим заманчивым фасадом доминирующего дизайна? Не утрачивается ли под его тяжестью искра гениальности, угасает ли жажда риска и инновации среди тех, кто осмелится бросить ему вызов? Мы живем в мире, где стандарты — новые каноны красоты и эффективности, но за каждым из этих стандартов стоит не только гений их создателей, но и монолитные интересы корпораций, стремящихся зацементировать своё доминирование
Концепцию доминирующего дизайна в научный менеджмент ввели Джеймс М. Уттербэк и Уильям Дж. Абернати в 1975 году, - в попытке описать ключевые технологические особенности, которые становятся де-факто стандартом в индустрии. Доминирующий дизайн продукта — это тот дизайн, который завоевывает предпочтение рынка, к которому должны приспособиться конкуренты и новаторы, чтобы занять значительное место на рынке.
Концепция основывается на предположении, что при появлении новой технологии компании могут предложить множество альтернативных дизайнов, но со временем одна архитектура может стать признанным стандартом индустрии. Примером может служить операционная система Microsoft Windows. Доминирующий дизайн способствует стандартизации, позволяя стремиться к экономии за счет масштаба производства и других дополнительных преимуществ. Однако доминирующий дизайн не всегда лучше других; иногда он закрепляется из-за пути технологического развития и не обязательно строгих предпочтений потребителей. Собственно, это пресловутый эффект колеи, эффект QWERTY на раскладке, о которой я писал ранее https://telegra.ph/EHkonomika-UX-i-vzaimodejstvij-s-interfejsom-mashiny-QWERTY-nomika-03-21
Процесс достижения доминирования определенного дизайна включает в себя характерные этапы: от начала научно-исследовательских работ до момента, когда определенное технологическое направление достигает доминирования. Примеры доминирующих дизайнов включают простые калькуляторы с четырьмя функциями, а также iPod и iPhone. Как только доминирующий дизайн появляется, это оказывает значительное влияние на направление и скорость дальнейшего технического прогресса, структуру отрасли и конкурентную динамику. До появления доминирующего дизайна компании постоянно экспериментируют, что не позволяет им наслаждаться экономией от масштаба. После появления доминирующего дизайна некоторые компании накапливают дополнительные активы и используют возможности для экономии от масштаба, что, в свою очередь, повышает барьеры для входа и мобильности в отрасли.
В эпоху цифровых титанов платформ, сковывающих свободу творчества, зарождается идея доминирующего дизайна — маяк в море хаоса, устанавливающий порядок среди бесконечного разнообразия технологических решений. Этот феномен не просто складывается из пикселей и интерфейсных решений, он воплощает в себе битву за душу инноваций, где победитель забирает всё: внимание масс, лояльность потребителей и, как ни парадоксально, право задавать новые правила игры.
Но что же скрывается за этим заманчивым фасадом доминирующего дизайна? Не утрачивается ли под его тяжестью искра гениальности, угасает ли жажда риска и инновации среди тех, кто осмелится бросить ему вызов? Мы живем в мире, где стандарты — новые каноны красоты и эффективности, но за каждым из этих стандартов стоит не только гений их создателей, но и монолитные интересы корпораций, стремящихся зацементировать своё доминирование
Концепцию доминирующего дизайна в научный менеджмент ввели Джеймс М. Уттербэк и Уильям Дж. Абернати в 1975 году, - в попытке описать ключевые технологические особенности, которые становятся де-факто стандартом в индустрии. Доминирующий дизайн продукта — это тот дизайн, который завоевывает предпочтение рынка, к которому должны приспособиться конкуренты и новаторы, чтобы занять значительное место на рынке.
Концепция основывается на предположении, что при появлении новой технологии компании могут предложить множество альтернативных дизайнов, но со временем одна архитектура может стать признанным стандартом индустрии. Примером может служить операционная система Microsoft Windows. Доминирующий дизайн способствует стандартизации, позволяя стремиться к экономии за счет масштаба производства и других дополнительных преимуществ. Однако доминирующий дизайн не всегда лучше других; иногда он закрепляется из-за пути технологического развития и не обязательно строгих предпочтений потребителей. Собственно, это пресловутый эффект колеи, эффект QWERTY на раскладке, о которой я писал ранее https://telegra.ph/EHkonomika-UX-i-vzaimodejstvij-s-interfejsom-mashiny-QWERTY-nomika-03-21
Процесс достижения доминирования определенного дизайна включает в себя характерные этапы: от начала научно-исследовательских работ до момента, когда определенное технологическое направление достигает доминирования. Примеры доминирующих дизайнов включают простые калькуляторы с четырьмя функциями, а также iPod и iPhone. Как только доминирующий дизайн появляется, это оказывает значительное влияние на направление и скорость дальнейшего технического прогресса, структуру отрасли и конкурентную динамику. До появления доминирующего дизайна компании постоянно экспериментируют, что не позволяет им наслаждаться экономией от масштаба. После появления доминирующего дизайна некоторые компании накапливают дополнительные активы и используют возможности для экономии от масштаба, что, в свою очередь, повышает барьеры для входа и мобильности в отрасли.
👍2💋1
История падения RC Cola побудила организационного теоретика и профессора бизнеса Дэвида Тиса задать фундаментальный вопрос – как организации получают прибыль от своих собственных инноваций? Он опубликовал свои выводы в 1986 году в статье "Получение прибыли от технологических инноваций: последствия для интеграции, сотрудничества, лицензирования и государственной политики". Тис описал два типа организаций – новаторы и имитаторы. Новаторы первыми начинают коммерциализацию нового продукта или услуги, как, например, RC Cola в нашем примере. Имитаторы — это конкуренты, которые копируют какой-то аспект этого нового продукта или услуги и продают его как свой собственный. Основная идея в том, что имитаторы часто получают больше прибыли, чем новаторы, потому что они адаптируют оригинальный дизайн, защищают свой продукт и обеспечивают ресурсы, необходимые им для достижения коммерческого успеха.
Чтобы этого не произошло ваш дизайн должен быть доминирующим, вы должны быть в силе защитить его юридически, и у вас должен быть эффект масштаба, который повлияет на ваш продукт (это вытекает из-за доминирующего дизайна)
Русский пересказ
https://dialog.guide/innovatsionnaia-modiel-tisa-vyighrai-ili-proighraiesh/
История концепции
https://en.wikipedia.org/wiki/Dominant_design
Статья Тиса
https://www.politicipublice.ro/uploads/technological_innovation.pdf
Чтобы этого не произошло ваш дизайн должен быть доминирующим, вы должны быть в силе защитить его юридически, и у вас должен быть эффект масштаба, который повлияет на ваш продукт (это вытекает из-за доминирующего дизайна)
Русский пересказ
https://dialog.guide/innovatsionnaia-modiel-tisa-vyighrai-ili-proighraiesh/
История концепции
https://en.wikipedia.org/wiki/Dominant_design
Статья Тиса
https://www.politicipublice.ro/uploads/technological_innovation.pdf
Telegraph
Экономика UX и взаимодействий с интерфейсом машины. QWERTY-номика
Вчера я обнаружил, пожалуй, самое глубокое обоснование фундаментального экономического смысла UX и расходов на интерфейсы. Некоторое время назад я публиковал ссылку на исследование 90ых годов, которое посвящено экономическому обоснованию деятельности по…
💋1
Есть и интересные советские разработки, впрочем, даже сейчас!
Аппаратно-программный психодиагностический комплекс «Мультипсихометр» позволяет проводить комплексную оценку уровня развития широкого спектра профессионально важных качеств, психологических и психофизиологических свойств, характеристик психологического состояния кандидатов по результатам выполнения ими психодиагностических методик или их комбинаций.
https://meduza.io/feature/2020/12/07/vstrechayte-multipsihometr-sovetskuyu-razrabotku-s-pomoschyu-kotoroy-v-rossii-testiruyut-silovikov
http://www.multipsychometr.ru/
Аппаратно-программный психодиагностический комплекс «Мультипсихометр» позволяет проводить комплексную оценку уровня развития широкого спектра профессионально важных качеств, психологических и психофизиологических свойств, характеристик психологического состояния кандидатов по результатам выполнения ими психодиагностических методик или их комбинаций.
https://meduza.io/feature/2020/12/07/vstrechayte-multipsihometr-sovetskuyu-razrabotku-s-pomoschyu-kotoroy-v-rossii-testiruyut-silovikov
http://www.multipsychometr.ru/
🤩2❤1💋1
Об одном паттерне и игровой механике
Почему-то я всегда думал, что камень-ножницы-бумага — это старинная китайская игра, которая отображает борьбу сословий - военных, чиновников и крупных землевладельцев-магнатов. Но, скорее всего, это чудит мой разум и эту историю я выдумал, хотя происхождение игры и правда китайское или японское (есть некоторая дискуссия о том, у кого игра древнее), а названием первых положений рук были «лягушка», «слизняк» и «змея».
Но в метафоре политики есть смысл.
Игра камень-ножницы-бумага непосредственно связана с Парадоксом Кондорсе, согласно которому при честных демократических выборах: 1) легко получается результат «кандидат A лучше кандидата B, кандидат B лучше кандидата C, кандидат C лучше кандидата A»; Никакой транзитивности нет, это просто красивая выдумка некоторых логиков. Думаю, что именно поэтому метафору КНБ любят в играх типа стратегий. https://nkj.ru/archive/articles/43663/
Почему-то я всегда думал, что камень-ножницы-бумага — это старинная китайская игра, которая отображает борьбу сословий - военных, чиновников и крупных землевладельцев-магнатов. Но, скорее всего, это чудит мой разум и эту историю я выдумал, хотя происхождение игры и правда китайское или японское (есть некоторая дискуссия о том, у кого игра древнее), а названием первых положений рук были «лягушка», «слизняк» и «змея».
Но в метафоре политики есть смысл.
Игра камень-ножницы-бумага непосредственно связана с Парадоксом Кондорсе, согласно которому при честных демократических выборах: 1) легко получается результат «кандидат A лучше кандидата B, кандидат B лучше кандидата C, кандидат C лучше кандидата A»; Никакой транзитивности нет, это просто красивая выдумка некоторых логиков. Думаю, что именно поэтому метафору КНБ любят в играх типа стратегий. https://nkj.ru/archive/articles/43663/
👍5🔥2💋1
Objective-Driven AI: Towards AI systems that can learn, remember, reason, and plan. Yann LeCun из Меты опять за свое
Аннотация: Как машины могут учиться так же эффективно, как люди и животные? Как машины смогут узнать, как устроен мир, и обрести здравый смысл? Как машины могли бы научиться рассуждать и планировать?
Современные архитектуры искусственного интеллекта, такие как модели большого языка, не оправдывают ожиданий. Я предложу модульную когнитивную архитектуру, которая может стать способом ответить на эти вопросы. Центральным элементом архитектуры является прогнозирующая модель мира, которая позволяет системе прогнозировать последствия своих действий и планировать последовательность действий, оптимизирующих набор целей.
https://openreview.net/forum?id=BZ5a1r-kVsf&fbclid=IwAR3b3JPEFEAIzkRN-MXz67lzRKzx9PiaPPsfjDFi5Nt7Mgt3kYg62G92gI0_aem_AbSefREAMhZoO_DF2JKJ2nBiauXVsd4VS0YPcNfdc5IQvqMEkshicUVL51HJlECtHBN0q1EScRb6-fnMUmUwLMuY
Аннотация: Как машины могут учиться так же эффективно, как люди и животные? Как машины смогут узнать, как устроен мир, и обрести здравый смысл? Как машины могли бы научиться рассуждать и планировать?
Современные архитектуры искусственного интеллекта, такие как модели большого языка, не оправдывают ожиданий. Я предложу модульную когнитивную архитектуру, которая может стать способом ответить на эти вопросы. Центральным элементом архитектуры является прогнозирующая модель мира, которая позволяет системе прогнозировать последствия своих действий и планировать последовательность действий, оптимизирующих набор целей.
https://openreview.net/forum?id=BZ5a1r-kVsf&fbclid=IwAR3b3JPEFEAIzkRN-MXz67lzRKzx9PiaPPsfjDFi5Nt7Mgt3kYg62G92gI0_aem_AbSefREAMhZoO_DF2JKJ2nBiauXVsd4VS0YPcNfdc5IQvqMEkshicUVL51HJlECtHBN0q1EScRb6-fnMUmUwLMuY
⚡5
Почему так много времени и сил отдается монотонности труда в СССР?
Предполагается, что влияние работ позитивно скажется на показателях конкретного завода или конкретного предприятия, которое в свою очередь влияет на цели выполнения плана той или иной отрасли промышленности. Достаточно любопытный пример приводит Авдеев о замере эффективности труда на Заводе Красный богатырь, который занимался главным образом проблемами изготовления резиновых изделий:
“Среди последних особенно важное значение имеет темп работы. Различная темповая детерминация трудовой деятельности прямо отражается на уровне монотонности отдельных производственных операций. Приведем пример. На поточно-конвейерных линиях по изготовлению резиновой обуви на московском заводе «Красный богатырь» мы наблюдали парадоксальный, на первый взгляд, факт. Некоторые операции единодушно расценивались работницами как самые «скучные» и самые «однообразные», хотя согласно принятым критериям повторяемости, длительности и сложности они должны были бы считаться наименее монотонными; и наоборот, «интересными» и «веселыми» работницы называли некоторые объективно наиболее монотонные операции (состоящие из двух-трех элементов), длительность которых не превышала 5 сек, и которые повторялись за смену более 5000 раз.
Чем же это объяснялось? Можно было подумать, что оценка операций определялась в данном случае субъективным отношением и индивидуально-психологическими особенностями работающих. Но это, однако, не соответствовало действительности. Поскольку все опрошенные давали однозначные оценки (причем противоречащие эмпирическим критериям), постольку оставалось предположить о влиянии какого-то другого фактора. Наблюдения, а затем и данные лабораторного эксперимента показали, что в качестве такого фактора выступает высокий темп работы.”
Это интересное замечание - в некоторых текстах появляется эта особенность связанная с “весельем” или “радостью” на рабочем месте.
Идеология борьбы с монотонностью
Как выглядели такие замеры и способы повышения эффективности на практике? Тут есть несколько подходов, каждый из которых сам по себе достаточно интересен, но давайте обратим внимание на контекст эпохи.
За 40 лет до описываемых событий Фредерик Уинслоу Тейлор вступает на арену истории, превознося "Принципы научного менеджмента" как манифест нового порядка. В этом мире, где человек был прежде всего, Тейлор заявляет эру системы, предрекая перемещение центра гравитации величия с индивида на организационную структуру. С его пером, заводские пространства Америки должны были преобразиться, отходя от архаических традиций к максимизации производительности через научный подход. Тейлор критически осмысливает ленивость как социально сконструированное явление, подвергая сомнению нарративы, защищенные Полем Лафаргом, об утверждении "права на лень". Это размышление не только о работе, но и о самой природе человеческого существования в промышленном обществе.
Предполагается, что влияние работ позитивно скажется на показателях конкретного завода или конкретного предприятия, которое в свою очередь влияет на цели выполнения плана той или иной отрасли промышленности. Достаточно любопытный пример приводит Авдеев о замере эффективности труда на Заводе Красный богатырь, который занимался главным образом проблемами изготовления резиновых изделий:
“Среди последних особенно важное значение имеет темп работы. Различная темповая детерминация трудовой деятельности прямо отражается на уровне монотонности отдельных производственных операций. Приведем пример. На поточно-конвейерных линиях по изготовлению резиновой обуви на московском заводе «Красный богатырь» мы наблюдали парадоксальный, на первый взгляд, факт. Некоторые операции единодушно расценивались работницами как самые «скучные» и самые «однообразные», хотя согласно принятым критериям повторяемости, длительности и сложности они должны были бы считаться наименее монотонными; и наоборот, «интересными» и «веселыми» работницы называли некоторые объективно наиболее монотонные операции (состоящие из двух-трех элементов), длительность которых не превышала 5 сек, и которые повторялись за смену более 5000 раз.
Чем же это объяснялось? Можно было подумать, что оценка операций определялась в данном случае субъективным отношением и индивидуально-психологическими особенностями работающих. Но это, однако, не соответствовало действительности. Поскольку все опрошенные давали однозначные оценки (причем противоречащие эмпирическим критериям), постольку оставалось предположить о влиянии какого-то другого фактора. Наблюдения, а затем и данные лабораторного эксперимента показали, что в качестве такого фактора выступает высокий темп работы.”
Это интересное замечание - в некоторых текстах появляется эта особенность связанная с “весельем” или “радостью” на рабочем месте.
Идеология борьбы с монотонностью
Как выглядели такие замеры и способы повышения эффективности на практике? Тут есть несколько подходов, каждый из которых сам по себе достаточно интересен, но давайте обратим внимание на контекст эпохи.
За 40 лет до описываемых событий Фредерик Уинслоу Тейлор вступает на арену истории, превознося "Принципы научного менеджмента" как манифест нового порядка. В этом мире, где человек был прежде всего, Тейлор заявляет эру системы, предрекая перемещение центра гравитации величия с индивида на организационную структуру. С его пером, заводские пространства Америки должны были преобразиться, отходя от архаических традиций к максимизации производительности через научный подход. Тейлор критически осмысливает ленивость как социально сконструированное явление, подвергая сомнению нарративы, защищенные Полем Лафаргом, об утверждении "права на лень". Это размышление не только о работе, но и о самой природе человеческого существования в промышленном обществе.
👍6💋1
В контексте его эксперимента 1899 года, Тейлор становится как бы архитектором человеческого труда, тщательно измеряя и оптимизируя движения рабочих, словно они были машинами, а не людьми. Перед нами открывается видение почти утопической производительности, где "научно обоснованная норма" превращает человека в элемент машины, увеличивая его выход на порядки. Такое стремление к эффективности невольно обнажает тьму механистического взгляда на человечество, где индивидуальные качества и ментальные способности подчинены диктату производства. Тейлоризм, как феномен, иллюстрирует превращение труда в алгоритм, где "похожий на быка" рабочий оказывается идеальным звеном в цепи, а его умственные способности — просто еще одной переменной для оптимизации.
Так, научный менеджмент Тейлора не просто методология; это метафора более широкой трансформации общества, в которой человеческие существа становятся объектами управления, их труд — ресурсом, а их индивидуальность — отклонением от нормы, нуждающимся в коррекции. В этом новом миропорядке, закрепленном на страницах его работ, Фредерик Уинслоу Тейлор представляет собой не просто инженера управления, но и пророка эпохи, где система возвышается над человеком, определяя его судьбу.
Уже в 20-ые годы против системы Тейлора пишет статью Богданов - врач и основатель института переливания крови, один из видных теоретиков махизма(учения позитивизма второй волны) в среде большевиков, человек, чей идеологический вес был так огромен, что главная собственно философская работа Ленина “Материализм и эмпириокритицизм” - написана против него. В своей брошюре “Между человеком и машиной”, Богданов показывает, что сама по себе подобного рода практика была порочна в силу того, что не адаптирует машины, а увеличивает эксплуатационные практики. Сторонники психофизиологического направления, такие как Богданов, критически относились к тейлоровской теории управления,в первую очередь из-за того, что Тейлор не затрагивал психофизиологических аспектов труда и тем самым самого человека, условий его труда и практик на рабочем месте.
Другой линией критики производительной монотонности тейлоризма была линия, которая непосредственно была связана с именем Ленина - с 1914 г. газета «Путь правды» опубликовала ленинскую заметку «Система Тейлора – порабощение человека машиной», где автор утверждал, что тейлоризм позволяет капиталисту выжать из рабочего все силы, не повышая заработную плату в соответствии с повышением производительности труда. «Все эти громадные усовершенствования делаются против рабочего, ведя к еще большему подавлению и угнетению его». Ленин делает интересное замечание, что научная организация производственного процесса имеет ограниченный характер и позволяет упорядочить труд только внутри фабрики, в то время как общая хаотичность капиталистической системы ведет к неуправляемости рынка сырья и сбыта, а в итоге – к бессмысленным убыткам и кризисам”
Темой нашего расследования, не является непосредственно управление и практики управления, которые, скорее всего копировались в СССР из США, а скорее контексты взаимодействия человека и машины - и монотонность как термин имел под собой и определенный идеологический заряд
Эффективность работы с 60ых и в 70ые
И если НОТ и работы по научной организацией труда остались в прошлом, то к 1970 году Гос. ком. Совета Министров СССР по вопросам труда и заработной платы начинает настаивать на использовании киносъемки и методов телевизионной съемки для борьбы с проблемами монотонности, брака, ошибок на производстве и оптимизации рабочих процессов. Итогом этого направления стал выпуск большого количества работ и продуктов, которые осуществляют микроэлементный анализ трудовых процессов на каждом из рабочих предприятий. Обратимся к документу под названием Микроэлементный анализ трудовых процессов - изданная брошюра группы авторов из украинского подразделения НИИ труда, которая проводила замеры эффективности рабочих и описывала практики работы сотрудников советских рабочих.
Так, научный менеджмент Тейлора не просто методология; это метафора более широкой трансформации общества, в которой человеческие существа становятся объектами управления, их труд — ресурсом, а их индивидуальность — отклонением от нормы, нуждающимся в коррекции. В этом новом миропорядке, закрепленном на страницах его работ, Фредерик Уинслоу Тейлор представляет собой не просто инженера управления, но и пророка эпохи, где система возвышается над человеком, определяя его судьбу.
Уже в 20-ые годы против системы Тейлора пишет статью Богданов - врач и основатель института переливания крови, один из видных теоретиков махизма(учения позитивизма второй волны) в среде большевиков, человек, чей идеологический вес был так огромен, что главная собственно философская работа Ленина “Материализм и эмпириокритицизм” - написана против него. В своей брошюре “Между человеком и машиной”, Богданов показывает, что сама по себе подобного рода практика была порочна в силу того, что не адаптирует машины, а увеличивает эксплуатационные практики. Сторонники психофизиологического направления, такие как Богданов, критически относились к тейлоровской теории управления,в первую очередь из-за того, что Тейлор не затрагивал психофизиологических аспектов труда и тем самым самого человека, условий его труда и практик на рабочем месте.
Другой линией критики производительной монотонности тейлоризма была линия, которая непосредственно была связана с именем Ленина - с 1914 г. газета «Путь правды» опубликовала ленинскую заметку «Система Тейлора – порабощение человека машиной», где автор утверждал, что тейлоризм позволяет капиталисту выжать из рабочего все силы, не повышая заработную плату в соответствии с повышением производительности труда. «Все эти громадные усовершенствования делаются против рабочего, ведя к еще большему подавлению и угнетению его». Ленин делает интересное замечание, что научная организация производственного процесса имеет ограниченный характер и позволяет упорядочить труд только внутри фабрики, в то время как общая хаотичность капиталистической системы ведет к неуправляемости рынка сырья и сбыта, а в итоге – к бессмысленным убыткам и кризисам”
Темой нашего расследования, не является непосредственно управление и практики управления, которые, скорее всего копировались в СССР из США, а скорее контексты взаимодействия человека и машины - и монотонность как термин имел под собой и определенный идеологический заряд
Эффективность работы с 60ых и в 70ые
И если НОТ и работы по научной организацией труда остались в прошлом, то к 1970 году Гос. ком. Совета Министров СССР по вопросам труда и заработной платы начинает настаивать на использовании киносъемки и методов телевизионной съемки для борьбы с проблемами монотонности, брака, ошибок на производстве и оптимизации рабочих процессов. Итогом этого направления стал выпуск большого количества работ и продуктов, которые осуществляют микроэлементный анализ трудовых процессов на каждом из рабочих предприятий. Обратимся к документу под названием Микроэлементный анализ трудовых процессов - изданная брошюра группы авторов из украинского подразделения НИИ труда, которая проводила замеры эффективности рабочих и описывала практики работы сотрудников советских рабочих.
👍5🤔2💋1
Если бы этот документ писал кто-то типа Фуко, то он бы описал как советские практики рационализации труда воплощают идеи власти, дисциплинарности и надзора, но чаще всего речь идет просто о банальной нормализации ритма и методик улучшения опыта рабочего. Авторы предполагают, что рациональный трудовой процесс предполагает наиболее благоприятные условия труда рабочего при выполнении производственного задания с минимальными затратами времени. Для этого должны быть научно обоснованы состав, последовательность и одновременность выполнения трудовых приемов и движений, соблюдение технологии, техники безопасности, оптимального мышечного и нервного напряжения. “Комплексно все вопросы, связанные с совершенствованием трудовых процессов при помощи широко применяемых в настоящее время визуальных методов (хронометраж, фотохронометраж и др.), решить невозможно. Так, по данным хронометража, частично можно определить, у кого из рабочих самая малая продолжительность выполнения отдельных трудовых приемов и операций. Но, как показала практика, не всегда удается точно установить, почему длительность выполнения операции или отдельных ее элементов у рабочих неодинакова. Не всякий трудовой прием является лучшим, даже в том случае, когда рабочий затрачивает минимальное время на его выполнение”
В этом кроется еще одна, подлинная причина почему так важна была практика изучения труда и создание объективных методик исследования монотонности, ритма или усталости - уже в этот момент формируются особенные практики конкретных рабочих, которые создают особые условия труда на рабочем месте, используют ту или иную, обусловленную стандартами или необусловленную практику работы.
Одно из основных преимуществ киносъемки заключается в том, что с ее помощью трудовой процесс изучается не на рабочем месте, а в лабораторных условиях. К тому же отснятым киноматериалом могут пользоваться одновременно несколько специалистов (технологи, экономисты, физиологи). Его можно просматривать в прямой и обратной последовательности, с остановкой кинограмм на определенных местах и т. д. При этом остаются стабильными состав и последовательность действий и движений исследуемого рабочего.
Учитывая задачу исследования, выбирается рабочий - изначально на Одесском заводе кожзаменителей при отборе передовых приемов работы на операциях «формовка и сортировка задников для обуви», «съем картона с машин» и других и достаточно быстро было установлено: выполнение одних и тех же приемов разными рабочими колеблется от 3 до 6 сек. Исследовались также и более продолжительные операции (до 3 мин), которые включали элементы, характерные для большого числа операций на токарных, фрезерных, сверлильных и других работах. Для изучения и отбора передовых приемов для съемок приглашались рабочие с высокой и стабильной производительностью труда. Для показа ошибок выполнения трудовых движений и их устранения киносъемке подвергаются и отстающие рабочие. Кроме того, из числа передовиков визуально устанавливаются рабочие, применялись разные методы труда. Это позволяет установить, какой из них наиболее рациональный и может быть рекомендован для широкого внедрения. Киносъемка трудовых процессов с целью определения норм труда производилась как с рабочих, производительность которых была выше средней, так и с не выполнявших сменных норм. Киноматериалы в этом случае использовались для установления технически обоснованных норм и разработки по их внедрению.
В этом кроется еще одна, подлинная причина почему так важна была практика изучения труда и создание объективных методик исследования монотонности, ритма или усталости - уже в этот момент формируются особенные практики конкретных рабочих, которые создают особые условия труда на рабочем месте, используют ту или иную, обусловленную стандартами или необусловленную практику работы.
Одно из основных преимуществ киносъемки заключается в том, что с ее помощью трудовой процесс изучается не на рабочем месте, а в лабораторных условиях. К тому же отснятым киноматериалом могут пользоваться одновременно несколько специалистов (технологи, экономисты, физиологи). Его можно просматривать в прямой и обратной последовательности, с остановкой кинограмм на определенных местах и т. д. При этом остаются стабильными состав и последовательность действий и движений исследуемого рабочего.
Учитывая задачу исследования, выбирается рабочий - изначально на Одесском заводе кожзаменителей при отборе передовых приемов работы на операциях «формовка и сортировка задников для обуви», «съем картона с машин» и других и достаточно быстро было установлено: выполнение одних и тех же приемов разными рабочими колеблется от 3 до 6 сек. Исследовались также и более продолжительные операции (до 3 мин), которые включали элементы, характерные для большого числа операций на токарных, фрезерных, сверлильных и других работах. Для изучения и отбора передовых приемов для съемок приглашались рабочие с высокой и стабильной производительностью труда. Для показа ошибок выполнения трудовых движений и их устранения киносъемке подвергаются и отстающие рабочие. Кроме того, из числа передовиков визуально устанавливаются рабочие, применялись разные методы труда. Это позволяет установить, какой из них наиболее рациональный и может быть рекомендован для широкого внедрения. Киносъемка трудовых процессов с целью определения норм труда производилась как с рабочих, производительность которых была выше средней, так и с не выполнявших сменных норм. Киноматериалы в этом случае использовались для установления технически обоснованных норм и разработки по их внедрению.
💋3👍1
В каждом конкретном случае, в зависимости от цели исследования, определяется операция и ее исполнитель. После этого производилась пробная киносъемка на проверку аппарата, определения частоты киносъемки, числа дублей, выбора дополнительного освещения и типа кинопленки. При расшифровке трудового процесса производится запись в карту расшифровки (приложение 2) кинограмм наименований движений и порядковых номеров кадров, соответствующих началу и окончанию каждого движения. Продолжительность их в кадрах определяется как разница порядковых номеров начала и окончания движения. Если киносъемке подвергалась группа рабочих (бригада), расшифровку можно проводить по каждому рабочему в отдельности или по приемам, отмечая, какой из них выполнялся тем или иным рабочим.
По материалам карт расшифровки кинограмм трудового процесса составляется сводная таблица рабочего времени приемов или действий, где приводятся фактические затраты времени выполнения движений по каждому из дублей, а также средняя продолжительность движений без учета статических и лишних движений.
По материалам карт расшифровки кинограмм трудового процесса составляется сводная таблица рабочего времени приемов или действий, где приводятся фактические затраты времени выполнения движений по каждому из дублей, а также средняя продолжительность движений без учета статических и лишних движений.
💋2
В 18.00 выступаю на Дизайн-Выходных в Нижнем Новгороде
🤓
Подробности здесь:
https://designweekend.ru/
Культурно-просветительский центр «Академия Маяк» имени А.Д. Сахарова, зал номер 8, 18.00
ЗЫ: не знаю почему я из Питера, но ок
🤓
Подробности здесь:
https://designweekend.ru/
Культурно-просветительский центр «Академия Маяк» имени А.Д. Сахарова, зал номер 8, 18.00
ЗЫ: не знаю почему я из Питера, но ок
🔥12❤🔥4💋2❤1
Ролевые игры с работой
Очевидно, что паттерн цепочки мыслей с необходимостью ведет к развитию цепочки агентов - так больше контекста. Один агент передает информацию другому, тот третьему - они создают своеобразный энтерпрайз или ролевую модель разработки ПО
На картинке игровой мир из https://arxiv.org/abs/2307.07924
концепции создания Симоподобного симулятора с LLM-агентами для создания чего-либо, ну или jRPG скорее
Поиграть можно через расширение в хроме
https://chatdev.toscl.com/
можно скачать к себе и сконнектить с Гопатычем https://github.com/OpenBMB/ChatDev - но виндовс что-то у меня ругается
https://chatdev.toscl.com/introduce/#chat-chain
Есть документация
В общем, понятно почему OpenAi покупала несколько игровых движков, как и собственно почему инвестиции в метаверс не такая уж и плохая идея
Очевидно, что паттерн цепочки мыслей с необходимостью ведет к развитию цепочки агентов - так больше контекста. Один агент передает информацию другому, тот третьему - они создают своеобразный энтерпрайз или ролевую модель разработки ПО
На картинке игровой мир из https://arxiv.org/abs/2307.07924
концепции создания Симоподобного симулятора с LLM-агентами для создания чего-либо, ну или jRPG скорее
Поиграть можно через расширение в хроме
https://chatdev.toscl.com/
можно скачать к себе и сконнектить с Гопатычем https://github.com/OpenBMB/ChatDev - но виндовс что-то у меня ругается
https://chatdev.toscl.com/introduce/#chat-chain
Есть документация
В общем, понятно почему OpenAi покупала несколько игровых движков, как и собственно почему инвестиции в метаверс не такая уж и плохая идея
🤔4💋2👍1
Много ребят с дизайн-выходных подписалось. Ок, хорошее повтори
Советский опыт пользователя, интерфейсы и исследования UX в СССР.
Хотя традиционные подходы изучения истории человеко-машинного взаимодействия или истории юзабилити всегда концентрировались вокруг небольшого числа традиционных тем (библиотечное дело, первые эксперименты в Xerox Parc, работы Энгельбарта, появление научного менеджмента труда Тейлора), и, в кругу этих тем не было советского наследия, это не означает, что международное движение за изучение пользовательского опыта обходило стороной СССР весь XX век.
Эта серия исследований в постах блога “Цифровой геноцид” выходит в свет в эпоху неустанного роста интереса общества к компьютерам и информационным технологиям: при этом, российская социальная реальность по ряду причин обходит молчанием историю электронных (и других) машин в СССР. Эти эссе и посты посвящены поведению первых пользователей русских компьютеров, является историей представлений о работе интерфейсов и компьютеров, а также служит очень наивной и детской попыткой реконструировать историю пользовательских поведений и практик — соответственно последовательности их форм, эволюции и распространению.
В культурной истории интерфейсов современного теоретика культуры Венди Хуэй Кионг Чун (Wendy Hui Kyong Chun) интерфейсы аттестуются как посредники между видимым и невидимым, материлизующие новые логики управления в усложненном мире. Компьютеры, как и другие средства массовой информации, являются метафорическими машинами: они зависят от метафор и увековечивают их. Однако еще более примечательно то, что они — благодаря своему статусу «универсальных машины» — стали метафорами для самой метафоры. От файлов до рабочих столов, от окон до электронных таблиц — метафоры доминируют в пользовательском интерфейсе. В 1990-х (и даже сегодня) учебники по человеко-компьютерному интерфейсу (HCI) описывали метафоры как центральные элементы «дружественных» интерфейсов. Метафоры делают абстрактные компьютерные задачи знакомыми, конкретными и легкими для понимания, Метафоры множатся не только в интерфейсах, но и в компьютерной архитектуре: от памяти к шинам, от интерфейса к понятию самой архитектуры
Намерения автора также состоят в том, чтобы составить приблизительную хронологию событий и взаимосвязей тех или иных фактов исследований, каждая из которых повлияла и до сих влияет на развитие взаимодействий между человеком и машиной в виде интерфейсов в самом широком смысле этого слова. Наша история начнется одновременно с теми событиями, которые описывал в своих работах по истории UX и human-computer interaction Джонатан Грудин ( его книга From Tool to Partner: The Evolution of Human-Computer Interaction): промышленная революция, появление психотехники, появление первых визуальных языков для индустриальных задач (Проект Отто фон Нейрата с его Isotype).
Все это позднее приводит к взлету исследований для промышленных проектов и мнемосхем — своеобразного UX для диспетчерских пультов и операторских узлов, в первую очередь электростанций. Затем мы затронем космический проект и юзабилити, медицину (не только космическую) — и затронем тематику первых ЭВМ, счетных машин и аналоговых устройств.
посты по теме:
раз
два
три
четыре
пять
шесть
Советский опыт пользователя, интерфейсы и исследования UX в СССР.
Хотя традиционные подходы изучения истории человеко-машинного взаимодействия или истории юзабилити всегда концентрировались вокруг небольшого числа традиционных тем (библиотечное дело, первые эксперименты в Xerox Parc, работы Энгельбарта, появление научного менеджмента труда Тейлора), и, в кругу этих тем не было советского наследия, это не означает, что международное движение за изучение пользовательского опыта обходило стороной СССР весь XX век.
Эта серия исследований в постах блога “Цифровой геноцид” выходит в свет в эпоху неустанного роста интереса общества к компьютерам и информационным технологиям: при этом, российская социальная реальность по ряду причин обходит молчанием историю электронных (и других) машин в СССР. Эти эссе и посты посвящены поведению первых пользователей русских компьютеров, является историей представлений о работе интерфейсов и компьютеров, а также служит очень наивной и детской попыткой реконструировать историю пользовательских поведений и практик — соответственно последовательности их форм, эволюции и распространению.
В культурной истории интерфейсов современного теоретика культуры Венди Хуэй Кионг Чун (Wendy Hui Kyong Chun) интерфейсы аттестуются как посредники между видимым и невидимым, материлизующие новые логики управления в усложненном мире. Компьютеры, как и другие средства массовой информации, являются метафорическими машинами: они зависят от метафор и увековечивают их. Однако еще более примечательно то, что они — благодаря своему статусу «универсальных машины» — стали метафорами для самой метафоры. От файлов до рабочих столов, от окон до электронных таблиц — метафоры доминируют в пользовательском интерфейсе. В 1990-х (и даже сегодня) учебники по человеко-компьютерному интерфейсу (HCI) описывали метафоры как центральные элементы «дружественных» интерфейсов. Метафоры делают абстрактные компьютерные задачи знакомыми, конкретными и легкими для понимания, Метафоры множатся не только в интерфейсах, но и в компьютерной архитектуре: от памяти к шинам, от интерфейса к понятию самой архитектуры
Намерения автора также состоят в том, чтобы составить приблизительную хронологию событий и взаимосвязей тех или иных фактов исследований, каждая из которых повлияла и до сих влияет на развитие взаимодействий между человеком и машиной в виде интерфейсов в самом широком смысле этого слова. Наша история начнется одновременно с теми событиями, которые описывал в своих работах по истории UX и human-computer interaction Джонатан Грудин ( его книга From Tool to Partner: The Evolution of Human-Computer Interaction): промышленная революция, появление психотехники, появление первых визуальных языков для индустриальных задач (Проект Отто фон Нейрата с его Isotype).
Все это позднее приводит к взлету исследований для промышленных проектов и мнемосхем — своеобразного UX для диспетчерских пультов и операторских узлов, в первую очередь электростанций. Затем мы затронем космический проект и юзабилити, медицину (не только космическую) — и затронем тематику первых ЭВМ, счетных машин и аналоговых устройств.
посты по теме:
раз
два
три
четыре
пять
шесть
Telegraph
UX в СССР: визуальные языки, Нейрат, инфографика и ВНИИТЭ. Часть I
Проблема визуальных языков как способа создать языки для индустриальных потребностей. Когда мы говорим о рабочих процессах и проектировании опыта пользователя, мы часто забываем, как появились первые находки, используемые в наши дни для самого широкого круга…
👍10❤3⚡1
Загорский эксперимент и интерфейсы для слепоглухонемых
Загорский эксперимент — попытка обучения в высшем учебном заведении четверых молодых людей с полной потерей зрения и слуха, при помощи специально разработанного дактильного языка: эта так называемая «азбука Лорма» была изобретена более ста лет назад в Германии. Ее автор - утративший слух слепой философ Генрих Ландесман, опубликовавший сообщение о своем изобретении под псевдонимом Иероним Лорм. В качестве места проведения эксперимента был выбран пансионат Загорье, где обучались дети с нарушениями или потерей и зрения и слуха. Четверо молодых людей 6 лет учились в МГУ и в итоге получили дипломы о высшем образовании, а некоторые из них стали учеными и скульпторами.
В эксперименте также участвовал и странный мыслитель Ильенков, который предполагал, что слепоглухота лишь замедляет развитие личности и позволяет лучше зафиксировать возникновение сознания у каждого конкретного индивида. Кстати, он потом спился и перерезал себе горло.
Все это крутая история, но вернемся к интерфейсам. Обычный сенсорный интерфейс не соответствует тактильным требованиям слепоглухого пользователя: шрифт Брейля или азбука Лорма должна сопровождаться конкретным сжатием запястья и контактом с кожей на кончиках пальцев. Такие дисплеи Брайля передают символы, управляются пьезоэлектрическими биоморфными элементами. Биоморф состоит из склеенных между собой пьезокерамических пластин толщиной от 0,3 до 0,35 миллиметра. На пластину наносят электроды из серебра или никеля. Биоморф используют электрические сигналы для преобразования их в механические усилия, то есть служит актюатором — движителем для точек. Есть, конечно, и другие способы и дисплеи, некоторые на основе перчаток.
На картинке схемы работы I и II сигнальных систем у слепоглухонемых из архива в Загорье, рисовал сам Ильенков.
Загорский эксперимент — попытка обучения в высшем учебном заведении четверых молодых людей с полной потерей зрения и слуха, при помощи специально разработанного дактильного языка: эта так называемая «азбука Лорма» была изобретена более ста лет назад в Германии. Ее автор - утративший слух слепой философ Генрих Ландесман, опубликовавший сообщение о своем изобретении под псевдонимом Иероним Лорм. В качестве места проведения эксперимента был выбран пансионат Загорье, где обучались дети с нарушениями или потерей и зрения и слуха. Четверо молодых людей 6 лет учились в МГУ и в итоге получили дипломы о высшем образовании, а некоторые из них стали учеными и скульпторами.
В эксперименте также участвовал и странный мыслитель Ильенков, который предполагал, что слепоглухота лишь замедляет развитие личности и позволяет лучше зафиксировать возникновение сознания у каждого конкретного индивида. Кстати, он потом спился и перерезал себе горло.
Все это крутая история, но вернемся к интерфейсам. Обычный сенсорный интерфейс не соответствует тактильным требованиям слепоглухого пользователя: шрифт Брейля или азбука Лорма должна сопровождаться конкретным сжатием запястья и контактом с кожей на кончиках пальцев. Такие дисплеи Брайля передают символы, управляются пьезоэлектрическими биоморфными элементами. Биоморф состоит из склеенных между собой пьезокерамических пластин толщиной от 0,3 до 0,35 миллиметра. На пластину наносят электроды из серебра или никеля. Биоморф используют электрические сигналы для преобразования их в механические усилия, то есть служит актюатором — движителем для точек. Есть, конечно, и другие способы и дисплеи, некоторые на основе перчаток.
На картинке схемы работы I и II сигнальных систем у слепоглухонемых из архива в Загорье, рисовал сам Ильенков.
❤5👍3💋2🤔1
Forwarded from Нейроинтерфейсы (Sergei Shishkin)
Новая сущность — интернет тел, IoB:
https://www.sobaka.ru/lifestyle/technology/177098
Наступает конец эпохи смартфонов, впереди — «интернет тел»! Что это такое и как работает?
Константин Крылов
11 апреля 2024 года
https://www.sobaka.ru/lifestyle/technology/177098
Наступает конец эпохи смартфонов, впереди — «интернет тел»! Что это такое и как работает?
Константин Крылов
11 апреля 2024 года
Собака.ru
Наступает конец эпохи смартфонов, впереди — «интернет тел»! Что это такое? Как работает?
От предотвращения аварий до выхода в сеть без компьютера и смартфона.
👍1💋1