Давайте поддержим ребят, кто чем может. Важное дело делают.

«Призраки. Солдаты забытой войны» — официальный трейлер фильма

Друзья, спешим сообщить, что долгожданная премьера фильма «Призраки» — вскоре пройдет в рамках главного фестиваля документального кино «Россия» в Екатеринбурге (18 октября, 12.00, Дом кино, большой зал, вход свободный).

Вкратце о фильме: бойцы батальона «Призрак» держат линию фронта в Донбассе на одном из самых напряжённых участков – в районе п. Донецкий, где бои практически не утихают вот уже семь лет. Надеемся, что наш фильм позволит зрителю пережить вместе с бойцами батальона три последних года этой войны.

Все эти годы мы вдвоем (Максим Фадеев и Сергей Белоус) снимали фильм на личном энтузиазме — без бюджетов, исключительно опираясь на поддержку наших зрителей (и то в основном для приобретения техники). Продвижение фильма на фестивали требует значительных средств на логистику — поэтому будем признательны, если у вас вдруг появится желание нас в этом поддержать:

Тинькоф: 5280413752360862 (Сергей)
PауPаl: maxfadeevdoc@gmail.com (Андрей)

Одна из важнейших линий формирования нового строя — контроль над информпотоками, что уже реализуется в уничтожении журналистики как профессии, насаждении «постправды», замусоривания информационного пространства и так далее. В связи с этим на роль одного из важнейших средств борьбы с этими процессами выходит самопроизвольное выращивание информации. Новый порядок, планируемый нынешней верхушкой, требует «расчеловечивания» человека, которое подается как стимулирование человеческого разнообразия. Сопротивление в сфере культуры, в духовной сфере созданию этого порядка есть новая форма социальной борьбы.

Одновременно с созданием ситуации отчуждения у человека духовных факторов производства планировщики «постковидного» нового дивного (для них) мира планируют изъятие у основной массы населения материальных активов — от капитала до недвижимости. Так называемые платформы выступают как контролеры социальных сетей, то есть поведения и потребностей людей, то есть духовных, невещественных факторов производства, которые становятся главными. Однако в нижней половине социальной пирамиды Постзапада остается огромный слой бенефициаров акционерного капитала (shareholder capital). В руках каждого из них не так много частной собственности, не так много капитала. Однако суммарно это огромный капитал, и если его не обнулить, превратив посредством «инклюзивного капитализма» в так называемых стейкхолдеров (stakeholders), вторичных агентов коммерческого рынка, то есть несобственников, то эти люди сохранят материальную основу, препятствующую превращению их в объект присвоения новых, посткапиталистических верхов. Значит, надо их экспроприировать.

Как может произойти такая экспроприация? Локдаун разоряет, крушит малый и средний бизнесы. Власти готовы выкупить долги населения по кредитам, то есть де-факто лишить его собственности. Пропаганда убеждает людей: зачем вам собственное жилье? Лучше аренда. Зачем вам личное авто? Есть каршеринг. Зачем вам сбережения? Мы обеспечим вам базовый гарантированный доход, вы будете получать его на карточку — бумажные деньги не нужны. В результате человек лишается материальных основ своей самостоятельной жизни. Более того, уже сейчас ультраглобалисты убеждают его снизить потребление, пересмотреть всю западную культуру потребления, сложившуюся в послевоенный период, и довольствоваться малым.

В мае 2020 года в Великобритании был опубликован подписанный 1 100 экспертами манифест, призывающий к «стратегии нероста» (или антироста — degrowth strategy). В документе говорится о необходимости принять демократически спланированное и в то же время ориентированное на устойчивый рост и равенство снижение качества экономики. Авторы призывают создать «экономику пониженного качества» (downscaling economy). В июле 2020 года Клаус Мартин Шваб в книге «Ковид-19», присоединяясь с восторгом к британскому манифесту, призывал создавать такое будущее, в котором мы станем жить лучше, довольствуясь малым.

В качестве примера для подражания давосский проходимец приводит жизнь аргентинцев в Патагонии — суровом и бедном крае. Кстати, сам Шваб в таком «патагонизированном» мире жить едва ли захочет. При этом он утверждает, что как минимум в краткосрочной перспективе неравенство — социальное, экономическое, медицинское, психологическое — в «постковидном» мире усилится. В книге «Уроки для пандемического мира» ему вторит еще один глобалист — Фарид Закария (один из самых влиятельных и популярных американских политических аналитиков индийского происхождения — прим. ред.): неравенство в «постковидном» мире возрастет; это мир, работающий на богатых, на крупные компании — big is beautiful. Пандемия ясно это продемонстрировала, и такие тенденции сохранятся. Потому — только монополия, никакой конкуренции. Питер Тиль прямо сказал: «Конкуренция — это для лузеров». И таких лузеров, жертв локдаунов стремятся лишить собственности, превратив в «инклюзивных стейкхолдеров», и при этом предлагают снизить потребление.

По сути, это прямая заявка на торможение прогресса в интересах мировой верхушки, переход от экспоненциального роста последних двух-трех столетий к асимптоте. То, что стартовало докладами жуликов от науки Римскому клубу с их «нулевым ростом», получает свое логическое развитие в «экономике пониженного качества» — конец прогресса.

Куда же бедному постзападному человеку податься? Что у него остается? Семья? Государство? Но ультраглобалисты, тот же Шваб, утверждают, что государство в постпандемическом мире не нужно. Что касается семьи — моногамного союза мужчины и женщины, то на Постзападе его в течение нескольких десятилетий сознательно подрывают практически и пропагандистски, прокламируя гомосексуальные браки, трансгендеров, полигамию, полиаморию, изъятие детей из семей (причины различные: детей «давят» родители, дети гениальны, их нужно поместить в специнтернат и так далее). Когда-то Фридрих Энгельс написал работу «Происхождение семьи, частной собственности и государства», связав саму цивилизацию человека с этими перечисленными им явлениями. Сегодня все это хотят уничтожить, то есть расцивилизовать человека, превратив в трансгуманистического голема. Таким образом подрываются все основы существования человека — материальные, социальные, культурно-психологические; ломаются все прежние идентичности. Только в таком виде он может стать адекватным БЭТ-фашизму объектом присвоения. И, конечно же, объектом контролируемой эволюции.

Подчеркну: изъятие собственности, экспроприация капиталов малого и среднего бизнеса — это важное, но не стратегически главное направление строительства Нового мирового порядка. Главное связано не с контролем над материальным фактором, а с отчуждением духовных факторов производства, установлением контроля над долгосрочным поведением огромных групп населения. Средства — социальная дрессировка посредством нагнетаемого страха (перед «пандемией», новыми «пандемиями»), обезличивание (QR-коды, поголовное ношение масок и тому подобное), видеоконтроль. Все эти средства уже протестированы во время «коронабесия». Кто-то, как вы, усомнится: а как возможен контроль над эволюцией? Еще как возможен, смотря о какой эволюции идет речь.

Как отмечает предприниматель и писатель Сергей Владиславович Кугушев, можно говорить о трех типах эволюции: традиционной генетической, филетической (эволюция социального поведения), эпигенетической. Изменение традиционной генетической эволюции требует контроля (направляющего воздействия) в течение жизни минимум 10–12 поколений (одно поколение — это примерно 25–30 лет). Открытая биологом-генетиком Николаем Тимофеевым-Ресовским и обоснованная профессором Юрием Новоженовым филетическая эволюция для своего поворота требует воздействия в течение жизни 6–8 поколений. Эпигенетическую эволюцию специалисты определяют как включение-выключение уже сформировавшихся генов и их настройку.

Тем не менее в ходе этого типа эволюции не гены эволюционируют, а посредством внешнего воздействия, корректирующего поведение, усиливается или ослабляется интенсивность работы тех или иных участников генома. Этот тип эволюции требует контролирующего воздействия в течение жизни всего двух-трех поколений. В результате эпигенетически закрепляются устойчивые модели поведения, которые, будучи сформированы, транслируются старшими поколениями младшим, то есть приобретают чисто социальную форму на уже достигнутом изменении эпигенома. Биологически вшиваемое поведение обретает социальную форму. Экспериментально эпигенетическая эволюция доказана опытами советского генетика Дмитрия Беляева и его коллег по одомашниванию лис.

Белорусский подход к организации антиковидных мер. «Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом закон и пророки» (Евангелие от Матфея)

Создается впечатление, что те процессы, которые запущены в ходе «коронабесия», имеют целью старт быстротекущей эпигенетической эволюции — переход от общества автоматического перемолота людей к социуму управляемой эволюции. Последняя должна с помощью таких мер, как запугивание, контроль, стандартизация, создать «человека послушного», социальное мясо. Исходным пунктом такой направленной эволюции должен быть мощнейший психоудар — и он тем сильнее, чем к большему комфорту привыкло население, чем более оно избаловано в плане реализации своих потребностей.

Постзапад в этом плане — идеальная площадка для эпигенетически-эволюционных экспериментов. От экспериментов в нацистских концлагерях они отличаются сферой применения и широтой масштаба — глобального. Ковидоистерия и оказалась таким психоударом, который должен был обеспечить перезапуск Истории. Психоударом или, как когда-то определил министр обороны США Дональд Рамсфелд, «трансформирующим событием». «Трансформирующее событие, — поучал он, — необходимо делать так. Будем говорить, что Китай нанесет биологический удар по нам и что мы в связи с этим меняем человечество, потому что нужно спасаться». Был подготовлен соответствующий документ под названием «Красный рассвет». Так оно все и вышло: обвинили Китай, все свалили на уханьскую лабораторию, но при этом почему-то обходят стороной серьезную утечку из лаборатории «Форт Детрикс» в июне 2019 года.

Кстати, «коронабесие» непосредственно работает на БЭТ-фашизм. Одна из задач последнего — создание массового слоя неполноценных, а потому пораженных в правах, то есть «социальных уродов», отверженных. Так, во время «коронабесия» появился термин «бессимптомный больной», то есть тот, кого, несмотря на отсутствие симптомов, объявляют больным и — автоматически — лишенным многих прав. Можно предположить, что пораженными в правах окажутся те, кто отказывается от вакцинации или сомневается в наличии пандемии. Биомедицинская составляющая БЭТ-фашизма со всей очевидностью экспериментально проявила себя в ходе ковид-истерии.

Нужно сказать, многих, хотя, к счастью, далеко не всех целей на Постзападе организаторы «большого обнуления» («Большое обнуление» — Great Reset — так называется программная книга ультраглобалистов, написанная в 2020 году Клаусом Швабом и Тьерри Маллере) добились. А вот Россия, русские в этом плане намного более крепкий орешек. 1990-е годы стали мощнейшим психоударом по населению России, прежде всего по русским. Но, как поется в песне, «выжившие стали крепче стали». «Коронабесие» как психоудар в русских условиях оказалось намного слабее, чем на Западе, хотя, как показал опыт, холуев и подпевал глобалистов и у нас хватает.

В чем же дело? Когда-то Бисмарк заметил, что Россия сильна, а потому страшна мизерностью своих потребностей. Разумеется, сегодня потребности жителей РФ намного выше, чем в умиравшей позднесамодержавной России. Тем не менее уровень комфортности жизни у нас в среднем ниже, чем на Постзападе, особенно за пределами Москвы. И это серьезный фактор. Ну а так называемые «либеральные реформы», проводимые 30 лет властью, начиная с ваучерной приватизации и заканчивая пенсионной реформой, вряд ли способствуют воспитанию «человека послушного». Скорее того, который про себя скажет начальничку: «А бумажечку твою я махорочкой набью». Поэтому у американцев на мягкое социальное программирование какого-нибудь Филиппа Тэтлока реакция будет одной, а у русских на прожекты каких-нибудь Павла Лукши или Сергея Попова — совсем другой.

Возвращаемся к Постзападу и его хозяевам, этим «социальным некрофилам». «Коронабесие» показало: курс на установление в течение двух-трех поколений контроля над человечеством, его поведением и, таким образом, превращение его в объект целостного присвоения в рамках посткапиталистического строя — реальность. Поэтому, как говорил устами одного из героев «Приключений бравого солдата Швейка» Ярослав Гашек, «помните, скоты, что вы люди». И как говорил другой чех, Юлиус Фучек, «люди, будьте бдительны». Бдительность особенно нужна, поскольку создается впечатление, что в лице ультраглобалистов-трансгуманистов мы имеем дело не вполне с людьми, а скорее с сущностями, которых, как нечисть из Бхагавадгиты, привлекает грязная деятельность.

До тех пор, пока Трамп будет оставаться в политике, он par excellence станет продолжать свою борьбу. Но сомневаюсь, что его семейному «окружению» это интересно.

Совершенно ясно, что 60–80 миллионов американцев не вписываются в тот мир, который собираются строить ультраглобалисты с помощью демпартии, прежде всего кланов Обамы и Клинтонов. Этим миллионам в мире, «где чисто и светло», место не предусмотрено, от будущего их просто отсекут. Причем отсекать станут прежде всего белое население, но вопрос этот не столько расовый, сколько социальный, классовый. Точнее так: расовый (национальный) по форме, классовый (социальный) по содержанию.