Да и откровенным врагам России туда широко открыта дверь. В январе 2022 г. Цукерберг назначил вице-президентом платформ Мета по глобальным делам (global affairs) Николаса (Ника) Клегга; с 2017 г. он был вице-президентом Фейсбука по глобальным делам и коммуникациям. Клегг – убеждённый враг России. Но какие узоры сплетает жизнь – круче иных романов. В мае 2010 г. в Британии было создано коалиционное правительство консерваторов и либеральных демократов. Их лидеры Дэвид Кэмерон и Клегг (выпускник Кембриджа – археолог, полиглот и спортсмен) стали, соответственно, премьером и вице-премьером. Клегг к тому же в 2011–2015 гг. был лордом-председателем Совета, возглавляемого королевой; это четвёртая по значимости сановная должность в Великобритании; глава Тайного совета – это очень серьёзно; в частности, именно Тайный совет, а не правительство, принимал решения о вводе войск в Ирак. Прабабушка Клегга – сестра Муры Будберг, которой Н. Берберова посвятила книгу «Железная женщина». Будберг была любовницей британского разведчика Брюса Локкарта (очень странный так называемый «заговор послов» 1918 г. против большевистского правительства), Максима Горького, Герберта Уэллса и нескольких других известных деятелей (просто sex-wife какая-то, хотя, как она утверждала сама, единственной любовью всей её жизни был Локкарт). Кроме того, Мура Будберг активно работала с разведками – британской, коминтерновской и советской (была на связи у Генриха Ягоды). Получается, что Клегг – правнучатый племянник Будберг. Но ещё интереснее с Кэмероном. У Муры был связник, друг и соратник по работе, в том числе на коминтерновскую и британскую разведки. Так вот, его правнучатым племянником является Дэвид Кэмерон. Какое изощрённое скрещение судеб – змеи кусают собственные хвосты.

Раз мы заговорили о Цукерберге и Фейсбуке, который переименовался в Мету, давайте затронем и этот аспект создания нового мирового порядка. Ведь виртуализация жизни – это одно из средств, наряду с эпидемией и войной, создания этого порядка. Тем более, что Фейсбук активно участвовал и участвует и в подавлении ковидоскептиков и в поддержке укронацистского режима. И то, и другое по сути является подменой реальности. Кстати, интересный факт: в РФ среди выступивших против военной спецоперации на Украине много ковидобесов, неистовых ревнителей вакцинации, тогда как те, кому дали фальшивое прозвище «антиваксеров» операцию как раз поддержали. Тенденция, однако. Но это к слову.

Несколько лет назад Фейсбук купила компанию Oculus, которая занимается разработкой и производством очков виртуальной реальности. То есть «открытие глаз» сопровождается неизбежно надвиганием на глаза очков виртуальной реальности… Это и целенаправленная политика по выдавливанию людей в виртуальную реальность, и своеобразный вариант кибер-эвтаназии, кибер-эскапизма для тех, кто просто не хочет взаимодействовать с жестоким миром, полным кризисов, опасностей и вирусов. Плюс зарабатывание денег.

По поводу вытеснения такими магазинами традиционных – это тенденция, но до её финала, думаю, далеко. Значительно более интересны, на мой взгляд, метаморфозы Фейсбука и ребрендинг Фейсбука и Майкрософта. Термин «Мета-вселенная» придумал знаменитый Нил Стивенсон, кибер-фантаст. В его романе «Лавина» (Snowcrash) была показана такая матрица – Мета-вселенная. Верхние этажи управляются корпорациями, нижние – мафией. Вообще, очень похоже на современный западный мир. И вот 28 октября 2021 г. Цукерберг объявляет, что Фейсбук отныне будет называться «Мета-вселенной». Дело, однако, не ограничилось Фейсбуком. 2 ноября 2021 г. Сатья Наделла, гендиректор Майкрософта, также заявил, что они запускают аналогичный проект с помощью очков дополненной реальности VR и AR. Тема подобного гаджета хорошо освещена в цикле интересных романов «Аркада» Вадима Панова.

Что даёт «Мета-вселенная» (Мета) двум этим структурам, особенно если они объединят усилия? Во-первых, туда попадает примерно 1 млрд человек. Прибыль сразу возрастает с 2 трлн до 30 трлн долларов, плюс ещё 5–6 трлн долларов от перезапуска Интернета 3D и запуска полностью контролируемого рынка. Это передел рынка виртуальных миров. Сами его организаторы говорят, что они «создают мета-экономику, свободную от налогов, а, следовательно, от государства». То есть это продавцы виртуального воздуха. Есть такой роман у Александра Беляева – «Продавец воздуха». Вот эти ребята и будут продавать виртуальный воздух.

Но есть одна интересная параллель. Когда в XVI–XVII вв. возникал капитализм, у его операторов было несколько преимуществ перед конкурентами, оставшимися в прежней системе. В частности, они освоили принципиально новое пространство. Если полем деятельности конкурентов был континент, европейская часть Евразии, то будущие капиталисты ушли в Северную Атлантику, в море, и создали, по сути дела, морской мир, в котором не действовали законы государств континентальной части Европы. И мир этот стал основой мирового рынка, располагавшегося как бы на уровень выше локальных экономик. С этого уровня как со стратегической высоты операторы мирового рынка и вели успешный «экономический обстрел» конкурентов.

Сегодня Майкрософт и Фейсбук тоже уходят в другое пространство – в киберпространство, в котором не действуют никакие законы. На море, как я сказал, тоже не действовали законы сухопутных держав, и «новички» там делали, что хотели, занимаясь рейдерством, пиратством. Даже нельзя сказать, что формально это были преступления, потому что законов не было. В киберпространстве, в виртуальном мире тоже нет законов. Неоконкистадоры этого мира, повторю, не только завоёвывают его, но бьют из него по конкурентам. Это что касается денег. Что касается социальных последствий создания «Мета-вселенной», то это, безусловно, оформление социально атомизированного мира. Можно сидеть дома у компьютера, общаться онлайн, путешествовать онлайн. Сидишь дома и как будто путешествуешь в Африке и охотишься на львов. Или будто просто общаешься. Или ты погрузился в прошлое, участвуешь в гладиаторских боях. Кстати, Станислав Лем в одной из главных книг ХХ в. – «Сумма технологии» – называл это «фантоматикой», предвидя данное явление ещё в середине 1960-х годов.

Атомизированный мир на основе виртореальности полностью соответствует духу «новой нормальности» à la Шваб. Люди должны сидеть дома, в искусственном мире, который, помимо прочего, характеризуется сниженным как по количеству, так и по качеству строго рационированным потреблением. Ведь написал когда-то Жак Аттали в «Краткой истории будущего», что господствовать в этом будущем будет глобальная распределительная экономика, а не рынок. Распределительная – значит на внеэкономической основе с жёстким социально-ранговым контролем за поведением и потреблением. Я уже не говорю о том, что проект Меты предполагает сегрегацию, которая принимает самые разные формы. Например, социальная дистанция, уничтожение туризма, разделение на привитых/не привитых, зелёных/антизелёных, иными словами, создание новой жёсткой стратификации, новых низов.

На Постзападе «зелёную повестку», Шваба критикуют чаще всего исследователи и аналитики, так сказать, не из мейнстрима. Но исключения есть, и их немало.

Ограничусь одним примером. В США работает очень известный экономист Бранко Миланович, автор книг «Капитализм в одиночестве» (Capitalism Alone), «Глобальное неравенство» (Global Inequality) и др., а также большого количества статей, в том числе в официозе ультраглобалистов Foreign Affairs. То есть он ни в коем случае не маргинал, не критик системы. Тем не менее, в конце 2021 г. в своей рассылке он предложил свою картину того, как будет выглядеть новый нормальный «зелёный мир» (на моём языке это мир биоэкотехнофашизма), и эта картина имеет прямое отношение к проблеме Мета-вселенной.

Миланович пишет, что сейчас 10% мирового населения, т.е. самые богатые, ответственны за выброс 46–47% парниковых газов (напомню, что недавно на так называемый Климатический саммит прилетели представители мировой верхушки на 400 частных самолётах, которые отравили атмосферу так, как её отравляет средний американец за год!) и потребляют огромную часть мирового валового продукта. Действительно, возьмём США. При 4% мирового населения они потребляют 40% создаваемого в мире продукта. То есть они «проедают» в 10 раз больше, чем это должно быть. Понятно, что это средняя цифра и «проедают» прежде всего верхи.

Миланович также пишет: «Есть два способа сокращения потребления. Нормирование, которое касается всех: сверху донизу». То есть Х литров бензина («на рыло»), Y килограммов мяса в месяц. Один или два автомобиля на семью. Z киловатт электроэнергии. Понятно, что возникнет «чёрный рынок» в мировом масштабе, но богатая верхушка на всё это не пойдёт! Эти люди сокращать своё потребление не станут ни в коем случае. Они постараются заставить сделать это других – низы и средние слои, мидлов. Поэтому, согласно Милановичу, будет реализован скорее всего, второй вариант: введение налогов на якобы опасные для климата товары и услуги, например, на добычу нефти, газа. Причём налоги эти будут и для лиц, и для стран. Ясно, что ударит это прежде всего по бедным и особенно средним слоям. В зависимости от страны доля мидлов в населении различна. В США и богатых странах Европы это примерно 50%, в РФ – не более 10%. Так что сила удара будет различаться в зависимости от слоя, а также от конкретной страны.

Особенно плохо будет слаборазвитым странам. Например, Мексике, Алжиру или Нигерии предлагается платить огромные налоги. Если они их уплатят, то всё, что они заработают на продаже нефти, уйдёт в ноль. Если же они не станут продавать нефть, то влетят в кризис, начнутся бунты и т.д. Далее, если будут введены налоги, о которых идёт речь, рухнет туризм, а с ним гостиничный бизнес, а вместе с ним – авиаперевозки. Кстати, в 2020 г. они сократились на 60%. Если сократятся авиаперевозки, значит «Прощай, авиастроение». И конечно, прощай, города, живущие за счёт туризма. Например, Флоренция. Многие города Европы (да и не только Европы) станут похожи на то, что изображал на своих картинах французский художник XIX в. Юбер Робер. Например, картина «Воображаемый вид галереи Лувра в руинах». Или развалины других европейских городов в будущем.

Чтобы люди, отмечает Миланович, «быстрее подчинились психологически, их локдаунами будут загонять де-факто под домашний арест». Он так и пишет, что COVID-ные локдауны – это приучение пролов, вообще бедноты, а также середняков к скудной жизни в мире будущей “зелёной” экономики», в мире, который, согласно Швабу, станет для большинства «большой Патагонией».

Вообще, мир «зелёной» экономики – это на самом деле реализация одной из версий мира фэнтези. Причём вовсе не в буколическом варианте «Властелина колец» Дж.Р.Р. Толкина, а в суровом варианте мира «Игры престолов» Дж.Р.Р. Мартина или «Колеса времени» Р. Джордана. По планам ультраглобалистов, сидящим дома без работы людям дадут базовый доход, чтобы не бунтовали, и погрузят в виртуальную реальность. А чтобы недолго коптили небо, напичкают обязательными вакцинами (ЕС недавно принял соответствующее решение), которые явно снижают иммунитет, сокращают жизнь, а сократившуюся часть вынуждают покупать лекарства в режиме нон-стоп и таким образом платить дань Биг Фарме. Кроме виртуальных «зрелищ» обеспечат «хлеб», т.е. еду, но либо просто искусственную, либо из насекомых, червей и т.д. Кстати, в ЕС уже одобрили производство продуктов из насекомых. А в США на День благодарения в 2021 г. впервые лепили индюшку из сои. Я уже так и вижу: понедельник – без мяса, «скорпионные вторники», «соевые среды». Но нужны ещё и зрелища, в которые человек погружается, и чтобы при этом он сидел у себя дома, отучаясь от нормальных социальных контактов, а следовательно – от кооперации в борьбе за свои права.

Есть ещё одна причина заявки на Мета-вселенную. Думаю, это ответный ход, хотя и заранее спланированный, на давление на эксистов со стороны государственной бюрократии и финансиалистов.

«Эксистами» (от англ. слова access – доступ) называют владельцев крупных социально-информационных платформ, которые контролируют основные средства производства посткапиталистического строя – информационные потоки, социальные сети, индивидуальное и групповое поведение (через навязываемые потребности, цели, мнения). Эксисты стремятся закрепиться на вершине пирамиды глобальной экономики. Именно они – главный враг промышленного капитала, той части финансового сектора, которая этот капитал обслуживает, и госбюрократии.

Следующий за эксистами этаж пирамиды – финансиализм (не путать с традиционным финансовым капиталом ХХ в.). Это взбесившиеся финансы, которые уже вовсе не деньги, а нечто иное. Дальше идёт то, что Зб. Бжезинский называл технотроникой, затем – промышленность и аграрный сектор. В лозунге Трампа «сделаем Америку снова великой» «великая Америка» – это промышленная Америка 1930–1980-х годов. Трампизм – это попытка промышленного капитала, связанных с ним финансовых и госбюрократических групп вернуть утраченные позиции. Финансиалисты, наднациональные бюрократии и эксисты их подвинули. Однако сразу после антитрамповского госпереворота я написал, что теперь между победителями начнётся схватка за то, кто будет главным в победном «треугольнике». Уже летом 2021 г. финансиалисты и бюрократии начали наступление на эксистов – институциональное и пропагандистское, например, кампанию против Цукерберга: так сказать, широко шагает, пора и унять молодца. Объявление Мета-вселенной – это ответный ход, это империя эксистов наносит ответный удар.

Госбюрократии на Постзападе и в Китае хорошо поняли, что цифровизация – это прямая и явная угроза государству, их позициям. Поэтому, например, в Китае само государство стремится превратиться в субъект цифровизации, не уступая площадку тем, кто пытается стать местным эксистом.